Готовый перевод Bad life / Жалкая жизнь: Глава 22. Бой во тьме (5)

Когда я попытался отвернуться, <Хью> грубо схватил меня за подбородок и заставил снова посмотреть в зеркало. Мне ничего не оставалось, кроме как продолжать наблюдать за собственным отражением. Юбка на мне была задрана, трусики сдвинуты в сторону, обнажая промежность, – и в этот момент <Хью> проникал в меня. Он просунул руку под бюстгальтер, погладил мою грудь, которая ничуть не набухла, и ущипнул за соски. В голове было пусто. Я просто лежал неподвижно, позволяя телу сотрясаться каждый раз, когда <Хью> двигался.

Даже не было необходимости кому-то удерживать меня. Я не сопротивлялся. И всякий раз, когда член <Хью> проникал внутрь, из меня вырывался стон, но это далеко не от удовольствия. Звук выходил наружу, только когда моё тело содрогалось от напористых толчков. Внизу всё горело. Я чётко ощущал, как мои мышцы растягиваются с каждым движением парня, пока тот трахал меня.

Моё тело ощущалось не моим вовсе. Это было похоже на то, будто я на мгновение одолжил чьё-то чужое тело и переживал чужие эмоции. И <Хью>, похоже, был очень доволен мной. Зажав мой сосок между пальцами и потирая его, он произнёс:

<Твои соски затвердели, Рэймонд. Только член всё ещё вялый>, – он говорил так, словно наслаждался происходящим, – <У тебя красивая грудь, но ты совершенно не понимаешь, как ею наслаждаться. Милашка. Приручать тебя будет одно удовольствие>.

<Скучно. Он слишком медленно всему учится>.

Это пробормотал <Джордж>, садясь рядом с <Хью>. Тот с любовью посмотрел на <Джорджа>.

<Ты слишком нетерпелив, <Джордж>. Он даже не знает, как двигать задом. Не спеши>, – мягко произнёс <Хью>, а после поцеловал его.

Даже когда они целовались, переплетая языки, точно настоящие влюблённые, <Хью> продолжал проникать в меня. Я же ошарашенно наблюдал через отражение в зеркале, как два парня страстно целуются. И не только я. На табурете у изголовья, скрестив ноги, сидел <Джером> и мягко смотрел на этих двоих.

Внезапно я встретился взглядом с <Джером>. Парень некоторое время смотрел на меня, широко раскрывшего глаза, а затем кивнул.

<Верно, Рэймонд ещё многого не знает>.

Облокотившись локтями на колени, он подпёр подбородок рукой. И глядя мне в глаза через зеркало, произнёс:

<Альберт, Питер, Алекс, Джеймс… верно? Уже плохо помню>.

<Я помню все>.

Тихо ответил <Джордж>, ласкавший ухо <Хью>.

<Альберт. Питер. Дэниел. Джозеф. Кристофер. Николас>.

<Точно, они>.

С деланным безразличием подтвердил <Джером>.

<Милые питомцы <Хью> и <Джорджа>. А теперь, Рэймонд, ты станешь следующим любимцем этой парочки>.

Он внезапно усмехнулся. А затем добавил нежным голосом:

<<Хью> и <Джордж> неудержимая парочка садистов. И им просто необходима милая домашняя собачка, чтобы с ней играть>.

<Ах…>, – в этот момент простонал <Хью>.

Он толкнулся глубже в меня и эякулировал. <Хью> кончил, целуя <Джорджа> и принимая его ласки. А затем вышел из меня и вытер свои гениталии о юбку. Я же оставался лежать молча и неподвижно, широко раздвинув ноги.

Потом настала очередь <Джерома>. Сидевший на табуретке, он плавно, словно змея, соскользнул вниз и сел между моих ног. Обхватив мои бёдра своими холодными, но нежными пальцами, развёл их шире и медленно вошёл в меня. Его член был большим, уже полностью эрегированным, твёрдым и горячим.

<Джером> очень медленно поддался вперёд бёдрами и наклонился ко мне. Наши лица оказались настолько близко друг к другу, что носы соприкасались. <Джером> губами коснулся моего уха, как бы лаская его. И в тот момент, когда его губы коснулись меня, он прошептал:

<Ты не можешь стать собачонкой <Хью> и <Джорджа>. Понял?>

<М-мх…>.

Из моего горла вырвался сладостный звук. От каждого мягкого толчка <Джерома> у меня подрагивали пальцы на ногах, и напрягались икры. И он знал это. Даже раньше, когда <Джером> насиловал меня, почему-то каждый раз в момент его проникновения я испытывал удовольствие. Он приручил меня… С первой ночи, сразу после моего зачисления в эту школу – и до сих пор – он постепенно приучал моё тело чувствовать себя хорошо, когда его член входит в меня.

