Готовый перевод Back To My Youth / Назад к моей молодости [возрождение] [❤️] ✅: Глава 20: Покупка акций

Когда приходит удача, ее нельзя остановить.

Го Цзинъюй сначала попал в один класс с Ли Тунчжоу при распределении, а вскоре Гу Юй перевел ему деньги из провинциального города. За последние полмесяца его кузен заработал немало: те, кто раньше купил у него компьютеры, остались довольны и стали рекомендовать их другим. Молва разнеслась, и в итоге студенты из нескольких соседних учебных заведений тоже обратились к Гу Юю, чтобы заказать компьютеры.

Гу Юй несколько раз переводил деньги Го Цзинъюю, и к началу октября в общей сложности набралось тридцать тысяч юаней.

По телефону Гу Юй звучал взволнованным и с энтузиазмом приглашал его провести праздники в провинциальном городе:

— 1 октября выходные, верно? Цзинъюй, приезжай с тетей и дядей! Сводим вас на горячие источники!

Го Цзинъюй ответил:

— Не поеду, я занят учебой.

— Даже на праздники не отдохнешь?

— Выходной только полдня. Я уже договорился с Ли Тунчжоу пойти в библиотеку заниматься.

Гу Юй на том конце провода вздохнул, но, не проронив и пары слов, тут же принялся благодарить его. Он восторженно говорил:

— Цзинъюй, твоя идея просто замечательная! Раньше я и не думал, что на бизнесе можно столько заработать. У тебя светлая голова, не зря мой отец все твердит, какой ты умный! Думаю, наш бизнес продержится на плаву еще полгода как минимум. Даже если потом продажи упадут, с одного компьютера будем получать больше тысячи. Это все равно выгоднее, чем получать зарплату на работе. Приезжай как-нибудь, посмотришь, что еще можно улучшить…

Го Цзинъюй ответил:

— Я не приеду.

Гу Юй удивился:

— Почему?

Го Цзинъюй рассмеялся:

— Брат, мне и этих денег хватит. Через пару месяцев можешь не переводить мне ничего. Я студент, моя главная задача — учиться.

Гу Юй растерялся, и Го Цзинъюй поспешил его успокоить:

— Не подумай, что я дистанцируюсь. Просто деньги… сколько можно зарабатывать? Все равно не заработаешь все. У меня есть и другие дела.

— Но сейчас же компьютеры отлично продаются!

— Брат, знаешь, зачем мне деньги?

— …Чтобы построить светлое будущее?

Гу Юй и сам не был уверен в своих словах. Он действительно не понимал, чего хотел его младший брат. На том конце провода раздался смех, а затем звонкий голос произнес:

— Ты прав, в каком-то смысле это ради будущего. Но я не могу потратить сегодняшнее время на то, чтобы заработать завтрашние деньги. Иначе завтра станет бессмысленным.

Гу Юй не совсем понял.

Го Цзинъюй терпеливо объяснил:

— Я же говорил тебе, что коплю на отношения. Но если из-за денег у меня не останется времени на того самого человека, то какой в этом смысл? Не буду же я ставить телегу впереди лошади. Что толку в деньгах, если в итоге останешься один?

На этот раз Гу Юй мгновенно уловил намек и удивился:

— Ты правда встречаешься с кем-то?

Го Цзинъюй ответил:

— Можно сказать, наполовину.

— Наполовину?

— Ага. Он* еще не согласился, но, если я приложу усилия, все получится.

П.п.: Иероглифы «он» и «она» звучат одинаково, отличаются только по записи, поэтому сложно понять о ком поле идет речь.

Го Цзинъюй звучал крайне уверенно, и Гу Юю даже стало немного завидно. Его голос в трубке смягчился, вернувшись к прежней застенчивости:

— Цзинъюй, не знаю, как это объяснить, но в последнее время после каждого разговора с тобой я многое переосмысливаю. Ты действительно многому меня научил.

Они поговорили еще немного, и вскоре Гу Юй повесил трубку.

Го Цзинъюй не придал этому значения. Он был в отличном настроении после получения денег. Выйдя в гостиную за стаканом воды, он увидел, как его отец, упрямо стоя посреди комнаты, впервые в жизни спорит с матерью.

Го Цзинъюю это показалось забавным. Его отец, обычно такой покладистый, впервые за все время проявлял характер. Прислонившись к стене в коридоре, он пил воду и украдкой наблюдал за происходящим.

Но даже «вспышка гнева» со стороны отца была всего лишь демонстративным молчанием. Он снял фартук, шлепнул им по столу и твердо заявил, что больше не пойдет на кухню.

Мать Го сидела в гостиной, сверяя расходы, и, бросив на него взгляд, спросила:

— Обязательно нужно говорить об этом сегодня?

