Готовый перевод In the Heart of the Trap / В сердце западни [❤️] [Завершено✅]: Глава 13

Даже во сне тело оставалось напряжённым — в таком месте невозможно уснуть по-настоящему крепко.

Сквозь дремоту Фэн Цунцун почувствовал, как что-то тёплое возится у него на груди. Он лениво разлепил глаза… и уставился на чьи-то наглые белые лапки, которые уже успели залезть под его майку.

Ли Сыфань.

Этот маленький гад спит, ресницы подрагивают, дыхание ровное… а пальцы осторожно мнут его соски. Медленно, методично. Непонятно, сколько он уже этим занимается, но ощущения становились подозрительно… специфическими.

Фэн Цунцун дёрнул его за запястье.

— Эй! Ты, мать твою, что творишь?! Если по молоку соскучился — к мамке иди, чего мне грудь мять?!

Ли Сыфань сонно моргнул, мутным взглядом уставился на него… а потом вдруг двинулся вперёд.

Быстро.

Фэн Цунцун не успел отдёрнуться.

Этот мелкий засранец вообще-то не просто так лезет целоваться — он сразу включает турборежим. С языком, как электрошвабра, тщательно проходясь по всем углам. Никакой брезгливости, никакой паузы.

Фэн Цунцун дёрнулся и резко оттолкнул его. Ли Сыфань коротко вскрикнул и сморщился… А потом поднял на него глаза — влажные, полные невысказанного укора.

— Ты нормальный вообще? — Фэн Цунцун устало прикрыл лицо рукой. — Сдохнуть не боишься, зато руки чешутся, да?

— Червячок… — Ли Сыфань вдруг растянул его имя, будто смакуя звук. — Мы ведь не выберемся отсюда, да?

Фэн Цунцун мгновенно напрягся.

— Хватит нести чушь. Как только они получат деньги, мы уйдём.

— А если не получат? — Ли Сыфань говорил всё тем же странным, задумчивым тоном.

Фэн Цунцун нахмурился, пристально глядя на него.

— Подожди… Ты чего, усыновлённый, что ли?

Взгляд Ли Сыфаня стал таким, будто он прямо сейчас проткнёт его насквозь.

Фэн Цунцун осознал, что явно загнул лишнего, и поспешно отвёл глаза, притворяясь, что зевает.

Ли Сыфань снова приблизился, дыхание горячим вихрем скользнуло вдоль уха.

— Да брось, Червячок. Думать надо было раньше. Смотри на вещи трезво — нам с тобой тут не выжить. Если у тебя там жена, ребёнок и собака с ипотекой, то у меня… у меня только одно большое разочарование. Только разобрался, кто мне нравится, а уже пора помирать.

Фэн Цунцун скосил на него взгляд.

— Мне что, на прощание ещё и «последний ужин» устроить?

Ли Сыфань усмехнулся.

— В нашей ситуации я уже не привередничаю.

Ага, значит, вся эта проникновенная речь была не про экзистенциальные вопросы, а про похабные мысли.

Следующее, что успел заметить Фэн Цунцун — это Ли Сыфаня, который, словно пушечное ядро, летел прямо на него.

— ЭЙ, ТЫ, ЧТО, ОХРЕНЕЛ?!

Фэн Цунцун был готов отстаивать свое целомудрие до последнего дыхания. Вцепился в ремень мёртвой хваткой и не собирался сдаваться.

Но Ли Сыфань был голоден.

В суете повязка на ноге съехала, и свежая кровь снова потекла, расползаясь по серой простыне алыми разводами.

Только вот сам «истекающий» будто бы этого не замечал. Продолжал свою бандитскую миссию с той же фанатичной решимостью, как будто вообще бессмертный.

Фэн Цунцун в это время лихорадочно прикидывал: за эту мелкую сволочь назначили трёх-миллионную награду. Если он сейчас сдохнет — ему самому прямая дорога в заранее выкопанную бандитами яму.

Чёрт, да может, пусть этот Ли Сыфань уже кончит к чертям собачьим!

— Лежи спокойно, не трогай меня. Я тебе рукой все сделаю.

Только слова слетели с губ — Ли Сыфань тут же изобразил на лице трагедию века.

