Готовый перевод Spring, the color of love / А может, виновата весна...: Глава 5

Я посмотрел на свои наручные часы, которые не носил уже очень давно. Поэтому из-за непривычного веса на запястье, каждый раз, когда двигал рукой, ощущал лёгкий дискомфорт. Профессор современной истории славился тем, что по понедельникам он заканчивал занятия за пятнадцать минут до обеденного перерыва. Благодаря этому его курсы были настолько популярны, что когда наступало время регистрации, запись на его лекции закрывалась одной из первых.

Убедившись, что часы показывают 11:50, я направился к Сангак холлу. Он как раз находился всего в пяти минутах ходьбы от главного здания. Я встал недалеко от входа, чтобы избежать толпы студентов, спешащих на обед. Оглядевшись по сторонам, так и не увидел Хён Гонхёна. Вариант того, что я просто его не заметил – исключён. Мало кто из студентов привлекал так много внимания к своей персоне. Я ещё раз сверился с часами – 11 часов 58 минут. Прошло довольно много времени с тех пор, как я назначал встречу и ждал кого-то. Секундная стрелка сделала один оборот, потом ещё один, и я поднял взгляд.

Ровно полдень. У входа меня никто не искал, да и того, с кем я планировал встретиться, не было видно на горизонте. Возможно, подобные опоздания на встречу с друзьями – обычное дело, но лично меня это не касалось. Ведь с того самого дня я никогда не ждал никого дольше назначенного времени. Тем не менее сейчас я не мог сказать человеку, который в одностороннем порядке назначил мне встречу, что не стану дожидаться его. Я собирался посидеть ещё ровно пять минут, а потом уйти. И когда минутная стрелка сделала пять оборотов, решительно поднялся с мраморных ступеней. Не то, чтобы я горел желанием с ним обедать. Просто придерживался договорённости, думая, что он может ждать меня. Я не хотел его задерживать, так как сам не любил, когда опаздывают. В последний раз снова оглядевшись по сторонам, повернулся, чтобы пойти в сторону читального зала. К тому же не так уж я был и голоден. Спокойной мог потерпеть до четырёх часов и перекусить в круглосуточном магазине.

– Погодите! Шим Чхонсун!

В моём окружении можно по пальцам пересчитать тех людей, которые называли меня полным именем. Даже те немногие близкие люди почти всегда обращались ко мне по прозвищу – Шимчхон. Поэтому не удивился, когда, обернувшись, увидел улыбающегося и запыхавшегося Хён Гонхёна.

– Мне очень жаль, я знаю, что сам настоял на нашей встрече, но, к сожалению, обед придётся отложить.

На его искренние извинения я ответил, что всё в порядке, потому как сам чувствовал себя неловко. У человека случились непредвиденные обстоятельства, но из-за того, что у меня не было мобильного телефона, ему пришлось бежать ко мне, чтобы предупредить лично.

– Как насчёт ужина сегодня вечером? Я забыл, что должен сдать документы на кафедру к сегодняшнему дню.

Меня удивило, что ему необходимо сдавать какие-то документы в середине семестра, а не в начале или конце, как это обычно бывает.

– По вечерам у меня подработка. Честное слово, вам не стоит беспокоиться на этот счёт.

– Я по-прежнему в долгу перед вами, а тут ещё и поступил так, за что мне очень стыдно. Трудно закрыть на это глаза, будто ничего не произошло.

Хён Гонхён достал свой мобильный и протянул его мне.

– Пожалуйста, оставьте свою контактную информацию.

Тогда я произнёс, глядя на его телефон:

– Не стоит. Достаточно того, что вы часто заходите в наш магазин.

Хён Гонхён смущённо улыбнулся, убирая свой телефон обратно. Будто догадался, что у меня нет мобильного. Затем он открыл квадратную кожаную сумку, которую всё это время держал в руках. Почему-то я думал, что увижу там презервативы, но, к моему удивлению, она была заполнена исключительно нотными листами. Молодой человек достал ручку, жёлтый стикер и быстро что-то записал.

– Вот, это мой номер. Всё же я сторонник того, чтобы возвращать долги.

Его тон звучал вежливо, но при этом в нём чувствовался намёк на то, что молодой человек не примет отказа. Пребывая в растерянности, я неловко забрал протянутый мне стикер.

