Готовый перевод Pheromone off. / Без феромонов [❤️]: Глава 18

Увидев холодное отношение Хаджина и его удаляющуюся спину, столь привычный для него жест, Квон Сабин закричал:

— Эй! Остановись, немедленно!

Но Сон Хаджин не отреагировал.

Да кто он такой, чтобы держаться так высокомерно? То, что на него обратили внимание, уже повод быть безмерно благодарным, упасть в ноги и выражать признательность. Учитывая статус и положение Сабина, Хаджин должен быть благодарным.

Квон Сабин, раздувая от злости ноздри, холодным взглядом прожигал спину. Наверное, именно в тот момент в нём зародилось твердое намерение мучить Сон Хаджина, чтобы выместить свою неприязнь. Юношеская импульсивность внезапно вспыхнула с жестокой силой.

Что тогда, что сейчас, Сон Хаджин оставался все тем же. Поворачиваться спиной и уходить от Сабина было для него обычным делом. Перед Квон Саёном он молчал, но Сабину всегда показывал свою холодность.

Воспоминания о прошлом лишь усилили ярость Квон Сабина. Его взгляд, полный злобы, был направлен на сидящего напротив Сон Хаджина. Он и раньше не мог его терпеть, а теперь, когда тот появился за семейным столом Квонов, это стало вызывать у Сабина еще большее раздражение. Особенно то, что Хаджин так бесстыдно сидит рядом с Квон Саёном. Кровь Сабина кипела от злости. Хмурясь от переполнявшей его ярости, он выпил стакан ледяной воды.

— Как тебе жилье, эгги? * — спросил председатель Квон, сидевший во главе стола. Вид у него был необычно довольный.

*В оригинале использовано обращение 아가 (Ага) Это очень интимное обращение к ребенку. Например когда родители или бабушка/дедушка хотят успокоить плачущее чадо. В произношении это будет слышаться как 애기 (эгги), но так писать считается грамматической ошибкой, поэтому в письме используется 아가. Есть еще одно значение у этого обращения (невестка). Вы можете почитать почему я сделала такой выбор, по ссылке в конце главы.

Хаджин слегка смутился от его обращения.

— …Очень красиво, — улыбнулся он. — Спасибо.

Он чуть склонил голову, выражая благодарность, и председатель Квон мягко улыбнулся.

— Если что-то нужно, говори об этом сразу. Если кто-то будет тебе мешать или ставить в неловкое положение, сразу скажи дедушке.

Это прозвучало как предупреждение не только для семьи, сидевшей за столом, но и для слуг, выстроившихся в ряд в столовой. Хаджин чувствовал и признательность за такую заботу, и неловкость. Получать явное покровительство самого влиятельного человека в доме было для него очень смущающе.

— Да. Спасибо за заботу, дедушка.

— Какая еще забота? Саён, и ты тоже… Раз у тебя теперь есть супруг, то ты должен жить достойно.

Квон Саён, молча евший, услышав слово «супруг», бросил на Хаджина взгляд и беззвучно усмехнулся.

— Мы очень хорошо ладим, — спокойным голосом произнес он, что совсем не соответствовало его ухмылке. — Дедушке не о чем беспокоиться.

Но даже после его ответа председатель Квон все еще не отводил от него глаз. Казалось, он не доверял словам внука.

— Со вторым сыном семьи Сон ты все уже решил?

Саён, подцепивший палочками еду, на мгновение замер, но уже через секунду продолжил есть, как ни в чем не бывало.

— Позволь мне разобраться с этим самому.

— Смотри, сделай так, чтобы твой супруг не страдал из-за незавершенных дел со вторым сыном.

Сидящий рядом Хаджин уловил тяжелый, раздраженный вздох Саёна. И он прекрасно понимал его.

Уже то, что дедушка заставил разлучиться влюбленную пару, было жестокостью, а теперь он еще и вмешивался во все мелочи. Злость Саёна была вполне объяснима.

— Дедушка, Саён сам со всем разберется. Не волнуйся.

