Готовый перевод After the Protagonist of the Sadistic Novel Turns Into a Salted Fish! / Ленивая жизнь бывшего героя садистского романа! [❤️]: Глава 31.2

Он весь напрягся, поворачивая голову и прослеживая весь путь, который соединял конечность с телом.

В какой-то момент он не заметил, как перестал управлять собственным телом и обнажил перед Бай Мусином свой истинный облик.

…Его лицо разом застыло.

Мгновение оно отражало смесь паники, вины и удивления, и в конечном итоге это перетекло в полную пустоту из-за явного ужаса и лишилось всякого выражения.

Он медленно повернулся и посмотрел на Бай Мусина.

Тот спокойно встретил его взгляд, нисколько не избегая его.

На самом деле Бай Мусин не выказывал ни единого признака отвращения или страха.  Он лишь слабо хмурился, выглядя несколько обеспокоенным представшей перед ним сценой.

Однако это незначительное действие в глазах Инь Ю имело огромный вес, и его обычно простой ум истолковал его бесчисленными основательными методами.

В прозрачных, чистых глазах Бай Мусина, без малейших следов пыли или грязи, Инь Ю видел собственное отражение.

Отражение уродливого, искривленного, карикатурного монстра.

Его нутро вдруг затрепетало, и ощущение было такое, словно в него влили беспощадный яд, медленно разъедающий до бесчисленных ран, когда как каждое легкое движение причиняло мириады неописуемой боли. 

Человеческими словами это чувство было сродни желанию «заплакать».

Не каждый Ицзя, нашедший свою пару, был успешен в своих ухаживаниях за ней.

А если все и проходило хорошо, риск расставания все равно оставался.

Встреча — это только начало всех историй.

Неудача в ухаживаниях приравнивалась к неудаче в эволюции, и несостоявшийся Ицзя возвращался к своей первоначальной форме, вновь впадая в состояние неведения и хаоса.

Обычно в этом не было ничего страшного, поскольку большинство Ицзя проживали жизнь, так и не встретив своего партнера; большинство из них проводили свой жизненный цикл именно таким образом, в то время как их сниженный интеллект и знание служили своего рода формой самозащиты. Без понимания ситуации не оставалось места отчаянию и боли.

Самое жестокое было увидеть дневной свет, а потом вновь оказаться брошенным в холодное темное подземелье.

Не видя никогда надежды, возвращающееся отчаяние тогда не накрывало бы их подобно беспощадному приливу.

* * *

Бай Мусин смотрел на царивший перед ним беспорядок, чувствуя себя совершенно обескураженным.

Отчего мирная фермерская жизнь вдруг переросла в столь странный сценарий? Мог ли он продолжать заниматься сельским хозяйством здесь?

Изначально он думал, что его муж просто немного психически неуравновешен, а оказалось, что он вообще не человек.

Однако об этом позже.

Его муж только что чуть не убил высокопоставленного офицера. 

Не повлечет ли это за собой межрасовый конфликт?

Тема расовых отношений часто поднималась в последнее время, и он опасался, что этот инцидент мог задеть за живое и вызвать неконтролируемую цепную реакцию.

Все превратилось в настоящий хаос.

Он даже не знал, за что взяться первым делом.

Бай Мусин не владел мастерством решать столь сложные вопрос; он лишь хотел тихо заниматься сельским хозяйством и жить мирной жизнью.

А теперь ему пришлось столкнуться с этим лицом к лицу.

Так, ладно, сначала надо вызвать скорую медицинскую помощь для Ариеля.

Оставалось надеяться, что еще не слишком поздно.

Бай Мусин бросил хмурый взгляд на лежащего неподалеку Ариеля.

В этот момент даже малейшие признаки дыхания едва улавливались.

Всего чем через месяц наступит очередной сезон сбора урожая, и Бай Мусину не хотелось разбираться с судебным процессом в столичной звезде, оставляя свой урожай гнить на полях.

Он открыл коммуникатор, намереваясь вызвать службу спасения, обращаясь с мертвой лошадью так, будто та была еще жива.

В тот же миг сверху раздалось жужжание…

Бай Мусин вскинул голову и увидел звездолет на далеком горизонте, и его превосходное динамическое зрение позволило четко разглядеть детали космического корабля.

Он не был особенно большим, но производил внушительное впечатление, по форме напоминая шаттл с гладкими и резкими линиями, отражавшими в солнечном свете холодный блеск высокопрочного сплава.

Бай Мусин узнал этот тип звездолета. Это был передовой патрульный корабль, на котором ему часто доводилось летать на поле боя.

Гости явно были военными. Взгляд Бай Мусина похолодел. Похоже, они пришли прибраться за Ариелем. Иначе как еще они могли прибыть так быстро?

Через несколько минут раздался звуковой сигнал: запрос патрульного корабля на посещение планеты пришел на коммуникатор Бай Мусина через систему безопасности.

По крайне мере, они проявили вежливость.

Он взглянул на Инь Ю. Тот уже вернулся в человеческий облик, пока он наблюдал за звездолетом. Его лицо казалось невыразительным, а все его поведение окутывал неописуемый мрак.

Он не осмеливался посмотреть на Бай Мусина в ответ и стоял молча, как нашкодивший ребенок.

Убедившись, что Инь Ю выглядит презентабельно, Бай Мусин одобрил запрос патрульного корабля на визит.

При регистрации их брака Бай Мусин видел удостоверение личности Инь Ю, и в нем действительно говорилось, что он человек. Похоже, его въезд в страну произошел путем каких-то незаконных процедур. Империя строго контролировала этот вопрос, его нарушение каралось тюремным заключением.