— Да! — ответил отец Го с необычной для него твердостью. — Сегодня днем, когда я шел на работу, лао Фан из дома напротив смеялся надо мной! Говорит, что я, мужик и готовлю в фартуке. Совсем не по-мужски!

Мать Го выпрямилась.

— Ну хорошо, давай обсудим. Как ты предлагаешь решить эту проблему?

Отец Го помялся и тихо проговорил:

— Я хочу наклеить пленку на окно.

— Какую пленку?

— …Ну, на окно.

Он старательно объяснил жестами:

— Такую, как в нашей ванной: матовую, полупрозрачную. Она не преграждает свет, зато из дома напротив ничего не будет видно. А то он все смеется.

Мать Го успокоила его:

— Ты же живешь не с лао Фаном, зачем обращать внимание на его слова? Мне кажется, ты прекрасно выглядишь, когда готовишь. Правда, очень мужественно.

Но отец Го стоял на своем. Или пленка на кухонное окно сегодня же, или он объявляет забастовку.

Го Цзинъюй, стоя в стороне, не мог сдержать смеха.

Мать Го, так и не сумев успокоить мужа, сделала сыну знак глазами: «Уговори его! Ну что за дела? Сосед пару слов сказал, и вот уже кухня простаивает».

Го Цзинъюй подошел и задал простой вопрос:

— Пап, а откуда дядя Фан из дома напротив тебя увидел?

Отец Го ответил:

— Конечно же, из своего окна! У нас в районе все дома одинаковые, наша кухня прямо напротив его кухни. Стоит лао Фану поднять голову, как он сразу видит меня. Все как на ладони!

Го Цзинъюй сделал удивленное лицо:

— Если напротив его кухня, значит, он тоже был на кухне?

Этот простой, но пронзительный вопрос озадачил отца Го. Он моргнул, а потом вдруг радостно хлопнул себя по бедру:

— Точно! Если он меня видел, значит, сам тоже готовил! Пойду разберусь с ним!

Отец Го, довольно улыбаясь, отправился вниз, по дороге прихватив корзинку, видимо, заодно решил зайти за продуктами.

Го Цзинъюй задумчиво потер подбородок, молча глядя на дверь. Но мать Го опередила его:

— Твой отец и дядя Фан работают в одном месте, они друзья уже больше десяти лет. Они просто дурачатся, только не вздумай их провоцировать! В прошлый раз, когда шел дождь, лао Фан целую неделю возил твоего отца на работу и обратно, ждал его внизу у подъезда.

Го Цзинъюй удивился:

— С чего бы? Ты что, думаешь, я способен на такое?

Мать Го задумалась, а потом добавила:

— И не обижай его ребенка.

Го Цзинъюй на секунду замялся:

— Фан Цзинъяо? Он на несколько лет младше меня, зачем мне обижать какого-то сопляка? Не волнуйся, не буду.

Вскоре отец Го вернулся в отличном настроении, принес овощей и даже приготовил на ужин дополнительное блюдо — помидоры с сахаром, кисло-сладкие и очень освежающие.

После ужина Го Цзинъюй добросовестно позанимался с репетитором. В конце урока, пока мама расплачивалась с учителем, он тихонько пробрался к отцу.

Отец Го играл на компьютере в «Паука». Появление сына застало его врасплох:

— Что случилось? Тебе мама нужна?

Го Цзинъюй улыбнулся:

— Нет, я к тебе по делу.

Он взглянул на экран, и в его глазах мелькнула искорка.

— Пап, ты же знаешь, что дядя вообще не связывается с акциями и прочим таким, да?

Отец Го кивнул:

— Ну да, твой дядя человек осторожный, в такие дела не лезет.

— Вообще-то дядя хотел бы играть на бирже, но тетя не разрешает.

Отец Го: «…»

— В прошлый раз дядя дал мне немного денег. Ты же понимаешь, откуда они взялись? Он копил их втайне долгое время. — Го Цзинъюй ловко вел свою линию. — Больше ему довериться некому, дома держать нельзя, а играть на бирже самому — значит, спровоцировать семейный конфликт. Вот он и хочет, чтобы ты помог.

Отец Го выглядел озадаченным:

— Помочь-то я помогу, но я ведь ничего не понимаю в акциях!

Го Цзинъюй успокоил его:

— Это не проблема. Дядя уже написал, какие именно акции покупать. Тебе нужно только приобрести их и держать, а когда дяде понадобятся деньги, он к тебе обратится.

Услышав это, отец Го согласился.

Го Цзинъюю ничего не оставалось. У него не было удостоверения личности, и до финансовой свободы оставалось больше года. Пока приходилось прикрываться авторитетом дяди. К счастью, его отец был человеком простым, лишних вопросов не задавал, и его было легко провести.

С помощью отцовского удостоверения Го Цзинъюй купил акции в интернете. Выбор пал на Kweichow Moutai*.

