Готовый перевод Green Orange / Зелёный апельсин: Глава 8

Цюань Юэ:

— Я из горной деревни. У нас там почти все после начальной школы бросают учёбу. Мне ещё повезло — я дошёл до средней. После смерти деда в доме не осталось ни одного родного человека. В тринадцать лет я уехал из гор вместе с дальнобойщиком и один добрался до Пекина. Хотел пробиться в шоу-бизнес, но ничего не вышло. В прошлом году встретил одного человека — он взял меня вести прямые эфиры. С тех пор живу в Цзянчэн и работаю стримером.

Такие испытания в столь юном возрасте… Фэн Цин не знала, что ответить, и только тихо кивнула:

— Ага.

Цюань Юэ продолжил:

— Сейчас я как раз веду стримы. И тут одна девушка — подруга того парня — начала мне дарить подарки в эфире. Вышла на первое место в рейтинге. Попросила добавить её в вичат: мол, она мой преданный фанат. Конечно, я согласился. Всего раз пять-шесть с ней переписывался, а сегодня её парень ко мне заявился.

Фэн Цин машинально спросила:

— О чём вы разговаривали?

Цюань Юэ:

— Да почти ни о чём. Она всё жаловалась, что её парень плохо к ней относится. Я ей и написал: «Будь я на его месте, никогда бы так с сестрёнкой не поступил».

Фэн Цин:

— …

Цюань Юэ:

— Что не так?

Фэн Цин:

— Тебе не приходило в голову, что её парню может не понравиться, если он увидит эти сообщения?

Цюань Юэ с искренним недоумением:

— Нет, не думал.

Фэн Цин:

— …

Наступило молчание.

Цюань Юэ доел леденец, вытер рот рукавом и заявил:

— Цин-цзе, я проголодался.

Фэн Цин встала, отряхнула штаны и сказала:

— Пойдём поедим.

За старым жилым массивом сразу начинался ночной рынок с кучей еды. Они вышли на улицу, и Фэн Цин невольно спросила:

— Почему сегодня ты не с Фэн Лэ?

Цюань Юэ:

— Лэ-гэ ходит по спонсорам для нашего фильма, а у меня сегодня стрим — не пошёл.

Редко когда Фэн Лэ так увлечённо берётся за дело. Фэн Цин вдруг подумала, что, возможно, у них и правда получится снять фильм.

Они прошли мимо нескольких ларьков с жареными закусками и шашлычных, но ничего из этого Цюань Юэ есть не захотел. В итоге зашли в круглосуточный магазин рядом с районом.

Цюань Юэ сказал, что хочет взять одон.

Яркий свет магазина особенно подчеркнул его растрёпанный вид и помятую одежду.

Продавец при виде него вздрогнул, а потом с подозрением уставился на Фэн Цин.

На миг Фэн Цин почувствовала себя женщиной, которую заподозрили в соблазнении несовершеннолетнего.

Цюань Юэ же, столкнувшись с чужими взглядами, проявил удивительное для своего возраста спокойствие — вероятно, благодаря опыту стриминга перед тысячами зрителей.

Он заказал одон и уселся у окна. Фэн Цин сбегала в ближайшую аптеку, купила антисептик и мазь от ушибов, положила всё это на стол и велела ему дома обработать раны.

— Цин-цзе, будешь? — спросил он, уже жуя, и протянул ей шарик из креветок.

У Фэн Цин аппетита не было, но она всё же взяла шарик.

Он радостно ухмыльнулся, схватил другой шарик и целиком засунул себе в рот.

Фэн Цин, глядя на его надутые щёки, напомнила:

— Ешь медленнее, никто не отберёт.

Он проглотил еду и выпалил:

— Цин-цзе, ты не знаешь, у нас в деревне такой еды вообще нет. В детстве я больше всего ел кукурузную муку. Знаешь такую? Это когда из стеблей кукурузы делают порошок — и свиньям, и людям одно и то же дают.

Не дожидаясь ответа, он добавил:

— Посмотри на моё лицо. Сейчас я такой белый, а чтобы добиться этого, мне понадобилось целых два года! Раньше я был чёрный, как обезьяна.

Фэн Цин посмотрела на него и тихо сказала:

— Ты многое пережил.

Он невозмутимо пожал плечами:

— Кто в этом мире не страдает?

Потом помолчал и добавил:

— Лэ-гэ рассказывал мне про вас. Цин-цзе, ты намного круче меня. Я, конечно, тоже многое пережил, но мне всегда попадались хорошие люди — вот как ты и Лэ-гэ.

