Готовый перевод After the Protagonist of the Sadistic Novel Turns Into a Salted Fish! / Ленивая жизнь бывшего героя садистского романа! [❤️]: Глава 40.1

По мере приближения мужчины, зрение Джоша немного померкло, как если бы окружающий свет на мгновение погас.

Вместе с этим пришел незнакомый запах.

Он не был резким, но и не казался неприятным.

Его трудно было описать.

Он напоминал то ощущение, когда Джош однажды оказался в глубоком озере, наполненном магическими элементами. Тогда прохладные волны поднялись от его лодыжек к бедрам, а затем до самых плеч, породив легкую панику, пока тишина постепенно не обволокла его со всех сторон.

Пронизанная магией вода озера переливалась фантастическими оттенками, как в тех легендах, где злая колдунья увлеченно сжирает любого смельчака, посмевшего ступить на запретную землю.

Тот случай и вправду был опасен: в озере обитал невероятно могущественный водный магический зверь. Если бы Джош, будучи черномантийцем, тогда не скрыл свою силу, то запросто стал бы удобрением для этих вод.

Голубые и зеленые оттенки смешивались между собой, совсем как эта пара глубоких глаз, что сейчас находилась так близко к нему.

Несмотря на ясную погоду с только что взошедшим солнцем и светлым небом, у Джоша возникло ощущение, будто он снова очутился в том озере.

Он машинально ответил на слова Альберта и лишь потом осознал, насколько близко они оказались.

Альберт нарушил его личную двухметровую зону безопасности.

Джош тотчас уловил нарушение своих границ и отступил на несколько шагов назад:

— Почему ты подошел так близко?!

На самом деле он просто придирался.

Альберт всего лишь поднялся с земли, даже не сдвинувшись с места.

Если они и оказались на таком расстоянии, то лишь из-за самого Джоша, который сам подошел к нему слишком близко.

Альберт увидел, как чистые смоляные глаза молодого мага слегка расширились, а уголки его глаз, обычно прикрытые лениво опущенными веками и почти незаметные, теперь проявились, добавляя его утонченным чертам новый оттенок выразительности.

Теперь маг еще больше напоминал какого-то кошачьего магического зверя.

Альберт повидал немало таких созданий. Обычно они были крайне малы и не столь смертоносны, как более крупные твари, но благодаря своей уникальной физической структуре считались одними из самых свирепых среди существ своего размера.

Часто они обладали красивой и милой внешностью — хотя сам Альберт никогда не находил их таковыми — использовали свой безобидный облик, чтобы усыпить бдительность жертвы, а затем в подходящий момент перегрызали ей глотку. Они мастерски владели искусством засады и обмана, что делало их весьма коварными созданиями.

Разумеется, «коварство» здесь служило комплиментом.

Альберт одобрял любые средства, ведущие к победе.

Как и тогда, когда он отправился убивать старого Короля демонов, он прибегнул ко всевозможным методам.

Хотя в последние годы появились странные тенденции.

Некоторые кошачьи магические звери стали отказываться от когтей и острых клыков, предпочитая продавать свою внешность и прислуживать более сильным расам.

Все началось с людей, которые начали скрещивать мелких магических зверей с обычными животными, получая более покладистых полукровок для содержания в качестве домашних питомцев.

Позже подобная мода распространилась и среди других рас. Даже в мире демонов в какой-то момент появилась тенденция заводить кошачьих магических зверей как домашних любимцев. Правда, демоны, известные своей выносливостью, не боялись травм и предпочитали держать именно диких, свирепых зверей — так было интереснее.

Когда Альберт обратил на это внимание, даже его старый демон-управляющий последовал моде и завел себе одного.

Как-то ему удалось понаблюдать за их взаимодействием.

Его вечно чем-то недовольный пожилой управляющий размахивал перед зверьком пестрой лентой с кисточками, а его морщинистое лицо то и дело расплывалось в улыбке.

Зверек, будто раздраженный этой игрой, резко выбросил лапу и дал ему пощечину, оставив несколько заметных царапин.

И когда Альберт подумал, что управляющий сейчас разозлится, тот, напротив, замер на мгновение и затем ласково погладил кошачью лапку:

— О милое создание, моя кожа — как наждачка, не дай бог ты поранишь свои драгоценные лапки... Впредь я непременно найду нечто более достойное для твоих коготков.

В тот самый момент Альберт ощутил кощунственное надругательство одновременно над зрением и слухом.

