Готовый перевод Paho's Journey / Пахó. Разрушенный дом: Глава 25

Кончики пальцев, барабанившие по колену, вдруг скользнули между ног. Нам Гён Хва вздрогнул и торопливо схватил мужчину за запястье.

— Ты что сейчас вообще вытворяешь?

— Я же только что сказал. Раз нас всё равно неправильно поняли, следует сделать всё как следует.

— Что?

— Хоть с мужчинами я ещё не пробовал, но, думаю, части тела, которые возбуждаются от прикосновений, у всех похожи. – На Тэ Бом наклонил голову и двумя руками, вместе со схваченной, проник между ног мужчины. Гён Хва инстинктивно свёл колени, однако этого оказалось недостаточно, чтобы остановить столь сильный натиск. – Надо же, всё же он на месте.

— Не трогай! – От внезапного тепла, накрывшего пах, Гён Хва вздрогнул и свободной рукой оттолкнул На Тэ Бома. Однако покорное отступление продлилось недолго: мгновенно оказавшись сверху, мужчина резко обездвижил Нам Гён Хва, удерживая его руки. – Я сказал не трогай!

— Чем больше ты запрещаешь, тем сильнее мне этого хочется.

— Чокнутый ублюдок! Отпусти! – Нам Гён Хва вертел головой в разные стороны и рычал, но, несмотря на его отчаянные попытки, огромное тело никуда не сдвинулось. На Тэ Бом, удерживая отчаянно сопротивляющегося мужчину, ударил того по щеке. Отдача сильно встряхнула кузов машины, а случайно задетый клаксон издал громкий звук. Гён Хва, вдавленный в сиденье автомобиля, беспомощно моргнул. Его щёки горели, а тело стало тяжёлым, словно промокшая вата, из-за чего у мужчины не осталось сил пошевелить и пальцем. Блики света фар просачивались сквозь окна машины и, подобно мотылькам, кружились в его затуманенном зрении. В заложенные уши проник неясный, грязный шум, похожий на топот армейских ботинок, из-за которого Гён Хва стало трудно дышать.

Тэ Бом щёлкнул пальцами, привлекая его внимание.

— Ещё один такой выпад, и я переломаю тебе кости. Хочешь чтобы младший братец увидел, как ты ползаешь, вместо того, чтобы ходить на своих двоих?

От этих слов до того безвольно лежавшее тело Гён Хва яростно бросилось на На Тэ Бома. С трудом оттолкнув мужчину назад, Нам Гён Хва, наконец, его повалил и тут же нанёс удар кулаком. Из-за полного изнеможения удар получился слабым, но он всё же хотел как-то выплеснуть свою ярость. Бездействующий до этого Тэ Бом вдруг перехватил летящий кулак.

— Пяти ударов с меня достаточно.

Взглянув на бледное лицо мужчины, он провёл языком по разбитой губе. Тэ Бом легкомысленно отнёсся к слабым ударам, полагая, что ему ничего с этого не станется. Однако если бы зазевался, то ему бы точно вывихнули челюсть. Мужчина и подумать не мог, что после перенесённых побоев, Нам Гён Хва набросится на него, стоит только упомянуть его младшего брата. На Тэ Бом усмехнулся, крепко сжал его руку и, подняв голову, переплёл их взгляды.

— Хочешь ударить ещё раз?

— Что?!.

Не ослабляя хватки, На Тэ Бом резко дёрнул мужчину за руку, тем самым, переворачивая. Оказавшись снизу, Нам Гён Хва яростно сверкнул взглядом на мужчину, который спокойно смотрел на него сверху.

— Сначала позволь сделать то, что я хочу, и тогда позволю тебе ударить меня ещё раз.

— Хватит нести чушь.

— Тогда, стоит переломать тебе конечности? – Мужчина произнёс столь жестокие слова, не моргнув и глазом, и сжал запястье Нам Гён Хва. Хоть он и приложил лишь немного силы, хват оказался настолько сильным, что, казалось, разорвёт плоть.

Тишину нарушал мирный стук дворников. Гён Хва со вздохом расслабился. Это была своего рода капитуляция, словно говорящая: «делай что хочешь». Мужчина на своей шкуре усвоил, что чем больше сопротивляешься, тем сильнее пострадаешь. Поэтому сейчас разумнее было подыграть и покончить со всем как можно скорее. Более того, этот ублюдок, казалось, лишь хлеще заводился от его сопротивления и злости. Сейчас, как никогда, требовалось отнестись к ситуации безэмоционально.

