Готовый перевод The Only Normal Human In The Universe / Единственный нормальный человек во Вселенной [🤍] 🐹 ✅: Глава 98. Принятие допроса

После ухода Чжао Чэнсюаня Ань Янь тут же выбросил это из головы и вместе с Чэн Яном весело пообедал.

Дневные занятия быстро закончились, и наступили выходные.

Он договорился с Чэн И прийти к нему в гости в субботу в десять утра, так что времени на подготовку подарков было достаточно.

Вернувшись домой, Ань Янь застал маму Ань в гостиной за поеданием фруктов и просмотром телевизора.

Он положил сумку, сел рядом с мамой и сам завёл разговор:

– Мама, я вернулся! Завтра я иду в гости к семье Чэн. Как ты думаешь, какие подарки мне лучше подготовить?

Мама Ань отправила в рот кусочек ананаса, перевела взгляд с телевизора на сына и с недоумением оглядела его. Глупый сын на этот раз, оказывается, не собирается лезть в окно, а решил идти через парадную дверь?

Ань Янь не заметил тонкого взгляда матери и серьёзно размышлял вслух:

– Подарки, которые приносил Чэн И, были очень дорогими. Может, мне подготовить такие же, как он покупал?

– Такие подарки действительно нужны, лучше купить подороже, – подала совет мама Ань. – Но кроме этого, я думаю, ты можешь приготовить несколько флаконов лекарства в качестве подарка.

Глаза Ань Яня тут же засияли. Хотя раньше он уже дарил Чэн И много элитных лекарств, все они были для него лично. Так что он действительно мог приготовить ещё несколько элитных лекарств для членов семьи Чэн.

Приняв решение, Ань Янь сразу приступил к делу.

Сначала они с мамой сходили в несколько неплохих торговых центров и купили довольно дорогие предметы роскоши в качестве подарков: для дедушки Чэна – массажное кресло и нефритовое кольцо для большого пальца; для мамы Чэн – косметику, средства по уходу и комплект украшений с сапфирами; для папы Чэн – галстук, коллекционную дорогую ручку и дорогие часы; для Чэн Яна – модель меха и пространственную кнопку.

Даже управляющего Лю, который когда-то ему помогал, Ань Янь не забыл – приготовил ему в подарок изысканный чайный набор.

Купив всё это, Ань Янь с некоторой болью посмотрел на остаток на своём счёте и уже собрался пойти с мамой за продуктами, как вдруг заметил, что она странно на него смотрит.

– Янь-янь, ты ничего не забыл? – спросила мама Ань.

Ань Янь внимательно подумал и растерянно покачал головой:

– Нет, я купил всё для тёти Чэн, дяди Чэн и Чэн Яна, даже управляющего Лю не забыл.

Мама Ань, со сложным выражением лица, с досадой напомнила:

– А Чэн И?

– Чэн И? – Ань Янь на мгновение опешил, а потом осознал – он ведь идёт в гости к семье Чэн, значит, и Чэн И тоже нужно приготовить подарок.

Он с досадой хлопнул себя по лбу:

– Как я мог его забыть?

Но мама Ань посмотрела на него многозначительным взглядом, полным понимания. Этот глупый ребёнок, он уже считает Чэн И своим, а сам до сих пор не прозрел и не осознал своих чувств. Тяжело же приходится Чэн И.

То, что Ань Янь забыл о Чэн И в такой важный момент, конечно же, не потому, что он ему безразличен или их отношения недостаточно близки.

Даже наоборот – именно потому, что они слишком близки, Ань Янь подсознательно его упустил.

Как, например, когда влюблённые идут в гости к семье друг друга. Из вежливости и уважения они, конечно, покупают подарки для семьи второй половинки.

Но при этом они уже не покупают отдельный подарок для самой половинки, потому что любимый человек – это «свой», и в такой ситуации дарить ему подарок не принято.

Поведение Ань Яня было точно таким же, только он сам этого не осознавал, а вместо этого чувствовал себя очень виноватым – как он мог забыть о Чэн И в такой важный момент!

Из-за этого чувства вины Ань Янь выбирал подарок для Чэн И с особой тщательностью и вниманием. В итоге он купил ему комплект одежды того фасона, который тот любил, пару обуви такой же модели, какую тот уже носил, ремень, который, как казалось Ань Яню, очень подойдёт Чэн И…

А когда он всё это купил, то обнаружил ещё один печальный факт: общая стоимость подарков для Чэн И оказалась даже ниже, чем стоимость одного только набора модели меха для Чэн Яна.

Ань Янь снова почувствовал себя виноватым. Он же так старательно выбирал подарки по вкусу Чэн И, как же так вышло…

Он уже начал размышлять, что бы ещё купить для Чэн И, но мама Ань остановила его.

