Готовый перевод Opposite worlds / Противоположные миры[❤️]: Глава 16

Когда Юн Джонха произнес слово «метка», Чан Джэмин усмехнулся, кривя губы.

Метка — это черта, присущая исключительно альфам и омегам. Хотя это и романтизировали как некое обещание любить только друг друга, по факту это означало, что секс с кем-либо, кроме помеченного партнера, становился невозможен.

Если, имея метку, омега вступал с кем-то другим в сексуальные отношения, кроме своего партнера, то испытывал чувство, словно его изнасиловали. А вот у альфы член вставал только на феромоны омеги, метку которому он поставил, так что сам секс с кем-то другим становился просто невозможен.

Но проблема заключалась в том, что даже после того, как тебе поставили метку, нельзя было предотвратить реакцию других на твои феромоны. В момент, когда альфа ставил метку, могло казаться, что в мире существуют только двое, но, как известно, в мире нет ничего более изменчивого, чем человеческие чувства.

Говорили, что нет ада хуже, чем когда любовь остыла, а заниматься сексом с другими, кто слетается на тебя, как пчелиный рой, невозможно. Поскольку связь между меченными партнерами разрушалась только смертью одного из партнеров, то иногда случались убийства.

Из-за таких побочных эффектов метка уже давно стала явлением, которого избегали как альфы, так и омеги. Конечно, все еще находились некоторые сумасшедшие подростки или пары, обещавшие вечную любовь и связывали друг друга этим ебаным способом.

— Так у тебя есть метка? — скривив губы, спросил Джэмин.

Юн Джонха вместо ответа улыбнулся и провел пальцем по кольцу на безымянном пальце.

Вряд ли найдется человек, который хотя бы раз не слышал сплетен о нем. Он, словно Золушка, вышел замуж, получив безоговорочную любовь и поддержку молодого адвоката по правам человека. В тот момент, когда он увидел выражение его лица, словно говорящее: «Ты что, не знаешь?», в нижней части живота Джэмина поднялся сильный жар.

— Ну тогда в твоей семье обязательно дойдет до убийства. Судя по тому, как ты источаешь феромоны, ты явно хочешь избавиться от метки.

— Эй…

На лице Юн Джонха, до этого словно скрытого маской, наконец проступило явное раздражение. Да. Именно такое лицо Джэмин и хотел увидеть. В тот момент, когда он усмехнулся, сзади послышался голос Соль Дэёна.

— Чан Джэмин, вот то, что ты хотел выпить.

В руке у него находился бокал с хайболом. Лишь сейчас он принес то, что Джэмин просил раньше.

— За это двойная цена.

Джэмин взял у него бокал и залпом осушил его. После этого он вытащил из кошелька пачку купюр и швырнул на стол.

— Хватит? — поднявшись с места, спросил он.

— Ты что, уже уходишь?

— Блядь, а сколько еще мне тут торчать?

Этого было достаточно, чтобы сыграть роль спонсора, как и просил его Соль Дэён. Хотя он так и не завел разговор об учебе за границей, как планировал до прихода сюда, но если бы он остался здесь дольше, то, возможно, оказался бы на первой полосе новостей за избиение самого известного омеги Кореи.

Джэмин нервно нащупал сигареты. Раздался щелчок зажигалки, и он прикурил.

— Эй, сонбэ-ним. Здесь нельзя курить… — с широко распахнутыми глазами к нему подбежала Юджин.

— Отъебись.

Девушка сделала шаг назад под напором его энергии. Джэмин сделал глубокую затяжку, сильно втянув щеки, а потом пнул брезент шатра и быстрым шагом направился к парковке.

С самого начала ему не нужно было приходить сюда. Проблема была в том, что он делал то, что ему было совершенно несвойственно. С того момента, как он увидел Юн Джонха, его охватило такое раздражение, что к горлу подступила тошнота.

Пьяные студенты, поглощенные атмосферой фестиваля, шатались, идя мимо, едва не задевая плечами Джэмина.

«Только, блядь, дайте кто-нибудь повод!»

Раздраженный Джэмин был настроен на драку даже при малейшем случайном конфликте.

— Блядь… Вы тоже чувствуете этот охрененный запах омеги?

Джэмин замер, услышав позади себя чей-то возбужденный голос, но в ту же секунду в нем сработала инстинктивная реакция, и он мгновенно ускорил шаг.

— Вот за что я люблю фестивали.

— Пусть хоть одна омега попадется, блядь. Сегодня в мотелях будет джекпот. Не зря в круглосуточном магазине полки были завалены презервативами.

Их смешки и разговоры раздавались прямо у него за спиной. Джэмин опустил голову и закусил губу.

— Вау, кто сейчас рядом прошел? — раздался громкий, возбужденный голос. — У меня моментально встал.

«Не может быть… Почему феромоны просачиваются, несмотря на то, что я принимал подавители?»

Сердце Джэмина забилось чаще, тревожно сжимаясь в груди.

«Если ты будешь подвергаться сильному стрессу, может начаться внезапный эструс. Будь осторожен».

Джэмин побледнел. Нужно было срочно связаться с Сонхо, который ждал его где-то в кампусе. Он лихорадочно обыскал висевшую на одном плече сумку: кошелек, солнцезащитные очки, наушники, духи… В руки попадалось одно барахло, а телефона, который он искал, не было.

— Блядь… — Джэмин исказился в лице.

Похоже, он оставил телефон на столе в баре. Вернуться туда означало подвергнуться риску. В его состоянии, когда эструс мог начаться в любую минуту, это было невозможно.