Пусть его управляющий и проявлял чрезмерную дотошность в работе, на самом деле он был весьма могущественным демоном — тем, кто в молодости оставил после себя не одну легенду в демоническом мире.

Он никогда не предполагал, что на склоне лет его слуга совершит нечто настолько умопомрачительное.

Не знай он, что этот вид магических тварей не обладает способностями порабощать разум, он бы решил, что его управляющий стал жертвой тяжелого психического воздействия — иначе как объяснить столь идиотское, мазохистское поведение?

Он понаблюдал за этим полминуты, после чего равнодушно удалился.

В душе он решил, что лучше будет ежедневно терпеть головную боль от ворчания старого управляющего, чем лицезреть, как тот унижает себя своими дурацкими увлечениями.

Это было попросту позорно.

Ни капли демонического достоинства!

Таким — самое место на столбе позора!

…Вплоть до этого момента.

Даже Король демонов, никогда не склонявший головы перед сильнейшими противниками, столкнувшись с такой несправедливой бранью со стороны юноши с кошачьими глазами, на несколько секунд застыл в молчаливом оцепенении, после чего сделал несколько шагов назад явно уступая.

Мало того, что он не стал пререкаться в ответ — он мгновенно опустился на колени с покаянным: «Прошу прощения».

Только начавший разгораться гнев Джоша почти моментально утих.

В конце концов, по натуре ему не была присуща вспыльчивость, и когда окружающие проявляли уступчивость, его раздражение быстро рассеивалось.

Он растерянно моргнул и невольно прикоснулся к кончику носа. Не перегнул ли он палку? Ведь это же он сам подошел первым?

Отношение собеседника оказалось на удивление предупредительным.

Может, это сказывалась та неприязнь, которую у него вызывал его бесцеремонный бывший соратник — Святой Святых.

Теперь всякий раз, завидев кого-то с золотистыми волосами, он невольно подозревал, что перед ним — человек сомнительных качеств, и погружался в пучину недоверчивости и паранойи.

Да, именно в этом и крылась причина.

— Все… все в порядке, — пробормотал маг. — Ах, да, кстати, меня зовут Джош.

После обмена любезностями Джош наконец перевел внимание на юного проводника.

На протяжении всего этого время мальчик почему-то прятался под одеялом, а когда его попросили показаться, то перед Джошем предстало его пылающее румянцем лицо.

Создавалось впечатление, что он вот-вот задохнется от нехватки воздуха.

Более того, его взгляд беспокойно блуждал, не смея встретиться с глазами Джоша.

Как странно.

* * *

На тело накатывала легкая усталость, однако теперь, с наступлением дня, вернуться ко сну было, разумеется, невозможно.

Более того, место остановки представляло собой настоящий хаос: следы вчерашних магических тварей, вытоптавших лес, засохшие пятна крови и смесь разнообразных сложных запахов, которые пробивались даже сквозь защитную магическую печать.

Картина была слишком красноречивой, а учитывая привередливую натуру Джоша, он ни за что не стал бы отдыхать в таком месте.

Поэтому они решили воспользоваться дневным светом и покинуть лес.

Возле небольшого городка они попросили юного проводника зайти в поселение и купить для Альберта подходящий комплект рыцарских одежд, чтобы тот мог переодеться.

Они также выплатили юноше вознаграждение за труды и, под его неохотным взглядом, покинули границы городка в карете.

Джош остался отдыхать внутри, в то время как Альберт занял место снаружи и стал следить за тем, чтобы магический конь не сбился с пути.

В этом, впрочем, не было особой необходимости — Джош заранее начертил в карете магическую печать, обеспечивающую автоматическое следование по маршруту. Разве что из-за переплетения сложных дорог иногда приходилось делать крюк, но общее направление не нарушалось. В последнее время Джош путешествовал один и не сталкивался с проблемами.

Просто он не привык находиться в замкнутом пространстве с незнакомцами.

Поэтому и оставил Альберта снаружи.

Тот не возражал. Когда Джош попросил его присмотреть за магическим конем, он покорно остался на страже.

Однако со временем солнце стало припекать сильнее, а температура постепенно повышаться.

В Джоше шевельнулось легкое чувство неловкости — главным образом из-за утреннего происшествия, когда он дважды сорвался на Альберта и теперь испытывал некоторую вину, — поэтому он высунулся из кареты и тихо сказал:

— Альберт, заходи внутрь, отдохни.

