Готовый перевод Obedience / Подчинение [❤️][✅]: Глава 5

Белый Журавль — корпорация, выросшая из одной мечты. Сюй Тин начинал с крошечного ресторана самообслуживания на окраине города. Он был прозорлив, умел чувствовать перемены рынка, обходить подводные камни и рисковать там, где другие отступали. Годы упорного труда превратили его детище в сеть из сотен филиалов по всей стране. Но за каждым открытым рестораном стояла цена: бессонные ночи, бесконечные переговоры, решения, от которых зависели судьбы людей.

Когда дело перешло к его сыну, Сюй Е, тот не позволил себе войти в компанию как «наследник». Он начал с низов — младшим управляющим в одном из филиалов. С утра до ночи он разбирался в закупках, следил за торговым залом, учился распределять обязанности, сам вёл бухгалтерию. Чтобы понимать кухню изнутри, два месяца работал помощником повара: чистил овощи, шинковал мясо, учился различать свежесть продуктов на ощупь и на запах. Всё это помогло ему — через два года он уже управлял целым регионом, более сотней ресторанов на юго-востоке страны.

Снаружи всё выглядело безупречно, но в последние дни над ним будто сгущались тучи. Сотрудники шептались: дело, наверное, в скандале с качеством продуктов — клиенты отравились, жалобы посыпались в центральный офис. Но секретарь Лили думала иначе. Она не раз приносила ему кофе и каждый раз видела: он смотрел на телефон так, словно от этого звонка зависело нечто большее, чем очередная деловая сделка.

В пятницу на совещании это стало очевидно. Он сидел во главе длинного стола, уставленный графиками и папками. Лицо мрачное, взгляд тяжёлый. Доклады с цифрами звучали один за другим, но глаза его то и дело срывались с экрана и возвращались к телефону рядом. Экран оставался чёрным, и это молчание аппарата раздражало сильнее, чем любые провалы в отчётах.

Любопытство Лили росло день ото дня. Она проработала секретарём у Сюя уже год. Вначале коллеги завидовали ей: мол, место рядом с молодым боссом сулит особые привилегии. И сама Лили питала надежду — красота у неё была, фигура тоже. Почему бы не стать в один день «госпожой Сюй»? Она тщательно подбирала наряды, носила туфли на каблуках, ловко подчёркивала достоинства. Но быстро поняла: её старания похожи на павлиний хвост перед слепым. Он не замечал её вовсе.

Сначала было разочарование, потом — горечь. А затем всё встало на свои места: Лили однажды увидела его рядом с наследником семьи Лю. С того момента пазл сложился — женщин он попросту не любил. И, странным образом, это открытие принесло облегчение. Претензии и надежды исчезли, а вместе с ними вернулась уверенность в себе.

Сюй-ши всегда держался отстранённо, словно между ним и остальными был невидимый барьер. Никто рядом не задерживался надолго. Но в последние дни он явно изменился. Будто изнутри его кто-то толкал — взгляд всё чаще падал на телефон, который лежал рядом на столе, и задерживался на нём чуть дольше обычного.

Неужели весна добралась и до его сердца? — гадала Лили, протягивая ему аккуратно разложенные бумаги.

— Всё это на подпись? — нахмурился Сюй Е, заметив внушительную стопку.

— Первые три листа — для финансового директора, — ровно пояснила Лили.

Чем ближе подходили выходные, тем сильнее в нём росло беспокойство. Сообщения от человека в маске всё не было. Ожидание становилось пыткой: мысли возвращались к клубу, к тому голосу, к холодным глазам. Он пытался углубиться в работу, но текст документов сливался в сплошные строки. Он листал страницы, ставил подписи машинально, почти не вникая.

— Остальное на следующей неделе. Можешь идти, — бросил он устало и закрыл папку. Ладонь скользнула к вискам, будто лёгкая боль там билась уже весь день.

И вдруг — вибрация. Телефон ожил.

Сюй Е замер, сердце мгновенно ускорило ритм, а весь мир в этот миг словно исчез, уступая место одному короткому сообщению на экране.

Сюй Е рывком распахнул глаза и схватил трубку:

— Алло!

Голос на другом конце сказал всего несколько слов, но хватило, чтобы в обычно сдержанном тембре Сюя прорезалась почти крикливая нота:

— Как это — ничего не удалось найти?!

Лили, уже стоявшая у двери, невольно обернулась. Такого тона она не слышала от него никогда. Быстро прикрыв за собой створку, она оставила хозяина наедине с разговором.

Звонил Лю Цзин. Именно он взялся за поиски незнакомца в маске — и вернулся ни с чем. Невероятно: при их-то связях и возможностях не добыть ни малейшей зацепки?

