Готовый перевод Kiss The Scumbag / Поцелуй подонка [❤️]: Глава 13.2

В этот момент миссис Кэмпбелл охватил еще больший гнев, чем когда она проклинала своего мужа в день оглашения завещания. И вполне обоснованно: как ее дитя, так лелеемое ею, могло предать ее подобным образом?

Уинстон с отсутствующим выражением лица наблюдал за громкой руганью матери, как если бы ожидал чего-то подобного. Из-за его безразличия женщине было еще труднее сохранять самообладание, и она продолжала разглагольствовать с нарастающей яростью.

— Ты с ума сошел, решив жениться на этом отродье? Ты, как и твой отец, потерял рассудок из-за феромонов? Как ты вообще мог подумать о том, чтобы привести это в семью Кэмпбелл! Как ты посмел!

— Я совершенно в порядке, мама.

Когда людям было трудно понять ход его мыслей, они всегда поднимали вопрос о феромонах, что невероятно раздражало. И каждый раз Уинстону приходилось убеждать их в том, что он не выжил из ума.

— И мой отец не сходил с ума. Я понимаю, тебе сложно это принять.

Миссис Кэмпбелл остолбенела на мгновение и уставилась на сына с недоумением, выражение ее лица ясно выдавало ее мысли.

«Как ты смеешь вставать на сторону Гарольда в моем присутствии?»

Откровенно говоря, Уинстон не занимал ни одну из сторон. Он признавал, что мать страдала от отца всю свою жизнь, и все же, будучи бетой, она должна была осознавать последствия брака с высшим альфой. Реальность заключалась в том, что бета не была способна справиться с этим в силу своей конституции, требовавшей периодического удаления феромонов, и даже если бы миссис Кэмпбелл была практичной и холодной, ситуация не поменялась бы. Лишь Уинстон, разделяющий те же гены, мог понять своего отца.

Тем не менее, выбор Уинстона в подобной ситуации совершенно отличался.

Однако отец старался удовлетворить большинство её желаний. Если вспомнить о начале их отношений, это можно было назвать довольно выгодной сделкой. Впрочем, мать придерживалась прямо противоположного мнения.

Наверняка ей было сложно терпеть из-за чувства гордости.

Если бы Гарольд, подобно другим высшим альфам, заводил интрижки без постоянных партнеров ради высвобождения феромонов, мать, возможно, восприняла бы это легче. Однако отец привел любовника в дом. Это было невыносимо, даже со знанием того, что ее муж был полярным альфой. Неудивительно, что на протяжении всей жизни она испытывала ненависть к Гарольду.

Теперь же ее любимый сын намерен жениться на любовнике Гарольда и завести с ним ребенка. Ее состояние было близко к безумию. Уинстон прекрасно понимал её чувства, но это не означало, что он будет мириться с её криками и гневом.

— Успокойся, мама.

— Успокойся? Ты говоришь мне успокоиться? Ты мне?

— Да, — резко оборвал ее Уинстон. — Это действительно единственный выход. Ты знаешь, что написано в завещании. Полагаю, ты не хочешь остаться без средств к существованию и на улице.

На язвительное замечание сына миссис Кэмпбелл стушевалась. Конечно, она знала. Слишком хорошо знала. И от этого ей было еще более неприятно так покорно следовать воле Гарольда. Увидев ее в таком состоянии, Уинстон продолжил:

— На самом деле все не так уж и сложно. Нужно просто родить ребенка после свадьбы в течение года, верно? Как только условие будет выполнено, через год ты получишь все, что хочешь.

В его словах отсутствовал малейший изъян. С логической стороны это был безусловно простой и разумный выбор, но на эмоциональном уровне его было трудно принять.

— Но, Уинстон, ты же будешь спать с этим отродьем?

Уинстон прищурился, увидев, как вздрогнула мать.

— Чем это отличается от куртизанки на феромонной вечеринке?

Именно это он и сказал Юджину. Женщина растерялась так же, как и он, однако она не выглядела столь же подавленной.

— Да, но… — Миссис Кэмпбелл оборвала речь, посмотрев на него с неодобрительным выражением лица, и Уинстон успокоил ее.

— Я уже изучил содержимое завещания со всех сторон. Ни одной лазейки, это единственный вариант. Не тревожься понапрасну, все закончится через год.

Миссис Кэмпбелл с сомнением посмотрела на сына и выдавила:

— Правда? Ты можешь пообещать это?

— Конечно, — оскалился Уинстон. — Только не говори мне, мама, что думаешь, будто я принял это решение, потому что я искренне хочу жениться на Юджине?

— Нет, конечно, нет, — выдохнула женщина и погрузилась в раздумья. Не на такой результат она надеялась, но это был неизбежный выбор. Тем не менее, в ее сердце еще теплились остатки надежды. — А Эвелин… Как же Эвелин?

Уинстон лишь отмахнулся от беспокоящего миссис Кэмпбелл вопроса.

— У нас с Эвелин нет никаких отношений. И не похоже, что брак с ней изменит формулировку завещания.

Последние слова смутили миссис Кэмпбелл. Ее сын уже принял решение. Повернуть время вспять и отменить его было невозможно.

— …Значит, вечеринку придется отменить, — с досадой пробормотала женщина. Она замышляла создать возможность для возобновления отношений между Уинстоном и Эвелин, но теперь это казалось бессмысленным делом. В итоге ей пришлось переключиться на другие мысли.

Один год.

Оглядываясь назад, теперь она ясно видела, какое это невероятно короткое время, — за подобный период ничего критичного не могло произойти.