Напряженную атмосферу нарушила Квон Сахи, сидевшая справа от председателя Квона. Квон Сахи была старшим ребенком и к тому же женщиной-альфой. Из троих детей Квон у нее были самые сильные феромоны альфы и самый богатый опыт. Ростом она не уступала своим братьям, Квон Саёну и Квон Сабину, а разница в возрасте с Хаджином составляла пятнадцать лет. Среди них она была самой старшей. Наверное, именно поэтому Хаджин чувствовал себя с ней особенно неловко. Для Хаджина она была такой же, как и другие трудные взрослые, но внутри семьи ее присутствие и влияние были слишком весомыми.

Рост Квон Сахи превышал 180 сантиметров, и в отличие от женщин с хрупкими фигурами, она обладала крепким и выносливым телосложением, ничуть не уступавшим мужчинам-альфам. Сахи занималась джиу-джитсу, и потому мышцы, скрытые под деловым костюмом, порой выглядели пугающе. Однако ее внешность нельзя было назвать грубой. Ее красота сочеталась с властным ореолом, ничуть не уступавшим Квон Саёну. А еще ее деловые качества и давно признанный талант в бизнесе делали ее внучкой, на которую председатель Квон возлагал наибольшие надежды как на преемника. Но парадокс был в том, что именно она и доставляла ему больше всего головной боли.

— Ты правда не собираешься выходить замуж?

Председатель Квон прищурился, смотря на Сахи. В его голосе слышался укор.

— Дедушка, я же уже говорила, а ты снова за свое, — тактично ответила Квон Сахи.

Она очистила кусок скумбрии от косточек и переложила его в миску с рисом дедушке.

— Вот же плутовка, опять изворачиваешься… Твой йодонсэн уже женился, а у тебя до сих пор никаких мыслей по этому поводу?

*младший брат — донсэн, но это слово не употребляется в обращении. Чем больше занимаюсь переводами, тем больше узнаю тонкостей. В своих переводах сделанных ранее, я использовала это слово в обращении. Это была ошибка. Это слово используется как обозначение младшего брата или сестры, без определения пола. Но как выяснилось обращение к младшему брату будет йодонсэн, а к младшей сестре — намдонсэн.

— Боже мой, дедушка… У нас сегодня новый член семьи, так что давайте говорить о чем-нибудь приятном.

Казалось, она стала настоящим мастером в обращении с пожилым членом семьи, умело меняя тему разговора.

— Поздравляю, Квон Саён. А с тобой, Хаджин, нам надо будет познакомиться поближе.

Обращение Квон Сахи было к Хаджину, и он натянуто улыбнулся, склонив голову в ответ. Приветствуя ее, он украдкой наблюдал за выражением лица Квон Саёна. Он знал, что тот особенно чувствителен в вопросах, касающихся своей старшей сестры, поэтому определенно был недоволен ситуацией. К тому же теперь он знал, что одной из причин, по которой этот брак должен был состояться, была Квон Сахи. Именно потому это вызывало у Саёна еще большее раздражение.

— Кстати… — Квон Саён не ответил на ее слова, меняя тему разговора, — уже назначена дата моего вступления в должность?

На этот вопрос Квон Сахи чуть приподняла уголки губ в улыбке. Она прекрасно поняла скрытый смысл его слов. Это был завуалированный способ намекнуть, что место наследника, которое долго считалось закрепленным за ней, теперь изменилось. Такое отношение Квон Саёна, видимо, показалось Квон Сахи довольно забавным.

— Думаешь, так просто освободить пост директора?

— И мне это далось нелегко.

Услышав многозначительные слова Квон Саёна, Хаджин прекратил есть. В какой бы семье не проходили такие совместные приемы пищи, они ни для кого никогда не были комфортными.

— Я велю секретарю сообщить, — ответил председатель Квон и поднялся. — Долго ждать не придется.

— Хорошо.

Едва председатель встал, двое сотрудников, ожидавших неподалеку, тут же в спешке подошли и поддержали его. Казалось, он давно уже привык к помощи, поэтому чувствовал себя расслабленно.

— Эгги, — посмотрел он на Хаджина, который сидел с отсутствующим видом.

— …Да? — обращение дедушки звучало непривычно, поэтому Хаджин чуть замешкался.

