Готовый перевод A Snake Hole / Змеиная нора [❤️]: Глава 9.1

Кровь стекала по его лицу, зрачки сузились в вертикальные щели.

Эдвин протянул руку, похожую на древесную лозу, и схватил Лайала за лодыжку.

Его пальцы обвили ногу Лайала, подтягиваясь вверх, пока обе руки не впились в талию.

— Куда ты… Нельзя уходить.

Лайал видел такое впервые.

Человек… со змеиным телом.

Может, это ему снился кошмар?

Но знакомое тепло. Знакомый голос.

Лайал уставился на такое знакомое лицо, с которого капала кровь.

— Э-Э-Эдвин? — его голос дрожал, срывался. Да и сам он трясся как осиновый лист.

Эдвин крепкими, прекрасными руками сковал его запястья. Лайал проследил за его взглядом вниз.

Там было прикреплено оно: уродливое, чудовищное тело зверя.

Нижняя половина существа, лишённого права ступать по земле на двух ногах.

Красавец, чью внешность все называли одновременно невинной и соблазнительной, тупо смотрел на своё тело, покрытое чёрной чешуёй, бесконечно тянущейся ниже талии и пупка.

Широкие, крепкие плечи.

Стройная, но мускулистая талия.

А ниже…

Чёрное змеиное туловище, словно у русалки.

Достаточно декадентское и жуткое, чтобы возбудить даже самых извращённых эстетов.

Но…

Можно ли это вообще было назвать человеческим телом?

— Что… это? — пролепетал он.

— Лайал, это…

— Ч-что это…

Эдвин: «…»

— Нет… нет…

Лайал отрицал увиденное, будто надеялся проснуться от кошмара. Он спросил существо перед собой:

— Что ты такое?

Вопрос, который Эдвин никогда не задавал себе за всю жизнь.

Он просто был — однажды проснулся и осознал, что он змея с разумом.

Он бродил в одиночестве бесчисленные дни и ночи, пока случайная милость не позволила ему выжить.

Он лишь хотел стать таким же, как существо, которому принадлежали эти руки.

Странно.

Обычно ноги возвращались так легко…

Но сейчас нет.

Он точно помнил, что у него были две длинные ноги, как у Лайала.

Эдвин ошарашенно смотрел на хвост, с которого ещё не до конца слезла кожа.

Как он ни старался, он не мог избавиться от него.

Ещё немного, и он смог бы вернуться к Лайалу в новом, чистом теле.

— Что я такое? — повторил он вопрос.

Лайал: «…»

— Я твой Эдвин.

Лайал: «…»

— Ты спас меня… Разве забыл?

Это определённо был Эдвин, и в то же время это был не он.

И всё же это чудовище, которое крепко удерживало Лайала за руки, этот гибрид змеи и человека, настаивало, что оно и есть его Эдвин.

Звук змеиного тела, мягко скользившего по ковру, заставил Лайала окаменеть.

Комната была в контровом свете. Из-за солнца, бившего в спину Эдвину сквозь шторы, его выражение лица было неразличимо.

— Ты спас меня в тот день, когда я умирал. А потом напрочь забыл. Но это неважно. Теперь я рядом с тобой.

Эти слова были непонятны Лайалу.

В детстве Эдвин действительно был слабым и неуклюжим, и Лайал заботливо ему помогал, но он никогда не видел его умирающим и уж тем более не спасал от смерти.

Они были просто давними друзьями детства, выпускниками одной академии, закадычными приятелями, а затем тайными любовниками, скрывающимися от чужих глаз.

Но голос Эдвина дрожал так сильно, что, даже не видя его лица, невозможно было представить, будто эти слова принадлежали всегда бесстрастному человеку.

В этом дрожащем голосе явно звучали боль и обида — на Лайала, который его полностью забыл.

— И тогда, и сейчас это всё я…

— Ах-х… Э-Эдвин…

— А… Понятно. Всё из-за этого. Из-за того, что я ношу на себе такое уродство… ты убегаешь от меня, — он вздохнул, и в его голосе прозвучала горечь и ярость от невозможности принять реальность.

Он замер, опираясь на пол, затем скользнул зелёными глазами по комнате и заметил осколки. Осколки стеклянной вазы, разбросанные по полу в этом хаосе.

Не дав Лайалу и слова сказать, он схватил острый осколок и поднял его.

— Что ты собираешься делать? — Лайал напрягся, глядя на него огромными испуганными глазами. Он инстинктивно приготовился бежать.

Эдвин встретился с его взглядом — взглядом, полным страха и отвращения, — и без колебаний опустил руку.

*Тык!*

Осколок размером с ладонь Лайала вонзился в змеиную кожу, разрывая её.

Игнорируя его вскрик ужаса, Эдвин вытащил осколок и снова вонзил в своё тело.

*Тык! Чавк!*

Каждый раз, когда он выдёргивал осколок, кровь разбрызгивалась по его бледному лицу и торсу, но его бесстрастные глаза лишь мерцали зловещим зелёным светом.

— Эдвин! — с пронзительным криком Лайал бросился вперёд, всем телом навалившись на руку, сжимавшую осколок.

Его побелевшее лицо упало на змеиное туловище.

— Если не получается… я разорву его и всё равно пойду.

Послышался скрежет зубов.

Эдвин с глазами, горящими, как демонические изумруды, схватил Лайала за плечи.

Он был непохож на самого себя.

— Так будет правильно. Так должно быть… Почему ты мне мешаешь?

— Э-Эдвин, остановись… перестань…

— Тебе противно видеть меня таким?

— Эдвин, прошу!..

— Нет. Ты больше не забудешь меня. Никогда…

— Эдвин! — Лайал закричал, как от невыносимой боли. — Пожалуйста… Мне страшно, Эдвин…

Его прерывистое, плачущее дыхание заставило Эдвина вздрогнуть.

Кровь из разорванного змеиного тела не останавливалась, заливая их руки и одежду.

Кожа змеи, разорванная вдоль, обнажая красную плоть, заживала медленнее обычного.

Тело, ослабленное линькой, больше не демонстрировало магической регенерации.

— Тебе страшно?

— Ах-х-х…

*Всхлип*.

— Мне тоже.

Лайал: «…»

— Мне тоже страшно.

Голос Эдвина, тише обычного, прошептал эти слова, обнимая хрупкое тело Лайала.

— Да… Я ещё не закончил линьку.

*Всхлип*.

— Когда я закончу… всё вернётся на круги своя.

— Ах-х-х… Эдвин…

— Обещаю.

Длинное змеиное тело обвилось вокруг плачущего возлюбленного и скользнуло обратно в ванную, наполненную горячим паром.

Змея коварная, пугающая.

Поэтому нужно было закончить линьку и вернуться.

Вернуться в тело с двумя руками и двумя ногами, которое могло бы утешить и обнять перепуганного партнёра.

Эдвин погрузился в ещё тёплую воду ванны, расслабил тело в горячей воде и бережно прижал к себе Лайала.

Лицо Лайала, посиневшее от страха, казалось, сейчас было лишённым души, без малейшего движения.

Когда Эдвин обнял его безудержно дрожащее тело, словно травинку на ветру, он почувствовал знакомый аромат — мягкий, любимый, тот самый, что всегда пробуждал в нём привязанность и страсть.

http://bllate.org/book/13007/1146344