Готовый перевод Underpaint [❤️] / Подмалевок[❤️]: Глава 2-1 Выплаты

Старший аджосси неохотно согласился на уговоры Тэхана. Давона отвели в машину и доставили в частную клинику, принадлежащую «компании» Тэхана. На протяжении всего осмотра и лечения Давон не высказывал своего мнения и не задавал никаких вопросов.

Даже сев в машину Тэхана, Давон хранил молчание, смотря всю дорогу в окно. Чтобы вернуться домой, нужно было повернуть направо на первом перекрестке после аукционного дома, но машина Тэхана повернула налево.

Давон долго и пристально разглядывал незнакомые улицы, вывески и здания. Тэхан цокнул языком, по-видимому, раздраженный сосредоточенным взглядом Давона.

Машина остановилась перед старым зданием. Оно не было похоже на обычную больницу, но когда они поднялись в кабинет на втором этаже, их встретил на удивление компетентный доктор.

— Давно не виделись, господин Рю. Эм… Ваш спутник…

— Пожалуйста, осмотрите его правую руку. Вам не нужно знать, кто он.

Врач помог Давону снять верхнюю одежду и закатал рукав, не задавая лишних вопросов. Он осмотрел опухшие места и прощупал болезненные точки. Мужчина испытал шок при виде исхудавшей руки мальчика, но быстро взял себя в руки.

Он положил руку Давона на большой аппарат, чтобы сделать рентгеновские снимки. После этого, немного поколебавшись, он осторожно спросил у Тэхана:

— Простите, а как насчет его ноги?..

— В этом нет необходимости.

Давон был равнодушен к состоянию своей ноги, но резкий ответ Тэхана несколько смутил его. Доктор же выглядел довольно взволнованным.

— Понятно. Тем не менее, я осмотрю его общее состояние. Мне нужно будет использовать стетоскоп…

Доктор поднес стетоскоп к Давону, который напрягся, не понимая, в чем дело. Только когда ему сказали поднять рубашку, он сделал это.

Увидев обнаженное тело Давона, выражение лица доктора стало довольно мрачным. Грудь Давона была слишкой худой. У него выпирали ребра, и все было покрыто шрамами и синяками. Доктор выглядел шокированным и повернулся к Тэхану, который тоже нахмурился.

Видя их шокированные выражения, Давон подумал, что регулярные избиения — не есть нормальный опыт.

— Испытываете ли вы дискомфорт… где-либо еще, кроме правой руки?

Давон покачал головой. Большинство шрамов были старыми, но даже самые свежие синяки не доставляли особой боли.

Тем не менее, доктор осторожно взял у Давона кровь и сделал рентгеновские снимки его травмированной правой руки, обращаясь с ним, как с хрупким листиком. Тэхан, наблюдавший за обнаженной кожей Давона все это время, был мрачен.

— Детальные результаты будут после анализа крови, но даже на первый взгляд ваше состояние и питание… плохое. К счастью, перелом несерьезный. Это всего лишь микротрещина, так что если вы будете носить бандаж в течение 2–3 недель…

— Пусть это будет 8 недель, — внезапно перебил его Тэхан, все это время молча наблюдавший за осмотром.

— Что?

— Перелом находится возле запястья, поэтому для предотвращения необратимого повреждения руки его необходимо стабилизировать в течение двух месяцев. После осмотра пойдете со мной и объясните его опекуну в точности то, что я только что сказал.

Это была странная просьба, но доктор кивнул без вопросов, показывая, что приказы Тэхана имеют значительный вес.

На обратном пути Давон вновь оставался молчаливым, как кукла. Однако, когда машина Тэхана приблизилась к перекрестку возле аукционного дома, Давон повернулся к Тэхану с широко раскрытыми глазами.

— Это неправильный путь. Куда мы едем?

Чтобы попасть домой, им следовало свернуть на перекрестке. Хотя маршрут был незнакомым, память Давона была прекрасной. Кану и доктор, казалось, удивились фамильярному тону Давона.

— Значит, ты можешь говорить? — в голосе Тэхана были резкие нотки.

— Что?

— Я думал, у тебя и голос поврежден тоже.

