Готовый перевод After Getting A Job in the Nether World, I Became Famous / Подрабатывая, становлюсь популярным! [❤️]: Глава 5.2. Это всё, на что ты способна?

— Да не умрёт он, пошли! — поспешил подбодрить Лань Хэ Янь-сань, заметив его желание проверить состояние соседа. Лань Хэ задумался: как объяснить, что он сам использовал человеческое тело, чтобы помочь соседу? А Янь-сань, похоже, хотел побыстрее уйти.

Если бы кто-то другой сказал такое, Лань Хэ бы расценил бы это как жестокость, но Янь-сань... Он же просто сказал правду. Человек всё ещё жив, помогать или нет — не имеет значения.

— Ну, ладно.

Они шли по дороге, предназначенной для мёртвых, и по пути встречали то одну, то две души. Некоторые ещё не успели попасть в подземное царство, другие не могли туда попасть — кто по своей воле, а кто из-за обстоятельств.

Янь-сань, держа в руках фонарь, прогонял бродячих духов одним лишь своим появлением.

Было лишь одно исключение. Дойдя до перекрёстка, они увидел человека, сидящего на большом камне. Он даже не дрогнул, когда увидел их, не пытался уйти. У него были короткие волосы, едва достающие до ушей, слегка завивающиеся на концах. Он был одет в чёрное, а его глаза тоже были тёмными, словно смола.

На шее этого человека висели чётки из светлых бус. К чёткам крепилась золотая рыбка, которая придавала особую элегантность образу.

Лань Хэ невольно задержал на нём взгляд, недоумевая, почему этот человек не убегает.

Янь-сань прервал его мысли:

— Хм, вот ещё немного и дойдём до храма. Доставим их к воротам, постучим, спрячемся и подождём, пока монах выйдет и заберёт их...

Лань Хэ подумал, что это звучит немного странновато.

— Твари, сволочи! — закричали в ответ женщины. Их возмущение было не столько от того, куда их ведут, сколько от того, что их обманул Лань Хэ.

— Хорошо что мы больше не увидим вас! — кричали они.

— Бесстыдник, ты соврал!

Их пронзительные голоса были слышны даже мужчине на камне, который до этого не обращал на них внимания.

— Сами вы сволочи и бесстыдники! — парировал Лань Хэ. — Вы нарушаете правила и вредите людям.

Ему захотелось, чтобы у этого цепи для ловли душ появилась функция, которая заглушала бы голос захваченных призраков.

Лань Хэ и Янь-сань наконец подошли к храму. Как посоветовал Янь-сань, Лань Хэ оставил записку на пороге, а затем, постучав в дверь, спрятался. Монахи не могли видеть духов, но видели записки.

— Так их и отправят в мир иной, а боги их встретят, — сказал Янь-сань. — Дело сделано. Ну а ты, сяо Лай, сам доберёшься?

— Сяо Лай? — Лань Хэ пришлось подумать пару секунд, чтобы понять, что он имеет в виду надпись на его колпаке*.

П.р.: Первый иероглиф в надписи на шапке Лань Хэ произносится как lai (пиньинь).

Лань Хэ не называл своего имени, а лао Бай, хоть и был неблагодарным, но держал язык за зубами, не рассказывая о его происхождении даже коллегам.

— Да, конечно, спасибо за помощь, — поблагодарил Лань Хэ. Ну ладно, сяо Лай так сяо Лай.

— Ха-ха, пустяки, пустяки, — сказал Янь-сань, помахал рукой и ушёл.

Лань Хэ вернулся той же дорогой и заметил, что мужчина в чёрном всё ещё сидел на том же месте. Лань Хэ был любопытным человеком. Как такое возможно? От призрака ничем не пахло. Духи, погибшие на суше, пахнут пеплом, те, что погибли в воде — тухлятиной, злые духи — кровью... Но от этого мужчины не исходило ни единого запаха. Лань Хэ остановился и уставился на него. Он подумал, что этот человек ему немного знаком.

— Друг, а как ты умер? —  Лань Хэ не удержался и задал призраку вопрос.

Сун Футань поднял глаза, разглядывая обратившегося к нему человека. Его веки были тонкими и изящными, а радужка — тёплого коричневого цвета, без мёртвого или злого блеска, присущего обычным призракам и богам. На высокой шапке на его голове было написано «Пришёл значит пришёл», но он никогда не видел такого девиза раньше. Ему уже доводилось ссориться с призраками, и редко когда дух подземного мира был таким энергичным.

