Готовый перевод After the Protagonist of the Sadistic Novel Turns Into a Salted Fish! / Ленивая жизнь бывшего героя садистского романа! [❤️]: Глава 23.1

Бай Мусин не отвечал целых полминуты.

Он копался в своей памяти, но не мог вспомнить ни одного связанного с этим фрагмента.

Мог ли Инь Ю обманывать его?

Он быстро отмел эту мысль: маловероятно. 

Не то чтобы он испытывал сильное доверие к другой стороне. 

Просто с интеллектом Инь Ю будет сложно провернуть такое высокоуровневое действо.

Явная обида в глазах напротив, чуть более глубокий темно-серебристый блеск почти создавали иллюзию мерцания воды. 

…Или это не было иллюзией?

Бай Мусин с ужасом осознал, что блеск в глазах Инь Ю не был плодом его воображения. 

Сцена казалась несколько знакомой. Возможно, в прошлом, в школе или армии, было пару случаев, когда кто-то вдруг вставал перед ним и бормотал невнятные, непонятные слова, и, прежде чем Бай Мусин успевал вставить слово, человек часто сам по себе впадал в уныние. 

А если Бай Мусин интересовался прохладным тоном: «В чем дело?», становилось только хуже. 

Одни стояли несколько секунд, заливались слезами и уходили с печальным видом; другие старались скрыть свои эмоции и изображали спокойствие при отступлении.

У Бай Мусина совершенно не находилось объяснения этому. Зачем подстрекать так? Он когда-то чем-то обидел их?

Он ничего не помнил. 

Позже кто-то не выдержал и спросил его: «А есть такая возможность, что, может, эти люди пытаются не достать тебя, а испытывают к тебе чувства и хотят признаться?»

Серьезно? Он не верил. 

Он мало что в этом понимал, но разве симпатия к кому-то не должна быть положительным чувством, верно?

Однако при виде него эти люди вели себя так, будто столкнулись со свирепым зверем, нервничали и беспокоились.

Это никак не походило на привязанность. 

Но этот одноклассник говорил так уверенно. 

Бай Мусин не хотел вступать в спор, поэтому он просто кивнул, показывая, что услышал сообщение. 

Он пропустил этот вопрос, отложив его на самую дальнюю полку, и продолжил заниматься тем, чем занимался.

Человеческий разум был поистине сложным, очень странным. Ему лучше следовало продолжать учиться.

Оскорбленный взгляд Инь Ю в этот момент необъяснимым образом напомнил эти сцены из его прошлого. Он вспомнил о тех «подстрекателях», которые приводили его в легкое замешательство.  

Инь Ю не был похож на этих людей. 

Пусть и с обидой в глазах, но он не проявлял никаких признаков желания сбежать — его тело твердо стояло на месте.

Пользуясь глубокой задумчивостью Бай Мусина, Инь Ю слегка поддался вперед и оперся одной рукой на кровать.

Его поза выглядела так, словно он порывался притянуть Бай Мусина в свои объятия. 

Бай Мусин: «…»

Он ощутил запоздалый дискомфорт из-за возникшей близости. 

— Отодвинься, пожалуйста, — пробормотал Бай Мусин. 

— Ох, — переполошился Инь Ю. Он понятия не имел о смущении. Под напряженным взглядом Бай Мусина он неохотно опустился обратно в кресло. 

Он был таким большим, что, сидя на обычном стуле, создавал ощущение тесноты. 

С его выражением лица он походил на крупного неистового пса под чужими придирками, неспособного ответить на это и оттого кусающегося себя за хвост. 

Бай Мусин не хотел задирать его. 

Очевидно, парень нес чушь и даже опрометчиво заявлял, что хочет жениться на нем, так по-детски.

Он не находил это хлопотным, пока Инь Ю занимал позицию жертвы. 

Бай Мусин собрался с мыслями, решив не зацикливаться. В любом случае, самым важным сейчас было прояснить все недоразумения с Инь Ю.

— Прошу прощения, — начал Бай Мусин. — Но я ничего не помню из произошедшего, когда я был без сознания от лихорадки. Если мои действия вызвали недоразумения, я извиняюсь за это.

Это ведь невозможно? Инь Ю был таким большим, как он мог быть придавлен и обездвижен, пока его насильно целовал больной в лихорадке?

В этот момент он осознал некоторые нестыковки.

Раз он находился в бреду, то у него не должно было быть много сил.

Это не могло быть только его виной.

В лучшем случае, они в равной степени разделяли ответственность поступка.

Не больше и не меньше. 

Инь Ю съежился на стуле и с жалостливым видом пострадавшего, убитый горем, печально прошептал:

— …Это был мой первый поцелуй. 

Он украдкой поглядывал на Бай Мусина, молча утверждая свою сообразительность. 

Он едва не потерял самообладание от потрясения, что Бай Мусин не помнил утреннего поцелуя, но ему удалось взять себя в руки. К счастью, потраченное на тренировки мозга время принесло свои плоды, и он сумел сымпровизировать, тонко намекнув на свою неопытность в любовных делах. 