После некоторого раздумья Бай Мусин сказал:

— Встань позади меня. Когда придут люди, не разговаривай.

Инь Ю повиновался и отошел в сторону скованным, неестественным движением. Его лицо по-прежнему оставалось пустым и каким-то отсутствующим.

Бай Мусин чувствовал, что что-то не так, но у него не было времени разбираться с психологическими проблемами своего новоиспеченного супруга.

Патрульный корабль уже плавно приземлялся на открытой местности, держась на почтительном расстоянии от фермерских угодий во избежание повреждения посевов.

Бай Мусин приготовился к столкновению, но высадившиеся солдаты не подошли к нему. Вместо этого они направились прямо к Ариелю, проверили его жизненные показатели, а затем поместили его в медицинскую капсулу путем немалых усилий из его переломов в самых странных местах в теле и перенесли на корабль.

От начала и до конца не прозвучало даже намека на то что, кто-то пытал уважаемого имперского контр-адмирала.

Бай Мусин с растерянностью наблюдал за всем происходящим, однако он быстро лишился этого недоумения, когда с корабля спустились три фигуры.

Три фигуры, которые, пожалуй, никто во всей Империи не смог бы не узнать.

Одной из них был известный имперский генерал Сет. Настоящий герой войны, из изучения опыта которого Бай Мусин многому научился о боевых действиях и тактическом командовании. Он очень уважал этого человека.

Другой фигурой был генерал Миров, о котором он мало что знал. Их боевые пути не пересекались, хотя имя мужчины звучало довольно часто, что явно указывало на его могущество как военного.

И, наконец, сам нынешний император Империи.

По сравнению с двумя генералами он казался слишком молодым, однако в его поведении не угадывалось и намека на незрелость. Его вид излучал спокойствие и собранность.

…Странно.

Так ли было необходимо задействовать подобных выдающихся фигур для кого-то вроде Ариеля?

Молодой император, несмотря на немного нервные лица двух генералов, подошел к Бай Мусину и остановился на почтительном расстоянии около трех метров, считающемся вежливым в социальном общении.

Его поведение не соответствовало виду человека, занимающего высокое положение. Тон его голоса сохранял мягкость, когда он заговорил:

— Я приношу свои извинения. Контр-адмирал Ариэль нарушил устав и злоупотребил своими полномочиями, доставив вам неприятности. Это была ошибка военного надзора, и мы искренне просим прощения. Любые понесенные убытки будут полностью компенсированы.

Бай Мусинг моргнул. 

— …Все в порядке. Ничего не пострадало.

Император улыбнулся.

— Тогда приятно познакомиться. Я слышал, вы выдающийся бывший солдат. Я хочу поблагодарить вас за ваш вклад в развитие Империи на поле боя.

Он протянул руку, словно для рукопожатия с Бай Мусином. Однако на полпути он будто что-то вспомнил и, не меняя выражения лица, убрал руку:

— Простите, я забыл вымыть руки. Мои извинения.

— …Хм, — пробормотал Бай Мусин.

Что за нестандартное поведение.

Даже Бай Мусин, каким бы тугодумом он ни был, к этому моменту понял, что эти видные деятели пришли не за Ариелем.

Они выглядели совершенно безразличными, выживет ли Ариель или умрет, и ни выказывали ни единого намерения возложить на него вину.

Вместо этого они демонстрировали нервное и обеспокоенное отношение к нему.

Дело было не в Ариеле.

Личность Бай Мусина не вызывала сомнений.

Значит, единственным необычным источником беспокойства оставался… Инь Ю.

* * *

Перед уходом император и Бай Мусин обменялись еще несколькими любезностями. Расспросов о том, как Ариель оказался в подобном плачевном состоянии, так и не последовало. Вместо этого они пообещали дать Бай Мусину удовлетворительный ответ, заверив его, что не потерпят вопиющего пренебрежения Ариелем военной дисциплины.

Бай Мусин почти ничего не говорил на протяжении всей встречи, лишь несколько раз кивнул.

С момента прибытия военного корабля до его отбытия прошло чуть больше десяти минут.

Проводив военный корабль, Бай Мусин остался на месте, собираясь с мыслями.

Несмотря ни на что.

Теперь он больше мог не беспокоиться, что его муж окажется втянутым в дело об убийстве или о нелегальной иммиграции, а следующий сезон урожая не пройдет в разбирательствах с судебными исками и посещениями.

От этой мысли Бай Мусин вздохнул с облегчением.

Чувствуя себя несколько расслабленным, он открыл площадку звездной сети и некоторое время рылся там.

Не в силах решить, он взглянул на Инь Ю.

Тот продолжал послушно стоять на месте, указанном Бай Мусином, и тоже украдкой поглядывал на него краем глаза.

А когда встретился взглядом со своим суженным, он быстро отвел глаза, словно пойманный с поличным.

Бай Мусин приблизился к нему на несколько шагов, окидывая его оценивающим взглядом. Его губы слегка приоткрылись, готовясь что-то сказать. 

Однако не успел он заговорить, как мужчина, на целую голову выше его, задрожал от паники, как мышь при столкновении с кошкой. Он повернулся и скрылся в кустах, опасаясь, что Бай Мусин может сказать что-то такое, что легко уничтожит его.

Бай Мусин: «?»

Его взгляд опустился вниз, на открытую страницу «Щетка для ухода за сверхкрупными зверями», где было представлено несколько вариантов с совершенно разными характеристиками, отчего было трудно определиться с выбором.

http://bllate.org/book/12999/1145353