– Что ж, тогда позднее свяжитесь со мной. И поскольку мы одного возраста, то давайте оставим все формальности, – с этими словами Хён Гонхён вернулся в вестибюль также быстро, как и пришёл. Он ринулся в направлении деканата. И это было настолько резво, что казалось, будто мимо пронёсся порыв ветра.

Только после того, как он скрылся из виду, я опустил взгляд на стикер, который сжимал в своих руках. На небольшом клочке бумажки были написаны его имя и номер телефона. Ранее я уже это заметил, и в этот раз тоже: почерк у него был такой же аккуратный, как и идеальные руки. Получается, если у человека красивые пальцы, его почерк тоже будет таким аккуратным? Я отцепил прилипший к ладони стикер и потянулся к передней части своей сумки. А затем с нажимом прижал записку, липкий слой которой стёрся после соприкосновения с моей кожей, к корешку своего учебника по специальности. Я прекрасно осознавал, что ни за что не свяжусь с этим парнем первым, но ради приличия решил не выбрасывать стикер.

Ноги гудели, возможно, от того, что я все выходные провёл в магазине. Я мог бы спать и менее пяти часов в сутки, но всё же мне следовало заботиться о собственном здоровье. Если бы я слёг из-за болезни, то в конечном итоге это обернулось бы потерей/ в первую очередь для меня самого. Дом, институт, библиотека, круглосуточный – этот замкнутый круг казался сегодня ещё более удручающим. Хотелось вырваться куда-нибудь и просто отдохнуть хотя бы недельку.

Я нарочито медленным шагом вошёл в комнату отдыха, прилегающую к читальному залу. И, увидев у выхода грязный автомат по продаже кофе, неосознанно огляделся в поисках кухонного полотенца. Это было своего рода профессиональная деформация: работая в круглосуточном, я по десять раз на дню протирал столы. Пьяные клиенты регулярно проливали свой рамён. Повезло, если кто-нибудь не стошнило. Я порылся в карманах, закинул в автомат пару монет и забрал свой кофе. Опустившись на потрёпанный диван, я стал не спеша потягивать напиток. Моё внимание привлекли голоса двух студенток, сидевших прямо передо мной.

– Эй-эй, ты слышала последние новости? Я просто в шоке, оказывается, Хён Гонхён реально берёт академ!

– Да ладно, ты серьёзно?

Я весь обратился в слух, потому что в разговоре, который бы как обычно прошёл мимо ушей, вдруг упомянули знакомое мне имя.

– Я зашла в деканат из-за ассистента преподавателя, а там он – заполняет документы. Кстати, видела его матушку – от одного её властного взгляда аж мурашки по коже.

Закончив говорить, студентка нервно содрогнулась и сделала глоток напитка. Подруга отругала её, сказав, что всё это чепуха.

– Какой смысл ей приходить, если он берёт академ?

– Мне откуда знать? Я вот что думаю, если бы такая женщина стала моей свекровью, Хён Гонхён и все остальные просто бы не существовали для меня.

– Мечтай больше. Хотя я бы всё равно жила с Хён Гонхёном, даже если бы пришлось терпеть свёкра и свекровь под боком. Ничего в этом страшного нет, а ещё если быть смекалистее и покладистее, то в распоряжении всегда будет безлимитная кредитка.

– А как справляться с его ветренностью? Я бы этого не вынесла.

– Согласна, меняет девушек как перчатки. Если подумать, то за это время он ни с кем не заводил серьёзных отношений, так что, уверена, его сердце всё ещё занято.

– Твоя правда. Ёджу жаловалась, что он и её отшил, и признаюсь, мне это доставило большое удовольствие. Она притворялась его девушкой, изображала невинную милашку и думала, что станет женой Хён Гонхёна, а в итоге получила по заслугам.

– Что есть, то есть.

Я мельком взглянул на лица этих девушек, и они показались мне смутно знакомыми. Не потребовалось много времени, чтобы вспомнить, где я их видел. Ведь это оказались те самые девушки, что поджидали Хён Гонхёна в тот дождливый день. Не хватало только девушки с длинными волосами и невинной внешностью. А между тем, подруги продолжали сплетничать о Хён Гонхёне. Мне показалось, что если я продолжу в том же духе, то это будет расцениваться как намеренное подслушивание. Поэтому я осушил стакан тёплого кофе за один глоток и встал. Лишь тогда девушки на соседнем диване заметили моё присутствие и понизили голоса. Тем не менее, их шёпот звучал даже громче, чем обычный разговор.

