Готовый перевод Part-Time Taoist Priest / Даосский священник на полставки [❤️]: Глава 3.1: Талисман

«Какой же я дурак».

Когда Се Линъя посмотрел на него, как на умственно отсталого, Хэ Цзунь понял, что сморозил!

Назвал монаха уборщиком в даосском храме! Кто в здравом уме станет озвучивать нечто столь бессердечное?

Се Линъя вдруг понял, что парень, должно быть, отупел от страха, поэтому сказал:

— Для начала тебе лучше отдохнуть. Не думаю, что ты захочешь выходить наружу, поэтому мне придётся потесниться.

Хэ Цзунь яростно закивал.

Се Линъя решил приютить незнакомца в храме Баоян на одну ночь. Перед сном Хэ Цзунь, к своему сожалению, узнал, что в настоящее время в храме нет даосских священников (на самом деле их давно уже тут не было). В его голове роилась тысяча вопросов, но у того парня не было на них ответов.

На следующее утро, когда Се Линъя проснулся, Хэ Цзунь всё ещё крепко спал, будто его ничего не тревожило. На мгновение он потерял дар речи, но не стал будить парня.

Се Линъя встал с утра пораньше, чтобы продолжить печатать заметки. В одной из тетрадей он нашёл талисман, который принадлежал когда-то его дяде. Он не знал, как давно его сделали, но кривые знаки, выведенные киноварью, всё ещё были ярко-красными и достаточно чёткими.

Юноша взглянул на талисман, и его сердце наполнилось теплом. Он и раньше интересовался подобными вещами, однако сейчас у него иные цели. Но ведь нет ничего плохого в том, чтобы иногда попрактиковаться?

В первую очередь в будущем нужно будет помочь дяде найти учеников, поэтому он должен всё это понимать. Во-вторых, произошедшее заставило его осознать, что было бы неплохо иметь больше практических навыков. Теперь он в какой-то степени представляет храм Баоян. Как он может рассказывать людям про даосский храм, в котором нет ни одного священника?

Поэтому Се Линъя долго смотрел на талисман, а после взял жёлтую бумагу, кисточку и киноварь, чтобы скопировать надписи.

Сначала он попробовал, используя обычные чернила и листок блокнота. Парень не был особо воодушевлён, когда начал выводить первые линии, но, повторяя движения раз за разом, он начал испытывать лёгкость. Потренировавшись ещё два-три раза, он взялся за киноварь.

Символы, выведенные киноварью, казались ему более плавными. На улице в этот час было достаточно шумно, поэтому Се Линъя надел наушники и включил песню «Little Jumping Frog», чтобы заглушить лишние звуки. Он мгновенно сосредоточился, и письмо пошло как по маслу.

Талисман получился практически таким же, как тот, что сделал его дядя. Копия казалась вполне удачной.

Се Линъя нарисовал пять иероглифов на талисмане: они были истинными формами Пяти священных пиков Китая*. Молодой человек высушил его и убрал в сторону. Он ещё не закончил изучать записи, поэтому продолжил их перелистывать. В них он нашёл ещё несколько талисманов, которые выглядели довольно простыми, поэтому решил скопировать и их.

П.п.: Пять священных пиков Китая — это цепь гор, расположенных в центральной части Китая, которые в даосизме считаются священными. Этими горами являются горы Тайшань, Хэншань в провинции Хунань, Суншань, Хуашань и Хэншань в провинции Шаньси.

Закончив свою работу, Се Линъя сравнил талисманы и прочитал его название: «Талисман Люцзя».

Что ж, простое имя для простой работы.

Се Линъя аккуратно раскладывал талисман на просушку, когда Хэ Цзунь, лениво потягиваясь, вышел из комнаты. Увидев талисман в руках парня, он подошёл ближе к нему, глядя с любопытством:

— Так вы ещё и талисманы создавать умеете.

