Готовый перевод 윈터필드 / Уинтерфилд: Глава 17

Гизелль задержал взгляд на окне, а затем пересёк комнату и распахнул тяжёлые деревянные ставни, открывая вид на бушующую стихию.

Молния прорезала облака, превращая пейзаж в бледное серебро: её жуткий свет достигал самых дальних углов комнаты. Неожиданно раздался такой оглушительный раскат грома, что показалось, словно небо разорвалось на части. Яростный рёв будто сотряс даже основания каменных стен, которые веками непоколебимо стояли. Грозы в Ольдранте не были редкостью, но сегодняшняя буря была более свирепой, чем обычно.

Герцог позволил этой картине разворачиваться перед ними ещё мгновение, прежде чем уверенными движениями закрыл окно и задёрнул плотные шторы. Гром продолжал рокотать где-то вдали, но его рёв стал тише за тяжёлой тканью.

— Будет лить всю ночь, – спокойно заметил мужчина, поворачиваясь к Ренсли. – В Ольдранте нечасто бывают грозы, но если уж и идёт дождь, то проливной. И всегда с молниями. Боюсь, ночь будет шумной.

Взгляд юноши остался прикован к задёрнутым шторам, а его голос стал тихим, почти ошеломлённым:

— Хорошо…

Гизелль, наблюдая за Ренсли, почувствовал любопытство.

— Что насчет дождей в Корнии? Сильно отличаются от наших?

Несмотря на свои обширные знания, герцог не часто покидал пределы страны. Знания о прилегающих к королевству землях появились в детстве благодаря путешествиям, и только недавно у него с помощью магии появилась возможность наблюдать за некоторыми регионами в реальном времени. Однако и сейчас доступны были лишь ближайшие земли. Представления герцога Дживентада о дальних просторах, таких как Корния, были основаны лишь на картах и научных работах – это было мировоззрение, полученное через изучение, а не личный опыт.

— Ах, да, совершенно разные, – ответил Ренсли. – В Корнии, даже во время сильных дождей, температура почти не падает. Ливни редко длятся долго…

Очередной удар грома наполнил воздух, сотрясая комнату ещё сильнее, чем предыдущий. Юноша напрягся и на мгновение задержал дыхание. Даже когда гром затих, он не стал продолжать рассказ. Вместо этого Ренсли сглотнул и медленно выдохнул, опустив взгляд на пол и плотно сжимая губы в тонкую линию.

Гизелль сразу понял, что его гостя что-то тяготило. Причина беспокойства была очевидна. Возможно, гость не хотел признаваться, что молния его встревожила, потому что ранее никогда не видел такой яростной бури.

— Я могу наложить на Вас заклинание, – предложил герцог.

Ренсли резко поднял голову, выглядя озадаченным.

— Простите?

— Не в моих силах остановить бурю, но я могу временно лишить тебя слуха. Это даст возможность отдыхать до утра. Если хочешь, я использую магию.

Юноша заколебался, нахмурившись и явно обдумывая предложение. После короткого раздумья он прищурился и спросил:

— Это значит, я не буду слышать вообще ничего? Не только гром?

— Верно. Заклинание развеется с наступлением утра, но до тех пор ты будешь погружён в полную тишину.

— Звучит… Довольно тревожно.

Гизелль с лёгким недоумением посмотрел на юношу. Полная тишина казалась ему малой ценой за возможность обрести покой. Но, заметив смятение молодого человека, герцог не стал настаивать.

Разумеется, такое заклинание несёт в себе определённые риски. Лишив человека слуха, можно сделать его уязвимым перед неожиданными опасностями. В случае пожара или, что ещё хуже, вторжения, он мог погибнуть, даже не осознав угрозу. Однако Ренсли находился в покоях великой герцогини, в самом сердце замка Рудкен, окружённый верными слугами, бдительными рыцарями и охраной, стоящей на каждом углу. Его безопасность была вне сомнений.

— Одна ночь без слуха будет не опасна для Вас, лорд Мальрозен, – спокойно заверил его Гизелль. – Если это всё же тревожит, я могу усилить охрану.

— О, нет, Ваша Светлость, это вовсе не обязательно. Меня беспокоит не опасность. Скорее… Мысль о полной тишине. Боюсь, она заставит меня почувствовать себя одиноким.

— Вы уже пребываете в одиночестве в этой комнате, – ответил мужчина ровным тоном. – И это не ощущение, это – факт.

— Верно, – тихо пробормотал Ренсли, соглашаясь с хозяином замка, но на его лице всё ещё сохранялось беспокойство.

Очередная яркая вспышка молнии рассекла небо, а за ней последовал новый раскат грома, ещё громче и сильнее прежнего. Окна задрожали от его силы. Ренсли невольно вздрогнул, а его рука крепче сжала подолы халата. Когда он вновь поднял взгляд на герцога, в его глазах появилась решимость.

Юноша сделал несколько шагов вперед, приподнимая подбородок, будто собираясь с духом для того, чтобы заговорить.

— Ваша Светлость, откровенно говоря, я никогда не оставался в одиночестве на ночь во время такой бури. Гром и молнии… Они тревожат меня.

— Понимаю, – Гизелль слегка смягчил взгляд, задумчиво нахмурив брови. – Это прискорбно. В Ольдранте грозы хоть и не частое явление, но всегда достаточно сильное.

— Если Ваша Светлость позволит, я бы предпочел провести эту ночь в качестве Ренсли Мальрозена в другом месте.

— В другом месте? – Гизелль вопросительно поднял бровь. – Где Вы планируете остановиться?

— Я завёл несколько знакомых здесь, в Рудкене. Думаю, они не откажут мне в ночлеге.

Герцог долго смотрел на Ренсли. Ему было трудно поверить, что ночные побеги гостя ограничились лишь двумя случаями, как тот утверждал. Но мужчина решил отложить свои подозрения и продолжить разговор.

— Мы оба не знаем, сколько времени Вы пробудете здесь. Собираетесь искать убежище в другом месте каждый раз, когда будет начинаться буря? Это едва ли разумное решение.

— Только на эту ночь. После этого я постараюсь привыкнуть к здешней погоде, – ответил юноша, выпрямившись, чтобы скрыть лёгкую неуверенность.

— Предполагаю, что это будет непросто для человека, который никогда не оставался один в Корнии во время бури, – задумчиво протянул Гизелль. В его голосе скользнула тень беспокойства.

Он ненадолго задумался. Лишь немногие в замке знали правду о личности великой герцогини. Обязанности Самлет ограничивались повседневным уходом за «герцогиней», и было бы совершенно неприемлемо поручить ей проводить ночи в покоях молодого человека.

Что касается Ларкофа, его увлечение магией оставляло мало времени на что-либо иное, особенно в бурю, когда энергия молний витала в воздухе. Гизелль знал, что Верховный волшебник был полностью поглощён тем, чтобы поймать и использовать эту энергию для своих опытов. Прерывать его ради столь несерьёзного вопроса было бы излишне.

На мгновение герцог подумал об Антонине Сореле, командире рыцарей. Однако у того была семья, и вызвать его в замок лишь для того, чтобы скрасить одиночество гостя, казалось глупым поступком, особенно для господина, ценящего сдержанность и тактичность.

Но всё же герцог быстро принял решение.

— Тогда мы проведём эту ночь в одной постели.

— Да, спасибо… – Ренсли резко поднял голову, едва начав кланяться, но замер на полуслове, а глаза его распахнулись в удивлении. – Прошу прощения, Ваша Светлость?

http://bllate.org/book/12459/1109004