– Он так старается, да же? Кажется, я вижу его каждый раз, как прихожу в читальный зал.

– Да, ничего такой, но, честно, его стиль немного...

“Я всё прекрасно слышу”, – но я не стал говорить этого вслух.

Я скомкал бумажный стаканчик из под кофе, бросил его в мусорное ведро и вышел из комнаты отдыха. Говорят, что девушки могут обсудить около сотни тем в течение часа, и это похоже на правду. Если задуматься, то даже разговаривая с весьма общительной Хёджин сонбэ [1], мне постоянно приходилось быть начеку, поскольку я не знал, к какой теме приведёт наш разговор. Если я не успевал подстроиться под внезапно сменившуюся тему, меня тут же обвиняли в том, что я думаю о чём-то другом. Это было всего год назад, но кажется, будто прошла вечность.

[п/п: сонбэ – обращение к старшим, студентам старших курсов или коллегам на работе]

Как будто сама судьба решила сделать мне небольшой подарок после утомительного дня, и место у окна оказалось свободно. Подойдя к столу, я открыл портфель и на мгновение посмотрел в окно. Цветки вишни робко трепетали от слабого дуновения ветра. Это выглядело настолько же прекрасно, насколько и беспомощно.

“Если я успешно получу стипендию за этот семестр, может, стоит съездить на море этим летом…”, – в голове пронеслись смутные планы поездки, чтобы хоть на мгновение сбежать от удручающей реальности. - “А ведь мы с Хёджин могли бы съездить куда-нибудь, организовав небольшое путешествие, пусть и не в самые роскошные места”.

Размышляя об этом, я вдруг осознал, что никогда не делал для неё ничего особенного. Впервые за долгое время я вспомнил о Хёджин, и меня охватило горькое чувство жалости к самому себе.

***

Я был настолько занят мыслями и работой, что совершенно забыл про наручные часы на своём запястье. Когда я пришёл в круглосуточный, собирался снять их, но по итогу носил до самого конца смены. Известие о том, что мать менеджера упала в обморок, выбило меня из колеи. Начальник сказал не волноваться, так как это связано с её хронической гипотонией [2], но мне стало не по себе, когда он попросил закрыть магазин после двух часов ночи. Так что на какое-то время я сосредоточил всё своё внимание на телефоне магазина, надеясь получить весточку от менеджера, но звонков больше не поступило.

[п/п: гипотония – снижение артериального давления более чем на 20% от обычного]

Я вспомнил о часах только когда по радио раздался голос диктора, объявившего два часа ночи, – и сразу снял их. На запястье отпечатался их круглый след.

Это случилось в тот момент, когда я уже собирался снять фартук, намереваясь осмотреть магазин перед закрытием. Раздался звон дверного колокольчика, оповещающий о новом посетителе. Услышав его, я вновь накинул на себя фартук.

В магазин вошли Вончхе и три одногруппника. Я знал, что сегодня была встреча моих однокурсников с выпускниками в соседней забегаловке. Уже прошло полдня с тех пор, как я отказался пойти с Вончхэ, который, как всегда, упрашивал меня присоединиться.

– Шимчхон, я пришёл!

Щёки и нос Вончхе покраснели от количества выпитого им алкоголя. На улице было не так уж и холодно, так что это однозначно свидетельствовало о том, что парень сильно перебрал.

– Чхонсун… упс…

Один из пьяных парней уронил жвачки с прилавка перед кассой. Такое случалось уже не в первый раз, поэтому я никак не отреагировал на этот счёт. Однако я бы обязательно высказал своё недовольство, если бы не сонбэ, вошедшая в магазин вслед за парнями. Хёджин сонбэ, увидев меня, помахала рукой, прошла к кассе и стала выпроваживать пьяных однокурсников. Прошёл год с нашей последней встречи. Было немного странно видеть её перед собой, особенно после того, как я вспоминал о ней всего несколько часов назад. Может, я владею каким-нибудь даром предчувствия, о котором ранее не знал?

– Вончхе, бери их с собой и идите к тебе. Думаю, вы уже слишком пьяны.

– Ого? Разве Хёджин сонбэ не ушла? А-а~ Шимчхон, с тобой пришли повидаться.

Кое-как стоящий на ногах Вончхе достал из холодильника три бутылки "Чамисул" [3]. Я быстро забрал бутылки у Вончхе, который в этот момент нёс какой-то бред. И пока сканировал штрих-код, парень достал из бумажника толстую пачку купонов.