— Дальше копать опасно, — сказал Лю Цзин твёрдо. — Восточный район — не то место, куда стоит тянуть руки. Там не только сведений не выудишь, там и без головы остаться можно.

Сюй Е молчал, тяжело дыша в трубку. Следы вели именно туда, к Востоку, где властвовал «Чёрный Ястреб» и где скрывался тот самый клуб.

Сердце требовало идти дальше, но разум холодно подсказывал: это слишком дорого может стоить. Он неохотно выдохнул, признавая поражение.

Вечером он заехал в семейный ресторан неподалёку. Ряды блюд на шведском столе сияли, пахли пряностями и жареным мясом, но аппетита не было. Он сделал два круга с пустым подносом и, наконец, ограничился крем-супом из грибов и маленьким кусочком бараньей корейки.

В последние дни он жил на изломе: бесконечные проверки, жалобы, давление прессы. Сон выгорал на глазах, силы уходили. Даже за руль садиться не захотел — вызвал водителя.

В памяти всплыло прошлое. С юности его тяготила распущенность Сюй Тина и Чжоу Цзя. Стоило поступить в университет — он сразу съехал. Отец вручал ключи от виллы — он не взял. Позже сам купил двухуровневую студию, лично придумал дизайн. Пусть квартира была не велика, но там было легко дышать. Свобода, которой он дорожил.

Уставший до изнеможения, он принял душ и сразу провалился в сон. Ночью проснулся, на ощупь потянулся к телефону, чтобы посмотреть время. И, увидев экран, моментально лишился сна.

Новое сообщение.

«Суббота, девять утра. Ханьгуань, дом 8, Хуашаньлу, север города. — Твой хозяин».

Сюй Е резко сел на постели, глядя в экран так, будто там было зашифровано что-то большее, чем всего лишь адрес. Он перечитал сообщение несколько раз, сердце стучало в висках. Сначала сохранил номер в контактах под именем «Маска», потом стёр, оставив одну букву — «Y». Та самая, что была выбита на двери того номера в клубе.

Ханьгуань. Он знал это место. Посёлок-крепость у подножья гор, с видом на озеро, построенный десять лет назад. Лучший участок земли, лучший проект — и самые закрытые двери. Девелопером значился «Золотой Орёл», компания, чьё имя все произносили шёпотом: за ней стояли деньги «Чёрного Ястреба».

Дома там не продавались, о перепродаже никто и не мечтал. Год назад один мажор пытался похвастаться, что добудет себе виллу в Ханьгуане. Он пустил в ход все связи, перепробовал любые лазейки — и всё безрезультатно. По условиям спора ему пришлось станцевать стриптиз перед компанией друзей. Смеялись над ним потом месяцами.

Неужели Маска действительно связан с «Чёрным Ястребом»?

Перед глазами встали воспоминания: тёмные глаза за маской, длинные пальцы, уверенно сжимающие рукоять плети, лёгкий запах кожи и та особая, едва ощутимая аура опасности, от которой хотелось одновременно бежать и тянуться ближе.

Сюй Е ворочался до глубокой ночи, не находя покоя в собственных мыслях, пока усталость не победила.

…Проснувшись, он увидел на экране: без десяти девять. Тревога кольнула сразу. Субботним утром он забыл о будильнике, и накопившаяся усталость сделала своё дело. Даже без пробок доехать к девяти было невозможно.

Раздражение мелькнуло и тут же сменилось холодным расчётом. Он сел, обдумал каждое слово и отправил сообщение:

«Хозяин, простите. На работе срочные дела, задержусь на полчаса. — Ваш раб».

Только убедившись, что оно ушло, он позволил себе встать. Одеваясь, чувствовал: каждое движение теперь важно, словно готовился к экзамену, где провалиться нельзя.

К моменту, когда он въехал в Ханьгуань, стрелки часов ещё не добрались до половины десятого.

Коттеджный посёлок охранялся так, будто за высокими воротами скрывали военную базу. «Строжайшая бдительность» здесь звучало не гиперболой, а правилом жизни.

Одетый в чёрное охранник вежливо, но непререкаемо попросил Сюй Е выйти из машины. Провёл его к электронному терминалу, нажал кнопку «8» и коротко переговорил по внутренней связи.

— Сэр, это ваш гость?

В ответ донеслось чёткое «да» и несколько приглушённых слов.

— Понял, сэр, — охранник обернулся, подошёл к чёрной «Ауди», стоявшей неподалёку, и открыл дверцу переднего сиденья. — Господин велел доставить вас. Не беспокойтесь, ваш автомобиль будет припаркован.

Сюй Е нахмурился, но возражать не стал. Сдержанно бросил ключи другому охраннику и сел в машину.

