Готовый перевод Phantom Skeleton Painting / Призрачная картина скелета ✅: Глава 7: Комната 1303. Часть 7

Вероятно, потому что Сун Цинло дал надежду на решение этой проблемы, психическое состояние Цзи Лэшуя сразу значительно улучшилось. Он оживился, его глаза загорелись, и он уставился на мужчину с таким жаром, будто хотел прожечь в нем дыру.

Перед столь горящим взглядом Сун Цинло оставался холоден. Он сказал, что Цзи Лэшуй может переехать, но жить в этом доме будет только он один. Поэтому на время восстановления ему придется перебраться к соседу.

Цзи Лэшуй спросил:

— То есть ты предлагаешь просто поменяться? Я здесь, а ты у соседей?

— Да.

— Но почему, если я буду жить здесь, все решится? — осторожно поинтересовался Цзи Лэшуй. — Если не хочешь объяснять, я не настаиваю…

Сун Цинло взглянул на него и выдал простую фразу:

— Яд нейтрализует яд.

Цзи Лэшуй: «…»

Хоть он и не понял, но звучало впечатляюще.

Линь Банься, стоя рядом, уже уловил суть. Он окинул взглядом аккуратно расставленные в гостиной ящики и осторожно спросил:

— Господин Сун… а если Лэшуй случайно откроет один из ящиков?..

Сун Цинло ответил:

— Либо он пойдет домой ужинать, либо вся деревня придет ужинать к нему*.

П.п.: Его смерть станет поводом для поминальной трапезы.

Цзи Лэшуй: «…»

Линь Банься: «…»

«Ну ты и юморист».

Столкнувшись с чем-то столь необъяснимым, Цзи Лэшуй, хоть и не знал, сработает ли метод Сун Цинло, все же решил попробовать. Он больше не хотел видеть эти жуткие картины и заталкивать себя в темный шкаф.

Но, несмотря на это, жить одному в этом доме было все равно жутковато. Поэтому Цзи Лэшуй бросил умоляющий взгляд на Линь Банься. Тот хотел уже спросить, можно ли ему составить компанию, но Сун Цинло опередил его:

— Если здесь будет кто-то еще, эффекта не будет.

— Понятно, — разочарованно сказал Линь Банься.

Цзи Лэшуй еще хотел возразить, но Сун Цинло явно не выглядел человеком, с которым можно торговаться, так что ему пришлось неохотно согласиться.

Сун Цинло был прямолинеен. Убедившись, что Цзи Лэшуй переедет, он сразу озвучил правила дома. Они были просты: не трогать ничего, что можно сдвинуть, спокойно спать, ходить на работу, и все будет в порядке. Но он особо подчеркнул, что Цзи Лэшуй не должен открывать дверь на кухню и шкаф в гостиной.

Цзи Лэшуй робко поинтересовался, что будет, если он случайно откроет.

Сун Цинло без эмоций ответил:

— Жить надоело?

Цзи Лэшуй моментально заткнулся.

Линь Банься, зная, что друг боится его квартиры, любезно помог ему перенести вещи.

Цзи Лэшуй сидел в гостиной, не зная, куда деть руки, и тихо спросил, не нужно ли Сун Цинло что-то собрать. Мужчина равнодушно ответил, что не боится возвращаться домой и сможет взять все необходимое, так что он мог не беспокоиться.

Цзи Лэшуй почти не спал прошлой ночью и теперь начал клевать носом. Сун Цинло, заметив это, предложил ему сразу пойти в гостевую комнату и поспать, добавив, что это будет «пробный запуск».

Цзи Лэшуй подумал, что это разумно. Днем еще можно передумать, а если ночью снова все начнется, то бежать будет некуда. Он отправился в комнату, постелил простыни и сразу провалился в сон.

После этого Линь Банься, чтобы проявить гостеприимство, пригласил Сун Цинло к себе и любезно сменил постельное белье, опасаясь, что мужчина будет брезглив.

К счастью, несмотря на холодную внешность, Сун Цинло оказался довольно приятным в общении.

Линь Банься налил ему чашку кофе, но Сун Цинло, едва подняв глаза, покачал головой:

— Я не пью кофе.

— А что тогда? Дома есть молоко, чай… — Линь Банься замялся. — И кола.

Сун Цинло без колебаний ответил:

— Колу.

Линь Банься опешил. «Напиток счастливых задротов*» как-то не вязался с его загадочной аурой… Но он послушно налил колу и принес Сун Цинло.

