Готовый перевод Love History Caused by Willful Negligence / История непреднамеренной любви [❤️]: Глава 37.2

Инсопу захотелось расплакаться. Когда он очнулся в приемном покое больницы, вялый от лекарств, то с облегчением услышал голоса. Знакомые голоса. Выделив один из них, мягкий и такой привычный, он почувствовал, как его сердце заколотилось быстрее, и подумал, что хотел бы слушать этот голос вечно.

Это было так приятно. В некоторых местах его тело болело и пульсировало, но в ушах звенел красивый бархатный голос, и от этого ему становилось лучше. Однако, когда разум прояснился и он смог уловить суть разговора, улыбка Инсопа застыла на его губах. Он отчетливо почувствовал, как кровь отхлынула от сердца и прилила к лицу.

Парень пошевелился, решив, что должен поскорее выбраться из этого места. Однако кровать, на которой он лежал, оказалась выше, чем он думал, а его одурманенное лекарствами тело двигалось совсем не так, как он ожидал. В итоге он с грохотом свалился на пол, потянув за собой простыню. И сейчас его мучили воспоминания, от которых хотелось умереть. Ли Уён не мог не знать, что он слышал их разговор. Но пока ни словом не обмолвился об этом.

Он лишь сказал, что хочет о чем-то спросить.

А Инсопу хотелось плакать. Как было бы здорово, если б он мог разреветься прямо здесь и сейчас. Он хотел иметь право на слезы.

Чхве Инсоп стоял за спиной Ли Уёна, открывающего дверь, опустив голову и сдерживая слова, которые не мог произнести.

— Входи, — сказал мужчина, но Инсоп продолжал стоять в дверях с растерянным выражением лица. — Заходи же, давай быстрее.

Как только парень молча шагнул внутрь, Ли Уён тут же захлопнул дверь. На глазах Инсопа выступили слезы, когда сзади раздался звук закрывающейся автоматической двери.

Он хотел пойти домой. Пальцы сильно болели, ему было стыдно, и он устал… А еще очень сильно боялся Ли Уёна.

— Чего ты стоишь? Разувайся.

— Хорошо.

Сняв обувь, Инсоп обнаружил, что у него грязные носки, и не решился пройти дальше.

— Что еще?

— У меня носки… Они грязные.

— И что, если у тебя грязные носки?

— Нельзя входить в чужой дом в грязных носках…

Инсоп вспомнил одну прочитанную книгу, в которой говорилось, что если вы собираетесь посетить чужой дом, то нужно уделить особое внимание своим носкам, такова восточная культура.

Ли Уёну тоже не нравилась мысль о том, что какие-то люди могут прийти в его дом в грязных носках и натоптать везде. Однако Инсоп вел себя так, словно это было самым ужасным преступлением, дергаясь, как будто стоит на раскаленной плите.

— Кто это сказал?

— В книге…

Подумав, что информация из книги о грязных носках совершенно бесполезна, Ли Уён подошел к парню.

— Верно. Входить в чужой дом в грязных носках — это очень невежливо, — сказал мужчина, тут же подхватывая Инсопа под коленями и поднимая его на руки.

— Что ты делаешь?!

— Собираюсь отнести тебя в ванную.

— Я, я сам пойду… нет, босиком, нет, я допрыгаю на одной ноге… я! — выкрикивая какую-то бессмыслицу, Инсоп барахтался, как утопающий.

Ли Уён покрепче перехватил парня. Улыбка в его глазах исчезла.

— Не дергайся. У меня плечо болит.

Инсоп промычал что-то нечленораздельное.

— Полегче, пожалуйста.

Голос мужчины звучал мягко, но взгляд был таким пугающим, что Инсоп не мог вымолвить ни слова. Дотащив парня до ванной комнаты, Ли Уён прислонился к двери и тихо спросил:

— Ты будешь принимать душ?

— Д-да, наверное…

— Разве ты сможешь сам помыться с такой рукой? Может, тебе помочь?

Чхве Инсоп отчаянно замотал головой. Казалось, его шея сейчас открутится из-за того, как сильно он тряс своей головой.

Ли Уён никогда не был любителем разглядывать обнаженные мужские тела. И такого хобби, как помогать мужчинам принимать душ, у него тоже не было.

Однако, получив подобную реакцию на обычную шутку, желание настоять на своем только увеличилось. Он ведь действительно может помочь. Ли Уён скрестил руки на груди и снова обратился к Инсопу:

— Вода не должна попасть в гипс. Вдруг рана загноится?

— Я осторожно.

Несмотря на свой решительный отказ, Инсоп на самом деле чуть не расплакался, услышав о том, что его рана может загноиться. Ли Уёну хотелось постоять с ним еще несколько минут и в подробностях рассказать, какая зараза может попасть под гипс и как ужасно пахнет гниющая плоть, но он решил, что на сегодня хватит.

Мужчина с улыбкой попросил подождать, а потом принес что-то из кухни и протянул Инсопу:

— Обмотай гипс вот этим. Ни в коем случае не намочи его.

Парень взял в руки полиэтиленовую пленку и с готовностью кивнул, думая, что теперь сможет принять душ самостоятельно.

Как только дверь за Ли Уёном закрылась, Инсоп почувствовал облегчение, наверное, впервые с тех пор, как он открыл глаза в больнице. Но вскоре из-за двери донеслись приглушенные слова мужчины:

— Позови меня, если не справишься. Я помогу.

— Спасибо за предложение, но все в порядке, — дрожащим голосом ответил парень и запер дверь.

Убедившись, что смех Ли Уёна постепенно отдаляется, Инсоп тяжело опустился на пол.

http://bllate.org/book/12950/1137445