Готовый перевод Until He Decided to Kill Me / Пока он не решил убить меня [❤️][✅]: Глава 10. Пойдём домой

Бай Гэ как раз болтал с Яо Цювэнь, когда выспавшийся кот важно вышел из спальни, потянулся — и прямо под столом ткнулся ей в ногу.

Яо Цювэнь ощутила, как что-то пушистое трётся об щиколотку, заглянула под стол — и увидела кота. Подняла его на руки, усадила себе на колени:

— Бай Гэ, у вас что, кот завёлся?

— Недавно взял.

— Откуда?

— С улицы. Тут у подъезда жил.

Яо Цювэнь любила животных. Долго рассматривала кота, прижимая его к лицу:

— Ну и морда же у тебя, ну и морда...

Она явно не могла подобрать слова, чтобы выразить восторг, в итоге рассмеялась:

— Ну и морда у тебя, прям особенная. И как только Гу Вэй согласился на кота? Он же с детства их боялся.

Бай Гэ замер, убирая со стола:

— Он боится кошек?

— Да, — Яо Цювэнь гладила кота, — не смотри, что он такой громила, а кошек боится до смерти. Ни змей, ни тараканов, ни мышей не боится, а вот кошки — всё. В детстве дикая кошка на него кинулась, с тех пор и сны кошмарные снились, и при виде кошки в панике сбегал.

Глядя на реакцию Бай Гэ, она поняла — Гу Вэй точно об этом не рассказывал. Улыбнулась:

— Видимо, стыдно ему, не мужское, мол, бояться такого пушистого зверька. Только я и его отец знаем.

Она даже достала телефон, сняла короткое видео, где играет с котёнком, и отправила его отцу Гу Вэя:

— Смотри, Лао Гу, это кот, которого Бай Гэ с Гу Вэем завели. Прелесть, а не животина!

Пока Бай Гэ мыл посуду и приводил кухню в порядок, Яо Цювэнь всё ещё возилась с котом. Засиделась дольше обычного — котейка ей пришёлся по душе. За разговорами всплыла новость:

— Я, кстати, когда выходила, встретила маму Бай Ци. Она сказала, что тот пару дней назад вернулся из-за границы. Сегодня друзья его собираются встречать, устроили ужин.

Имя Бай Ци вспыхнуло как спичка. Что-то злое поднялось из пяток, пошло вверх, захлестнуло. Бай Гэ сжал зубы.

Он замолчал, взгляд стал стеклянным. Яо Цювэнь махнула рукой у него перед лицом:

— Эй, ты что задумался?

Бай Гэ вернулся в себя:

— Тётя, а вы не помните, где этот ужин будет?

— Хм… — она нахмурилась. — Бай Ци его мама вроде говорила… что-то вроде клуба, длинное название, четыре иероглифа...

— Это не в "Чжэньшан Ятин"? — уточнил Бай Гэ.

— Да-да, точно! В этом самом клубе. Ты что, собираешься пойти?

— Конечно, — губы приподнялись в ухмылке. — Я обязательно пойду.

Сосед, одноклассник и «брат по отцу» Гу Вэя, тот самый Бай Ци, спустя столько лет заграницей, вдруг соизволил вернуться.

Ну как тут не устроить ему торжественную встречу? Бай Гэ собирался лично поприветствовать дорогого «брата». И не с пустыми руками.

Проводив Яо Цювэнь, он тут же поймал такси и поехал в офис. Там его ждали припасённые подарки — и для Лао Линя, и для его сына.

Лао Линь — фанат рыбалки. Бай Гэ купил ему комплект дорогих снастей, которые тот всё не решался купить себе сам. А для сына — самую новую игровую приставку.

Глаза у Лао Линя загорелись, когда он увидел снасти:

— Откуда ты знал, что я на этот комплект давно заглядывался?

— Видел, как ты его в закладки добавлял, но так и не купил. Тут мимо проходил — и вспомнил.

Лао Линь вцепился в удочки:

— Жена меня за рыбалку грызёт, недавно вообще разбила мои снасти. Эти я в офисе спрячу, пусть даже не знает.

