Готовый перевод Perle / Жемчужина: Глава 2.1

***

Неделю спустя Джин Эрхардт снова встретил наследного принца Максимилиана Иоахима. Причиной тому стал вечерний приём, устроенный эрцгерцогом Робертом Иоахимом, на котором Джин присутствовал.

Максимилиан в растрёпанном виде лежал в одном из углов сада при дворце эрцгерцога. Джин растерянно уставился на его рыжие волосы, в которых застряли листья. Он даже не нашёлся что сказать, потому как потерял дар речи от абсурдности ситуации. Мужчина, забравшийся верхом на наследного принца, судя по всему, до этого момента не замечал присутствия Джина и уже был с наполовину расстёгнутыми брюками.

– Вот же…

Пробормотал Максимилиан, наблюдая за поспешными сборами вещей последнего и его последующим бегством. Жилет принца сполз, воротник был помят, но всё же выглядел он куда пристойнее своего сбежавшего партнёра по забаве.

– …прошу прощения, – наконец произнёс Джин после долгого молчания.

Максимилиан, прищурившись, посмотрел на Джина, даже не удосужившись подняться с земли. Джин опустил взгляд. Ему пришла мысль поскорее уйти. Он уже прикрыл лицо шляпой и намеревался отвернуться – и, вероятно, так бы и ушёл, если бы Максимилиан не выдохнул короткое «А-а».

– Галант семьи Эрхардт, – сказал наследный принц.

Джин застыл, точно пригвождённый к земле. Он медленно обернулся. Максимилиан всё так же лежал на земле, лишь слегка приподняв корпус. Он опирался одной рукой о землю – в позе, достойной героини живописного шедевра.

– Верно? – спросил он.

Он выглядел так естественно, будто опавшие листья служили ему одеялом, а земля – постелью. На его шее виднелся лёгкий след от поцелуя. Джин не ответил. Лишь теперь, с глубоким опозданием, он начинал понимать, что та прежняя грубость собеседника вовсе не являлась проявлением его наивности или беспечности.

– … Ваша шутка заходит слишком далеко.

Ему пришлось приложить немалые усилия, чтобы не назвать происходящее откровенной грубостью. Максимилиан мягко улыбнулся. Поднялся и отряхнул одежду.

– Шутка?

Затем шагнул вперёд, резко сократив расстояние между ними. Джин плотно сомкнул губы.

– Кто сказал, что это шутка?

С этими словами Максимилиан положил руку ему на жилет. Чуть выше V-образного выреза. Вслед за этим кончики пальцев неторопливо коснулись внутренней стороны рубашки. Максимилиан медленно скользнул ими дальше. Джин перехватил его руку, намереваясь спокойно отстранить её.

– Вот как.

Однако Максимилиан уже вцепился в жилет, усиливая хватку.

– Разве не известно, что лишь готовый к смерти осмелится так опрометчиво коснуться члена императорского рода?

Джин моргнул.

Такой закон действительно существовал, хотя не соблюдался слишком строго, по крайней мере, до недавнего времени. Однако, если бы Максимилиан решил потребовать ответственности здесь и сейчас, возразить бы было нечем. Дом Иоахимов стремительно приходил в упадок и, в подтверждение тому, охотно проливал кровь по самым ничтожным причинам. Джин промолчал. Раздался смешок.

– Просто шучу, шучу, – сказал Максимилиан, убирая руку с жилета.

Его пальцы легко коснулись кончика подбородка Джина. От него исходил слабый запах табака.

Джин стоял молча. Это был идеальный момент, чтобы извиниться за проявленную грубость, но делать этого ему не хотелось. Быть может, принц и вправду намеревался разглядеть его подлинные мысли? Потому как неожиданно Максимилиан резко подался вперёд, приблизившись почти вплотную. И прежде чем Джин успел как-то отреагировать, их взгляды встретились. Это были те самые светло-пепельные глаза, которые он видел неделю назад. Теперь они внимательно смотрели на него. Точно изучая.