Фэн Цин не ожидала, что Фэн Лэ так откровенно беседует с ним. Она сама не умела заводить задушевные разговоры, поэтому лишь кивнула и нарочито бросила:

— Я не из хороших.

Цюань Юэ хихикнул:

— Цин-цзе, ты самая лучшая! Просто не любишь улыбаться. Эй, почему бы не улыбнуться? По-моему, тебе очень идёт улыбка!

Фэн Цин бросила на него взгляд:

— Ты не находишь, что твой тон слегка пошловат?

Цюань Юэ опешил, а потом громко расхохотался.

Посмеявшись, он спросил:

— Цин-цзе, а чем ты сегодня занималась?

Фэн Цин доехала последний шарик и ответила:

— Выступала с группой.

Цюань Юэ кивнул:

— Ага, Лэ-гэ говорил! Вы готовитесь к тому конкурсу! Цин-цзе, когда станете знаменитыми, только не забывай меня!

Речь мальчишки прыгала с темы на тему, полная наивного энтузиазма. Но Фэн Цин заметила, что с ним приятно общаться — легко и непринуждённо, без лишних мыслей.

Она усмехнулась:

— Не так-то просто стать знаменитыми.

Цюань Юэ повернулся к ней и сказал:

— В прошлый раз, когда вы играли в баре, мы с Лэ-гэ приходили послушать. Я тебе скажу, Цин-цзе: будь у меня такой голос, я бы сразу начал петь онлайн. Сейчас ведь все так становятся звёздами! Как только ты прославишься, остальных из группы точно заметят!

Фэн Цин:

— Это не одно и то же.

Цюань Юэ:

— Чем не одно? Я знаю одно: в четырёх стенах колесо не изобретёшь. Вы же делаете музыку, чтобы люди её слышали, верно?

Слова были верными. Но даже в золотую эпоху музыки мало кто продвигал целые группы. Из сотен коллективов в итоге выстреливал только вокалист. Те, кто рассуждал, как Цюань Юэ, со временем понимали: стоит одному сделать шаг вперёд — остальные уже не могут за ним угнаться.

Такова суровая реальность индустрии.

Фэн Цин сказала:

— Мне нравится не просто петь, а играть именно в группе.

Цюань Юэ кивнул:

— Теперь я понял, Цин-цзе. Ты настоящая!

Фэн Цин лёгким шлепком по голове:

— Меньше водись с Фэн Лэ, а то наберёшься его манер.

Цюань Юэ:

— Ни за что! Если бы не Лэ-гэ, я бы никогда не познакомился с тобой, Цин-цзе.

И снова принялся за еду.

Свет уличного фонаря, проникая через стекло, освещал половину его лица, подчёркивая высокий прямой нос.

Фэн Цин спросила:

— Ты на стримах зарабатываешь достаточно, чтобы сводить концы с концами?

Цюань Юэ, быстро жуя, пробормотал:

— Вроде да, но я ещё деньги домой отправляю.

Фэн Цин удивилась:

— Но ведь дома у тебя никого не осталось. Кому ты их посылаешь?

Цюань Юэ:

— Школе в нашей деревне.

Фэн Цин замерла. Она пристально посмотрела на него. Он уже доел одон и теперь допивал бульон из чашки.

С наслаждением вздохнув, он обернулся и увидел, что Фэн Цин всё ещё смотрит на него.

— Цин-цзе, чего ты на меня уставилась?

Фэн Цин отвела взгляд:

— Ты такой… маленький.

Хотела сказать что-то тёплое, но поняла: он явно не ради похвалы это рассказал.

Помолчав, она произнесла:

— Ты гораздо зрелее, чем я думала.

Цюань Юэ самодовольно ухмыльнулся:

— Я же говорил — я не ребёнок!

Фэн Цин кивнула.

Цюань Юэ добавил:

— Цин-цзе, ты могла бы тоже заняться стримами — пой песни, заработаешь немного денег.

Фэн Цин промолчала. Она не из тех, кто умеет поддерживать беседу. Видя стримеров, которые постоянно болтают, чтобы создать атмосферу, она понимала: это не её стиль.

Она посмотрела в окно. На улице пара стояла под фонарём, прижавшись друг к другу. Мужчина что-то шепнул женщине — та смущённо улыбнулась и слегка ткнула его в грудь. По дороге напротив с рёвом промчалась машина, очень похожая на ту, что была у Сун Чэнъи.

Фэн Цин прочистила горло.

Тут Цюань Юэ сказал:

— Цин-цзе, я поел. Пойдём.

Он положил на стол перед Фэн Цин мятую двадцатку и выпрыгнул со стула.

