Готовый перевод Misfit / Не на своем месте: Глава 4. Но неожиданная сцена произошла именно так, без всякого предупреждения.

В словах Чжань Хунту слышалась смесь беспомощности и легкой грусти. Чэн Боянь протянул руку, чтобы осмотреть его травму, но после этих слов замер.

– Правда? – Чэн Боянь посмотрел на Чжань Хунту. – Что с твоим отцом?

Чжань Хунту опустил голову и, помолчав, тихо сказал:

– У него опухоль в желудке.

– У него опухоль в желудке? – Чэн Боянь, по привычке, продолжил расспросы. – Где именно?

– В... в... – Чжань Хунту отвел взгляд и потер переносицу. – В… в желудке.

– В желудке? – Чэн Боянь внимательно посмотрел на него. – Как давно она появилась? Он сдавал анализы? Злокачественная или доброкачественная?

Сян Си почувствовал, что сходит с ума. Лгать без усилий было для него второй натурой, но заявить врачу, что у его отца опухоль, было все равно, что вырыть себе могилу и прыгнуть в нее, чтобы похоронить себя.

Он даже не знал, могут ли опухоли расти в желудке, но слова сами вырвались у него.

Насколько вообще велик желудок? Достаточно большой, чтобы в нем выросла опухоль?

Судя по реакции доктора Чэна, это казалось правдоподобным. Но что касается того, как давно это было, проходили ли тесты, была ли она злокачественной, он понятия не имел, что сказать.

– Ну что ж… довольно давно, – сказал он, глядя в окно. – Злокачественная… очень злокачественная.

– Тогда... – Чэн Боянь выглядел так, будто собирался продолжать расспросы.

– Доктор Чэн, гэ, – Сян Си стиснул зубы. – У меня болит нога.

– Ты слишком долго проходил с этой травмой, – наконец Чэн Боянь снова сосредоточился на его ноге. – Нам нужно провести тщательный осмотр, чтобы выяснить, нет ли смещения. Как ты получил травму?

– Меня... избили коллекторы, я должен много денег, иначе я бы не оказался на улице и не стал бы заниматься этим, – ответил Сян Си. – Я могу просто носить гипс или что-то подобное, верно?

– Мы узнаем после обследований. Как я уже говорил, это не мелкий перелом, а ты еще и откладывал визит на несколько дней, – нахмурился Чэн Боянь, усаживаясь за свой стол и начиная заполнять медицинскую карту. – Если ситуация будет неблагоприятной, тебе потребуется госпитализация для операции… Имя и возраст.

– Чжань Хунту, 18 лет... Госпитализация? – Сян Си застыл, а после воскликнул. – Меня нельзя госпитализировать!

Дядя Пин ни за что не допустит его госпитализации. Если бы он попал в больницу, дядя Пин, скорее всего, послал бы кого-нибудь, чтобы вытащить его оттуда. Когда-то, когда у Мантоу была сломана нога, ему даже не разрешили пойти в больницу – она зажила сама по себе, хотя и кривовато.

– Почему нет? – Чэн Боянь протянул ему направление. – Возьми это и оплати обследование. И больше не сбегай.

– Я не могу оставаться в больнице, – сказал Сян Си с болезненным выражением лица. – Мне нужно... заботиться о моем отце.

– Пока неясно, нужна ли тебе госпитализация. Давай, сначала оценим ситуацию, – ответил Чэн Боянь, пристально глядя на него. – Кто-нибудь пришел с тобой?

– Нет, – Сян Си схватил бланк и бросился к двери. – Я и так хорошо допрыгаю.

Увидев, как худощавая фигура Чжань Хунту исчезает за дверью, Чэн Боянь вздохнул.

Значит, он был просто мальчишкой, вынужденным заниматься вымогательством, чтобы заработать немного денег?

Этот жалобный тон и пристальный взгляд в сочетании с мягким «гэ» мгновенно вернули Чэн Бояня в давно забытое состояние.

