Готовый перевод Transmigrated into the Film Emperor’s Death-Seeking Best Friend / Перевоплощение в обреченного брачного партнера короля экрана [❤️]: Глава 109. Гнев Янь Цинчи, Цзян Мочэнь узнает, что что-то не так

—  Знаете, я познакомился с этим сопляком Юань Минсюем через Чжоу Шао. Сам Чжоу Шао тоже не тот человек, которому стоит доверять, так что зря я ему доверился. Ваша просьба будет исполнена, но Чжоу Шао рассказывать я ничего не буду.

— Хорошо, вы ответили на мой вопрос. Наш разговор окончен.  Главное, сделайте свое дело, — сказал Янь Цинчи, вешая трубку.

Не успел телефон замолкнуть, как зазвонил снова. Вэй Лань. Янь Цинчи едва сдержал удивление — неужели тот успел уже все выяснить?

— Что случилось?

— Чжоу Цян звонил тебе? Что ты сказал? — в голосе Вэй Ланя слышалось неподдельное любопытство.

— Это было нечто. Не знаю, что именно ты ему сказал, но этот человек не посмел бы никогда сказать что-то не то под таким гнетом. Казалось, что он боялся, что ты его в любую секунду можешь превратить в лягушку.

— Ба, это что, комплимент с твоей стороны? Надо же! Ты случайно мельком не глядел в интернете посты про наш с тобой пейринг? Интересное чтиво.

— Очевидно, по каким именно хэштэгам ты переходишь, дорогой друг. 

— Слушай, он же признал, что именно Юань Минсюй заказал нападение на тебя?

— Да, я задал этот вопрос сразу же и получил утвердительный ответ. Я также хотел узнать о роли Чжоу Исина в этой истории. Мне казалось, что тот решил специально выступить в роли героя в сияющих доспехах, став одним из главных актеров в этой постановке.  Но Чжоу Цян не особо понял, о ком я говорю.  Никто из его людей не видел Чжоу Исина, иначе он бы об этом мне точно выложил.  Чего я не пойму, это зачем мне ты сейчас звонишь? Ты же все это уже знаешь? — в голосе Янь Цинчи слышалась легкая ирония.

— Я хочу знать, как ты планируешь отомстить Юань Минсюю.

— А что должен получить в ответ такой человек как он?  Моя логика проста: получай тоже самое, чем пытался одарить соперника.  

— Полагаю, да, это в твоем стиле.

— Правда? Тогда угадай, что я собираюсь делать дальше?

—  Так ты целых два хода вперед разработал? Интересно, какие они, — Вэй Лань явно был впечатлен.

Янь Цинчи усмехнулся: 

— Думаю если бы я просто натравил на него этих отморозков, он бы просто продолжил проклинать меня и обвинять во всех грехах. Ему нужен более серьезный урок. Было бы слишком просто. 

— Тогда как ты хочешь проявить инициативу?

— Это очень просто. Почему он так сильно злиться на меня и строит козни? Это все из-за Цзян Мочэня. Поскольку он так сильно хочет вернуть Цзян Мочэня, я должен буду позволить ему ясно увидеть, кем он является в его глазах? Ты читал книгу «Искусство войны Сунь-цзы»? Она есть в списке литературы в университете. Чтобы заполучить город, нужно нападать из самого центра.  Чем можно задеть этого человека? Что у него в сердце? Его любовные шрамы все еще не зажили, и горе его будет  душераздирающим. На этот раз я позволю его чувствам умереть по-настоящему. 

Вэй Лань почувствовал нечто странное в его голосе. Привычный образ Янь Цинчи — сначала скромного и легкомысленного, затем ставшего мягким и мудрым после женитьбы — вдруг слетел, обнажив нечто холодное и расчетливое.

— Что ты собираешься заставить Цзян Мочэня сделать?

— Вэй Лань, я, возможно, немного высокомерен, когда говорю это, но, честно говоря, я никогда не ставил Юань Минсюй в известность. Я смотрю на него, как на клоуна, прыгающего вверх-вниз. Чем выше, тем смешнее я себя чувствую, поэтому он меня никогда не волновал. Тебя бы волновал муравей? Ты этого не сделаешь, потому что знаешь, что он не представляет для тебя угрозы. Если я хочу, чтобы Юань Минсюй не появлялся передо мной, у меня есть тысяча методов, угроз, запугивания, силового подавления, я всегда могу помешать ему появиться передо мной. Но я слишком ленив, чтобы заботиться о нем, я не думаю, что это необходимо. Но сегодня он действительно разозлил меня. Ты знаешь, кто был рядом со мной, когда что-то случилось?

— Был ли кто-то рядом с тобой?

— Да, Цици. 