— Пойдем со мной на пару минут, поговорим немного, — произнес председатель Квон и, взяв трость у сотрудника, зашагал прочь.

Хотя ходить ему было нелегко, он все же выглядел достаточно крепким и бодрым, совсем не похожим на умирающего, как о нем сказал Квон Саён. Хаджин осторожно поднялся и тихо прошел между членами семьи, продолжавшими трапезу. Но в тот момент, когда он встал, Квон Саён схватил его за руку. Удивленный такому действию, Хаджин поднял глаза и посмотрел на Саёна, который бросил на него многозначительный взгляд.

— Понял, да? — прошептал он.

Его вопрос был коротким, но Хаджин отлично понял смысл. Саён напоминал ему, что нужно правильно сыграть роль перед дедушкой. Это было невидимое давление на Хаджина.

— …Я понял, — спокойно ответил он.

***

В комнате, где должны были находиться только двое, на чайном столике стояло несколько видов сладостей и две фарфоровые чашки чая, от которого поднимался теплый пар. Смущающийся Хаджин рассматривал роскошную комнату. Одна из стен просторного помещения выглядела как большая ширма и имела три большие раздвижные двери. Повсюду в качестве украшений интерьера были произведения искусства стоимостью в десятки миллиардов вон.

Просидев на коленях несколько минут, Хаджин увидел вернувшегося председателя Квона, который, выйдя из столовой, отлучился по личным делам. Он вошел в большие двери, которые открыл для него сотрудник. Хаджин поспешно вскочил, намереваясь помочь ему, но председатель Квон взмахнул рукой, давая понять, чтобы он оставался на месте.

— Пусть вы сейчас молодожены, но ведь все равно ты должен найти время выпить чаю с этим стариком, разве нет?

В отличие от времени за обеденным столом, председатель Квон разговаривал с ним гораздо теплее и непринужденнее. Такое отношение он проявлял только, когда оставался с Хаджином наедине.

— …Мы ведь еще даже не вступили в брак, какие молодожены?

— Церемонию еще не провели, но вы уже живете вместе. Так какая разница, глупый ты мальчишка, — рассмеялся председатель Квон и сел напротив. Он посмотрел на Хаджина и поднял чашку с чаем. — Пей.

— Спасибо.

Хаджин последовал его примеру. Взяв чашку, он почувствовал исходящее от нее тепло и сделал небольшой глоток.

— Я знаю, что тебе неловко, — заговорил председатель Квон, сделав глоток. — Наверное, ты на меня за это очень злишься?

— …Дедушка немного перегнул палку, — тихо ответил Хаджин, и председатель Квон рассмеялся.

— Даже если ты будешь сердиться, я не сожалею.

— …

— Главное, что я смог вытащить тебя из этой проклятой семьи. Одним этим я уже облегчил себе душу.

Эти слова звучали искренне, и выражение лица председателя Квона действительно было таким, словно с его плеч упал тяжелый груз. Глядя на него, Хаджин улыбнулся.

— …Спасибо.

Какими бы ни были причины, какие бы секреты ни существовали, единственным, кто так беспокоился о нем, был председатель Квон.

— …Зачем ты меня благодаришь?

— …

— Просто живи хорошо. Это все, что мне нужно, — произнес он, мягко улыбаясь.

— Этого и вправду достаточно?

На неожиданно прямой вопрос председатель Квон нахмурил брови, показывая, что не понимает его.

— Только то, что я буду жить хорошо… этого правда будет достаточно?

— …А что еще нужно, глупыш.

— …

— Квон Саён… пусть он и кажется холодным, но он тот, кто всегда выполняет свои обязанности.

— …

— Он может не показывать пылких чувств, но для долгой совместной жизни нет никого лучше него. Да, бывает, он ведет себя как подлец, но… разве он не тот, в кого ты влюбился?

— …

— Если он огорчит тебя или причинит боль, сразу скажи об этом мне. Я как следует проучу его.

__________________

https://telegra.ph/Obrashchenie-%EC%95%84%EA%B0%80-rebenok-ili-nevestka-09-29

http://bllate.org/book/12558/1117229