Потом он перевёл взгляд на приставку:

— Этот оболтус как раз вчера канючил. Я его вроде от игр отучил, а ты теперь с подарком.

Бай Гэ, не вставая, уселся на край стола, достал сигарету из пачки Лао Линя, закурил:

— Малый у тебя толковый, в учёбе первый в классе. Каникулы — пусть расслабится. От дяди новогодний подарок.

Лао Линь сразу понял, что тот не просто так пришёл:

— Чего это ты так рано объявился? Что-то случилось?

Бай Гэ действительно был с делом. Сделал ещё одну затяжку и сказал:

— Лао Линь, мне нужно несколько комплектов нашей новой продукции. Самые разные.

Лао Линь аж напрягся — уж не проблема ли?

Но, услышав просьбу, только толкнул его локтем и хмыкнул:

— Эй, вам с Гу Вэем уже по тридцать, а вы как подростки. Молодость — это, конечно, хорошо, но и здоровье беречь надо. Лучше бы со мной поехал на рыбалку, на природу. Послезавтра отпуск, я как раз нашёл одно отличное место. Поехали на льду рыбачить?

Бай Гэ с сигаретой в зубах покачал головой:

— Спасибо, но нет. Мороз — не моё.

Рыбалку он, конечно, полюбил — Лао Линь подсадил. Но всё-таки тёплое солнышко, вода — это да. А стоять на льду зимой — увольте.

Бай Гэ лихорадочно огляделся:

— Где у нас новые товары? Те, что мы с тобой тестим — не спешно, а вот другие срочно нужны.

— Я думал, вы их для себя берёте, — Лао Линь кивнул на пару крупных картонных коробок. — Как раз утром подвезли свежую партию образцов. Не успел вскрыть. Бери. А тебе зачем?

— Бай Ци вернулся. Сегодня у него встреча с друзьями. Хочу навестить с подарками, — сказал Бай Гэ, сбив пепел на край коробки.

Потом будто что-то вспомнил и обернулся:

— Ах да, Лао Линь, дай мне телефон Босса Вана. Мне нужно ещё десять парней из эскорта.

---

Восемь вечера.

У входа в клуб «Чжэньшан Ятин» плавно затормозили четыре чёрных автомобиля. Из первого вышел Бай Гэ — уверенной, почти театральной походкой. В руке он нёс массивный кожаный чемодан.

Позади, строгой колонной, двигались двенадцать эффектных мужчин в одинаковых костюмах: пиджаки на голое тело, укороченные брюки, открывающие щиколотки, и элегантные туфли на тонкой подошве. Не модели — элитный эскорт. Десять из них были заказаны лично Бай Гэ, двое — комплимент от Босса Вана.

Холод, ветер, снег — но они двигались, словно по подиуму. Грациозно, чётко, синхронно. В обычный день охрана бы и на порог не пустила: выглядели как шайка налётчиков в костюмах с обложки модного журнала.

Но сегодня администратор был предупреждён. С деланной улыбкой и подчеркнутой вежливостью он бросился навстречу:

— Господин Бай, добро пожаловать! Пожалуйста, проходите…

Он лично проводил Бай Гэ и его свиту на второй этаж и остановился перед дверью VIP-зала:

— Это комната, заказанная мистером Бай Ци. Сегодня здесь его приём.

Снизу донёсся тяжёлый топот. Целая делегация поднималась по лестнице, и даже ковёр не смог приглушить шагов. Внутри уже насторожились.

Кто-то у двери открыл её, выглянул — и застыл. В коридоре, как из ниоткуда, стояла шеренга полураздетых мужчин. Узнав в лидере Бай Гэ, наблюдатель чуть не поперхнулся:

— Бай Гэ?.. Ты что здесь делаешь?!

Это был Чжан Цзэ — одноклассник Бай Ци и Гу Вэя. Бай Гэ не ответил. Просто поднял подбородок и коротко кивнул.