Потирая виски, он покачал головой. Вошел новый пациент, возвращая его к реальности.

Состояние Чжань Хунту оказалось не слишком тяжелым, операция не потребовалась. Но когда Чэн Боянь предложил два дня понаблюдать за ним в стационаре больнице, Чжань Хунту наотрез отказался.

– Просто наложите на нее гипс, – сказал он, сидя в кресле с опущенной головой. – Я буду осторожен.

– Если ты действительно не хочешь, хорошо. Но дома тебе нужно быть аккуратным, – инструктировал Чэн Боянь, фиксируя ногу. – Избегай чрезмерной физической активности. Не переноси вес тела на эту ногу. В идеале держи ее приподнятой...

– Хорошо! – Чжань Хунту раздражённо перебил его. – Я понял, понял! Просто скажите, что мне нужен постельный режим, хорошо? Я не буду двигаться.

Выражение его лица внезапно стало таким же, как тогда, когда Чэн Боянь увидел его на улице, вымогающим у кого-то деньги: смесь нетерпения и ожесточения человека, который слишком много повидал.

– Ты думаешь, я говорю все это ради развлечения? – Чэн Боянь отбросил остатки сочувствия, которое испытывал, и закончил перечислять меры предосторожности. – Если я не внесу ясность, а ты, будучи в гипсе, снова вернешься к своей «работе», то, в конце концов, вернешься ко мне и скажешь: «Док, почему у меня такая кривая нога?» Чья это будет вина, твоя или моя?

– Я больше сюда не вернусь, не волнуйтесь, – прищелкнул языком Чжань Хунту. – Думаете, это какое-то замечательное место?

– Попрощаться с этим неприятным местом можно будет только после снятия гипса и проверки линии перелома, – взглянул на него Чэн Боянь. – И это только в том случае, если твой перелом заживет достаточно хорошо.

***

Хорошо ли зажила нога Чжань Хунту, Чэн Боянь не знал. Если он правильно помнил, день снятия гипса уже прошёл, а тот так и не вернулся.

До Нового года оставалось два дня, и улицы были украшены красными гирляндами, сопровождаемые постоянно повторяющейся новогодней песней «Я желаю вам процветания»*, которая звучала повсюду.

*популярная китайская новогодняя мелодия, часто исполняемая во время празднования лунного Нового года. Одну из самых известных версий этой песни исполняет гонконгский певец Энди Лау.

«Поздравляю вас с удачей, поздравляю вас с прекрасной жизнью, пусть лучшее придет, а плохое уйдет…»

Чтобы не застрять в бесконечном цикле повторения этой навязчивой мелодии, Чэн Боянь, выйдя из супермаркета, принялся про себя напевать национальный гимн. Однако, как только он сел в машину и включил радио, песня зазвучала снова, плавно перекликаясь с последней строчкой, которую он слышал, выходя из супермаркета:

«О, вежливость никогда не повредит, я желаю, чтобы каждая девушка в мире нашла хорошего парня...»

Чэн Боянь принялся машинально подпевать, затем быстро переключил станцию, но понял, что уже слишком поздно. Мелодия прочно засела у него в голове, и теперь ее невозможно было остановить. «Желаю вам процветания…»

Сегодня он собирался навестить бабушку. Его машина была забита вещами, которые мама купила для доставки. Каждый год они встречали Новый год у бабушки, и борьба между «полезными» блюдами мамы и «вкусными» новогодними лакомствами бабушки началась на прошлой неделе и, вероятно, продлится до конца первого лунного месяца. В этой семейной встрече он был всего лишь посыльным, отвечающим за закупки и доставку.

На полпути позвонила бабушка и спросила, когда он приедет:

– Ты уже поужинал? Может, мне приготовить тебе что-нибудь еще? Ты по-прежнему каждый день ешь только фасоль?