Янь Цинчи ответил, и гнев в его голосе был почти осязаем: 

— Меня не волнует, если он нацелится на меня, но он не должен был вовлекать ребенка в эти разборки.  Даже если мы с Цзян Мочэнем расстанемся, и он станет частью этой семьи, как он собирается смотреть в глаза Цици? Не важно, избили ли они ребенка или при нем избили его отца, он получит травму, психологическую или физическую. Подобное остается неизгладимым в голове маленького ребенка. Не имеет значения, если кто-то посмел прикоснуться ко мне, я с этим смогу еще смириться, но никто не посмеет даже взглянуть в сторону моей семьи со злым умыслом. Этот человек должен заплатить.  Я не хочу больше видеть Юань Минсюя в этой жизни, и другого пути нет. Я его не звал, он сам пришел, пусть примет последствия. 

Вэй Лань был потрясен. Он вспомнил Цици — того милого малыша, которого видел на видео. Того самого, который говорил: «Тогда Цици отдаст папе оленя. Ты ведь скоро вернешься?»

Теперь он понимал, почему Янь Цинчи был так холоден и решителен.

Вэй Лань всегда считал себя умным человеком, но сейчас осознал, что недооценивал Янь Цинчи. Тот обращался с Юань Минсюем как с надоедливой мухой — отмахивался, когда та жужжала рядом, но не тратил сил на ее уничтожение. До сегодняшнего дня.

Теперь же Янь Цинчи выбрал самый изощренный способ мести — через Цзян Мочэня. Это был не просто удар, а убийство надежды. Вэй Лань почти пожалел Юань Минсюя — тот и не подозревал, на что способен разгневанный Янь Цинчи.

— Значит, ты планируешь рассказать об этом Цзян Мочэню?

— Ты думаешь, я смогу скрыть по-настоящему что-то от него?

— Я думаю, ты и не хочешь от него ничего скрывать. 

— Конечно, — тихо сказал Янь Цинчи, — я пообещал ему, что не дам ему узнать от других людей о моих делах, особенно о таких важных.

— Как насчет той недели?

— Тогда это зависит от того, что у него на сердце и каковы расчеты.

Вэй Лань рассмеялся: 

— Янь Цинчи, на их месте я бы никогда не провоцировал тебя. Ты раздражительный такой, кажешься тем, кого легко задеть, запугать. Будто бы ты импульсивный парень. Хоть включай телик и тебя смотри весь день. А на деле, все по плану шпаришь. Так-то, скучно быть твоим противником. 

— Я полагаю, ты делаешь мне комплимент.

— Ладно, я вешаю трубку. Если Чжоу Исин предпримет какие-либо последующие действия, не забудь сказать мне, я посмотрю, что придумает этот идиот.

— Договорились. 

— Давай, — сказал Вэй Лань, заканчивая разговор.

Янь Цинчи открыл дверцу машины и сел за руль. Цици, заметив его, спросил:

— Папа, почему ты пришел так поздно?

— Мне нужно было перекинуться парой слов с одним другом.  Долго ждал, дорогой? Торопишься?

Цици покачал головой: 

— Цици не торопится. Просто на улице холодно, а ты не заходил. Я волновался. 

Янь Цинчи повернул голову и ущипнул его за нос: 

— Этот папин маленький ребенок, такой милый.

Он пощекотал Цици, вызывая у того смех. Глаза Янь Цинчи, обычно холодные, сейчас светились теплом. Убедившись, что ребенок не пострадал ни физически, ни морально, он взъерошил ему волосы: 

— Пойдем, мы возвращаемся домой.

В это время Цзян Мочэнь получил сообщение от Чжан Сяо: [Янь Цинчи приходил ко мне на обследование, все нормально, не волнуйся.]

Это вызвало вопросы — осмотр был назначен через три дня. Он тут же набрал номер жена:

— Ты ходил к врачу? Что случилось?

— Да, — ответил Янь Цинчи, — кое-что произошло. Я боялся за ребенка, поэтому решил провериться.

— Что именно? — голос Цзян Мочэня напрягся.

— Сейчас я за рулем. Это долгая история. Мы сможем поговорить об этом, когда ты вернешься.  Не телефонный разговор. 

Не раздумывая, Цзян Мочэнь собрал вещи и направился к выходу.

— Куда ты направляешься? Ты же собирался поужинать со всеми сегодня вечером? — У Юань собирался обсудить новый контракт, но замер, увидев, что босс уходит.

— Я больше не собираюсь ужинать тут. Объясни всем — семейные обстоятельства.  Мне нужно уехать. 

— В чем дело? — Цзян Мочэнь уже был в дверях.

— Это важно. 

У Юань лишь вздохнул, глядя ему вслед. Янь Цинчи явно был для Цзян Мочэня главным приоритетом.

Тем временем Янь Цинчи, проезжая мимо супермаркета, остановился купить продукты и пару игрушек для Цици.

—  На этот раз плохие парни их не заберут? — спросил мальчик, сжимая в руках пакет с угощениями.

—  Нет, всех плохих парней прогнал папочка.

— Хорошо, — Цици с восхищением смотрел на отца, — даже если они снова придут к Цици, Цици не будет бояться. Папочка такой сильный и наверняка снова прогонит их.

http://bllate.org/book/12941/1135874