Готовый перевод cheri keikeu / Вишневый торт [❤️]: Глава 3-3

Со Сухён, приняв приглашение бабушки из Сеула остаться, какое-то время болтал с ней, а потом съел поздний обед, почистил зубы и даже успел полакомиться фруктами.

Возможно, из-за воспоминаний о том, как он проводил Соллаль с мамой и бабушкой, он подумал, что лучше быть в хорошей компании, чем в одиночестве, и поначалу согласился… Но теперь он чувствовал, что ему пора домой.

— Хён, я думаю, мне пора идти.

— Ты уходишь?

Так как бабушка из Сеула дремала в своей комнате, Со Сухён понизил голос.

— Да. Я бы хотел побыть с тобой подольше, но мне нужно идти из-за Бокшиля, да и магазин открыт. Тебе тоже нужно отдохнуть, ты сегодня так много помогал.

— Я-то в порядке, но… что ж, ничего не поделаешь.

По правде говоря, ни Бокшиль, ни открытый магазин не вызывали у него серьезных опасений. Уходя из дома, он всегда оставлял Бокшилю вдоволь еды, воды и лакомств. А магазин часто оставался открытым, пока Сухён отлучался или работал в огороде, так что беспокоиться было не о чем.

Но его не покидало странное чувство, что ему лучше вернуться домой.

— Хочешь взять с собой фруктов?

— А можно?

— Да. Учителю дарят очень много подарков. Нам все не съесть, так что бери. Она меня еще и отругает, если я отпущу тебя с пустыми руками.

Кан Исон прошел на кухню и сложил фрукты в ту же сумку, в которой лежали контейнеры из-под закусок.

— Спасибо. Пожалуйста, передай бабушке, что я не смог попрощаться, потому что она спала. И поздравь ее с Новым годом.

— Хорошо. Проводить тебя до магазина?

— Все в порядке.

Со Сухён покачал головой. Кан Исон не очень любил выходить на улицу, и Сухён переживал, что из-за праздника на улице может быть много людей.

Попрощавшись, Сухён неспешно направился к магазину. Его не оставляло гнетущее предчувствие, и он решил, что лучше всего будет закрыть минимаркет пораньше, обнять Бокшиля и лечь спать.

— Неужели покупатель?

Приблизившись к магазину, он заметил незнакомый припаркованный автомобиль. В недоумении склонив голову, Сухён вошел внутрь. Он ожидал увидеть покупателя, но в помещении никого не было.

— Наверное, просто припарковались тут.

Списав все на это, он поставил сумку и запер дверь изнутри. Именно в этот момент, прежде чем он успел ощутить чье-либо приближение, кончик его носа тронул знакомый, но в то же время странный аромат. Он определенно чувствовал его раньше.

«Это машина господина директора? Он работает даже на Соллаль», — подумал Сухён и обернулся.

— Где ты был?

Прежде чем он успел осмотреть магазин, перед ним возникло знакомое лицо. Со Сухён уже собирался поздороваться как обычно, но запнулся.

— Эм…

Мужчина выглядел так же, как и всегда. Его неторопливая походка и то, что он курил прямо в магазине, были привычными. Единственным отличием было то, что он не улыбался.

Из-за этой крохотной детали Ки Тэён показался ему пугающе чужим. Пока Сухён стоял с открытым ртом, тот подошел ближе и заглянул ему в глаза. Со Сухён инстинктивно попятился и уперся спиной в дверь.

Заметив его беспокойство, Ки Тэён слегка наклонил голову и приподнял уголки губ. От внезапного прилива давления кончики пальцев Сухёна мелко задрожали. Огромное напряжение парализовало его, словно мышь, застывшую перед змеей.

Причина этого напряжения была ясна.

Его инстинкты кричали: Беги.

— Сухён.

Со Сухён невольно задержал дыхание.

— Ты уже лишился девственности?

Перед ним стоял альфа, у которого, судя по всему, начался восприимчивый период.

«Почему у него внезапно начался восприимчивый период?» — подумал Со Сухён.