– Я думаю, эти подарки очень хороши. Чэн И обязательно понравятся. – Сын с таким старанием выбирал подарки – этот парень, если узнает, точно будет на седьмом небе.

Но Ань Янь всё ещё мучился:

– Но эти вещи совсем не дорогие.

Когда он выбирал подарки для остальных членов семьи Чэн, он, помимо начальной идеи, в первую очередь обращал внимание на цену и качество. Только если цена была достаточно высокой, он выбирал.

Но когда он выбирал подарок для Чэн И, он вообще не думал о цене. Он думал о том, «как эта одежда будет сидеть на Чэн И?», «понравятся ли ему эти туфли?» – и тому подобное.

Неужели он на самом деле так равнодушен к Чэн И?

Ань Янь стал корить себя, а после этого твёрдо решил:

– Нет! Я обязательно должен купить Чэн И подарок по подходящей цене!

Мама Ань сидела рядом, не зная, плакать или смеяться, наблюдая за всей гаммой выражений на лице сына, но прямо не вмешивалась.

Ань Янь засучил рукава и принялся выбирать заново, но проблема не решилась.

Вот эти часы – очень дорогие, но Чэн И вообще не носит часов, купишь – они будут просто лежать как украшение?

Эти продукты Чэн И, возможно, понравились бы, но цена… слишком низкая, нельзя, нельзя.

У этой рубашки цена неплохая, но фасон не тот, который любит Чэн И, он вряд ли захочет её носить…

…

Мама Ань, видя, как сын обошёл, кажется, весь торговый центр, но так и не смог выбрать подходящий подарок, и его личико совсем сморщилось, наконец заговорила:

– Янь-янь, те подарки, что ты уже купил, действительно очень хороши. Чэн И они понравятся.

Ань Янь сморщил лицо и покачал головой:

– Но они слишком дешёвые.

– Важна не цена, а твоё внимание, – мама Ань тоном бывалого человека начала наставлять сына. – Ты разве не заметил, что, когда выбирал подарок для Чэн И, ты всё время думал о его вкусах и предпочтениях? Это и есть твоё внимание.

Ань Янь с непониманием посмотрел на маму:

– Это так?

– Конечно, – видя, что сын всё ещё не прозрел, мама Ань сменила тактику. – Если бы Чэн И пришёл к нам в гости, что бы тебе больше понравилось: чтобы он принёс дорогую модель меха или чтобы он принёс недорогие продукты и приготовил из них вкусный ужин?

Ань Янь, который был настоящим гурманом, не задумываясь ответил:

– Конечно, вкусную еду!

Мама Ань спросила в ответ:

– Но ведь модель меха гораздо дороже?

Ань Янь немного подумал и наконец уловил смысл маминых слов. Его осенило:

– Я понял!

Увидев, что сын понял, мама Ань на мгновение замялась, а затем попыталась направить его дальше:

– Янь-янь, ты заметил разницу между тем, как ты выбирал подарок для Чэн И, и тем, как выбирал для остальных?

Ань Янь снова почувствовал себя виноватым:

– Я поставил его на последнее место.

Мама Ань: «...» Ладно, пусть этим бедолаге Чэн И самому приходится учить сына уму-разуму.

Купив подарки, они заодно купили продукты и повседневные товары, нужные по дому, и вместе отправились домой.

Тем временем в гостиной семьи Чэн И проходил «допрос» со стороны семьи.

Чэн И сидел на диване один, а четверо остальных сидели напротив.

За эти несколько дней самостоятельного восстановления и практики дедушка Чэн заметно окреп, цвет лица улучшился, седых волос стало меньше, даже морщины на лице разгладились.

Сейчас он сидел в центре дивана, напротив Чэн И. Отец и мать Чэна сидели справа от него, а Чэн Ян – слева.

Мать Чэн заговорила первой:

– Чэн И, признавайся, когда у тебя решилась эта проблема?

Чэн И сжал губы:

– Перед началом учёбы.

Мать Чэн махнула рукой:

– А теперь подробнее.

Чэн И мысленно улыбнулся, но понимал, что семья беспокоится о нём, поэтому честно признался:

– Первым подействовало на меня то элитное лекарство, которое Чжао Синьсинь подарила мне. Но потом я понял, что оно подействовало потому, что малыш прикасался к нему.

Отец Чэн дёрнул бровью:

– Малыш?

Чэн И не изменился в лице:

– То есть Ань Янь.

Мать Чэн от такого обращения передёрнула плечами:

– Чэн И, пожалуйста, относись к этому серьёзнее.

Чэн Ян, сидевший рядом, закивал:

– Вот-вот, старший брат, имей совесть.

