Готовый перевод Love History Caused by Willful Negligence / История непреднамеренной любви [❤️]: Глава 46.2

— Инсоп! Инсоп! — прокричал вдруг директор Ким, распахнув дверь своего кабинета.

— Да, генеральный директор?

— Нужно позвонить… Что с твоим лицом? — с удивлением спросил директор, увидев парня. Он даже не взглянул на него, когда только забежал в офис, потому что его мысли в тот момент были заняты другим.

— Я упал.

— Ты получил такие травмы от простого падения? Тебя кто-то избил? — Ким Хаксын с подозрением посмотрел на Ли Уёна. Он вполне мог быть в этом замешан, ведь это в его характере — ударить человека просто потому, что он ему не нравится.

Когда их взгляды встретились, Ли Уён слегка нахмурился. Актер был явно недоволен возникшим недоразумением.

— Он даже не обработал ссадины.

— Тебе нужно обязательно нанести мазь. А то останутся шрамы.

— Вот именно. Поэтому я и волнуюсь.

Генеральный директор Ким посмотрел на Ли Уёна так, будто услышал что-то невероятное. Актер улыбнулся:

— Что?

— Волнуешься?..

— Конечно, я беспокоюсь. Он же мой спаситель. Мистер Инсоп трижды спас меня.

— О… нет. Ничего подобного, — решительно возразил Инсоп, размахивая руками. Невозможно передать, как он напрягался каждый раз, когда из уст мужчины звучало слово «спаситель». Он собирался в скором времени покинуть Корею, разоблачив Ли Уёна, поэтому не мог считать себя никаким спасителем.

— Ты же спас мне жизнь, значит, спаситель. Если б ты был женщиной, я бы счел себя обязанным жениться на тебе. Правильно я говорю, генеральный директор?

Генеральный директор Ким с угрюмым выражением лица смотрел на Ли Уёна. В присутствии Инсопа он не мог сказать, что парню повезло родиться мужчиной.

— Да, да. Так, Инсоп, тебе нужно позвонить вот сюда. Статью опубликуют завтра утром, так что, если тебе будут звонить журналисты, ты должен дать им правильные ответы.

Инсоп достал свой блокнот, зажал ручку между поврежденными пальцами и спокойно записал все, что ему нужно сделать.

— Инсоп, ближайшие дни, скорее всего, будут очень беспокойными, так что тебе следует быть очень осторожным. Если хоть одно лишнее слово выйдет за пределы этих стен… Что ж, я чертовски хорошо поработал над созданием этого образа… — с горечью пробормотал генеральный директор Ким, протягивая Инсопу кучу бумаг. Ли Уён, наблюдавший за тем, как Чхве Инсоп принимает их, сложил руки вместе, словно вспомнив о чем-то.

— Не убирай ручку. Тебе еще нужно кое-что подписать.

— Подписать?

— Я имею в виду контракт. Ты уже подумал?

— Что? Ах!..

Растерявшись, Инсоп забыл про кипу бумаг, которую держал в руках. Подбирая разбросанные по полу документы, он отчаянно пытался не встречаться взглядом с Ли Уёном. Актер поднял упавший к его ногам лист и протянул его Инсопу.

— Ты все еще думаешь?

— Да…

— О чем тут вообще думать? Тебе не нравятся условия контракта? Тогда давай еще немного поднимем тебе зарплату.

— Что?!

На этот раз удивился генеральный директор Ким. Условия трехлетнего контракта, составленного по просьбе Ли Уёна, были настолько хороши, что их можно назвать исключительными. Даже руководитель Ча, взглянув на указанную в документе заработную плату, цокнул языкам и сказал, что лучше не показывать это другим сотрудникам.

Он действительно предложил повысить зарплату? Он что, сошел с ума?

Увидев изумленное лицо генерального директора Кима, Ли Уён мягким тоном произнес:

— Генеральный директор, если рядом с вами может быть хороший человек, разве деньги имеют значение?

Ради этого можно даже избить кого-то.

Ли Уён проглотил эти слова и слегка улыбнулся.

