Готовый перевод Opposite worlds / Противоположные миры[❤️]: Глава 15

Взяв деревянные палочки, Чан Джэмин на секунду заколебался, прежде чем потянуться к еде, которую принес Соль Дэён. По текстуре кусок напоминал старую автомобильную шину, поэтому он тут же выплюнул его и прополоскал рот соджу. Откинувшись на спинку стула, он закинул ногу на ногу и стал наблюдать, как Соль Дэён суетится.

Соль Дэён, без сомнения, был самой заметной фигурой в толпе.

Все советовались с ним и делали, как он говорил. Его достоинства заключались не только в подавляющем телосложении и мужественной внешности. Любой, кто хоть раз с ним разговаривал, понимал, что, кажется, не существовало проблемы, которую Соль Дэён не мог бы решить.

Он был подобен огромному дереву с мощнейшими корнями. Его невозможно было сломать, и если у кого-то возникали какие-то мысли, то они сразу же пропадали, отбивая всякое желание это делать.

Чан Джэмин честно признавал: в Соль Дэёне была мощная сила, ведущая людей за собой. И даже если бы эту силу попытались спрятать, ее присутствие ощущалось бы так же явно, как торчащий гвоздь. Для такого человека было естественно быть лидером.

Даже в прямой схватке, если бы они сцепились, то ситуация не изменилась бы. Хотя Чан Джэмин и солгал председателю Чану, он честно считал, что его шансы на победу над Соль Дэёном в честной драке были ниже пятидесяти процентов. А вот вероятность того, что он сам пострадает, пытаясь покалечить Соль Дэёна, была еще выше.

План сломать ему ноги, приковать к инвалидному креслу, а потом вывести из Кореи казался нереалистичным.

«Блядь, как же это раздражает».

Наблюдая за тем, как Соль Дэён сработался в идеальном тандеме с Квон Юджин, Чан Джэмин почувствовал, как внутри него все закипает. Именно в этот момент их взгляды встретились.

— …

Джэмину вдруг показалось, что он уловил слабый аромат феромонов Дэёна, который задержался у него на кончике носа.

Это было удушающее, головокружительное воспоминание, которое он испытал лишь однажды. Это было лето, когда цикады стрекотали особенно громко. 

Место, куда когда-то вонзился нож, казалось, заныло, и Джэмин с раздражением потер шею. Дешевый алкоголь разлился приятным теплом в нижней части живота. Он достал из сумки серебряный футляр, высыпал из него таблетки и проглотил их, запивая оставшимся соджу.

Врач советовал ему сохранять душевное спокойствие, так как сильный стресс может спровоцировать и без того нерегулярный эструс. Но Чан Джэмин считал, что доктор просто не понимает, какая у него жизнь и то, через что ему приходится проходить.

К тому же сильные феромоны альф, исходившие от шумной компании за дальним столиком, действовали Чан Джэмину на нервы.

— Запрещено распространять феромоны! Так как сегодня день открытых дверей и пришло много гостей, прошу быть осторожными!

Квон Юджин повысила голос, чтобы ее было слышно, а потом ярко улыбнулась, смотря на того, кто вошел под тент.

— О, папа!

Взгляды всех присутствующих устремились в их сторону. Чан Джэмин не был исключением. Юн Джонха, входящий в пятерку самых успешных омег Кореи, обнял свою дочь.

— Я сильно опоздал?

— Да, очень! Но спасибо, что пришел.

Квон Юджин широко улыбнулась и повисла на нем. Чан Джэмин непроизвольно сглотнул, глядя на мужчину-омегу, черты лица которого были такими же, как у Квон Юджин, но он имел совершенно другую ауру.

— Я хотел сфотографировать свою дочь, которая впервые в жизни испытывает трудности.

— Ха-ха, что это еще такое?

Когда Юн Джонха достал телефон, Юджин рассмеялась, но сменила позу, пальцами показав «V». Если не знать, кем они являются друг другу, то со стороны можно было подумать, что они брат и сестра.

— Здравствуйте. Хотите, я вас сфотографирую? — улыбнулся Соль Дэён, подходя к ним, и Юн Джонха улыбнулся ему в ответ.

— Как тебя зовут?

— Я Соль Дэён.

— Ооо… Это имя, которое наша Юджин в последнее время повторяет чаще всего.

— Папа.

Юджин покраснела, а Соль Дэён тихо рассмеялся.

— Я и правда загружал ее работой из-за фестиваля, так что заслуживаю выговора. Но Юджин так хорошо справляется. Я позабочусь, чтобы еда была вкусной, так что рассчитываю на ваше прощение.

— Хм… Похоже, что ты действительно очень хороший парень.

Юн Джонха пару раз похлопал Соль Дэёна по плечу. Соль Дэён на мгновение замер, но потом широко улыбнулся и скрылся за шатром.

— Пап, садись сюда.

Чан Джэмин смотрел, как Юн Джонха, ведомый дочерью, уселся за столик по правую руку от него.

Юн Джонха был одет в элегантный костюм. Он не был низкого роста, но имел изящное тело. Его мягкие светлые волосы ниспадали на лоб, придавая ему мальчишеское обаяние, не соответствующее возрасту. Его лицо было настолько моложавым, что даже веснушки смотрелись бы на нем естественно.