<Джером> ласково посмотрел на меня и задвигал бёдрами. Пальцами подцепил край трусиков и с щелчком отпустил его. Эластичная резинка стремительно и плотно прижалась к моему члену и яичкам, вызывая покалывание по всему телу, точно на мгновение сквозь меня прошёл электрический ток. Тем временем <Джером> просунул руку под нижнее бельё и коснулся моего члена. Я попытался поднять безвольно опущенную руку и схватить его за запястье. Однако в моей хватке не чувствовалось силы.

Он тёр, поглаживал и ласкал мой пенис, в то время как я не отпускал запястья. И то, как парень ритмично входил и выходил из меня, заполняя внутри собой, вызывало трепет по позвоночнику, внизу живота и даже в ушах. А непрестанные поглаживания моего члена постепенно вызывали во мне нарастающую волну удовольствия.

<Джером> мягко прошептал:

<Рэймонд, секс – это приятно. Это доставляет удовольствие. Почувствуй это. Теперь надо, чтобы он встал. Да. Вот так, молодец. Намного лучше, согласись?>.

<Так ты его только избалуешь и испортишь>, – внезапно вмешался <Джордж>.

<Не волнуйся, <Джордж>, всё равно он скоро всё забудет. Правда, <Хью>?>.

<Джером> говорил это, даже не глядя на <Джорджа>, в его змеиных глазах промелькнул странный блеск. <Хью> поддержал:

<<Джером> прав. <Джордж>, дай ему повеселиться. К чему такая колкость?>.

<Просто… решил вмешаться>, – пробормотал <Джордж>, – <Это ведь наша собака>.

Тогда <Джером> беззаботно ответил:

<Верно. Ваша собака>.

Я рассеянно слушал их разговор и смотрел только на <Джерома>. Каждый раз, когда он входил в меня, мне было приятно. Возможно, я даже стонал. Но кляп у меня во рту заглушал все звуки.

Мой взгляд был устремлён исключительно на <Джерома>. На его бледные, белые щёки и странно сверкающие зелёные глаза… На этот безумный взгляд, смотрящий на меня с мучительной нежностью… На эти губы, которые говорили о занятии любовью, пока меня насилуют… Ах… В этот момент в моей голове что-то помутилось, и я напрягся. И глядя на улыбающееся лицо <Джерома> кончил на юбку Джуди.

Не знаю, сколько времени прошло. <Джером> кончил мне на лицо, затем <Джордж> забрызгал спермой мои бёдра и нижнее бельё. И всё то время, пока он меня насиловал, <Джордж> целовал и ласкал <Хью>. Они просто использовали меня как дырку.

К тому моменту, когда они закончили насиловать меня, вернулся <Саймон>. Я даже не обратил внимания, в какой именно момент тот вышел из комнаты, но, вот дверь отворилась, и он вошёл. Я растерянно моргнул, глядя на него.

<Саймон> вскользь коснулся моей щеки, покрытой спермой. А после произнёс:

<Пора выносить>.

И прежде чем я успел осознать смысл сказанных слов, <Саймон> и <Джером> подняли меня. Они перенесли меня из комнаты в гостиную на четвёртом этаже. <Джордж>, шедший следом, поставил рядом со мной электрическую лампу.

<И что теперь?>.

<Только что завершили перекличку. Сейчас будут проверять, остался ли кто-нибудь в общежитии>, – ответил <Саймон>, – Нам нужно вернуться в комнату <Джерома>.

<Джером>, <Саймон>, <Хью> и <Джордж> окружили меня и окинули взглядом сверху вниз. <Джером> вдруг присел передо мной и прошептал:

<Помни, Рэймонд. Секс доставляет удовольствие. Просто наслаждайся. И тогда станет немного проще>.

С этими словами они вчетвером ушли. Я остался один, лёжа на холодном полу пустой гостиной. Не в состоянии подняться. Однако даже так, пребывая в оцепенении, руками машинально скрёб по полу, в попытке опереться. Это произошло в тот момент, когда я совершенно опустошённый, наконец, смог приподнять корпус. Со стороны лестницы послышался звук шагов, поднимающихся по ступеням.

Шаги были не одни.

Стоит ли говорить, что я застыл в оцепенении…. нет, не так. Я мог двигаться. И даже мог бы поползти и спрятаться за шторами. И тем не менее не двинулся с места, прислушиваясь к звукам шагов по ступеням. Лучи жёлтого фонарика мелькнули на лестнице. По мере того как приближался свет, я стал отчётливее различать приглушённые обрывки разговоров.

Что теперь будет? Любопытство взяло верх над страхом и затуманило мой рассудок. Как они отреагируют, когда поднимутся? Когда обнаружат крепкого двадцатилетнего парня в украденной школьной форме и нижнем белье, испачканного спермой и лежащего посреди гостиной? Казалось <их> безумие уже успело передаться мне. Я не обращал внимания на сердце, которое от волнения и напряжения колотилось так, будто сейчас выпрыгнет из груди, и просто ждал, когда свет доберётся до меня.