Мало того, что Кан Ёнмо вел себя слишком высокомерно, Ли Уён был раздражен еще и тем, что он постоянно приставал к Инсопу. Во время вечеринки Кан Ёнмо ненадолго отлучился в туалет, а оставшиеся сотрудники, будучи изрядно выпившими, начали обсуждать его. Они рассказали, что он так донимает менеджеров других актеров, что после работы с ним на одной съемочной площадке те иногда даже увольняются, и посоветовали внимательнее следить за своим менеджером.

Ли Уён просто улыбнулся и покивал головой, однако в тот же момент твердо решил избавиться от Кан Ёнмо.

— Если ты хочешь другую зарплату, пожалуйста, скажи мне. Мы с генеральным директором обсудим это и повысим ее.

— Нет. Этого и так более чем достаточно.

Действительно «более чем». Инсопу было слишком грустно, когда он думал обо всем, что получил, работая в этой компании. Генеральный директор Ким и руководитель Ча относились к нему намного лучше, чем к другим менеджерам, ведь он отвечал за Ли Уёна. А он собирается уехать, не отблагодарив за все, что они для него сделали…

— Так когда ты собираешься подписать контракт? — поинтересовался Ли Уён. Мысль о том, что парень может отказаться, не приходила ему в голову.

Однако Инсоп пробормотал: «Не знаю» — и вышел из комнаты.

Генеральный директор Ким цокнул языком и подколол актера:

— Кажется, Ли Уёна бросают. Тебе не приходило в голову, что Чхве Инсоп не хочет подписывать контракт?

— Это невозможно.

— Если б он собирался подписать его, то сделал бы это в тот же день, когда только получил контракт. Разве не так? — полушутя-полусерьезно спросил генеральный директор. Он думал, что Ли Уён, как всегда, улыбнется и отмахнется от его слов. Однако мужчина ничего не ответил.

Заметив необычную реакцию, генеральный директор Ким повернул голову, чтобы посмотреть на актера, и почувствовал, как у него перехватило дыхание. Ли Уён стоял с абсолютно пустым лицом, на котором не было ни улыбки, ни злости, как будто самого понятия «выражение лица» вообще не существовало. Несмотря на то, что Ли Уён ничего не чувствовал, он умело обманывал людей, демонстрируя самые разные эмоции, что облегчало работу с ним. И сейчас Ким Хаксын не мог поверить, что у него может быть такое лицо.

Оно было жутким. Казалось, что генеральный директор поймал момент, когда Ли Уён, стоящий рядом с ним, перестал быть человеком.

— Ни за что. Инсоп — мой фанат, — сказал актер, и его лицо тут же оживилось.

Генеральный директор Ким глубоко вздохнул. Он наконец-то почувствовал, что разговаривает с живым человеком.

— Да-да. Но ты и… Кан Ёнмо…

Сидя в кабинете, генеральный директор Ким и руководитель Ча обсуждали варианты дальнейших действий. Если Ли Уён действительно напал на Кан Ёнмо со спины, ударив его по голове, как им исправить ситуацию? Как убедить Ли Уёна добровольно пойти в полицию? И послушает ли он их вообще?

Вывод напрашивался сам собой: Ли Уён никогда не оставляет никаких улик и не пойдет в полицию по собственной воле.

— Что ты собираешься делать? — угрюмо спросил директор, поглаживая отросшую щетину, которую не успел сбрить.

— А?

— С Кан Ёнмо.

— Что я могу сделать? Я что, врач?

Ким Хаксын продолжал молча смотреть на него.

— Я куплю красную розу и навещу его, хорошо?

— Ли Уён!

— Ха-ха-ха-ха, ладно, не буду.  Я позабочусь о нем.

— Куда ты идешь? Куда ты идешь?! — закричал генеральный директор Ким, когда Ли Уён развернулся, собираясь уйти. Теперь он беспокоился о каждом шаге, который делал актер.

— К косметологу. Моя кожа выглядит грубой из-за постоянных ночных съемок. Здесь же скоро будут репортеры. — Двое мужчин промолчали, и актер махнул рукой: — Увидимся позже.

Наблюдая за тем, как он удаляется, генеральный директор Ким снова и снова проклинал себя, вспоминая тот день, когда он отдал роль совершенно незнакомому молодому человеку, который явился непонятно откуда, не имея никаких связей.

http://bllate.org/book/12950/1137468