— Вау… Он потрясающий.

Не было ничего удивительного в том, что шумные студенты факультета физкультуры пришли в возбуждение и облизывались при виде его. При знаменитости, которую они видели только в СМИ, сидящей за соседним столом, их глаза заблестели, словно камни для игры Го.

— Пап, если выпустишь феромоны, будет катастрофа. Понял?

Благодаря эволюции, биологические родственники разных типов не могли реагировать на феромоны друг друга. Иначе альфы, движимые вожделением, могли бы насиловать своих омег-родителей, а омеги-родители соблазняли бы своих детей-альф.

Блядь, если бы только это ебнутое человечество было бы уничтожено подобным образом…

— Помни о том, в каком университете учится твоя дочь.

— Я буду осторожен.

Когда Юджин принесла алкоголь, она снова напомнила своему отцу об этом. Юн Джонха мягко улыбнулся и кивнул. Но Чан Джэмин сразу же смог уловить его омега-феромоны. Люди начали незаметно собираться вокруг, бросая в их сторону взгляды.

—…

Чан Джэмин поморщился от неприятного запаха и откинулся на спинку пластикового стула. Теперь он был уверен, что Юн Джонха, который похлопывал Соль Дэёна по плечу, не случайно коснулся его бедра, когда присаживался за стол.

«Блядь, это омерзительно!»

Юн Джонха, на безымянном пальце которого сверкало обручальное кольцо, медленно пил соджу. В каждом его движении сквозила не только непринужденность, но и откровенное соблазнение. Он явно наслаждался вниманием, устремленным на него, при этом умело контролируя свои феромоны и выпуская их ровно настолько, чтобы альфы не сошли с ума.

— Блядь, Джонха настолько охренительный, что будь он один, я бы стопроцентно к нему подкатил.

— Если он в таком возрасте ведет себя подобным образом, то каким же он был в молодости? Неудивительно, что Квон Сандо потерял голову.

Чан Джэмин заметил легкую улыбку, тронувшую губы Юн Джонха, слышавшего эти пересуды, отчего его настроение становилось все более скверным.

Двадцать лет назад движение за права омег стало заметным общественным явлением, а в государственных школах учили, что дискриминация по признаку подтипа лишь демонстрирует твой собственный уровень интеллекта. Но реальная жизнь отличалась от той, о которой писали в учебниках.

Особенно те люди здесь, которых с момента выявления их подтипа считали элитой высшего сорта. Обычным людям не потребовалось много времени, чтобы впитать в себя искаженное чувство комплекса превосходства.

Они идеально приспособились к обществу, на словах поддерживая права омег, но за спиной они были оптимизированы для угнетения омег. Долгое время для доминантных альф омеги были существами низшего уровня, существующими для подчинения и удовольствия, так что для них это было естественно.

Но в этот момент никто не посмел бы назвать Юн Джонха покорным существом низкого уровня.

Чан Джэмин интуитивно чувствовал, что стоит Юн Джонха лишь кивнуть, и множество молодых альф тут же опустятся перед ним на колени.

Юн Джонха был мужчина, который не скрывал, что он омега, а напротив, уверенно демонстрировал это. Его уверенный взгляд словно оценивал и ранжировал всех альф, находившихся вокруг.

Чем дольше Джэмин смотрел на Юн Джонха, с улыбкой оглядывающего всех вокруг, тем больше его тошнило. Дешевый алкоголь и закуски, казалось, поднимались обратно по его пищеводу.

Взгляд темно-карих глаз Юн Джонха, скользивший по альфам, наконец остановился на Джэмине, сидящем по правую руку от него. Он внимательно осмотрел Чан Джэмина, прежде чем заговорить:

— Почему ты так на меня смотришь?

—… Потому что ты мне отвратителен.

Внезапно Юн Джонха схватил Чан Джэмина за руку, поднес его запястье к своему носу и сделал короткий вдох.

— Что ты творишь? — сквозь зубы процедил Джэмин. — Хочешь, чтобы я тебе нос сломал?

Смотря на него, Юн Джонха горько усмехнулся.

— Открытая демонстрация омегафобии… Это довольно типично для нынешней молодежи.

Хотя Чан Джэмин знал, что выделение феромонов невозможно, но он все равно напрягся. К счастью, похоже, Юн Джонха не учуял от него никакого запаха.

— С твоим лицом ты можешь соблазнить все подтипы.

*альфы, омеги, беты.

— Эй! — прошипел Чан Джэмин, смотря злобно на него. — …Если не хочешь в своем преклонном возрасте вынашивать непонятно чье семя, тебе следует воздержаться от флирта в месте, где полно альф.

Тонкие, бледные губы Юн Джонха слегка задрожали. Несмотря на то, что Джэмин унизил его, его настроение нисколько не улучшилось. А все потому, что Юн Джонха улыбался.

— Ты студент этого универа? Это определенно один из лучших университетов Кореи. Доминантный альфа, который беспокоится об омеге…

Только идиот не распознал бы шипы, скрытые в его словах.

— А тебе не приходило в голову, что у меня может быть метка?

http://bllate.org/book/12547/1116859