— Разумное решение, – прошептал На Тэ Бом с довольной усмешкой, глядя на мужчину сверху вниз, словно оценивая. На безупречном лице кровь из носа выглядела, как дешёвая размазанная помада – неряшливо и непристойно. С распухшей щеки взгляд скользнул вниз, осматривая его тело. Впрочем, ему вдруг подумалось: что могло быть интересного в теле мужика с яйцами, однако узкая талия, обтянутая футболкой, выглядела вполне сносно. – Ты вообще когда-нибудь пользовался своим членом?

Нам Гён Хва промолчал.

— Неужто девственник? М? – На вопрос, призванный унизить его, мужчина снова ответил молчанием. Вместо того, чтобы убрать руку, покоящуюся на груди, На Тэ Бом грубо потёрся коленом о штаны Гён Хва в районе паха. – Или импотент?

— М-мг. – От этой грубой стимуляции Нам Гён Хва, запрокинув голову, сомкнул губы. В такт настойчивым прикосновениям, каждый раз, когда машина покачивалась вверх-вниз, в ушах раздавался оглушительный звон.

— Судя по всему, член не бесполезен, – заключил На Тэ Бом и, заметив вздувшуюся ткань штанов, усмехнулся.

Голос мужчины дрожал от возбуждения, словно он получал неимоверное удовольствие от простой физиологической реакции. “Проклятый псих,” – подумал Гён Хва, подавляя ругательство, и, сглотнув скопившуюся слюну, взглянул на него исподлобья. Ситуация ничем не отличалась от той, что произошла в их первую встречу. На Тэ Бом тогда обращался с ним не как с противником, или дерзким нарушителем, а как с забавной игрушкой. Так и сейчас, мужчина следовал своим импульсам. Потому, чем отчаяннее Гён Хва будет сопротивляться, тем дольше это продлится. Лучше дождаться момента, когда его интерес угаснет, и только тогда дать отпор. В тот миг, когда он отвернулся, чужая рука скользнула в штаны.

— Если оставить его стоять, будет неудобно.

Когда мужчина просто тёрся о него через одежду, это ещё было терпимо, но теперь всё иначе. Нам Гён Хва чувствовал каждую шероховатость мозолистой ладони и жар человеческого тела. От этих прикосновений низ живота свело.

— Хватит! Хва… тит…

— «Хватит»? А мне вот кажется, что он сейчас явно в восторге.

— У-ублюдок, а! Мгх. – Ругательства смешались с прерывистым дыханием. Из-за столь изменившейся реакции уголки губ На Тэ Бома поползли вверх. Он не понимал, что может быть такого особенного в чужом члене, но этот, такой же аккуратный, как и его обладатель, на ощупь оказался удивительно приятным. Но больше всего его заводило выражение лица Нам Гён Хва. Ещё несколько минут назад он вёл себя как настоящий аскет, а теперь беспомощно извивался, не в силах сдержать стоны. Его лицо с щеками, раскрасневшимися от пощёчин, сейчас выглядело крайне распутно. Весьма сладострастный облик. – Ах, п-погоди! – Нам Гён Хва схватил запястье Тэ Бома, мешая тому двигаться, и, закусив губу, протянул: – Лучше… просто… ударь.

— Почему?

— Думаю, так… Так будет лучше. Поэтому… ос-остановись.

Взгляд На Тэ Бома, скользнувший по искажённому в мольбе лицу, заиграл зловещим блеском. Ему стало интересно, какое ещё выражение появится на этом лице, когда мужчина под ним окажется на грани? Какие звуки он будет издавать, кончая? Облизнув губы, Тэ Бом усмехнулся.

— Не хочу.

— Ах!

— Забавно наблюдать, как ты извиваешься от возбуждения.

— Сукин… сын, ах! Нгх… – На это мужчина стал двигать рукой ещё быстрее. На Тэ Бом чувствовал, как пульсирует плоть под его ладонью. – А, а-ах! – Вскоре раздался протяжный стон, и сперма брызнула в ладонь мужчины. Он посмотрел на свою руку, а затем на Гён Хва, беспомощно раскинувшегося под ним. Мужчина тяжело дышал и не мог даже сомкнуть расставленные бёдра. Тэ Бом наклонил ладонь. Сперма потекла по лицу лежащего мужчины, примешиваясь к крови и слезам, создавая до жути непристойную картину.