[п/п: бренд соджу, самая популярная марка спиртных напитков в Ю.Корее]

– Шимчхон, пойдём завтра есть кисло-сладкую свинину? Я предлагал Джинни пойти со мной в эту пятницу, но она мне отказала.

Вероятно, он имел в виду Ю Чжиын, которая была на год младше его. Я уже знал, что Вончхе инетерусуется ею. Парень, который прогуливал занятия как по расписанию, никогда не пропускал занятия, которые посещала Ю Чжиын. Конечно, Ю Чжиын была не единственной, кем интересовался Вончхе. Допустим, Хёджин сонбэ, стоящая рядом с нами, также стала одним из объектом его внимания до того, как закончила учёбу. Застенчивый Вончхе, видимо, наконец, нашёл в себе смелость заговорить с той девушкой и пригласить её на ужин. По купонам в китайский ресторанчик. Сколько бы я ни думал об этом, всё равно считал, что бесплатная кисло-сладкая свинина в качестве свидания – это уже перебор.

– Хорошо, давай сходим.

Вончхе медленно моргнул.

– Что? Ты не сказал «нет»?

Локоть Вончхе соскользнул с прилавка, и парень всем телом накренился вбок. Остальные ребята находились точно в таком же состоянии, как и их друг. Единственной, кто был относительно трезвым, была Хёджин сонбэ.

– Янг Вончхе, ты слишком пьян, иди к себе и проспись.

Я знал, что если этот парень начнёт, то будет пить до победного конца, поэтому понимал, что мои слова не возымеют должного эффекта. Я добавил в пакет с соджу щедрую порцию бесплатного арахиса. Вончхе взял пакетик и, пошатываясь, направился к двери. Его знакомые, также пошатываясь, сразу вышли из магазина, как купили желанный алкоголь. Параллельно они размахивали руками и выкрикивали имена Шимчхон, Чхонсун.

Лишь когда их силуэты полностью исчезли из поля зрения, я вдруг опомнился, что не взял деньги с Вончхэ. Весь этот хаос, вызванный поведением одноклассников и внезапным появлением Хёджин сонбэ, полностью выбил меня из колеи. Но поскольку я и так планировал завтра встретиться с одногруппником, то просто достал из кошелька три тысячи вон и положил их в кассу.

– Давно не виделись.

Всё это время я старался игнорировать её присутствие, но в итоге Хёджин сонбэ первая заговорила со мной.

– Да, сонбэ.

Бесстрастно ответил я и подошёл к сонбэ, которая собирала упаковки жвачки, разбросанные по полу.

– Давайте я сам.

Она проигнорировала мою руку и положила жевательную резинку на прежнее место. Волосы сонбэ, которые в прошлом году доходили ей до плеч, теперь стали заметно короче. Её идеальная объёмная причёска без единого изъяна идеально обрамляла миниатюрное лицо. Её чёлка, аккуратно спадавшая на брови, слегка растрепалась. Девушка была немного пьяна, поэтому её лицо раскраснелось.

– Уже поздно, вам пора домой.

– Проводишь меня?

Я в замешательстве посмотрел на девушку. Сонбэ же опустила взгляд в пол и не смотрела на меня. Тогда я оставил фартук на прилавке и взял свою сумку.

– Я вызову вам такси.

– Проводи хотя бы до машины. Или позволь переночевать у тебя.

– Сонбэ, вы пьяны.

Такая дорогая сумочка и безупречное платье совсем не смотрелись на фоне тесной комнатушки под крышей. Прежде чем девушка успела сказать что-нибудь ещё, я взял трубку телефона круглосуточного. Затем достал визитку, подготовленную на случай появления пьяных пассажиров, и вызвал такси, оглядывая помещение магазина. Поскольку я заранее позаботился о полках с товарами, прибирать было нечего. Включив аварийное освещение, я остался ждать, пока сонбэ выйдет. Подойдя ко мне ближе, она схватилась за ремень портфеля на моём плече. И когда я пошёл к выходу из магазина, ей ничего не оставалось, кроме как последовать за мной. Её шаг был гораздо медленнее, чем я помнил. Только переступив порог круглосуточного, она отошла от меня и подняла свой взгляд.

– У меня назначена дата помолвки. Рановато, не правда ли?

Не успел я сказать "Поздравляю", как Хёджин продолжила:

– С этого момента я больше не собираюсь приходить на встречи. Можешь больше не переживать обо мне и начать общаться с другими сонбэ. Так тебе будет проще трудоустроиться.