Наконец, мальчики поднялись на четвёртый этаж. Поначалу луч фонаря освещал только их ноги, но вскоре заскользил по полу влево, в сторону коридора. Я закрыл глаза. Я ждал, пока свет фонарика достигнет меня. Я жаждал этого. Мне хотелось увидеть их лица, когда они обнаружат меня. Предвкушая это, чувствовал, как пальцы холодеют и невольно сжимаются, а тело сотрясает дрожью. Постучав в комнату слева ребята, похоже, поняли, что дверь заперта. А затем… яркий луч света пронзил мои закрытые веки.

Кто-то нашёл меня.

Не открывая глаз, я сосредоточился на звуках. Как Рэймонд, так любимый <Саймоном>.

<Эй, эй, посмотрите сюда...>.

<Это кто вообще? Почему он... а... неужели это… ?>.

<… Разве это не украденная школьная форма?>.

<С-сэр… п-подождите… взгляните, пожалуйста , сюда…>.

Сэр?

<… …>.

Я открыл глаза.

Свет фонаря пронзил меня, словно клинок. В нескольких шагах от меня стояли пятеро мальчишек. Никого из них я не знал. А позади них возвышался комендант с холодным, бледным , точно у мрачного жнеца, лицом и глубоко залёгшими тенями под глазами.

И он не выглядел удивлённым.

Протиснувшись сквозь толпу мальчишек, мужчина шагнул вперёд и остановился прямо передо мной. Я поднял на него равнодушный взгляд.

Вот как. Значит, вы тоже заодно с ними.

Я невозмутимо смотрел на приближающегося коменданта, будто ждал этого момента. Интуитивно я всё понял. Он был <четвёртым участником>. Нет… <четвёртым> мог быть кто угодно. Любой в этой школе. Тот, кого я знал, или, возможно, совсем незнакомый мне человек….

<В этой школе нет никого, кто помог бы тебе>.

<Если наживёшь себе одного врага, то наживёшь врага и в лице всей школы>.

<Бездействие и безразличие – это тоже насилие>.

Я вспомнил слова <Джорджа>, глядя на чёрные оксфорды, которые остановились прямо передо мной.

И только тогда осознал. Насилие, происходящее этой ночью, и, возможно повторяющееся каждую ночь – было результатом безразличия. Сейчас я расплачивался за собственное неведение.

Мужчина медленно присел рядом. Направил луч света прямо мне в лицо и внимательно посмотрел на меня. Его всегда бесстрастное лицо сейчас исказилось от похоти. Стоящие за его спиной мальчишки переминались с ноги на ногу и не знали, что делать. А комендант тем временем обратился ко мне:

<Так это ты украл школьную форму>.

Его голос звучал ровно и чётко, не выдавая ни малейшего намёка на вожделение. Что не скажешь об этом непристойном выражении лица. Мужчина сидел, повернувшись спиной к мальчикам, и бегло скользил взглядом по мне: по лицу и вдоль всего тела. Взгляд задержался на моей обнажённой груди, чуть прикрытой бюстгальтером. Его кадык дёрнулся. Он тяжело сглотнул, разглядывая меня.

Всё ещё освещая моё лицо светом фонарика, он медленно протянул руку. Пальцами, влажными от пота, коснулся моей щеки. Медленно вытер сперму, разбрызганную по моей щеке, а затем коснулся губ, размазывая по ним эту жидкость. После открыл мне рот и вытащил из него кляп.

<Ты занимался сексом со своим парнем в украденной школьной форме?>, – спросил он, – <Это твоё тайное хобби?>.

<Сэр…>.

Сзади его позвал один из мальчиков. Голос был едва слышен. Такой хрупкий, нерешительный голос, который легко сломить.

<Вы все, пожалуйста, подойдите ближе>, – сказал комендант.

Никто не двинулся с места. Тогда мужчина повернул голову, заглядывая себе через плечо.

<Разве вы не хотите посмотреть поближе? Вам не интересно? Не бойтесь, подходите ближе>.

После повисшего в воздухе тягостного молчания мальчик нерешительно сделал шаг вперёд. За ним медленно последовали остальные. Пять парней и смотритель столпились вокруг меня, разглядывая сверху вниз. Казалось, будто несколько пар глаз, прожигающих меня взглядом, освещали комнату намного ярче, чем свет от фонаря.

Эти сияющие в темноте глаза с оттенками любопытства, отвращения, презрения и похоти внимательно изучали меня. И я лежал под их пристальными взглядами, содрогаясь всем телом. Кто-то из мальчишек, стоявший позади меня, осторожно положил руку мне на шею. Его ладонь оказалась на удивление очень тёплой.