В следующий момент мужчины из эскорта без слов оттеснили Чжан Цзэ и вошли в зал. Они выстроились полукругом, скрестили руки на груди, выпрямились, как солдаты в ожидании приказа.

В VIP-зале за круглым столом сидели шесть человек. Все были в шоке.

— Вы кто такие?! Вы вообще туда попали?! Вон отсюда, быстро! — один из гостей вскочил и попытался их прогнать, но мужчины даже не моргнули. Их интересовал только Бай Гэ.

Он вошёл последним. Осмотрел зал. Его взгляд сразу же наткнулся на Гу Вэя — тот стоял у стены. Они встретились глазами.

Бай Гэ не знал, что тот будет. Гу Вэй не сказал ни слова.

Хотя — чему удивляться? Бай Ци — друг детства, не виделись сто лет, конечно пришёл. И всё же — осадок остался. Бай Гэ не подал виду.

Перед Гу Вэем стоял бокал.

По блеску в глазах и горячим щекам было видно — он уже прилично выпил. Гу Вэй всегда пил плохо: стоило пригубить — и его взгляд менялся. В нём появлялось что-то липкое, тягучее, почти нежное… и каждый раз это било Бай Гэ прямо в сердце.

Он едва смог отвести взгляд. Нет. Сейчас не до этого. Он пришёл не за этим.

Быстро оглядел остальных. Справа от Гу Вэя — Бай Ци: прилизанный, деловой, в очках с тонкой оправой, с идеальной укладкой. С виду — пример джентльмена, хоть в рекламу вставляй.

Но Бай Гэ знал: под этой витриной — гниль, фальшь и змеиная ухмылка.

Слева — Чжао Сянмин. Тот почти слился со стулом: голову опустил, лицо спрятал в ладонях, будто надеялся стать невидимым. Только косился через щели между пальцами.

Он не ожидал, что этот демон — Бай Гэ — заявится лично. И шептал про себя, почти слышно:

— Амитофо… Амитофо… — молясь, чтобы всё обошлось.

Уже прикидывал: куда бежать, что схватить, где выходы.

А ведь это он привёл Гу Вэя. Формально — дружеский ужин старых знакомых. И только когда Гу Вэй зашёл в зал, понял: это приём в честь Бай Ци.

Чжао Сянмин сдался быстро. Бай Ци посмотрел на него глазами полными страдания, голос задрожал… Попросил: «Приведи Гу Вэя. Только Бай Гэ не говори». Вот он и повёлся. Мягкотелый.

Бай Гэ метнул в него несколько ледяных взглядов — как ножи. Затем осмотрел оставшихся. Все трое — из окружения Бай Ци. Он знал их. Гу Вэя они знали тоже.

Бай Ци всё это время улыбался. Вежливо, безукоризненно. Поднялся, говорил гладко:

— Братец, почему не предупредил, что будешь? Я бы всё подготовил как положено. Прости, если что…

В ответ Бай Гэ сузил глаза, лениво махнул рукой в сторону своих «артистов»:

— А вы чего встали? Обслужите моего дорогого старшего брата — как он того достоин.

Двенадцать мужчин из экскорта тут же разбрелись по залу. Один закинул руку на плечо Бай Ци, другой наливал вино, третий уже расстёгивал пиджак. Кто-то потянулся к пуговицам на рубашке, кто-то гладил по щеке, ещё один кормил его с ложечки, будто ребёнка.

— Господин Бай, может, бокальчик?

— Попробуйте это блюдо, оно великолепно, честно!

— Выпейте ещё, не отказывайтесь, разве можно так скучать?

— Жарко, да? Давайте расстегнём пару пуговиц…

Бай Ци пытался сопротивляться, отмахивался, вытягивал руки в стороны, но его моментально обезоружили. Очки сбились, волосы растрепались, весь его идеальный образ рассыпался в прах. От респектабельного «интеллигента» не осталось ничего.

Бай Гэ с самым серьёзным видом обвёл взглядом всех за столом.