– Не трудись ничего готовить, сегодня я не буду есть фасоль, я буду есть мясо, – со смехом ответил Чэн Боянь. – Скоро буду, я только что вышел из супермаркета.

Повесив трубку, Чэн Боянь снял наушники и отбросил их в сторону. В этот момент с обочины выскочила фигура. Прежде чем Чэн Боянь успел среагировать, человек оказался прямо перед его машиной. Чэн Боянь резко ударил по тормозам, и машина с визгом остановилась примерно в двадцати сантиметрах от фигуры.

– Смотри, прежде чем переходить улицу! – крикнул Чэн Боянь, опуская стекло. – А что, если бы я тебя сбил?

Увидев, что человек, хотя и испугался, инстинктивно поднял руку, чтобы защититься, но остался стоять, он вздохнул с облегчением, намереваясь подождать, пока человек отойдёт, и он сможет продолжить движение.

Но затем, неожиданно, человек рухнул на землю.

Чэн Боянь был ошеломлён целых три секунды, прежде чем отреагировать.

Во-первых, он был уверен, что не сбил человека, поэтому тот не мог упасть из-за удара. Во-вторых, исходя из опыта, человек не потерял сознание, лежа на земле, он прикрывал глаза от яркого света фар.

Так…

Мошенничество? Серьезно?

Никогда в жизни он не думал, что станет жертвой подобного мошенничества.

– Давай, продолжай в том же духе, – сухо заметил Чэн Боянь, нажимая кнопку «Сохранить» на видеорегистраторе, чтобы зафиксировать запись.

Но не успел он договорить, как человек выпрямился, и, продолжая прикрывать лицо от света фар, заглянул на водительское сиденье.

– Эй, твой голос кажется знакомым...

– Ты... – Чэн Боянь прищурился, вглядываясь в лицо «пострадавшего», и чуть не прикусил язык от недоверия. – Чжань Хунту? – спросил он.

Сян Си сегодня не везло. Побродив по округе и не найдя ничего стоящего, он даже столкнулся со своим заклятым врагом. Даже, скорее, не со своим заклятым врагом, а с врагом дяди Пина.

По меркам Сян Си, дядя Пин не был особенно успешным. Он был всего лишь одним из тех мелких бандитов, которым едва удается избежать нищеты. Если бы ничего катастрофического не случилось, дядя Пин, скорее всего, провел бы остаток своей жизни, попивая чай, играя в карты, собирая арендную плату и командуя своими столь же бесполезными подчиненными.

Но даже у таких людей, как Дядя Пин, чье влияние было ограничено, все равно были враги. В конце концов, независимо от успеха или неудачи, жизнь «на грани» неизбежно порождает конфликты. Поэтому такой человек, как Сян Си, который вырос под крылом дяди Пина, был так же хорошо знаком его врагам, как и сам дяди Пин. Близился Новый год, и за Сян Си только что три квартала гнались вооруженные палками люди. Всего двумя минутами ранее ему удалось отделаться от них и прибыть на место, где он должен был встретиться с Маньтоу и Да Цзянем. Но те опаздывали на встречу.

Сян Си оказался на чужой территории, и преследователи вряд ли так легко его отпустят. Чтобы не оказаться загнанным в угол до прибытия своих друзей, Сян Си решил найти приличную машину и инсценировать аварию. Ему нужно было создать неразбериху и выиграть немного времени.

Но вот чего он точно не ожидал, так это того, что машина, которую он выберет, будет принадлежать Чэн Бояню.

Сян Си поднялся с земли и слегка смущенно улыбнулся изумленному Чэн Бояню:

– О, это вы, доктор Чэн.

– Да, это я, – Чэн Боянь вышел из машины и оглядел его с ног до головы. – Скажи, благодаря нашему знакомству, дашь ли ты мне 20% скидку? А ты оказывается профессионал в этом деле.

– Я… Я просто... это для моего отца, – Сян Си шмыгнул носом, затем неловко потер его и чихнул.