— Честно говоря, это моя первая попытка. Я только пробую, — крайне сдержанно ответил Се Линъя.

Ну, начал он, конечно, около получаса назад, но об этом можно и умолчать…

Хэ Цзунь какое-то время изучал талисман глазами.

— Кстати, мастер, спасибо вам и владыке Лингуаню. Я бы хотел пожертвовать небольшую сумму на благовония. Честно говоря, я никогда раньше подобного не делал. Может, существуют какие-то правила?

— Правил нет. Ты можешь сделать всё так, как твоей душе угодно, — Се Линъя слегка удивился, услышав слова парня. В конце концов, Хэ Цзунь был всего лишь студентом, к тому же по-глупому наивным. Но всё-таки он принёс Се Линъя первый доход от продажи благовоний.

Хэ Цзунь пошарил по карманам и наконец достал триста двадцать семь юаней и ещё немного мелочи. Он подержал деньги в руках какое-то время и спросил:

— Куда их положить?

Се Линъя ничего не сказал, просто протянул руку, указывая на специальную коробку для пожертвований.

Спасённый оставил себе немного денег на такси, а остальные оставил, нетерпеливо спрашивая:

— Не могли бы вы подарить мне несколько таких талисманов?

 «Чёрт возьми, я ведь первый раз занимаюсь чем-то подобным. Разве стоит отдавать талисманы такого уровня другому человеку?» — подумал Се Линъя.

Хэ Цзунь неправильно понял его молчание и достал из кармана мобильный телефон.

— Давайте я их куплю? Но у меня правда больше нет наличных. Могу я перевести вам деньги?

— Забудь. Я отдам их тебе просто так, — каким бы толстокожим не был Се Линъя, он был слишком смущён, чтобы принять плату за подобную работу. — Но, как я и сказал, я не так давно этим занимаюсь…

«Отказался принять деньги. Скромничает? Или правда только учится?» — подумав об этом, Хэ Цзунь согласился с лёгким разочарованием.

Перед тем как покинуть храм Баоян, молодой человек вновь зажёг благовония рядом со статуей Ван Лингуаня.

***

Вернувшись в общежитие, Хэ Цзунь рассказал соседям по комнате о приключении, пережитом им вчера. Поначалу все были сильно удивлены, но по мере того, как рассказ становился всё более загадочным, они начали аккуратно интересоваться, сколько он выпил прошлой ночью.

Мало того, что ему не поверили друзья, так ещё когда Хэ Цзунь позвонил семье и рассказал всё им, они также заподозрили, что они с друзьями непонятно чем занимались и принимали запрещённые вещества, которые и вызвали у него галлюцинации. Юноша не мог объяснить произошедшее при помощи здравого смысла, но в глубине души он точно знал, что это не могло быть происками его пьяного сознания.

Он также провёл небольшое исследование в интернете, пытаясь выяснить, с чем столкнулся. В итоге он нашёл какой-то сайт, рассказывающий о постулатах даосизма, но так и не смог вынести ничего дельного для себя.

На сайте была представлена информация о некоторых талисманах, включая нарисованные вручную. Хэ Цзунь сразу же вспомнил о тех, что дал ему Се Линъя, и развернул свёрток, чтобы взглянуть на них.

[Нарисовать талисман самому не так просто, как вы думаете. Человек, занимающийся этим, должен сначала совершить омовение и зажечь благовония, а также прочесть молитву. Только в тихой обстановке и с чистым сердцем можно нарисовать по-настоящему хороший талисман! Неважно, насколько хороши ваши навыки рисования. Если вы пропустите какой-либо ритуал, то затратите слишком много энергии и можете даже упасть в обморок!]

Хэ Цзунь почувствовал себя неловко. Он буквально пристал к своему спасителю, чтобы тот отдал ему талисманы, хотя он и сказал, что только начал учиться их делать. А теперь оказывается, что рисовать талисманы так сложно, и пусть тот парень лишь начал, он всё равно мог ужасно устать.

