Готовый перевод Dear Benjamin / Дорогой Бенджамин [❤️]: Глава 4.1

Под черными солнцезащитными очками четко очерченный нос, резкая линия челюсти и чувственные губы приковывали к себе всеобщее внимание. Кроме того, в его блестящих светлых волосах, высоком росте, крепком телосложении и брендовой одежде чувствовалось нечто чужое для этого мероприятия. Что этот великолепный мужчина, которому под стать только дорожки Голливуда, делает на дне рождения трехлетнего ребенка? Этим вопросом задавались все родители с огромными от удивления глазами. 

— Как же шумно, — сказала Феликс Феличе, наблюдая за весельем детей на заднем дворе. 

Детская вечеринка превратилась в настоящий беспредел. Малыши бросали игрушки то тут, то там, зачем-то тыкали пальцами в праздничный торт, кричали, бегали и время от времени падали и катались по земле. Какой ужас.

Блондин смотрел на все это со скучающим выражением лица. Исаак, стоявший на шаг позади него, судорожно качал головой, парень до сих пор не мог понять, почему мужчина увязался за ним. Совсем недавно они провели ночь на яхте и на утро вместе поехали на день рождения. Брюнету было тяжело на утро, все тело болело, поэтому Феликс начал ходить за ним попятам, сверля своим жутким взглядом. 

— И долго вы собираетесь ходить за мной? — просил парень резко остановившись и повернув голову в сторону мужчины. 

— В смысле? Я же иду на день рождения, — обыденно ответил он.

Исаак не хотел задавать уточняющих вопросов, поэтому слегка почесал голову и пожал плечами. 

— Если вы не хотите, то вам не обязательно…

— Знаю. Но мне захотелось прийти. А что, мне нельзя?

Конечно, не было причин отказываться. Чем больше людей, тем веселее, да и защита Бенджамина от охраны Феликса лишней не будет.

Чувствуя себя все более и более неловко, Исааку ничего не оставалось, как оставить все, как есть. Намекнуть он мужчине пытался, но тот же все равно не уйдет и не послушает его. И вот они утром уже сидели вместе в машине на пути к Ла-Джолле, тогда Исаак понял, что блондин не шутил.

Почему он настаивал на том, чтобы пойти на детский праздник, он вообще не мог понять. Чем быстрее ехала машина, тем чаще флорист смотрел в окно на проплывающие мимо пейзажи, чувствуя беспокойство, но Феликс, казалось, наслаждался чудесным днем. 

Когда они наконец приехали и блондин окинул взглядом большое сад, где проходила вечеринка, выражение его лица резко изменилось. У него никогда не было детей и на детские праздники он, конечно же, не ходил, поэтому Феликс был в полном шоке, когда увидел весь этот хаос, что устроили маленькие демоны. 

Позади него неловко шел Исаак, вытирая пот со лба. Парню было очень некомфортно стоять рядом с мужчиной на празднике собственного ребенка и ему не нравились взгляды окружающих на них. Но беспокойство было недолгим. В углу сада, когда маленький Бенджамин, стоявший в очереди с другими детьми перед художником по росписи лиц, заметил Исаака и громко позвал его, на душе стало спокойно.

— Папуля!

Бенджамин радостно звал Исаака и махал ему своей крохотной ручкой.  Несмотря на желание подбежать к отцу и обнять его, мальчик был занят шарами, которые мешались под ногами и никак не хотели лопаться. Наблюдая за оживленными выходками ребенка, брюнет не знал, что делать, и продолжал беззвучно смеяться, прикрывая рот одной рукой. 

То, что сын узнал его и так обрадовался, показалось Исааку восхитительным. Парень уже широко улыбался. Затем до уха донеслась фраза, произнесенная голосом блондина:

— О, Бенджамин узнал меня, да?

Феликс, который был на шаг впереди, нежно пожал руку ребенку и улыбнулся.

— Бенджамин! — еще раз весело позвал мальчика мужчина, думая, что малыш его не узнает.  

Исаак на секунду остановился с озадаченным выражением лица. Бенджамин, все еще прыгающий вокруг и зовущий его, был в восторге от того, что Феликс пожимает ему руку. 

Все взгляды были устремлены на них. Блондин был подозрительно похож на Бенджамина, да и малыш уж очень активно кричал «папа», это не ускользнуло от гостей. Все вокруг перешептывались, размышляя, а не этот ли солидный мужчина отец именинника. Исаак застыл на месте от неловкости ситуации, в которую он невольно попал. И что ему теперь делать?

— Слушай, Бенджамин, кажется, любит меня. Видишь?

Совершенно забыв об этом, мужчина повернулся и, сияя от гордости, словно хвастаясь, посмотрел на Исаака. Парень не знал, что ответить, ведь Феличе был точно прав — малышу нравилась компания нового человека в его жизни. 