Верный и надежный рыцарь слегка опустил веки и ответил:

— Как прикажете.

Альберт быстро забрался в карету.

Одежда и впрямь определяла человека: внешность Альберта и так была неплоха, но, облачившись в подобающий рыцарский наряд, он напрочь избавился от той мрачной и напряженной ауры, что исходила от него из-за резких черт лица. Теперь в нем проглядывало что-то от того стереотипного светлого и солнечного образа, который обычно приписывали рыцарям.

При входе в карету мышцы его ног, обтянутые тонкими, плотно сидящими штанами, напряглись, обрисовывая четкий, но сдержанный рельеф.

Его высокий силуэт впустил внутрь поток теплого воздуха, ударившего Джошу прямо в лицо.

Тому стало жарковато, и он отодвинулся в угол кареты. Однако спустя некоторое время тепло от тела Альберта растворилось в воздухе, охлажденном магической печатью с регулировкой температуры, и он вернулся на прежнее место.

— Ты выглядишь так благородно, — сказал Джош, разглядывая рыцаря. — Ты из знатного рода?

— Нет, — покачал головой Альберт. — Я всего лишь странствующий рыцарь. Обычно зарабатываю на жизнь, выполняя задания для искателей приключений.

— О… — Джош слегка приподнял бровь. — Твои навыки весьма высоки. Редко встретишь столь сильного рыцаря без покровителя. Если бы ты обратился к какому-нибудь знатному дому, они наверняка были бы рады принять тебя на службу.

— Я еще не нашел подходящего, — улыбнулся Альберт, затем сделал небольшую паузу и посмотрел на Джоша с необычной глубиной во взгляде. — К тому же, теперь я обязан возместить долг за свое спасение. Прежде всего, я посвящу себя этому, прежде чем рассмотрю иные возможности.

— Понятно, — кивнул Джош.

Альберт никогда прежде не бывал в человеческом мире, впрочем, время от времени некоторые из них все же проникали в мир демонов. Да и его управляющий довольно долгое время прожил среди людей, поэтому какими-то базовыми знаниями о человеческих обычаях он все-таки обладал.

Их беседа состояла из отрывистых реплик: в основном Джош спрашивал, а Альберт отвечал.

Способ мышления мага был несколько своеобразным. Трудно было сказать, то ли он ленился подбирать слова, то ли его мысли скакали слишком быстро.

Он произносил одну фразу, затем, поразмыслив, внезапно переключался на другую — зачастую между его высказываниями не было никакой логической связи.

Альберт не отличался болтливостью и в целом не производил впечатления общительного человека. Когда его лицо оставалось бесстрастным, в нем даже проглядывала некая холодность.

Тем не менее, стоило Джошу задать ему вопрос — пусть даже самый бессмысленный — как он неизменно отвечал со всей серьезностью.

После этого импровизированного допроса Джош остался доволен.

Он мысленно навесил на рыцаря ярлык «честного человека».

Честные люди — это прекрасно! Он любил честных людей!

Возможно, сказывалась вторая половина его крови — инкубы, как известно, обладали врожденной способностью чувствовать добрые или злые намерения других.

В народе шептались, что они обладали особым искусством в чтении человеческих сердец, оттого так тесно и переплетались все слухи об инкубах с их умением манипулировать чужими мыслями. И хотя подобные истории изрядно преувеличивали, они не были лишены оснований.

Джош был лишь полуинкубом, к тому же с не пробудившейся конституцией, поэтому он никак не мог обладать полным набором врожденных способностей из легенд. Его восприятие окружающих скорее напоминало интуицию и смутное предчувствие.

Впрочем, и этого было достаточно.

Например, Святой Святых — хотя они и были напарниками на протяжении трех лет, и тот всегда вел себя мягко и доброжелательно, заслужив доверие всей команды искателей приключений — неизменно вызывал у Джоша ощущение незримой преграды между ними. Даже когда герой неоднократно пытался сблизиться, Джош неизменно отвечал холодностью.

Зато с Эврил, чей вспыльчивый нрав и резкость манер казались окружающим признаком тяжелого характера, он чувствовал себя куда спокойнее.

Услышав в тот день содержание пророческого свитка, он, помимо легкого недоумения, не испытал особого удивления.

Что же касалось Альберта...

Пусть утром его и посетило странное ощущение, теперь же Джош мог с уверенностью утверждать: у рыцаря не было против него дурных намерений.

http://bllate.org/book/12999/1145370