Давон не произнес ни слова за весь день. Не разговаривать без необходимости было правилом при выходе из дома, так что в этом не было ничего необычного.

Без объяснений Тэхана машина вскоре вернулась к аукционному дому. Тэхан ненадолго вышел из машины и вошел в здание. Доктор, сидевший на пассажирском сиденье, обернулся к Давону.

— Прошу прощения, сколько вам лет? — с осторожностью спросил он.

Давон не был уверен, стоит ли ему отвечать. Пока он безучастно смотрел на доктора, тот поколебался, прежде чем спросить снова:

— Ты… взрослый?

Не желая, чтобы его приняли за ребенка, Давон едва заметно кивнул. Доктор, казалось, хотел сказать что-то еще, но не решился. В этот момент Тэхан вернулся в машину.

Отсюда маршрут уже был знаком Давону, это была дорога домой. Однако пункт назначения был другим. Давона привезли не в его дом, а к дому Тэхана.

— Ох, Давон, что случилось с твоей рукой? — драматично произнес старший аджосси, когда они вошли в гостиную.

Оказалось, он ожидал завершения осмотра тут. Увидев руку Давона в бандаже, он стал еще более взволнованным после объяснений доктора.

— Восемь недель нельзя использовать руку? Это очень плохо…

Если Давон не сможет писать картины в течение длительного периода, это значительно нарушит их график. Клиенты старшего аджосси, особенно самые крупные, требовали все больше картин. Аджосси с трудом скрывал свое смятение.

— Доктор рекомендовал госпитализацию, но, поскольку вариант с больницей неуместен, я пока привез его сюда, — ровным голосом произнес Тэхан. — Должны ли мы уведомить об этом семью?

— Семью?

— Вашего племянника. Он травмирован.

— Ох, ха-ха… У этого ребенка нет семьи. Я приютил его и вырастил.

Старший аджосси неловко улыбнулся и похлопал Давона по плечу. Холодный и напряженный блеск вспыхнул в глазах Тэхана, незамеченный аджосси. Это был взгляд презрения. Однако в следующий момент Тэхан изменил выражение лица и улыбнулся, как будто ничего не произошло.

— Понимаю. Это довольно похвально с вашей стороны.

Тэхан предложил Давону остаться у него до полного заживления руки. Он объяснил, что стабильность имеет решающее значение, и что иметь кого-то, кто позаботится о нем, и медицинский персонал, который может приехать в любую минуту, будет удобнее.

Давон какое-то время не сможет рисовать и будет только потреблять еду. Старший аджосси, который не собирался ухаживать за больным, неохотно принял это предложение.

Давон в очередной раз ничего не сказал о своем будущем. Он молча оглядел дом Тэхана.

Большая гостиная примыкала к кухне и лестнице. Самая большая комната была спальней Тэхана, куда он вызывал омег. Остальные комнаты группировались вокруг небольшого коридора. Трое людей Тэхана стояли в коридоре, бросая взгляды на Давона и перешептываясь между собой.

«О чем они говорят? — задался вопросом Давон, но его не волновали их пренебрежительные взгляды. Его разум был сосредоточен на одном. — Почему Тэхан привез меня сюда?»

Он размышлял о мотивах Тэхана и о том, было ли его дружелюбное поведение по отношению к старшему аджосси и то, что он привез сюда Давона, как-то связано. Он сомневался, что Тэхан выполнит хоть какую-то его просьбу.

Тем временем старший аджосси и Тэхан закончили свой разговор. Аджосси, выглядя озабоченным, выдавил из себя улыбку.

— Хорошо, Давон, — заговорил он. — Не доставляй хлопот. Доверься господину Рю и веди себя прилично. Хорошо?

Давон понял, что никогда не сможет доверять Тэхану, несмотря на пустые слова аджосси. Когда Давон посмотрел вниз, Тэхан внезапно положил руку ему на плечо. Длинными пальцами он сжал то место, которое до этого похлопал аджосси.

— Не волнуйтесь. Я хорошо о нем позабочусь.

Слова Тэхана, прикрытые добротой, показались Давону жуткими.