В наше время Фэн Цин впервые видела, как кто-то так носит деньги. Она на секунду опешила. А когда из динамика раздалось «Спасибо за покупку!», очнулась и бросилась вслед за ним.

Догнав, она протянула ему купюру:

— Это я угощаю.

Цюань Юэ:

— Нельзя! Ты мне помогла — мне нужно тебя угостить. За лекарства пока не могу заплатить, но как только получу деньги с платформы, сразу отдам.

Фэн Цин:

— Хватит болтать. Бери. Это я угощаю.

Цюань Юэ посмотрел на неё, потом на деньги и наконец послушно взял.

Пройдя пару шагов, Фэн Цин сказала:

— Чаще приходите с Фэн Лэ ко мне обедать.

Цюань Юэ:

— Не хотим мешать.

Фэн Цин подумала и выдала нелепое оправдание:

— Мне не нравится есть одной.

Цюань Юэ:

— Цин-цзе, ты плохо врёшь. Голос совсем не такой, как обычно.

Фэн Цин смутилась — не ожидала, что её так легко раскусит мальчишка.

Цюань Юэ добавил:

— Цин-цзе, только не жалей меня. Мне не нужна жалость. Я мужчина, руки-ноги есть — не умру с голоду.

Фэн Цин посмотрела на него и не нашлась, что ответить. Этот парень то вёл себя как ребёнок, то проявлял удивительную зрелость. Очень напоминал Фэн Лэ — неудивительно, что они подружились.

— Ладно, — сказала она, — помни, дома обработай раны!

— Ладно, — кивнул Цюань Юэ.

Они направились обратно в жилой массив, но внезапно увидели, как из-за поворота к ним стремительно приближается толпа людей.

Фэн Цин сразу узнала впереди идущего — это был тот самый парень, который недавно избил Цюань Юэ.

«Плохо дело», — подумала она и скомандовала:

— Беги назад!

Сама она развернулась — и увидела, что сзади тоже надвигаются несколько человек.

Ну и не повезло.

— Цин-цзе, это не твоё дело! Уходи! — воскликнул Цюань Юэ. — Он меня не убьёт!

— Заткнись! — Фэн Цин сняла с плеча гитару, решив, что если уж придётся драться, то выбьет из строя хотя бы одного.

Но драться не пришлось.

Толпа вдруг остановилась посреди пути и уставилась в другую сторону.

Фэн Цин удивлённо проследила за их взглядами и увидела, как из темноты к ним приближается ещё одна группа людей — все в чёрных костюмах.

Их было не меньше пятидесяти. Высокие, подтянутые, словно модели с подиума.

«Кто такие?» — подумала она и спросила Цюань Юэ:

— У тебя что, все фанаты такие?

Цюань Юэ растерянно покачал головой:

— Не знаю.

Тем временем мужчины в костюмах подошли ближе.

Фэн Цин наконец разглядела того, кто шёл впереди всех. Высокий, в идеально сидящем чёрном костюме, с прямым, как лезвие, носом и сжатыми тонкими губами, излучающими холодную отстранённость.

Кто же это, как не Сун Чэнъи?

Перед глазами внезапно возникла толпа мужчин в безупречных костюмах — все растерялись и не понимали, что происходит.

Фэн Цин взглянула на Сун Чэнъи, потом на стоявшего за ним мужчину и снова перевела взгляд на Сун Чэнъи.

Она пыталась прочесть в его глазах объяснение: почему он здесь? Что происходит?

Но Сун Чэнъи лишь мельком глянул на неё и тут же отвёл взгляд в сторону.

Мужчина позади него немедленно вышел вперёд и громко спросил:

— Босс, кого рубить?

Фэн Цин:

— ???

Один из костюмов шепнул:

— Брат, не перебарщивай!

Другой тут же осадил его:

— Заткнись!

Толпа напротив, хоть и не слышала их разговора, тоже заволновалась.

— Брат, это что, якудза? — спросил один.

Вожак, нахмурившись, ответил:

— Чёрт его знает. Такая мощь — явно не простые люди.

Жёлтоволосый парень тихо добавил:

— Смотрите на костюм вожака. Я узнаю — это новая коллекция люксового бренда!

— Откуда знаешь? — Вожак с сомнением оглядел Сун Чэнъи.

Жёлтоволосый смущённо потупился:

— Я сейчас модой увлекаюсь.

Вожак взглянул на его футболку с перекошенным логотипом и решил, что доверять ему не стоит. Но противников было явно больше, и драка грозила быть неравной.

http://bllate.org/book/12170/1087028