Поскольку между старшими и младшими сложились довольно тесные отношения, они всегда проводили подобные встречи раз в две недели. Конечно, основная причина моего отсутствия на таких посиделках заключалась в том, что я подрабатывал. Но на самом деле в первую очередь я переживал, что могу столкнуться с Хёджин сонбэ.

– Я занят из-за работы.

И в тайне надеялся, что такси, которое обычно приезжало за пять минут, сегодня прибудет несколько быстрее. На этот раз сонбэ, отпустив лямку моего портфеля, схватила меня за руку.

– Позволь мне спросить тебя о настоящей причине. Почему? Я сдерживалась до сих пор, опасаясь задеть твою гордость. Но не пора ли нам обсудить это?

– Поздравляю с помолвкой, сонбэ.

Сонбэ посмотрела на меня, холодно улыбнувшись, её губы дрожали.

– Ублюдок! Думаешь, я встречалась с тобой ничего не зная? Я знала всё! И что же? Разве мы не должны были преодолеть проблемы вместе?

Её голос стал громче. Я чувствовал себя преступником, поскольку позволил таким грязным словам вырваться из столь красивого рта.

– У меня нет времени на такие вещи, как отношения.

Когда я собирался пойти к дороге, она преградила мне путь. А стоило мне попытаться отойти в сторону, как сумка, которую Хёджин сонбэ сжимала в руках, взмыла в воздух. Даже понимая, что сейчас меня ударят, я не увернулся. Твёрдый угол сумки задел моё ухо, но боль была терпимой. Девушка ещё раз несколько раз ударила меня, но в этот момент единственное, о чём я мог думать, так это то, что её дорогая сумочка поцарапается об меня.

Когда Хёджин сонбэ в очередной раз замахнулась сумкой, кто-то схватил её за запястье.

– Вы пьяны. Прошу, прекратите.

За плечом этого человека виднелся автомобиль с выключенными фарами. Я не мог наверняка сказать, как давно Хёг Гонхён здесь или может, он только что приехал. Потому как всё моё внимание было сосредоточено на девушке.

– Пожалуйста, отпустите. Мы с ним знакомы.

Когда сонбэ обернулась к нему, Хён Гонхён удивлённо посмотрела на неё:

– А? Хёджин сонбэ?

Она смущённо вздохнула, выдернув своё запястье из его хватки.

– Что… Хён Гонхён? Что ты тут забыл в такой час?

Она явно была удивлена, что её знакомые с разных курсов, которые никак не были связаны, случайно пересеклись в одном месте.

– По дороге решил заехать купить сигарет. Сонбэ, я и не знал, что в вас есть такая разгорячённая сторона. Если Мёнгин хён увидит такое, то наверняка передумает насчёт помолвки. Хаха.

Хён Гонхён пошутил поочерёдно переводя взгляд с сонбэ на меня и обратно.

– Лучше за собой последи.

В ответ на её колкие слова Хён Гонхён указал на свои брюки, сказав, что молния застёгнута. В этот момент очень кстати подъехало такси, оповестив о своём прибытии коротким гудком. Сонбэ даже не успела привести в порядок свою растрёпанную сумку и бросила на меня гневный взгляд. Должно быть, она очень смутилась, что будучи интеллигентной девушкой из богатой семьи, настолько вышла из себя, что начала меня бить. Тем не менее, собравшись с мужеством, она вновь обратилась ко мне:

– Это последний раз. Больше не будет возможности поговорить.

Я проигнорировал её взгляд и открыл пассажирскую дверь такси. Ухо горело после удара.

– Берегите себя.

– Ты! И правда!

Таксист с неодобрением посмотрел на нашу ссору. Когда я, взяв девушку за плечо, в попытке направить её к машине, она грубо отбросила мою руку.

– Не трогай! Теперь даже если скажешь не идти, я всё равно уеду.

Она нарочно закрыла дверь такси, которую я открыл для неё, а затем сама её вновь открыла. Ещё не сев внутрь, придерживая дверь, она насмешливо взглянула на меня.

– Трусливый ублюдок! Вот и живи всю жизнь убегая.

И на удивление спокойно закрыла за собой дверь. Всё, что сделала сонбэ, выйдя из себя, это ударила меня сумкой. Я ещё некоторое время стоял неподвижно, пока такси не исчезло из поля зрения.

http://bllate.org/book/12421/1106437