Слово «внезапно» здесь даже не подходило. Поскольку Со Сухён не знал цикла Ки Тэёна, задаваться этим вопросом было бессмысленно.

Поэтому вопрос «почему внезапно начался» сменился другим: «почему он пришел сюда в таком состоянии?».

— Когда взрослый задает тебе вопрос, нужно отвечать. Так да или нет?

Сухён хотел ответить, но слова давались с трудом. Хотя Ки Тэён и нацепил улыбку, словно у него никогда не было того безэмоционального лица, от него исходила совсем иная аура. Как от абсолютного незнакомца. Поэтому разомкнуть губы и что-то произнести было нелегко.

«Что мне делать?» — задался вопросом Сухён, ответа на который не было.

В этот момент Ки Тэён протянул к нему свою большую руку и сжал его щеку. Со Сухён, до этого пристально смотревший на крепко спящего за прилавком Бокшиля, пытаясь избежать зрительного контакта, наконец поднял взгляд на Ки Тэёна.

Глаза мужчины, казавшиеся еще темнее, чем ночью, вызывали леденящее напряжение.

— Н-нет…

Когда ему удалось выдавить ответ, Ки Тэён нахмурился, словно его это раздражало.

— Ха-а… И чем ты только занимался?

Мужчина коротко вздохнул и посмотрел через плечо Со Сухёна, словно оценивая обстановку снаружи. Для вечера было еще рано, но небо уже окрасилось в глубокий цвет индиго. Бескрайние поля выглядели пустыми и унылыми, как и полагается зимой. Разительный контраст с Сеулом, застроенным плотными рядами зданий.

— Что ж, в такой дыре трудно лишиться девственности.

Со Сухён просто молча слушал эти двусмысленные слова, не понимая, говорят это ему или Ки Тэён просто бормочет сам себе.

Возможно, из-за того, что они находились очень близко друг к другу, феромоны стали ощущаться острее. Хотя он и раньше чувствовал их, он не подвергался их постоянному воздействию, поэтому не мог просто стоять как ни в чем не бывало. Но поднять руку, чтобы зажать нос, было бы грубо.

— А я-то гадал, почему мне сегодня так паршиво, блядь…

В отличие от напряженного Со Сухёна, Ки Тэён продолжал говорить. Его слова все еще звучали неопределенно, и все еще было невозможно понять, говорит он с Сухёном или с самим собой.

— Неужели кто-то подсыпал мне наркотики…

Со Сухён внимательно наблюдал за Ки Тэёном, пытаясь соображать, несмотря на начавшееся головокружение.

Пусть у него и не было опыта общения с альфами, он был подростком из Южной Кореи, получившим базовое сексуальное образование в рамках школьной программы. И хотя он не ходил в детский сад и старшую школу, в школах существовали соответствующие возрасту программы полового воспитания, которые, естественно, включали в себя темы восприимчивого периода и эструса.

«Говорили, что обычно цикл регулярный…»

К нему, как к рецессивному, это не относилось, но он слышал, что у доминантных альф циклы особенно регулярные. Однако, судя по выражению лица находившегося сейчас перед ним мужчины, этот период стал для него полной неожиданностью. Сухён был в этом уверен, особенно учитывая упоминание наркотиков. В голове вдруг отчетливо прозвучало предупреждение школьной медсестры об опасных препаратах, циркулирующих среди альф и омег, которых следует опасаться.

— Директор.

Сухён ухватился за руку Ки Тэёна, ту самую, которой он сжимал его щеку. По какой-то причине на мужчине поверх рубашки был пиджак, поэтому ухватиться за ткань оказалось довольно просто. Возможно, из-за инстинктивного чувства опасности Сухён не мог сжать пальцы крепко, поэтому держал рукав большим и указательным пальцами.

— П-подавители… у меня есть…

Из-за того что он продолжал вдыхать феромоны, его дыхание стало прерывистым. Со Сухён тяжело сглотнул, делая паузы между словами.