Хотя это было вполне естественно для их вида, которому было суждено иметь только одного спутника жизни. В отличие от людей, способных зачастую менять партнеров, что нередко становилось темой для обсуждения. 

Он подумал о популярной на форуме фразе: «О да, целомудрие — лучшее приданое, которое может предложить мужчина». Конечно, в оригинале вместо слова «мужчина» использовалось слово «альфа», и ее смысл заключался в том, чтобы высмеять тех, кто не мог контролировать себя до брака, а после искал послушных бет.

Да-а, после адаптации к местным обычаям, Инь Ю научился искусству рационализации посредством подобного сложного маневрирования. 

Если бы любой эксперт по межвидовым исследованиям узнал все эти тонкости, он бы наверняка с радостью опубликовал длинную профессиональную статью о столь огромном прогрессе в научных кругах. 

Бай Мусин смотрел на него, и его обычно спокойное поведение неожиданно сменилось странным беспокойством. 

Он не говорил того же.

Инь Ю хотя бы еще помнил момент, а он совершенно нет. Первый поцелуй был утерян неведомым образом. Он ничего не сказал. 

Не то чтобы его волновал этот момент, конечно. 

Они оба беты, и в их случае как будто поцеловать кого-то — это не такая уж большая потеря. 

Но его мучила такая лихорадка, что для него было невозможно завалить мускулистого и высокого Инь Ю и удержать на месте. 

Очевидно, в большинстве случаев вина лежит на обоих.

К тому же, он уже извинился. 

Тем не менее, Инь Ю до сих пор выглядел неоправданно обиженным, как будто им действительно воспользовался какой-то мерзавец, а потом бросил. На это было неприятно смотреть. 

Хотя Бай Мусин не был силен в понимании сложных эмоций, он все же мог уловить основную логику, и он не тот персонаж, который должен страдать здесь. 

Бай Мусин равнодушно бросил в ответ:

— Это тоже был мой первый поцелуй. 

Пасмурное выражение лица Инь Ю внезапно стало солнечным, плавно переходя от обиды к смущению. 

— Ох, вот как! Правда? Не волнуйся, Мусин, я возьму на себя ответственность за твой первый поцелуй. Давай уже поженимся, а?

— Нет, — нахмурился Бай Мусин, тотчас очнувшись от странного желания выиграть или проиграть, — не меняй тему. 

Он осознал проблему.

Инь Ю мог быть наивным, и все же каким-то образом ему всегда удавалось загнать его в угол на определенные темы своим магическим мышлением. 

Но и сказать, что он умен, было бы слишком предвзято. 

Лишь иногда, в некоторых случаях, он проявлял этот ограниченный интеллект, в остальном же он был совершенно непостижим.

Невероятный талант.

Бай Мусин собрался с мыслями, обуздав себя.

Его речь звучала связно.

— Я хочу сказать, что приношу извинения за невольное оскорбление тебя. Но что касается предложения о браке, то вчера я был слишком измотан, чтобы дать ответ. Сейчас я могу сделать это официально.

На лице Инь Ю застыло застенчивое выражение, однако он не вернулся к прежнему обиженному виду. 

Он затих, его серебристые глаза были сосредоточены лишь на Бай Мусине, и создавалось впечатление, что он единственное существо в мире.

Под столь пристальным взглядом Бай Мусин даже приостановился, внезапно обнаружив, что ему трудно подобрать слова. 

Спустя несколько секунд или, может, минут он объявил:

— Я отвергаю твое предложение. 

Слова повисли в воздухе. 

Через приоткрытое окно дул прохладный ветерок, принося с собой легкий озноб. 

Климат этой аграрной планеты был очень схож с климатом голубой планеты, населенной людьми в древние времена до космической колонизации. По расчетам, сейчас стояла поздняя осень, яркое летнее тепло уходило, и вот-вот должен был наступить характерный холод следующего времени года.

Приближалась зима.

Бай Мусин читал о прогнозе погоды на форуме. 

В этом году их галактику ожидало небольшое похолодание, зимой даже обещали морозы.

Он никогда особенно не любил это время года, главным образом в этом году, когда его здоровье было не на высоте. Вероятно, и в этот раз будет нелегко. 

Но такова жизнь. Нельзя все время ожидать, что все пройдет гладко.

Он уже научился мирно сосуществовать с болью и дискомфортом.

После предательства Ариеля в его прошлой жизни Бай Мусин больше не желал никому доверять на время цикла течки, несмотря ни на что. Он настоял, чтобы обратиться в Ассоциацию по работе с омегами с заявлением проводить свои течки в одиночестве, вопреки тому, что ассоциация вмешивалась во все. Однако они не могли просто игнорировать личные пожелания Бай Мусина и вынуждать его найти себе альфу до истечения установленного срока. 

Поэтому, скрепя сердце, они выдали ему минимальную дозу подавляющих средств.

http://bllate.org/book/12999/1145331