В прошлом, если бы он прочёл нечто подобное, решил бы, что это какой-то бред и автор сошёл с ума. Но теперь у него не было иного выбора, кроме как поверить и с чувством уважения закрыть сайт.

Однако если бы он прокрутил немного вниз, то увидел бы комментарий, опровергающий строки выше:

[Ха-ха! Это неверная интерпретация! В рисунок нужно вложить лишь немного своей духовной энергии, без этого вы впустую потратите чернила и бумагу! То есть, если вы чувствуете тяжесть, значит, у вас не получится даосского талисмана!]

Несколько дней спустя Хэ Цзунь отправился с соседями по комнате в кинотеатр, чтобы посмотреть премьеру фильма. Когда они вышли, было уже за полночь. Все вместе они собирались перейти на другую сторону улицы, потому что там было проще поймать такси.

Парень вспомнил о своём травмирующем опыте и быстро остановил своих спутников:

— Давайте не пойдём на ту улицу. Я встретил чёртового призрака в прошлый раз именно там.

Прошло всего пару дней, поэтому страх не мог так просто испариться. Он всё ещё не хотел никуда выходить по ночам. Если бы не его друзья, юноша так бы никуда и не пошёл.

Трое его соседей по комнате рассмеялись. Но была уже поздняя ночь, и хоть они и подумали, что Хэ Цзунь какой-то чудак, они всё же послушали его.

Эта улица была немного шире, но людей на ней практически не было, из-за чего она казалась особенно тихой.

Рядом с ней была какая-то стройка. Чтобы не показать своего страха, Хэ Цзунь начал пересказывать сюжет фильма. В этот момент один из его соседей внезапно дёрнул его за рукав, спрашивая:

— Смотри, что это там? Женщина? Там, в здании наверху.

Хэ Цзунь тут же вздрогнул и поднял голову!

Никого.

Второй сосед отвесил первому подзатыльник и сказал:

— Да чёрт бы тебя побрал! Ты и меня напугал! Кто станет бродить по стойке ночью?

— Я лишь хотел напугать лао Хэ! Откуда я знал, что ты тоже испугаешься?

Хэ Цзунь хотел было выругаться, но выражение его лица изменилось, потому что он почувствовал возникший из ниоткуда порыв холодного ветра, который пробрал его буквально до костей. Парень испытал то же самое чувство той ночью.

— П-почему это так резко похолодало?.. — спросил один из его друзей, который почувствовал то же самое. Их взгляды с Хэ Цзунем встретились.

Они оба знали ответ на его вопрос. В прошлый раз Хэ Цзунь именно так столкнулся с призраком.

Он попробовал осветить пространство фонариком на телефоне, но света не хватило и на полметра. Всё вокруг будто поглотила непроглядная тьма. На миг он почувствовал, что за ним кто-то наблюдает, и его лицо внезапно стал белым, как полотно.

— Ну же, надо бежать!

— Мои ноги будто ослабели!

Новый порыв ветра обрушился на Хэ Цзуня, когда тот попытался сдвинуть своего соседа с места!

Он так разволновался, что почувствовал резкий прилив жара. И внезапно всё прошло.

Округа наполнилась всевозможными звуками. Было даже слышно смех людей, которые запоздало возвращались домой вдалеке. Парень снова мог отчётливо видеть дорогу под своими ногами.

Этот поворот был настолько неожиданным, что все трое выглядели совсем сбитыми с толку. Они дружно размышляли, стоит ли им прямо сейчас бежать в сторону даосского храма.

Хэ Цзунь застыл на мгновение, как вдруг в его голову пришла одна идея. Как же он мог забыть? Юноша вытащил талисман, который носил в кармашке поближе к телу, развернул его и был потрясён, обнаружив, что изначально чистый и яркий цвет киновари стал тусклым, будто изношенным.

— Твою ж…

http://bllate.org/book/12995/1144927