— Он был любовником твоего отца, — строго предупредила миссис Кэмпбелл, не оставляя места для сомнений. Уинстон устремил на нее бесстрастный взгляд.

— По-твоему, я забуду это?

Тон его голоса оставался неизменным, однако на лице читалась насмешка. Возможно, это была попытка самоиронии в ответ на текущие обстоятельства. Все же миссис Кэмпбелл с явным нежеланием продолжила:

— Если ты говоришь, что другого пути нет, то, видимо, больше ничего не остается…

— Тогда давай закончим на этом. Думаю, мама все понимает, — Уинстон без промедлений прервал ее, словно намекая, что не стоит пустословить о том, что уже решено. Миссис Кэмпбелл, хоть и недовольная высокомерным поведением сына, решила отнестись к этому с пониманием. В конце концов, именно Уинстону предстояло исполнить завещание и понести наибольшую жертву в этой ситуации.

Некоторая надежда все равно оставалась.

— Уинстон, — позвала миссис Кэмпбелл, привлекая его внимание. Когда Уинстон поднял на нее взгляд, она заговорила своим обычным ласковым тоном. — Можно пригласить Эвелин на свадьбу? Мы знаем эту семью уже долгое время. К тому же, вы дружите с ней с самого детства.

Слова матери были полны преувеличений. Уинстон с Эвелин лишь ходили в один детский сад, и воспоминания об этом времени уже почти стерлись из его сознания. Впоследствии их общение ограничивалось краткими приветствиями и светской беседой при редких встречах. Возможно, если бы Уинстон не встретил Юджина, их отношения сложились бы иначе. Впрочем, какой был смысл представлять иное? Ибо в реальности Уинстон встретил Юджина, а его связь с Эвелин осталась на том же уровне.

Во всяком случае, ему не хотелось больше продолжать ненужные разговоры с матерью

— Хорошо.

— Спасибо.

Получив одобрение от сына, миссис Кэмпбелл расплылась в широкой улыбке. Она подождала, пока он откусит кусочек от намазанного маслом хлеба и прожует, прежде чем вновь открыла рот.

— Кажется, сегодня у тебя есть немного свободного времени. Ты задержал выход на работу? 

— Я планирую отдохнуть, — ответил Уинстон, проглотив хлеб. — После обеда к нам приедет Маккой. Мы проверим бумаги и сразу же приступим к юридическим процедурам.

Слова вызвали у миссис Кэмпбелл пробежавшие по спине мурашки. Стало понятно, что под этим подразумевалось.

Внезапно на нее снизошло осознание реальности. Ее драгоценный сын, ее мальчик, которого она так упорно пыталась вернуть, вновь оказался в кошмаре, и даже мысль об этом была невыносима для нее.

 Как же можно было мириться с этим?

— Уинстон, я хочу сказать еще кое-что.

Он не произнес ни слова в ответ, лишь зафиксировал свой взгляд на строгом и неподдельно серьезном лице матери.

— Не смей помечать его, — промолвила она предупреждение. — Неизвестно, что он попытается сделать, если останется какая-то метка. Он может использовать это как предлог, чтобы прицепиться к тебе.  

Вместо ответа Уинстон прищурился. С его искривленных губ сорвался короткий хриплый смешок.

— Мама, я не дурак.

Наконец миссис Кэмпбелл расслабилась, выражение ее лица разгладилось, как если бы она испытала облегчение от его слов.

— Да, конечно. Я доверяю тебе, — пробормотала она смягчившимся тоном. Она позвонила в колокольчик на столе и, когда появился ожидавший в коридоре дворецкий, по своему обычаю заказала утренний чай. — Добавь две ложки меда.

— Да, миссис Кэмпбелл, — вежливо кивнул дворецкий и ушел. Уинстон отвел взгляд от лица матери, впервые умиротворенной за этот день, и вытер рот салфеткой.

— Куда ты? — всполошилась миссис Кэмпбелл, когда ее сын внезапно встал, оставив ее дожидаться своего чая. Молодой человек ответил:

— Хочу покататься на лошади после долгого перерыва. Поступи, как тебе угодно: останься здесь и пойдем вместе.

— Нет-нет. Я выпью чашечку чая и уйду. Ты же занимайся своими делами. — Она поднялась следом, легко обняла Уинстона и улыбнулась. — Мой гордый сын.

Несмотря на явную привязанность в ее выражении, Уинстон не почувствовал особых эмоций. Миссис Кэмпбелл посчитала это вполне нормальным, хорошо осведомленная об общепризнанном факте, что у полярных альф значительно снижались эмоциональные функции из-за воздействия феромонов.

С невозмутимым выражением лица Уинстон повернулся и покинул комнату для завтрака. Ожидающий в коридоре дворецкий выпрямился при его появлении, и он коротко бросил ему:

— Подготовь лошадь.

Дворецкий с почтением склонил голову, пока его хозяин удалился широкими шагами, оставив после себя лишь тень. Уинстон поднялся по центральной лестнице к своей комнате, откинув назад волосы, и принялся расстегивать рубашку. Направляясь в смежный гардероб за удобной одеждой для верховой езды, он вдруг обратил внимание на свое отражение в большем зеркале на стене.

«Не смей помечать его».

Увидев в отражении знакомые фиолетовые глаза, он невольно вспомнил предупреждение матери. Его лицо, до этого времени безразличное, исказилось в гримасе, и с его губ сорвалась ядовитая усмешка.

Метка альфы в конечном счете ничего не значила.

http://bllate.org/book/13009/1146470