<Он дрожит>, – прошептал парень, его голос дрожал так же сильно, как и моё тело.

Эти мальчишки были моими ровесниками, им едва исполнилось двадцать лет. И всё же они казались такими юными. В моих глазах они выглядели совсем ещё невинными и хрупкими.

<Он ждёт>.

Произнёс комендант, глядя мне в глаза.

<Ждёт с нетерпением. Чтобы его коснулись, обняли…>.

<Разве мы не должны помочь ему?>, – осторожно спросил один из мальчиков, стоявший рядом с ним.

Комендант умело манипулировал этими ещё неопытными ребятами, легко подстрекая и обманывая их.

<Разумеется, должны. Ведь он лежал здесь вот так, ожидая помощи. Мы обязаны помочь ему...>.

Рука коменданта, касавшаяся моих губ, скользнула по щеке, поглаживая её. Затем он погладил мочку уха и впадинку на шее и спустил руку ниже – к груди. Никто из присутствующих даже не заметил воцарившейся тишины. Все взгляды, словно загипнотизированные, были прикованы к действиям коменданта. Тем временем его рука скользнула внутрь плохо застёгнутого бюстгальтера. Кончиками пальцев, испачканных потом и спермой, он потёр мой сосок.

<Раздвинь ноги, Рэймонд. Позволь помочь тебе>.

Я сделал, как было велено, и раздвинул ноги. Как послушная собачка <Хью> и <Джорджа>.

Задрав юбку школьной формы, он показал мальчикам мою промежность.

<А вот и украденное нижнее бельё>.

Его голос оставался всё так же ровным, лишённым эмоций. В тишине мальчики напряжённо сглотнули. Комендант оттянул в сторону трусики Джуди и ввёл глубоко в меня средний палец. Затем согнул палец и вытащил находившуюся внутри сперму <Хью>.

<Но сэр... что мы должны делать...?>, – спросил один из мальчишек.

<Надо помочь этому несчастному студенту>, – ответил комендант. – <Давай, попробуй вставить сюда палец. Ну же. Вот так....>.

Парень ввёл внутрь палец.

<Мягкий, правда?>, – спросил мужчина.

<Тёплый…>.

Пробормотал мальчик.

<Тёплый… и влажный>.

<Видишь, как втягивает палец внутрь, да? Чувствуешь, как сжимает его? Хм. У тебя эрекция. Но это нормально>.

Послышался звук расстёгивающейся молнии. Следом комендант произнёс:

<Вставь сюда свой пенис>.

<Хах…>.

Из моего горла вырвался сдавленный звук. Его член вошёл в меня. А мужчина тем временно монотонным голосом давал указания:

<Вводи его полностью. Ты можешь войти ещё глубже. До конца. Да, вот так. Теперь попробуй двигаться>.

Член, находящийся внутри, начал двигаться. Моё тело содрогнулось. Рука мальчика неуклюже коснулась моего бедра, а затем остановилась на талии. Мальчик быстро эякулировал. Комендант похвалил его. Сразу после этого в меня вошёл другой мальчик. И он продержался немного дольше предыдущего.

Смотритель попросил мальчика прикоснуться к моему члену. Но у меня не возникло эрекции. Руки мальчиков трогали мою грудь, пощипывали соски и массировали гениталии. Слишком юные руки были неуклюжими и неловкими в своих ласках. Но ни я, ни сами мальчишки не осознавали этой незрелости.

Все пятеро парней по очереди взяли меня. И по мере того как атмосфера накалялась, они иногда называли меня шлюхой. Комендант заставлял их так говорить. Сначала из-за страха они делали это неуверенно, но позже стали непроизвольно ругаться, дёргая меня за член и грубо щипая за соски. Их прежняя невинность и хрупкость медленно растворялись под давлением его настойчивых провокаций. В их юных глазах мелькало безумие, напоминающее <Джерома>.

Последним кто вошёл в меня стал сам комендант. Его член был гораздо толще и твёрже, чем у мальчиков. Мужчина с силой вогнал свой член в мой анус, из которого вытекала сперма пяти мальчиков.

<Не волнуйтесь, ребята>.

Он вошёл в меня так сильно, что моё тело содрогнулось. Я застонал и поднял на мужчину взгляд. Всё перед глазами дрожало и расплывалось. Комендант грубо схватил мои бёдра, шире развел их в стороны и произнёс:

<Вы очень помогли>.

Внезапно он просунул руку под нижнее бельё и сжал мой член.

<У Рэймонда тоже встал, не так ли?>.

Ложь. У меня до сих пор не было эрекции. Но никого это не волновало. И мне тоже было всё равно. Наоборот, я стонал от каждого грубого толчка.

Секс доставляет удовольствие. Секс – это приятно. Потому что <Джером> так сказал.

http://bllate.org/book/12384/1104555