В начале их знакомства Нанён часто расспрашивал Хёнджэ о семье, месте жительства, мелких увлечениях и подработке. Казалось, он собирал любые, даже незначительные детали. Сейчас Хёнджэ понимал, что это могли быть признаки интереса и привязанности. Но оглядываясь назад, он осознал, что сам Нанён в первые дни осторожно избегал подобных вопросов, будто оберегая его от чего-то.
Хёнджэ вспомнил, как однажды резко бросил:
«Мы ведь встречаемся, только ради секса».
Так он хотел прекратить эти расспросы. Какое выражение было тогда у Нанёна?
Он не мог точно вспомнить, ведь прошло уже время.
Теперь, вспоминая свою грубость, Хёнджэ чувствовал себя немного смущенным. Он пытался оправдать себя тем, что настойчивость Нанёна вызывала дискомфорт, и ему хотелось уклониться от подобных разговоров.
Хёнджэ не привык обнажать уязвимости. Бедность пропитала его жизнь, не оставив места для личных предпочтений. Рядом с Нанёном, у которого, казалось, было все, он чувствовал неловкость и все задаваемые им вопросы словно обнажали его пустоту. Ему нечего было показать. Дело не в том, что он ненавидел свою жизнь, а скорее, в стыде.
Возможно, перед идеальным мужчиной он пытался создать некий фасад. Отсрочить момент, когда Нанён заглянет за него и, не найдя ничего, разочаруется.
Если так подумать, то Хёнджэ всегда принимал тех, кто подходил к нему первым. Самому же проявлять интерес, стремиться с кем-то сблизиться, было для него в новинку. Раньше он даже никогда не пытался этого сделать.
Поначалу Хёнджэ думал, только о сексе и не отрицал этого. Но незаметно для него самого, между ними что-то стало меняться.
Хёнджэ не понимал причин, но решил довериться этому и плыть по течению…
— Хён, я тут подумал… я ведь почти ничего не знаю о тебе, — заговорил Хёнджэ.
— Это взаимно. У тебя тоже удивительно много секретов…
— Мне жаль.
Нанён посмотрел на него, будто спрашивая: «Что это за внезапность? И за что ты извиняешься?»
Хёнджэ нервничая, облизнул губы.
— Думаю, ты уже заметил… Во мне нет ничего интересного.
Он признал свою бессмысленную неполноценность, выпалив позднее признание.
— Ты не выглядишь, как пустой человек, — ответил Нанён, своим обычным неторопливым тоном. — Ты оказался куда глубже, чем я думал.
— …
— Но ты слишком много об этом думаешь и тем более напрягаешься рядом со мной. Все-таки мы встречаемся, только ради секса.
— Мгм…
Нанён бросил ему его же слова, и Хёнджэ поджал губы, словно получил удар под дых. Пытаясь найти ответ, он взглянул на Нанёна, который улыбался.
— Прости.
— Опять извиняешься.
— Тебя это задело?
— Нет, — все с такой же легкостью, ответил Нанён.
«Стоит ли этому верить?» — подумал Хёнджэ, чувствуя, что еще больше запутался.
— Мне все равно, какой ты человек.
— …
— Если я собираюсь строить с кем-то отношения, то предпочитаю чистый лист.
Хёнджэ подумал, что в этих словах он сможет найти ключ к разгадке, но сказанное, лишь углубило тайну. Он сдался, перестав пытаться их интерпретировать.
И все же слова Нанёна о том, что неважно, кто он, согревали. Пусть его речь была резкой, но сердце, казалось, добрым. Возможно, таким же теплым, как те нежные взгляды, что он иногда бросал на Хёнджэ.
Было поздно, и дорога вдоль реки Хан была пустынной. Пока они ехали по извилистой дороге, Хёнджэ приоткрыл окно машины. Прохладный ночной ветерок коснулся его лба.
«Нанён, Нанён…» — Хёнджэ повторил про себя несколько раз его имя, прежде чем неожиданно спросить:
— Нанён, красивое имя. Почему Нанён?
— Тебе не нравится? — усмехнулся Нанён.
— Оно похоже на женское.
— Это часть твоего нового интереса?
— Да, честно ответил Хёнджэ.
Нанён, позабавленный его ответом, лишь тихо рассмеялся. Хёнджэ ждал, пока тот, смотря в боковое зеркало, аккуратно менял полосу движения. Нанён не был идеальным водителем и не любил отвлекаться за рулем.
Когда машина перестроилась, Хёнджэ уже собирался повторить вопрос, решив, что Нанён забыл, но тот вдруг заговорил:
— …У меня и моих сестер общий слог «Нан». Старшую зовут Нанджу, младшую — Нанхи.
— У тебя есть сестры?
— Да… — неопределенно ответил Нанён.
Хёнджэ пришел к выводу, что среди трех имен Нанджу, Нанхи и Нанён, имя Нанён было наиболее гендерно-нейтральным.
— А какая у тебя фамилия? — вновь задал вопрос Хёнджэ.
В телефоне Хёнджэ, Нанён был записан просто, как Нанён. Это было все, что он знал о нем на тот момент.
— …И, — в ответе Нанёна возникла небольшая пауза, но Хёнджэ этого не заметил. — И Нанён.
Хёнджэ тут же достал телефон и обновил в его контакте информацию.
— До этого времени, я записал и называл тебя, просто, как Нанён.
— Это только доказывает, что наши отношения, немного необычные.
— Согласен.
Хёнджэ легко это принял, ведь на самом деле, даже их встреча была необычной.
«Нанён… И Нанён…» — Хёнджэ повторил его про себя.
Когда кто-то становится для тебя особенным, даже его имя приобретает особое значение. Возможно, этот момент стал поворотным… Хёнджэ вдруг понял истинную природу своих ранее не ясных чувств.
Опустив стекло еще немного больше, Хёнджэ озвучил мысль, которая крутилась у него в голове. Обычно, он просто промолчал бы, но сегодня решил произнести то, что думал:
— Я думаю, у тебя уникальное имя. Оно тебе очень подходит.
Нанён помолчал немного от неожиданного откровения, а потом улыбнулся.
— Спасибо, — приятно слышать.
Нанён говорил спокойно, не меняя обычного выражения лица. Видя, что он искренне отвечает на комплименты, Хёнджэ подумал, что ему чаще нужно быть честным, как с самим собой, так и с ним.
http://bllate.org/book/12556/1117172
Сказали спасибо 6 читателей