П.п.: Крупнейший производитель алкоголя в Китае.

У него были кое-какие деньги, и он хотел вложить их во что-то перспективное. Эти акции казались идеальным вариантом: сейчас они стоили около 20 юаней, и, если он не ошибается, в ближайшие шесть-семь лет их стоимость резко взлетит. Не в сто с лишним раз, как у NetEase или Tencent*, но все равно значительно — с нескольких десятков до нескольких сотен юаней.

П.п.: Китайская технологическая компания-гигант, которая создала мессенджеры и соц сети вроде WeChat и QQ.

Го Цзинъюй был осторожен. Для начала он вложил только три тысячи юаней, не больше.

Все равно акции будут расти, потом можно докупать постепенно. Если вложить все сразу, можно ненароком себя выдать.

Отец Го нервничал больше сына. Он старательно записывал каждый шаг в тетрадь, чтобы потом повторить.

Го Цзинъюй разбирался в этом куда лучше отца, легко управлялся с компьютером и терпеливо объяснял.

Отец Го тихо спросил:

— Цзинъюй, раз у тебя так хорошо получается, может, сам все и сделаешь? Боюсь, я где-нибудь напутаю.

Го Цзинъюй покачал головой:

— Нельзя, у меня важные дела.

— Какие дела?

— Учеба. Хорошие ученики все время посвящают школе, нельзя распыляться.

Он произнес это с непоколебимой серьезностью. Он зарабатывал деньги, чтобы в будущем было проще встречаться с тем самым человеком, а этот человек пока тоже учился в школе. Он никуда не уйдет, и ничто не должно отвлекать его. Даже такое простое дело, как покупка акций, или более прибыльный бизнес с компьютерами — ничто не могло сравниться с его главной целью.

Тем временем в провинциальном городе Гу Юй собирал вещи. Его лицо было решительным, он взял с собой лишь немного необходимого и все свои деньги.

В последнее время он хорошо зарабатывал и уже начал погружаться в этот поток, едва не забыв, ради чего все затевалось.

Но один разговор с Го Цзинъюем перевернул все.

Двоюродный брат, младше его на несколько лет, четко знал, чего хочет и к чему стремится. А он сам едва не сбился с пути.

Эта мысль наполнила Гу Юя одновременно восхищением и стыдом. Ночью он оставил письмо, взвалил рюкзак на плечо и ушел.

А Го Цзинъюй, находившийся за сотни ли отсюда, даже не подозревал об этом. Он продолжал учить отца азам торговли акциями. Его цель была проста — увеличить имеющиеся деньги в два-три раза. С первым капиталом все остальное уже было делом техники.

О том, что Гу Юй сбежал из дома, Го Цзинъюй узнал лишь две недели спустя.

Тем утром мать Го приняла звонок и весь день ходила хмурая. Увидев сына, она сразу спросила:

— Цзинъюй, твой двоюродный брат с тобой не связывался?

Го Цзинъюй покачал головой:

— В чем дело?

— Гу Юй сбежал!

— Что?

— Уехал за границу. Говорит, хочет учиться созданию игр. Из института отчислился, оставил письмо и сбежал. — Мать Го вздохнула, морщины на ее лбу еще долго не разглаживались. — Ты не представляешь, как твой дядя переживает! С трудом удалось выяснить, что он уехал учиться какой-то анимации, но больше ни слова. Дядя просто в ярости!

Го Цзинъюй удивился. Его брат зарабатывал всего чуть больше месяца. Разве у него было достаточно средств на учебу? Он осторожно спросил:

— Мама, а хватит ли брату денег на учебу за границей?

Мать Го ответила:

— Не знаю, кто ему наговорил, но Гу Юй продавал компьютеры и немного заработал. Но этого же недостаточно! И ведь осмелился взять деньги, отложенные на третий курс, и сбежать!

Когда брат с сестрой Гу злились, их глаза становились круглыми. Отец Го молча ел, не смея вставить слово. Го Цзинъюй, чувствуя себя виноватым, быстро доел и собрался уйти.

— Цзинъюй, куда это ты?

— Я договорился с Ли Тунчжоу сходить в книжный за учебниками. Обедать не приду!

Мать Го окликнула его еще пару раз, но Го Цзинъюй уже надел рюкзак на плечо и скрылся за дверью.

Автору есть что сказать:

[Маленький театр: рекламные гонорары]

NetEase: Плати.

Kweichow Moutai: Плати.

Tencent: Все было напрасно...

[Маленький театр 2]

По соседству, в доме Фан Цзинъяо.

Через несколько дней там тоже наклеили такую же матовую пленку.

Отец Фаг настоял на своем и чуть не расплакался, когда ему отказывали.

Мать Фан: Все вы, Фаны, семья плакс! Ладно, наклеим! А теперь быстро вытри слезы!

http://bllate.org/book/11869/1060258