Посёлок раскинулся на огромной территории, но домов здесь было мало. Каждая вилла стояла в глубине, отгороженная от соседей зелёной стеной. Высокие деревья и густые кустарники скрывали фасады, с дороги можно было заметить разве что крыши. «Приватность здесь обеспечена безукоризненно», — отметил про себя Сюй Е, глядя в окно.

Машина плавно остановилась у ограды, где на бронзовой табличке значилось: No.8.

Охранник вышел, распахнул перед ним дверь и, нажимая кнопку звонка, сказал с поклоном:

— Если захотите уехать, позвоните нам. Мы вас сопроводим.

Электронный замок щёлкнул. Сюй Е толкнул дверь и вошёл.

Внутри пространство оказалось высоким и светлым. Потолки уходили ввысь, огромные панорамные окна впускали утреннее сияние. Белые тюли смягчали контраст чёрно-белого интерьера; бежевые и серые акценты придавали теплоту, зелёные растения перекликались с видами за стеклом, создавая ощущение, будто дом дышит вместе с природой. На стене — оленьи рога и строгий камин, детали, что напоминали североевропейский стиль.

Окинув взглядом гостиную, Сюй Е сразу заметил его. Мужчина сидел на чёрном кожаном диване.

Он сидел, скрестив руки, и даже в расслабленной позе чувствовалась власть. Лицо скрывала маска глубокого синего цвета, усыпанная мельчайшими камнями. Они вспыхивали на солнце крошечными искрами и перекликались с тонкой серьгой в правом ухе. Глаза под тенью маски были непроницаемы: взгляд пронзал прямо, соединяя холодное безразличие с проницательностью.

У Сюй Е сердце ухнуло вниз. Горло пересохло, и голос прозвучал чуть неловко, с оттенком заискивания:

— …Хозяин.

— С делами в компании разобрался? — голос мужчины остался тем же: низким, спокойным, будто и не требующим ответа, но оттого ещё более весомым.

— Да, — выдохнул Сюй Е и внутренне сжался. Лгать он никогда не умел, и слова прозвучали слишком поспешно.

— Хорошо. — Мужчина поднялся, движение было точным и неторопливым. — Сейчас я проведу тебя по дому. Это место, куда ты будешь приезжать каждую неделю. Я ясно объясню, чего жду от тебя в каждой зоне. В процессе можешь задавать вопросы.

— Ох… — сорвалось у Сюй Е, но, поймав на себе быстрый взгляд, он тут же поправился: — Да, хозяин.

Они двинулись дальше, и голос мужчины вновь зазвучал рядом, словно отзываясь эхом от стен:

— Этот дом полностью изолирован. Материалы блокируют и звук, и взгляд. Всё, что происходит здесь, останется только здесь. Твои данные не выйдут наружу. Ты в безопасности. Поэтому я требую: в этом доме ты всегда должен быть нагим.

Сюй Е напрягся, в висках заломило. Но вместе с тем в груди поднялась странная дрожь — смесь страха и возбуждения, щекочущая нервы.

«Вот оно… Похоже, во мне действительно есть эта тёмная тяга…» — с горечью подумал он, стараясь не показать ни смущения, ни растерянности.

Они остановились у просторной кухни с блестящей техникой и аккуратными рядами посуды.

— Умеешь готовить? — спросил мужчина, легко касаясь рукой мраморной столешницы.

— Немного… но не слишком хорошо, — признался Сюй Е. Вспомнил те месяцы, когда работал помощником повара: ножи, разделочные доски, жар раскалённых плит. Приготовить ужин он мог, но до изысканности это не дотягивало.

Мужчина на мгновение задумался, пальцы лениво постукивали по спинке стула, а потом произнёс так, будто отдавал распоряжение самому пространству:

— С завтрашнего дня каждое воскресное утро ты будешь готовить завтрак. Остальные приёмы пищи обеспечит приглашённый шеф, но я хочу, чтобы ты учился и старался.

Сюй Е замер, не веря ушам.

— Шеф… будет приходить сюда готовить?! — он распахнул глаза. — Но ведь вы… вы же велели мне оставаться нагим…

Мужчина слегка усмехнулся. Улыбка была не тёплой, а той самой — чуть холодной, как сталь, которая отражает чужую наивность.

— Я позволю тебе оставить на вешалке внизу длинный халат, — сказал он спокойно, будто обсуждал что-то очевидное. — Наденешь его, когда придёт повар.

Пауза. Взгляд его стал чуть острее.

— Если тебе неприятно это, — он чуть склонил голову, — лучше учись быстрее готовить и угоди моему вкусу.

http://bllate.org/book/12498/1112641