– Он знает, что ты этим занимаешься? – Чэн Боянь открыл дверь машины. – Залезай.

– Откуда он может знать? Это слишком унизительно, – пробормотал Сян Си, садясь в машину. Он действительно считал инсценировку аварии достаточно постыдным занятием. Хотя то, что он обычно делал, было не многим лучше, но стонать и кататься по земле казалось ему слишком низким поступком. – Зачем мне садиться?

– Чтобы я мог отвезти тебя домой, – ответил Чэн Боянь. – Тебе не холодно?

Сян Си взглянул на него, ошеломленный неожиданной добротой этого доктора. Тем не менее, он никак не мог позволить Чэн Бояню отвезти его домой. Достаточно было просто услышать название района, и догадаться обо всем не составит труда. Тем не менее, он сел в машину, решив, что сейчас так будет безопаснее, а позже он сможет найти предлог, чтобы уйти.

Однако, как только он сел, Чэн Боянь не только захлопнул за ним дверцу машины, но и запер ее на центральный замок.

– Для чего это? – недоуменно спросил Сян Си, выглядывая в окно.

– Попробуй угадать, – спокойно ответил Чэн Боянь, прислоняясь к машине и доставая телефон.

– Доктор Чэн, подождите... – Сян Си начал паниковать, быстро поняв, что тот задумал. Забив ладонью по стеклу, он взмолился. – Доктор Чэн! Гэ! Чэн-гэ! Чэн-дагэ! Дядя Чэн! Что вы делаете?

– Как думаешь, твой отец стал бы гордиться тобой, если бы увидел тебя таким? Ты сказал, что тебе 18, верно? У тебя есть руки и ноги, ты не инвалид и не тупица, – Чэн Боянь, медленно постукивая по экрану телефона, взглянул на него. – На самом деле выглядишь довольно умным.

– Спасибо, э-э...… дядя, нет, гэ, — Сян Си льстиво улыбнулся, продолжая стучать в окно. – Пожалуйста, отпустите меня на этот раз. Если вы вызовете полицию, меня арестуют! А как же мой отец? Кто будет приносить ему еду?

– Пусть это делает твоя мать, – ответил Чэн Боянь.

– У меня нет мамы! – отчаянно закричал Сян Си.

Рука Чэн Бояня замерла, и он молча повернулся к Сян Си.

– Я никогда ее не видел! Не знаю, куда она подевалась! – снова крикнул Сян Си, а затем, прикусив губу и понизив голос, добавил. – Я не знаю… она, наверное, сбежала.

Чэн Боянь молчал, но перестал что-то набирать в телефоне, и задумчиво смотрел на Сян Си.

– Послушайте, я буду с вами откровенен, – продолжил Сян Си, почувствовав, что у него появился шанс. – Гэ, я не планировал сегодня сталкиваться с вами. За мной гнались коллекторы, четверо или пятеро парней. Если бы я быстро что-нибудь не придумал, они бы избили меня до полусмерти... – после этих слов он взглянул в сторону перекрестка, внезапно подскочил, и, указывая на угол справа, принялся кричать, стуча по окну. – Там! Это они! Смотрите – они здесь!

Чэн Боянь нахмурился, глядя в том направлении, куда указывал Сян Си. Он действительно увидел четырех человек, стоящих на перекрестке и подозрительно оглядывающихся по сторонам. Двое из них держали в руках что-то похожее на палки.

– Я не вру! – Сян Си в панике плюхнулся на заднее сиденье. – Гэ, у меня действительно не было другого выбора.

Как только он собирался снова заговорить, зазвонил телефон. Сян Си достал мобильный и взглянул на экран, это был Мантоу.

– Не приходи, – тут же ответил он на входящий. – Просто подожди меня в супермаркете. Да, я столкнулся с ослиной мордой… Нет, все в порядке… Я скоро вас найду.