— …Это что, торг?!

— Это, мать твою, компромисс! — Фэн Цунцун гневно сплюнул.

Но мелкий засранец уже надул губы так, будто его не просто обокрали, а ещё и забыли в канаве на морозе.

Фэн Цунцун смотрел на него и всеми силами сдерживался, чтобы не отвесить хорошего подзатыльника.

Глубоко вдохнув, он бегло перевязал рану Ли, а затем, сквозь зубы проклиная свою жизнь, расстегнул тому штаны.

Когда нижнее белье было снято, внушительных размеров розовый гриб резво поднял голову.

Фэн Цунцун набрался смелости, мысленно исполнил монгольскую народную «Песню доения», и с обречённой покорностью принялся мастурбировать член младшего господина Ли.

Возможно, Ли Сыфаню никогда раньше не доводилось сталкиваться с подобным опытом, но, похоже, когда за дело брался кто-то другой, он нисколько не возражал. Судя по довольному мурлыканью и тому, как его живот начал покрываться румянцем, происходящее ему явно нравилось.

А дальше случилось… ну, скажем так, кое-что, чего сам Ли Сыфань явно не ожидал.

Фэн Цунцун не успел произвести и дюжиной стимулирующих движений, как тело молодого господина Ли затряслось в конвульсиях и его розовой ствол изверг водопад густой спермы.

Физиология — штука коварная, особенно если ты молодой, раненый и на грани нервного срыва. И вот, пожалуйста, неловкость материализовалась с пугающей скоростью.

Ли Сыфань резко замер, словно его только что поймали с поличным. Огромные глаза беспомощно уставились вниз, а лицо покрылось таким румянцем, что даже Фэн Цунцуну на секунду стало неловко.

Но всего на секунду.

— Ну и ну, — Фэн Цунцун покачал головой и хмыкнул. — Не переживай, с каждым бывает. Хорошо, что ты не женат, а то пришлось бы оправдываться перед женой… и менять простыни каждый день.

Ли Сыфань быстро сбросил замешательство, буркнул что-то невнятное и, не долго думая, схватил край майки Фэн Цунцуна, и вытер с себя сперму.

А затем, даже не думая ретироваться, поднял голову и заявил с самым невозмутимым видом:

— Не волнуйся. Вот уж ни перед какой женой я никогда оправдываться не буду.

Чунцзы лишь фыркнул и отвернулся, заворачиваясь в одеяло.

— Спи, герой-любовник. Переживёшь свою драму утром.

Через какое-то время железная дверь вдруг с грохотом распахнулась. Фэн Цунцун резко открыл глаза и увидел, как бандиты завели в комнату старика.

Старик тащил за собой мед сумку. Рябой без церемоний сдёрнул Цунцуна с койки, а потом дал старику заняться Ли Сыфанем — обработать раны, вколоть укол, намазать мазь.

Фэн Цунцун про себя облегчённо вздохнул. Ну хоть какие-то проблески человечности у этих ребят имеются, раз не собираются отправлять их в мир иной прямо сейчас.

Ли Сыфань молча позволял старику делать своё дело.

Рябой хмыкнул и, глядя на него, выдал:

— Ты уверен, что она тебе родная мать? Такое ощущение, что специально тянет время. Может, вообще сразу ногу тебе отпилить и отправить ей посылкой?

Мальчишка вдруг поднял голову:

— Я хочу поговорить с вашим главарём.

— Ты себя кем возомнил, принцем в гареме? Думал, тут так всё просто: захотел — позвал, захотел — выгнал?

Ли Сыфань не стал спорить. Вместо этого он вдруг заговорил — быстро и чётко, выпалил какую-то последовательность цифр.

У бандитов в этот момент лица стали разноцветными, как новогодняя гирлянда. Один мигом выбежал из комнаты, а через пару минут вернулся.

После этого громилы аккуратно вывели Ли Сыфаня наружу.

Фэн Цунцун остался ждать, не находя себе места. Что это вообще за цифры были такие? Код доступа? Пароль от банковского счёта? Или, может, телефон мамы, которая приедет и наваляет всем по первое число?

http://bllate.org/book/12428/1106595