Джин не отвёл взгляда. Подражая собеседнику, он оглядел его лицо, не упуская ни одной детали. Черты принца были настолько изящны, что определение «красавец» подходило ему без оговорок. Небольшое лицо с тонко и аккуратно сложенными чертами выглядело так, будто его нарисовала чья-то рука. Облик не был броским, но его мягкость напоминала акварельный рисунок.

На ум тут же пришли слова, сказанные Уикхемом накануне. Наркотики, секс и…

– Говорят, под предлогом искусства он рисует обнажённые тела своих партнёров.

Член императорской семьи, погрязший в тщеславии, именуемом искусством.

Презираемый им тип людей. Лишь тогда Джин опустил глаза.

– Кажется, это было десять лет назад?

Максимилиан, до этого наблюдавший за Джином, заложив руки за спину, наконец выпрямился. Встав во весь рост, он оказался с Джином примерно одного роста.

– Помнится, у герцогини Эрхардт был свой галант, что всегда сопровождал её.

Они всё ещё стояли посреди сада, в котором единственным источникам света были огни люстры, просачивающиеся сквозь окна, лунный свет да слабые отблески бриллиантов на одежде Максимилиана. В этом полумраке скрывать выражение лица не составляла труда. Он не стал ни поспешно пресекать, ни отрицать слова собеседника.

– Слышал, за галанта с волосами, будто сплетёнными из золота, и сапфировыми глазами заплатили немалую цену и забрали к себе. Настолько он был красив, что ныне покойный младший герцог Эрхардт брал его с собой в Академию, похвастаться. Его наряжали в дорогие одежды, умащали волосы ароматными маслами и выставляли напоказ на банкетах. Совсем изредка.

– ….

– Десять лет назад… Много ли найдётся тех, кто вспомнил бы его – всего лишь галанта, даже не принадлежавшего герцогской семье – кто сумел бы узнать в нём повзрослевшего юношу, но…

Максимилиан резко замолчал. Он бросил взгляд на Джина и, развернувшись, вновь оказался к нему лицом. Теперь они смотрели друг на друга. Он отступал шаг за шагом, и свет, льющийся из особняка, то скользил по его лицу, то вновь исчезал. Джин стоял неподвижно, не в силах последовать за ним. Голова кружилась от неожиданной нападки. Он не мог понять намерений Максимилиана. Меж тем тот медленно удалялся. Не отрывая взгляда от Джина, заложив руки за спину, он легко, почти играючи отступал назад.

– Ваше высочество.

Лишь когда лицо Максимилиана стало казаться крошечным, не больше зеркальца, что обычно носят при себе придворные дамы, Джин, опомнившись, бросился вслед за наследным принцем. Он ускорил шаг. Под ногами шелестели опавшие листья. Этот звук отдавался в ушах, словно собственный крик.

– Ваше высочество, прошу вас, минуту…

Когда Джин приблизился, Максимилиан всё так же невозмутимо шёл, глядя прямо перед собой. Джин несколько раз снова окликнул его.

– Ваше высочество…

Но тот не реагировал.

Неподалёку от Максимилиана, не слишком плотно, стояли несколько человек, по виду – его слуги.

– Хм.

Пока Джин колебался, Максимилиан внезапно обернулся.

– Младший герцог Эрхардт.

Джин остановился. От поспешной погони дыхание сбилось. Максимилиан продолжил:

– Я бы хотел угостить вас чашкой чая.

Это было неожиданно, и момент выбран далеко не подходящим. Однако Максимилиан продолжал всё также невозмутимо. Словно человек, напрочь забывший о тех грубых словах, брошенных ранее.

– Завтра, в полдень. В императорском дворце. Как вам?

Джин медлил с ответом. Хотя он понимал, что мужчина, что с поразительным спокойствием и внезапностью сменивший тему, теперь непринуждённо вёл разговор так, как ему удобно, и в данный момент, слегка приподняв подбородок, ждал его ответа и всё же…

– …да, Ваше высочество.

С трудом выговорил он. Губы Максимилиана слегка изогнулись, как у кошки. Он сделал лёгкий жест рукой. Словно давая понять, что теперь Джин может идти.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/12414/1106074