Поведение Чжань Хунту показалось Чэн Бояню довольно противоречивым. Тон, которым он разговаривал с ним ранее, полностью отличался от того, которым он разговаривал по телефону сейчас. Казалось, что он стал совершенно другим человеком.

– Твой друг придет? – спросил Чэн Боянь.

– Я сказал им не делать этого. Если они придут, нас сразу поймают, – ответил Чжань Хунту, все еще лежа поперек заднего сиденья. – Гэ, доктор Чэн, я немного полежу здесь, а потом уйду. Уйду, как только они уберутся.

Чэн Боянь поправил воротник пальто, поскольку ветер на улице усилился. Забравшись обратно в машину, он завел двигатель.

– Где находится тот супермаркет?

– Он вон там, в десяти минутах езды, на южной стороне дороги. Их маленькие рисовые пельмени особенно вкусные, – произнес Чжань Хунту, приподнимаясь после того, как машина тронулась. – Давайте я вас ими угощу.

– Не стоит, лучше побереги деньги, – ответил Чэн Боянь, взглянув на него в зеркало заднего вида. – С твоей ноги только что сняли гипс, не так ли? Еще один подобный забег, и ты опять вернешься в больницу.

Чжань Хунту дважды усмехнулся и больше ничего не сказал.

Супермаркет «Дунлинь» оказался крошечным магазинчиком, втиснутым между витринами других магазинов. Чэн Боянь осознал, что проезжал мимо него бесчисленное количество раз по пути к бабушке, но так ни разу и не заметил.

– Спасибо, гэ, – Чжань Хунту вышел из машины и поклонился, прежде чем закрыть дверцу.

Чэн Боянь не ответил, просто вздохнул и помахал рукой.

У входа в супермаркет стояли два человека. Как только они заметили Чжань Хунту, выходящего из машины, один из них, прихрамывая, поспешно направился к нему. Чжань Хунту и его спутники представляли собой типичный образ молодежи, характерный для хаотичной части старого города, людей, на которых Чэн Боянь редко обращал внимания.

Развернув машину и включив музыку, он направился к дому бабушки. Его отец всегда беспокоился о том, что бабушка живет здесь одна, и постоянно пытался убедить ее переехать в центральный район. Но она отказалась, говоря, что прожила здесь всю свою жизнь и что переезд ее убьет. К счастью, дядя Чэн Бояня жил в соседнем доме, так что они могли присматривать друг за другом.

Чэн Боянь припарковал машину возле дома бабушки, едва втиснувшись между других машин, трёхколёсных мопедов и электромопедов. Эта беспорядочная парковка, как обычно, вызвала у него смутную тревогу, что к тому времени, как он вернется, его машина может быть повреждена.

Как только он вошёл в квартиру, то тот час почувствовал восхитительный аромат. Бабушка жарила куриные ножки. Хотя он и велел ей ничего не готовить, она всё равно это сделала.

– Разве я не говорил, что ничего не нужно? Я уже поел, – произнес Чэн Боянь, раскладывая на столе новогодние угощения, которые попросила принести мать.

– Раз уж её драгоценный внук здесь, как она могла ничего не приготовить? – с улыбкой сказала тётя, прислонившись к кухонной двери. – Сяо Юй уже несколько дней просит жареного цыпленка, а она его так и не приготовила.

– Вот именно! Я ничего не ел! У бабушки есть другие любимчики! – из внутренней комнаты выскочил толстый ребенок, и настроение Чэн Бояня моментально испортилось. Он нырнул в кухню, чтобы не видеть его.

Чэн Сюаньюй был внуком его дяди. Сейчас у него были зимние каникулы, и он практически жил в доме бабушки. Учась во втором классе, он уже был достаточно толстым, а все его мысли были только о еде и играх. При одном взгляде на него у Чэн Бояня чесались руки, поэтому он старался не видеться с ним.

– Не готовь слишком много, – сказал Чэн Боянь, обращаясь к бабушке, которая в это время с удовольствием жарила куриные ножки. – Я плотно поужинал и чувствую себя сытым.