— Да… ты ему понравился, — тихо пробормотал брюнет, избегая зрительного контакта. 

Феликс все еще выглядел гордым и счастливым от того, что ребенок узнал и поприветствовал его.

— Признаю, выбирать подарок для тыквы было приятно.

— Подарок? Для… тыквы? 

Исаак поднял глаза на мужчину с нескрываемым удивлением. Глаза парня были скрыты солнцезащитными очками, поэтому Феликс продолжал улыбаться и пожимать плечами, не понимая эмоций собеседника. 

— Да, я подготовил его вчера вечером. Думал сделать сюрприз, но лучше сказать тебе заранее.

— Нет-нет, погодите… Вы назвали моего сына тыквой? 

— Ну, да. Он очень похож на спелую тыкву из-за его волос, — уверенно ответил Феличе и непонимающе взглянул на Исаака. 

По мере того, как брюнет смотрел в чужие голубые глаза из-под темных очков и собирался с мыслями, брови светловолосого поднимались вверх. 

— И что это за взгляд? Теперь я хочу тебя поцеловать, — хмыкнул Феликс, подмигивая серьезному взгляду Исаака. 

— Ваш лимит на сегодня превышен. 

— Нам не обязательно ждать понедельника, чтобы поцеловаться. 

— Я не шучу.

Мужчина снова надулся и высунул язык, словно маленький проказник, пока Исаак молча наблюдал за сыном. Бенджамин, на мгновение забыв о своем родителе, наблюдал за тем, как из шариков делают различные фигуры: собаки, цветы. Мальчик выглядел очень мило со своими румяными щечками, приоткрытыми крохотными губками, своей неуклюжим и хрупким телом. На него хотелось просто смотреть и оберегать. 

Брюнет вновь взглянул на сына и почувствовал тепло в груди. Он старался запечатлеть каждую мелочь на лице малыша, запомнить этот момент навсегда. Было жаль, что после сегодняшнего дня он не сможет увидеть своего ребенка еще несколько дней. Парень даже не мог сделать обычную фотографию собственного сына, как это постоянно делали другие родители. 

— Так какой там подарок? — спросил Исаак, пытаясь отвлечься от мрачных мыслей и обуздать свое разочарование. 

— Узнаешь, когда увидишь, — самоуверенно ответил мужчина. 

Если говорить честно, то, конечно, Исааку льстило подобное внимание блондина. Это вызывало и неоднозначные чувства, когда тот старался угодить Бенджамину, он даже приготовил для него подарок. Возможно, ему не стоило упоминать о дне рождения сыночка, подумал он, но, если бы он попытался поспешно забыть об этом, Феликс продолжал бы допытываться, пока не узнает ответ. И так мужчина бесцеремонно влез в его личную жизнь.

— Твоему сыну понравится.

— Почему вы так уверены? 

— Потому что я слышал, что всем детям такое нравится. Мне точно, когда я был ребенком. 

Мужчина слишком уверенно смотрел на малыша и старался сдерживать свою широкую улыбку. Подумав о том, что блондин перед ним создает впечатление настоящего и заботливого отца, который гордо наблюдает за своим сыном, Исаак отвел взгляд.

Бенджамин долго стоял в очереди и, наконец, он получил заветный шар в виде пожарной машины и подбежал к отцу. 

— Папа! Смотри, пожарная машина!

Взволнованный мальчик зажал шар в руке, споткнулся обо что-то и упал плашмя на траву, развернувшись в мгновение ока. Он с грохотом растянулся на траве и горестно заплакал, даже не сумев подняться с места.

— Па-а-апа! А-а-а! Кровь! У меня бо-бо! 

Испугавшись за сына, Исаак бросился к малышу и подхватил его на руки. Поскольку на нем были шорты, нежные колени Бенджамина были исцарапаны и покраснели. К счастью, там был не асфальт, а трава, поэтому крови не было. Мальчик всегда думал, что у него идет кровь, когда он падал, поэтому сразу начинал кричать. Тем не менее парень осмотрел небольшую ранку на нежной коже ребенка. Несмотря на то, что Исаак примирительным тоном пытался успокоить Бенджамина, Феликс с видом несправедливости поджал губы.

— Почему он так плачет? — спросил мужчина, жмурясь. 

— Он же маленький ребенок! — ответил ему брюнет. 

Исааку казалось, что никакие слова не помогут нахмуренному мужчине понять простую жизненную истину. Парень коротко вздохнул. Все объяснения Исаака насчет того, что ребенка нужно успокоить, быть осторожным и позаботиться о нем, пролетали мимо ушей. 

— И зачем я это только объясняю? — пробурчал Исаак и, быстро сдавшись, повернул голову в сторону. 