Он сжал зубы, опустил пониже козырек черной бейсболки и направился к воротам университета.

«Хоть бы подвернулось такси…»

— Ты слышал? Говорят, Юн Джонха сидит в шатре экономического факультета.

— Обалдеть. Правда?

Кровь гулко ударяла в виски, а кожа зудела и горела. Это определенно был нехороший знак.

— Блядь… Может, прикинуться психом и устроить феромоновый душ? Он же омега, так что по-любому не сможет устоять против феромонов молодого доминантного альфы.

— Если у него есть метка, то он на наши феромоны не среагирует. Мне правда было интересно переспать с меченым омегой, и я даже заплатил деньги, чтобы попробовать. Но он вел себя как деревянный, так что секс был таким паршивым, что у меня член просто упал.

— Эй, эй… Ты правда думаешь, что такие люди, как Квон Сандо или Юн Джонха, у которых столько всего на кону, стали бы связывать себя меткой? По-моему, нет.

— Тогда иди и сам проверь… ебанутый.

Чан Джэмин нахмурил брови. Каким бы богатым и влиятельным омегой ни был Юн Джонха, все равно в итоге он оставался человеком, которого за спиной вот так унижали. Джэмина пробрала дрожь от странного двойственного чувства.

Социально успешное положение и идеальная семья, не скрывающая своей любви к нему. Джэмин не мог простить себя за то, что на мгновение позавидовал ему. Охваченный дрожью, он сжал кулак так сильно, что ногти впились в ладонь.

— Да хватит тебе. Неужели он того стоит, чтобы подставляться под Квон Сандо и загубить себе жизнь?

В этот момент один из смеявшихся парней вдруг замер.

— Ты тоже почуял. Что это? Сейчас… этот запах?..

В тот момент, когда в голосах незнакомцев послышалось пугающе густое возбуждение, Джэмин стиснул зубы и бросился бежать. Нужно было убраться отсюда как можно скорее.

«В безопасное место… туда, где я смогу быть в безопасности…»

— Ты тоже это почувствовал?

— Блядь, точно у кого-то начался эструс. Вау… запах… офигенный.

— Надо позвонить 119? Интересно, кто это? Эй, кто ты? Я могу помочь! Ха-ха…

«Ублюдки».

— Ха-а… — жадно хватая воздух ртом, Джэмин почувствовал, как по лицу струится холодный пот.

Ноги постепенно слабели, а в глазах мутнело. Он изо всех сил пытался найти безлюдное место, но его сознание уже расплывалось, превращаясь в кашу.

— Ха-а…

Кто-то, остановившись и спрашивая, все ли с ним в порядке, замер с протянутой рукой. На мгновение Джэмину показалось, что из кончиков этих крупных, дрожащих пальцев вот-вот прорастут звериные когти.

— Эй… тебе плохо? Хочешь пойти со мной? У меня есть таблетки.

— Заткни свою ебучую пасть.

Джэмин, стиснув зубы, отшвырнул протянутую руку, зажал нос ладонью и, покачиваясь, зашагал. У него возникла мысль броситься в пруд, что находился на территории университета. Встретить эструс в толпе возбужденных уродов было хуже, чем утонуть в грязной воде.

— Уф…

Пошатнувшись, Джэмин ощутил, как кто-то больно схватил его за запястье и рывком развернул.

«Блядь! Неужели так и закончится моя жизнь?»

— Чан Джэмин.

Взгляд Джэмина дрожал, и перед глазами все поплыло. Это произошло не потому, что человек, смотревший на него и тяжело дышавший, оказался Соль Дэёном, а потому, что от него волной хлынули феромоны. То самое сильное чувство, которое он испытал однажды много лет назад, вспыхнуло вновь.

— Ха-а…

Судорожно дрожа, Джэмин приоткрыл губы, хватая ртом воздух, чувствуя разливающийся у самого носа интенсивный запах леса. Даже то, что Соль Дэён набросил ему на голову свою дурацкую клетчатую рубашку, сейчас не имело никакого значения.

Джэмин жадно вдыхал его запах, как человек, только что вытащенный из воды. Аромат, который он помнил и все эти пять лет мысленно воскрешал в своем воображении, был настолько сильным, что полностью разрушил его потускневшие за годы воспоминания.

— Как тебя так угораздило напиться, а? Что, сейчас блеванешь? Прямо здесь?

Соль Дэён нарочито повысил голос, и люди, морща носы, начали потихоньку их обходить. Завернув Джэмина в свою пропитанную феромонами одежду и прижав к себе, Соль Дэён прошептал:

— Потерпи немного, я вызову такси.

— Я… я… ха-а… блядь…

Но Джэмин уже не мог держаться, достигнув своего предела. Из-под мешковатых брюк по внутренней стороне бедер уже текли прозрачные выделения. Феромоны Соль Дэёна, куда более густые и плотные, чем в их школьные годы, доводили каждую клеточку его тела до безумия.

— Возьми себя в руки, Чан Джэмин.

Джэмин дрожал всем телом. Каждая клеточка его тела реагировала на феромоны Дэёна. Даже пальцы ног в кожаных туфлях сводило судорогой, и он едва мог идти.

— Со… Сонхо… позови Сонхо… мой телефон… ааа… — сквозь зубы процедил Джэмин. Его слова смешались со стоном, похожим на плач.

Соль Дэён замер.

— Спаси меня, Сонхо… ммм…

http://bllate.org/book/12547/1116860