В магазине продавались подавители. Поскольку это была маленькая деревушка без аптеки, он держал в запасе основные медикаменты, и, разумеется, подавители входили в их число. Конечно, они почти не продавались и пылились на полке, но они у него были. Не только для омег, которые он принимал сам, но и те, что предназначались для альф.

— Подавители?

Ки Тэён вскинул бровь и скривил тонкие губы в усмешке.

— С чего бы мне принимать подавители? — удивленно переспросил он.

— В школе нас учили, что нужно принимать подавители, если нет партнера…

Несмотря на то что его щеку сдавливали, Со Сухён все равно сказал то, чему его учили в школе. Он знал, что некоторые люди вступают в интимную связь, не будучи партнерами, но сам он к этой категории не относился. Предполагалось, что такие отношения строятся на взаимном согласии.

К тому же он отчетливо помнил, что мужчина сказал ему в ту ночь, которую они провели вместе. Он не чувствовал стыда или неловкости от слов о потере девственности. Тогда он даже не до конца понял смысл сказанного. Лишь на следующий день, когда Ки Тэён уже вернулся в Сеул, Сухён осознал все произошедшее, прокручивая события ночи в голове.

«Он ясно сказал, что не станет делать этого с девственником…»

Так что, в каком бы восприимчивом периоде ни находился Ки Тэён, вероятность того, что он захочет заняться сексом с Сухёном, была ничтожна. Значит, подавители в данной ситуации — лучший вариант, так как найти ему здесь партнера было невозможно.

— Вот почему тебе стоит…

Он думал, что предлагает лучшее решение, но мужчина вместо ответа разразился смехом.

— Я могу просто засунуть член в твою дырку.

Чем более чужим казался Ки Тэён, тем сильнее становились его феромоны.

— Ха-а…

Хотя Сухён уже проходил через подобное, его тело, которое до этого было в норме, начало мелко дрожать, и он свободной рукой начал шарить позади себя.

Даже понимая, что пытаться открыть дверь бесполезно, так как защелка находилась на уровне плеч, его инстинкты в поисках спасения требовали найти выход.

— Тебе страшно?

Ки Тэён оскалил зубы и сделал шаг ближе. Со Сухён оказался полностью зажат между мужчиной и дверью.

«Что мне делать?»

Был шанс, что кто-то из проходящих мимо увидит за стеклом затылок Сухёна, сочтет это странным и придет на помощь. Однако на Соллаль большинство покупателей заглядывали днем, и вероятность того, что кто-то пройдет сейчас мимо, в сумерках, была ничтожно мала. К тому же, с выключенным светом магазин с улицы казался закрытым.

— Почему ты так дрожишь? Ты заставляешь меня чувствовать себя садистом, — тон Ки Тэёна, как всегда, оставался легким.

— Уф…

Со Сухён издал жалобный звук, который больше был похож на всхлип. Не то чтобы он боялся самого человека, скорее его выбила из колеи внезапность ситуации и незнакомое чувство того, как тело неконтролируемо дрожит. Это определенно было его тело, но чем больше он вдыхал феромоны, тем сильнее путались его чувства. У него вспыхнули щеки, а сердце бешено забилось.

Ки Тэён, не отрывая взгляда от его раскрасневшегося лица, очертил контур губ и проник пальцами между мягкими, приоткрытыми губами Сухёна.

— Ааа…

Со Сухён вздрогнул от внезапного вторжения в свой рот. Хотя он понимал, что нужно отвернуться или укусить, он не мог пошевелиться под пристальным взглядом мужчины, который смотрел на него, не моргая. Он чувствовал себя грызуном, застывшим от ужаса перед ядовитым хищником.

Он нервно сглотнул, боясь, что малейшее движение приведет к тому, что его растерзают.

— Сухён, — прищурившись, произнес Ки Тэён.

— Уф…

Даже несмотря на то, что Ки Тэён давил своим пальцем на язык, Со Сухён все равно ответил.

— Высуни язык.

http://bllate.org/book/12539/1243922