Феликс, фыркая, словно ему было скучно, прогуливался по саду, все еще неся на руках надувшегося Бенджамина.

— Вы куда?

На вопрос, заданный сзади, блондин просто ответил: 

— Дарить подарок.

Глядя, как Феликс уходит с малышом, который все еще был расстроен, парень потер лоб. Эта парочка для него выглядела странно и непривычно

— Вы случайно не отец Бенджамина? — раздался мягкий женский голос. 

Исаак перевел взгляд на маму. Это была женщина-бета средних лет, небольшого роста, с утонченными чертами лица и уже поседевшими волосами. Он был копия собственной матери, что до сих иногда удивляло его.

— Нет, он не отец. 

Хотя он ответил с нарочито безразличным выражением лица, его голос еле заметно дрожал. Словно призывая его следовать за собой, женщина повела его, а затем остановилась в пустынной тени дерева. Солнечный свет все еще ослепительно сиял, и в этот полдень было оживленно: вокруг шумели дети и болтали друг с другом их родители.

Исаак стоял в шаге от матери и наблюдал за веселой обстановкой. В отличии от позитивной атмосферы вокруг, на душе парня было тревожно. 

— Бенджамин очень похож на этого мужчину. Да тут все на лицо видно, Исаак. 

— Мама.

Прервав ее слова, брюнет прикрыл глаза и коснулся своего лба. Он уже знал, что никакая ложь не подействует на мать с высоко развитой интуицией. Более того, она всегда, с самого раннего детства, видела любую его ложь насквозь. Как бы он ни притворялся спокойным, это было бесполезно. В раннем детстве он находил острый взгляд матери восхитительным. Но теперь, когда Бенджамин был здесь, ему казалось, что она может многое понять.

Каждое выражение лица, тон и действие ребенка говорят многое о воспитании его матери. Он, естественно, понимал, почему ребенок говорит те или иные вещи и ведет себя определенным образом. Его мама всегда была внимательна и заботлива, даже когда он был совсем маленьким. Мать, которая уделяла ему столько внимания, знала о нем все и могла распознать любую ложь, и неважно, сколько ему было и будет лет.

— Лезть в твои дела я не собираюсь. Но этот мужчина, похоже, даже не догадывается, что он отец. А не далеко ли это зашло? 

Исаак полностью соглашался с мнением матери, но не мог признать это вслух. 

— Я все понимаю, но разве это хорошо — скрывать от него сына? А от Бенджамина отца? Это недопустимо, чтобы они не знали друг о друге, когда уже перешли черту. 

— Мам, он — никто, а я его единственный отец.

Женщина лишь мельком взглянула на сына, а затем смолкла. Исаак поправил свои очки и закусил губу. 

— Этот мужчина никогда не хотел и не планировал ребенка, поэтому он не может быть его отцом. 

— Это правда? — переспросила она, словно не в силах понять. 

На этот раз брюнет смотрел прямо на нее.

— Отца Бенджамина больше нет и точка. 

Последовало неловкое молчание. Никто не решался заговорить первым, каждый остался при своем мнении.

— Мисс, это отец Бенджамина? — послышался звонкий голос одного изящного мужчины-омеги, что подошел к ним и указал на Исаака, — но он так похож на того богатого красавчика!

Неосознанно взгляд парня зацепился за шею мужчины. На чужой светлой и сияющей коже красовалась метка, которой обмениваются альфа и омега, когда создают семью и вступают в брак. У бет были свои особенности, но даже так Исаак предпочитал эту жизнь будучи омегой. 

— Вы папа? — открыто спросил он, приблизившись. 

Хотя любопытные взгляды родителей были повсюду, никто еще не спрашивал так прямо, поэтому мама парня неловко улыбнулась ему.

— А в чем, собственно...

— О! Если вы не отец, то вы, должно быть, зять! Я все думал, на кого же так похож Бенджамин, а оказалось, что на своего отца.

Мужчина-омега болтал без устали, перебивая. Он очень громко сделал свои выводы, будто точно был прав. Женщина неловко подняла руку, чтобы остановить его, но он продолжал говорить свое:

— Кто вы? Вы такой красивый, да и атмосфера вокруг вас всегда классная!

Слушая его любопытный вопрос, Исаак решил, что с него уже хватит, он не собирается терпеть вопли и расспросы незнакомца. Внезапно подул ветер, пронося детский смех и удивление по воздуху. Родители, которые общались группами по три-пять человек, устремили свое внимание в одно место. Омега, допрашивающий мать, даже воскликнул от удивления. Заинтересовавшись происходящим, брюнет с серьезным лицом тоже повернул голову.

— Господи…

Исаак раскрыл рот от увиденного. 

http://bllate.org/book/12986/1143177