— Чтобы было ясно: все эти двенадцать красавцев — подарок моему дорогому брату. Если хоть кто-то посмеет к ним приблизиться — не обессудьте. Я в долгу не останусь.

По другую сторону от Бай Ци сидел явно гетеросексуальный тип, и это читалось в каждом его движении. Он даже не пытался скрыть отвращение: откатился на стуле как можно дальше, словно надеялся создать физическую дистанцию от происходящего. Его лицо ясно выражало всё, что он думал по поводу ситуации.

Чжан Цзэ и ещё один парень попытались было броситься на выручку Бай Ци и пресечь происходящее, но дорогу им мгновенно перегородили те из мужчин, что до этого стояли в стороне. Те молча сомкнули строй, образовав живую стену из тел — сильных, ухоженных, безупречных. Их взгляды были спокойны, но недвусмысленны.

Гу Вэй не вмешивался. Он молча смотрел на Бай Гэ, время от времени хмурясь или поджимая губы. Его пальцы постоянно теребили кольцо на руке, выдавая напряжение. Он сидел почти неподвижно, но по выражению лица было ясно — внутри всё кипит.

Чжао Сянмин тоже хотел было вмешаться. Он даже привстал, но тут же опустился обратно, поймав взгляд Бай Гэ. Холодный, пронизывающий, словно металл. Руки Чжао вновь поднялись к лицу. Он не пытался скрыть свой страх — он знал, на что способен Бай Гэ, и не хотел испытывать судьбу.

Тем временем Бай Ци поперхнулся вином, закашлялся, а затем громко выкрикнул:

— Бай Гэ, ты вообще чего добиваешься?

— Это тебе новогодний подарок, братец, — ответил Бай Гэ, не моргнув. — Если покажется, что мало, могу ещё позвать.

Он скрестил руки на груди и встал рядом с Гу Вэем, задержав взгляд на нём. Говорил уже тише, но каждое слово звучало в комнате отчётливо:

— Чтобы, знаешь ли, не пришлось потом по пьяни снова слать чужим людям фотографии и сообщения.

В зале воцарилась тишина. Даже те, кто минуту назад смотрел на Бай Гэ с неприязнью, теперь с нескрываемым интересом переводили взгляд с Бай Ци на Гу Вэя, пытаясь понять, о чём идёт речь.

Бай Ци резко покраснел, будто его застали за чем-то постыдным.

— Я просто перепутал, — пробормотал он. — Выпил лишнего, вот и всё.

Когда Бай Гэ понял, что представление окончено, он щёлкнул пальцами. Мужчины из сопровождения тут же отступили, действуя слаженно, словно по сценарию, и выстроились вдоль стены в строгом порядке.

Бай Ци торопливо схватил салфетку и начал вытираться. Он приводил в порядок лицо, шею, грудь, очки, рубашку — всё подряд, будто старался стереть с себя не только вино, но и сам факт произошедшего. Закончив, он глубоко вдохнул, собрался и снова попытался надеть на себя маску спокойствия, хотя выражение его лица уже не имело прежней уверенности.

— Бай Гэ, ты сумасшедший. Вон отсюда!

— Уже ухожу, — безмятежно отозвался он. — Только подарок оставлю. Всё-таки праздник.

Он спокойно пододвинул несколько тарелок и поставил на центр стола свой тяжёлый кожаный чемодан. С привычным щелчком откинулись замки, крышка раскрылась — и все замерли.

Внутри — набор взрослых игрушек, будто из витрины специализированного бутика. Бай Гэ достал одну из них: глянцевое розовое устройство, выполненное в форме языка.

— Посмотри, — сказал он, обращаясь к Бай Ци, — это наша последняя разработка. Специально для тебя. Пользуйся на здоровье.

Он нажал на кнопку. Устройство ожило — язычок начал двигаться вверх и вниз, а его рука ощутимо завибрировала.

— Вот так. Нравится? Он ещё и вперёд-назад умеет. Тут — регулировка мощности.

Бай Гэ аккуратно повернул регулятор на максимум. Устройство зажужжало, завибрировало яростно, язычок заметался, издавая характерный звук, из-за которого лица за столом вытянулись.