— Уф…

Давон проснулся поздно утром и застонал. Увидев незнакомый потолок, он почувствовал, как сердце бешено заколотилось. Вытерев холодный пот со лба, он посмотрел на повязку на правой руке. Прошло уже пять дней с тех пор, как он начал жить в доме Тэхана, но Давон все еще не мог привыкнуть к этой ситуации.

— Март… 10-е.

Давон по привычке вспомнил дату и умыл лицо левой рукой. Хотя он и выспался, его сны были тревожными, и он все равно чувствовал усталость.

С тех пор как он приехал сюда, Давону часто снилось, как Тэхан убивает старшего аджосси. Во сне, после того как Тэхан закапывал его окровавленное тело под деревом, он поворачивался и смотрел на Давона. Его глаза были полны тьмы, готовой поглотить его. Давон просыпался в холодном поту.

— Это уже третий раз, когда мне снится этот сон.

Ему было не по себе, но он постарался отмахнуться от этого. Давону было привычно начинать свой день с чувством дискомфорта. Он умылся в ванной и переоделся в новую одежду. Вся одежда в шкафу была либо белого, либо черного цвета.

В первый день, когда старший аджосси принес вещи Давона, Тэхан нахмурился и приказал Кану избавиться от них.

— Выбрось это. Приготовь ему что-нибудь приличное. И одежду, и другие предметы.

Кану, секретарь Тэхана, имел грубую внешность с большим шрамом на скуле, но он всегда относился к Тэхану с уважением.

— Пусть парни уберутся в пустой комнате на втором этаже.

Услышав этот приказ, Кану немного сжался.

— Господин, поскольку ему тяжело ходить, не лучше ли разместить его на первом этаже? Мы можем освободить одну из комнат парней…

— На втором этаже, — перебил его Тэхан и повернулся к Давону. — Оставайся в своей комнате, пока тебя не позовут.

Прошло три дня. Сначала Давон спал весь день, но вскоре его состояние стабилизировалось. Он не чувствовал боли, и хотя у него были кошмары, он мог хорошо спать и есть.

На самом деле, он ел довольно много. Порции еды, которую ему приносили, были больше, чем те, к которым Давон привык. Раньше он ел ровно столько, чтобы заглушить голод. В первый раз, когда ему принесли обед, он оставил половину его нетронутой, и тогда недовольный член организации Тэхана пожаловался, забирая посуду.

— Ешь все. Я слишком стар, чтобы следить за питанием ребенка.

Казалось, Тэхан поручил своим людям следить за тем, чтобы Давон хорошо питался.

Чувство сытости было таким же неприятным, как и голод. Чувствуя дискомфорт, Давон вспомнил детскую сказку о ведьме, которая откармливала детей перед тем, как съесть их. Он не мог вспомнить конец, но сомневался, что ведьма убивала их матерей.

— Мне скучно, — пробубнил Давон, пока ел завтрак, который принесли ему в комнату.

Когда нечем заняться, кроме как есть, время тянулось медленно.

Тэхан, который привез сюда Давона, был занят и часто уходил один или с Кану. Давон редко видел его, за исключением тех случаев, когда приходил доктор, чтобы проверить его руку. Но даже тогда Тэхан молча наблюдал и уходил, когда уходил доктор.

Было странно, что Давон стал видеть Тэхана реже, живя в его доме. Он не то чтобы скучал по нему, но… Весь его привычный распорядок дня был нарушен. До сих пор жизнь Давона вращалась вокруг рисования и наблюдения за Тэханом.

— Он, наверное, не вернется до позднего вечера.

Поздно вечером Давон мог слышать приглушенные звуки из соседней комнаты Тэхана. Он всегда знал, какая комната в доме принадлежит ему, поскольку часто смотрел на этот дом из своей комнаты через дорогу.

Давон выглянул в окно на дом, в котором жил раньше. Даже при ярком солнечном свете дом казался окутанным зловещей тишиной. Вид из его маленькой комнаты всегда казался ему картиной. Когда он переехал сюда, он словно шагнул в эту картину, но теперь он понял, что все было иначе. Это он все это время жил в картине и, наконец, вышел в реальный мир.

— Рисование… — тихо произнес Давон и посмотрел на свою перевязанную правую руку.

Прошло пять дней с тех пор, как он в последний раз рисовал.

http://bllate.org/book/12550/1117099