– Наелся теми безвкусными блюдами, которые готовит тебе мама? – бабушка недоверчиво хмыкнула. – Тебя так легко накормить.

– Сегодня я сам приготовил свиные ребрышки в кисло-сладком соусе, – со смехом ответил Чэн Боянь.

– Держу пари, они были ужасны, – бабушка бросила на него понимающий взгляд.

– Да… ужасны, – кивнул он.

– Ты даже соль в эти кисло-сладкие свиные ребрышки не добавил, как они могут быть вкусными? Что это за пять граммов соли в день… – бабушка покачала головой. – Да еще и эти твои кулинарные способности. Лучше поешь немного курицы, чтобы компенсировать это. Я не добавляла много соли.

– Они мариновались в половине бутылки соевого соуса – это совсем не солено? – рассмеялся Чэн Боянь.

– Ты собираешься есть или нет! – бабушка сердито посмотрела на него..

– Да, да! – смягчился Чэн Боянь.

– Я тоже хочу есть! – Сюаньюй ворвался на кухню и шлепнул Чен Бояня по ноге. – Не бери мою курицу!

Чэн Боянь схватил мальчика за запястье и перевернул его, чтобы осмотреть ладонь: черные, белые и желтые пятна грязи прилипли к его пальцам.

– Ты играл с какашками? – спросил Чэн Боянь, почувствовав прилив отвращения и тошноты.

– Следи за своими словами, Боянь! – несколько недовольно сказала тетя.

– Иди и вымой руки! – и Чэн Боянь, несмотря на протесты, потащил Сюаньюя к раковине.

– Я не хочу! – кричал Сюаньюй, пытаясь вырваться.

Чэн Боянь крепко схватил его за воротник, чтобы тот не вырвался. Как бы сильно ребенок ни извивался, он умело удерживал его на месте. Когда попытки вырваться не увенчались успехом, Сюаньюй зажмурил глаза и начал визжать:

– Я не буду мыться! Не буду мыться! Нет, нет, нет, нет, нет!

– Продолжай кричать, – сказал Чэн Боянь, легко поднимая мальчика и перекидывая его через раковину. Если бы рядом не было бабушки, он целиком бы окунул этого мальчишку в воду. Раковина на старой кухне была достаточно большой, чтобы вместить ребенка.

– Просто вымой уже руки! Ты что, хочешь, чтобы тебя отшлепали? – в конце концов, тетя Чэн Бояня, не выдержав шума, открыла кран, схватила Сюаньюя за руки и начала тереть их сама. – Ты думаешь, твой дядя Боянь не будет тебя бить? Он уже много раз отчитывал тебя и раньше. Так ничему и не научился?

– Я никогда его не бил, – Чэн Боянь подошёл, взял тарелку и приготовился положить на неё куриную ножку.

– Нет, конечно. Но ты уже много раз ругался на него, – нахмурившись, парировала тетя. – Боянь, с твоим характером, что ты собираешься делать, когда у тебя появятся собственные дети? Бить их?

Чэн Боянь только улыбнулся, но ничего не сказал.

– Он не хочет детей! Кто сказал, что он хочет детей! – бабушка сердито посмотрела на его тётю.

Тетя, несколько смущенная, быстро утащила Сюаньюя в гостиную.

– Какие планы на новый год? – спросила бабушка, раскладывая жареные куриные ножки по тарелкам.

– Какие планы? – сделал паузу, наливая себе стакан воды из термоса. – Дежурство?

– О, ты прямо как твой отец, постоянно думаешь о больнице. Я спрашиваю о твоих планах на новый год, – сказала бабушка, глядя на него. – Тебе почти тридцать. Даже если у тебя есть… парень, разве ты не должен привести его домой?

Чэн Боянь поперхнулся водой и закашлялся:

– Почему ты беспокоишься об этом?

http://bllate.org/book/12620/1120102