— Чертовски возбуждает, – прозвучал приглушённый, наполненный похотью, голос. Нам Гён Хва пытался восстановить дыхание. Даже последствия разрядки были тягостными. Вдруг он ощутил вибрацию на запястье. Это был сигнал смарт-часов, которые ему одолжил На Тэ Бом, а значит, и сообщение, вероятно, было важным. Он уже собирался поднять руку, чтобы проверить содержание, как вдруг его резко придавило чем-то тяжёлым. Подняв голову он увидел Тэ Бома, который, раздвинув ему ноги, прижимал свой пенис к его промежности.

— Что ты… делаешь?

— Будет несправедливо, если только ты получишь удовольствие.

— Отцепись!.. – Несмотря на угрозы, мужчина с диким возбуждением тёрся о него. Казалось, он вот-вот, не раздумывая, вонзит свой член. Резко оттолкнув мужчину, Нам Гён Хва извернулся, судорожно нашарил кнопку блокировки, и, нажав на неё, вывалился из машины, словно мешок с картошкой. С трудом поднявшись на ноги, он пошёл прочь. Тошнота и головная боль не имели никакого значения. Сейчас Гён Хва хотел как можно скорее оказаться подальше от этого места.

— И куда ты собрался? – На оклик Тэ Бома, который тоже вышел из машины, мужчина просто молча продолжил идти вперёд. – Тебе звонила доктор Ё. – Только после этих слов Нам Гён Хва остановился и посмотрел на свои часы. За время этой суматохи, скопилось несколько пропущенных вызовов. Звонок от Ё Ын Джэ означал только одно – что-то случилось с Хэ Джином. – Судя по количеству звонков, с твоим малышом что-то случилось. – Тэ Бом, оставив дверцу машины открытой, приблизился к мужчине, который безучастно застыл под проливным дождём. Окинув промокшего до нитки Нам Гён Хва пристальным взглядом, он кивнул в сторону пассажирского сиденья. – Подвезти?

Это было мерзкое предложение: он словно оказывал великую милость. Идти несколько дней пешком или ловить попутку – оба варианта, судя по опыту, были не лучшим решением. Нам Гён Хва, сжав кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, резко повернулся к машине.

***

Когда они прибыли в медицинский центр, Ё Ын Джэ уже ждала в холле.

— За сутки было несколько приступов. Ввиду нехватки времени я не стала медлить и приняла экстренные меры. – От этой информации лицо Нам Гён Хва помрачнело, и он без оглядки бросился вперёд. Ё Ын Джэ, преградив ему путь перед стеклянной дверью с надписью «Реанимация», и покачала головой. – Вы не можете войти. Если вовремя инъекций возникнут осложнения, могут возникнуть проблемы с дыханием.

— Вы ведь ещё недавно говорили о положительной динамике. Что, если он будет принимать лекарства, хуже точно не станет. Так почему… Почему вдруг случились приступы? – Словно потерянный протараторил Гён Хва и закусил губу. Болезнь, от которой страдал Хэ Джин была непростым недугом. Пускай полное выздоровление сейчас и не представлялось возможным, но, достигнув определённой стадии стабильности, при должном уходе Нам Хэ Джин мог вести вполне нормальную жизнь. И ради этого прилагались все усилия. Как только Гён Хва сквозь узкую щель двери увидел младшего брата, лежащего на больничной койке, кончики его пальцев задрожали. Во всём, что сейчас происходило с Нам Хэ Джином, была лишь его вина. Он оставил больного ребёнка в чужом месте. Беспечная уверенность, что это ненадолго, и что всё обойдётся, очевидно, привела к этому.

Мужчина, сидя в ближайшей зоне ожидания, сложил руки и отрешённо уставился в пространство. Всё вокруг – свет, звуки – казались далёкими и нереальными. Когда над его головой нависла тень, в поле зрения появились испачканные уличной грязью кроссовки.

— Судя по твоему виду, малышу совсем плохо.

http://bllate.org/book/12450/1108357