Бай Ци вскочил с места, резко оттолкнув стул:

— Ты, мать твою… совсем с ума сошёл?!

Но Бай Гэ оставался невозмутим:

— Если тебе не по вкусу язычок — не проблема. Вот, вариант номер два.

Он извлёк из чемодана цилиндрическое устройство, обтянутое мягким матовым покрытием, и с лёгким хлопком приложил его к ладони.

— Это серьёзнее. Мощное вакуумное воздействие, обновлённая разработка нашего R&D-отдела. Отзывы отличные. Правда, работает безотказно.

Лицо Бай Ци стремительно менялось в оттенках: от багрового к сизому, затем к смертельно-бледному. А Бай Гэ уже доставал следующий предмет.

— А это — карманный вариант. Компактный, незаметный, всегда с собой. Как швейцарский нож, только полезнее.

Он медленно, почти с гордостью, показал ещё один прибор, а затем извлёк из чемодана модель с металлической резьбой.

— Вот этот — уже для тех, кто искушён. Модель со смещённым центром тяжести и рельефной поверхностью. Очень яркие ощущения. Не для новичков.

— И ещё один вариант, — добавил он, наклоняясь к чемодану, но договорить не успел.

Гу Вэй резко поднялся и подошёл вплотную. Его рука сжалась на запястье Бай Гэ:

— Хватит. Пошли.

— Не дёргай меня, — вырвался тот. — Я ещё не закончил. Ты что, забыл? Это старший брат вернулся. Новый год. Не с пустыми же руками.

— Бай Гэ, — голос Гу Вэя был твёрдым, — перестань. Хватит.

Он снова потянул его за руку, и на этот раз — настойчиво. И в этой короткой паузе за столом не осталось ни шума, ни слов. Только напряжение — густое, как сигаретный дым, и взгляды, прикованные к чемодану, в котором всё ещё что-то тихо жужжало.

Бай Ци, едва восстановившись после демонстрации, поправил волосы, выпрямился и медленно перевёл взгляд на Гу Вэя. Лицо у него было страдальческим, словно он только что пережил невыносимую неловкость — и всё ради общего блага.

— Вэй-ге, я в порядке, — произнёс он с надрывной покорностью. — Бай Гэ всегда такой. С детства. Я привык. Он просто… немного не в себе. Не держи зла.

Бай Гэ ухмыльнулся, еле заметно дёрнув уголком губ. Он протянул руку к стоявшему перед Гу Вэем рюмочному бокалу, поднял его, поднёс к носу и с преувеличенным интересом понюхал. Затем, повернувшись к залу, обратился ко всем сразу:

— А-а, так это, оказывается, алкоголь? А я-то думал — зелёный чай. Сижу, думаю: ничего себе аромат у чая, хоть бы название кто подсказал. Я бы себе домой заказал. Запасом.

В дальнем углу один из мужчин из сопровождения, у которого смех всегда опережал здравый смысл, не сдержался — прыснул. Поняв, что внимание переключилось на него, он тут же попытался подавить улыбку, но плечи подрагивали от напряжения, а на торсе заиграли мелкие мышечные сокращения. Остальные тоже явно боролись с приступом смеха, не решаясь подавать голос, но лица выдавали больше, чем хотелось.

Бай Гэ резко обернулся и метнул взгляд в сторону хихикающего:

— Чего ржёшь? — голос был тихий, но холодный. — Ещё раз хихикнешь — лишаю тебя чести сопровождать моего старшего брата этой ночью.

Комната снова затихла. Воздух будто сгустился.

Гу Вэй сидел, едва дыша. Пьяный, раскалённый изнутри, с языком, будто опалённым — алкоголь будто выжигал мысли, только злость и жар. Он сглотнул. Ещё раз. И вдруг резко потянулся вперёд, схватил Бай Гэ за руку. Пальцы сомкнулись с такой силой, что ногти впились в кожу.

— Хватит. Пошли домой.

http://bllate.org/book/12461/1109099