Чэн И, не зная, плакать или смеяться, посмотрел на младшего брата, который, пользуясь поддержкой старших, строил из себя важного, и продолжил признание:

– Позже я понял, что любые лекарства для трансформации тела, приготовленные Ань Янём, действуют на меня и почти не имеют побочных эффектов.

Тут дедушка Чэн наконец заговорил и задал очень острый вопрос:

– Значит, ты хочешь быть с ним из-за того, что он может приготовить лекарство, которое лечит твою проблему?

– Нет, я уже питал к нему чувства до того, как узнал, насколько хорошо он готовит лекарства, – Чэн И покачал головой и серьёзно ответил. – Но если бы я не смог найти лекарство, которое меня вылечит, у меня действительно не было бы права стоять рядом с ним. Так что правильно и то, что он спас меня и дал мне возможность приблизиться к нему.

– А если однажды ты обнаружишь, что даже его лекарства перестали на тебя действовать, тогда… – отец Чэн снова задал вопрос, от которого веяло тяжестью.

Услышав это, Чэн И долго молчал, а затем низким, хрипловатым голосом ответил:

– Я не знаю…

Если бы такой день настал, возможно, ему следовало бы уйти ради счастья малыша.

Но он уже так глубоко погряз, что ему трудно было сказать наверняка, хватит ли у него тогда смелости и решимости уйти.

Даже сейчас, при одной мысли о том, что ему, возможно, придётся расстаться с малышом, в душе Чэн И невольно поднималась мрачная волна.

Семья молча смотрела на Чэн И с противоречивым выражением лица. Все чувствовали его внутреннюю борьбу.

Мать Чэн тихо вздохнула и повернулась к остальным «судьям»:

– Примерно так обстоят дела. Как вы считаете, ответы А И можно считать удовлетворительными? Достоин ли он такого юноши, как Ань Янь?

Верно, семья Чэн устроила этот серьёзный «допрос», чтобы оценить отношение Чэн И к Ань Яню и решить, достоин ли он ухаживать за этим юношей.

Отец Чэн помолчал и высказал своё мнение:

– Будущее непредсказуемо и изменчиво. Особенно для А И. Такой риск не стоит взваливать на другого человека.

Чэн Ян в этот момент, наоборот, проникся сочувствием к старшему брату и сам стал за него заступаться:

– Но я считаю, что старший брат очень любит Янь-яня и относится к нему очень хорошо.

Мать Чэн вздохнула:

– Но Ань Янь – такой послушный, такой воспитанный и талантливый. Ты не говорил, что на днях на практическом занятии он дважды подряд приготовил элитные лекарства? Такой хороший ребёнок…

Дедушка Чэн прочистил горло и взял слово:

– Вы тоже, не стоит выставлять своего сына таким никчёмным. А я считаю, что мой внук очень хорош. У него внешность хорошая, готовит отлично, сила высокая. Неужели нельзя его хоть чуть-чуть похвалить?.. Но, честно говоря, я тоже считаю, что он немного не дотягивает до такого юноши, как Ань Янь.

Чэн И: «...» Дедушка, ты действительно на моей стороне?

Осознав, что обидел старшего внука, дедушка Чэн снова прочистил горло и попытался исправиться:

– Будущее действительно непредсказуемо, но мы не можем из-за непредсказуемого будущего преграждать детям путь к счастью.

Чэн Ян тут же поднял руку:

– Я считаю, что дедушка прав. Я тоже поддерживаю старшего брата и Янь-яня!

Отец и мать Чэна переглянулись и со вздохом сказали:

– Папа прав, мы действительно не должны мешать А И ухаживать за тем, кто ему нравится. Но есть одно условие: ты должен честно рассказать Ань Яню о своей ситуации, ничего не утаивая. Ты меня слышал?

Чэн И облегчённо вздохнул:

– Я так и сделаю.

Подумав, он добавил с некоторым смущением:

– Спасибо вам.

Приняв решение, мать Чэн сразу повеселела и с улыбкой поддразнила сына:

– Спасибо не спасибо – даже если мы и согласились, с твоими навыками ухаживания неизвестно, когда ты сможешь его завоевать.

Вспомнив простодушный характер Ань Яня, Чэн Ян согласно кивнул:

– Старший брат – такой несчастный.

Чэн И: «...» Что-то настроение снова испортилось – с чего бы это?

п/п:

Нефритовое кольцо для большого пальца (玉扳指) – традиционное китайское украшение, которое носили на большом пальце. Изначально использовалось лучниками для защиты пальца при натягивании тетивы, затем стало символом статуса, особенно среди аристократии и военных во времена династии Цин. Сегодня – коллекционный и статусный предмет.

http://bllate.org/book/12415/1106173