Сун Футань обычно не любил общаться с духами, или, точнее сказать, он не любил общаться вообще ни с кем, но этот посланник смерти, который заговорил первым, чем-то его заинтересовал.

— Я не умер, — тихо ответил мужчина.

Неужели это живая душа? Лан Хэ думал, что он призрак, в основном потому, что у обычных людей душа отделена от тела, и невозможно сохранять спокойствие в подобной ситуации: ярким примером являлся Чэн Хайдун.

— Ты из тех, кто ест еду для мертвых? — спросил Лань Хэ.

— А ты из тех, кто готовит её? — в свою очередь спросил Сун Футань. Он подслушал его разговор с женщинами.

— Я не готовлю, — ответил Лань Хэ.

— А я не ем, — ответил Сун Футань.

Их диалог вышел довольно непринуждённым. Они оба замолчали.

Через мгновение Лань Хэ невольно улыбнулся. Он почувствовал искру, странное притяжение между ними, взаимопонимание. Сун Футань повторил его улыбку.

Поколебавшись мгновение, он сказал:

— Я случайно потерял свою душу, поэтому остановился тут и жду, пока моя семья призовёт мою душу и вернёт меня обратно.

Лань Хэ был потрясён: неужели есть такие спокойные люди? Душа вышла из тела, а он сидит на улице и ждёт, пока родные его найдут, и даже не боится посланника смерти? Удивительно.

Лань Хэ задумался, а потом некоторое время решил помочь:

— Ладно. Это судьба. Я помогу тебе и отведу домой!

Лань Хэ пошарил в кармане и достал последнюю бумажную фигурку. Он бросил её на землю. Фигурка увеличилась и превратилась в маленького осла.

Сун Футань с удивлением посмотрел на осла.

— Остался только ослик, — сказал Лань Хэ. — Тоже годится, садись!

Сун Футань не двигался. Осёл медленно подошёл к нему и посмотрел в глаза Сун Футаня. Мужчина с отвращением взглянул на осла и сделал несколько шагов назад.

— Смотри, какой милый! — сказал Лань Хэ, глядя на Сун Футаня. Он был ниже Сун Футаня, и поэтому ему пришлось слегка поднять голову, чтобы посмотреть на него.

Сун Футань, колеблясь, всё-таки переступил через себя и сел на осла. Осёл тут же бодро встряхнул головой.

Сун Футань только собирался что-то сказать, как Лань Хэ уже поднял веер, раскрыл его и с силой махнул в сторону бумажного ослика.

Маленький ослик заревел и, топоча копытами, бросился бежать.

Они мчались на высокой скорости. Они скакали то вверх, то вниз, трясло очень сильно. Сун Футань опустил свой взгляд вниз и увидел, что одна задняя нога у осла была ранена. Это был хромой осёл!

Лань Хэ тоже увидел, как бежит осёл и как его пассажир дёргается от тряски, и тут же обернулся, уставившись на него. На мгновение он остолбенел, а потом вспомнил, что, когда он складывал бумажного ослика, порвал заднюю часть листа.

Ослик бежал, хромая, но зато быстро, и Лань Хэ крикнул во весь голос:

— Ну, придётся потерпеть!

***

— Сун Футань? Ты не спишь?

Сун Футань медленно открыл глаза и увидел обеспокоенное лицо матери. Он сел на кровати.

— Как ты себя чувствуешь? Я позвонила отцу, он ещё на съёмках, работает всю ночь, он приедет завтра утром, — беспокоилась мать.

Сон Футан покачал головой:

— Всё хорошо, я в порядке.

— Ладно… — вздохнула мать.

Сразу после возвращения воспоминания ещё были немного расплывчатыми. Сун Футаню понадобилось несколько минут, прежде чем он вспомнил того посланника смерти. А ещё у него немного кружилась голова.

Сун Футань шевельнул пальцами, и только тогда почувствовал что-то. Он поднял руку и раскрыл ладонь.

— Что это? Откуда оно? — удивилась мать.

 На ладони Сун Футаня лежал сложенный из бумаги ослик, правая задняя нога которого была немного надорвана.

http://bllate.org/book/12998/1145216