П.п.: Так китайские интернет-пользователи называют Coca-Cola. Ее сахар вызывает зависимость и дает временное счастье, к тому же она часто ассоциируется с гик-культурой (многие любители аниме/геймеры пьют ее во время марафонов).

Мужчина сделал глоток и слегка поморщился.

Линь Банься поспешил спросить:

— Что-то не так? Не нравится?

Сун Цинло поставил стакан и брезгливо сказал:

— Кола зеро.

Линь Банься: «…»

«А, значит, не нравится, что без сахара».

Он вздохнул:

— Да… я не люблю слишком сладкое, дома только «зеро».

— Тогда не надо. — Сун Цинло неодобрительно посмотрел на стакан, будто в нем был не напиток, а какая-то мерзость.

Линь Банься работал сутки через сутки. Вчера у него была смена, поэтому сегодня он отдыхал. Однако из-за вчерашних ночных событий он почти не спал и сейчас чувствовал сильную усталость. Перекинувшись парой слов с Сун Цинло, он отправился в спальню и заснул, а когда проснулся, солнце уже клонилось к закату.

Медленно выйдя из комнаты, Линь Банься увидел, что Сун Цинло сидит на диване в гостиной и смотрит телевизор. С этого ракурса он мог разглядеть его профиль во всех деталях.

Надо сказать, внешность Сун Цинло была безупречной, с четкими чертами лица, прямым носом и выразительными губами. Из-за очень светлой кожи его губы казались особенно алыми. Длинные, слегка загнутые ресницы были лениво опущены. Видимо, их хозяин немного задремал.

Линь Банься старался идти тихо, но все равно разбудил Сун Цинло. Мужчина повернул голову, посмотрел на него и медленно подвинулся к краю дивана. Он сел на противоположный конец и завел непринужденный разговор.

Сун Цинло отвечал односложно, но атмосфера между ними была спокойной. До тех пор, пока Линь Банься не спросил о содержимом того ящика, который хотел открыть Цзи Лэшуй.

— В этих ящиках нет ничего опасного? Боюсь, что Лэшуй может захотеть потыкать куда не надо… — сказал Линь Банься.

Любопытство было опасной штукой. Чем сильнее запрещали, тем больше хотелось.

— Ничего, он не откроет, — ответил Сун Цинло. — Разве что лишь то, что можно.

Он подпер голову рукой и, выглядя расслабленным, тихо добавил:

— Я не настолько безрассуден, чтобы просто так убивать людей.

— Кстати, а что случилось с тем манекеном, которого я видел? — Линь Банься вдруг вспомнил об этом. При воспоминании тот манекен казался еще более жутким. Цзи Лэшуй и так уже был напуган до полусмерти, а если его еще несколько раз шокировать, он и правда мог угодить в психушку.

Сун Цинло заметно замялся, а затем пробормотал:

— Все в порядке…

Линь Банься посмотрел на него скептически.

Под этим взглядом Сун Цинло слегка занервничал и еще тише, почти неслышно, пробормотал:

— Не умрет…

Линь Банься: «…»

«Только не умрет?!»

Под осуждающим взглядом Линь Банься в Сун Цинло наконец проснулась совесть:

— Ладно, пойдем проверим.

Он встал и направился к соседней квартире.

Линь Банься поспешил за ним, спрашивая, куда он спрятал тот пластиковый манекен. Сун Цинло сначала не хотел отвечать, но после нескольких вопросов признался:

— Под кроватью.

— …Под своей кроватью?

Сун Цинло с невинным видом заявил:

— Ты о чем? Я же не псих, чтобы класть его под свою кровать. Конечно, в гостевой.

«Ах, в гостевой… Ну просто замечательно!.. Несчастный Цзи Лэшуй как раз спит в гостевой! Если он проснется и увидит голову манекена у кровати, его душа точно вылетит от ужаса!»

Чем больше Линь Банься об этом думал, тем страшнее становилось. Он ускорил шаг.

*Тук-тук-тук*

После нескольких стуков в дверь Цзи Лэшуй не ответил. Линь Банься торопливо попросил Сун Цинло достать ключ.

Мужчина, открывая дверь, сказал:

— Не думаю, что ему так не повезло.

Линь Банься почти впал в отчаяние:

— Если бы ему везло, он бы здесь не жил.

—…Тоже верно.

Как только дверь открылась, Линь Банься ворвался внутрь и устремился в спальню. Но, едва войдя в гостиную, он увидел на диване спиной к ним сидящего человека в том самом свадебном наряде с длинными волосами, рассыпанными по дивану. Должно быть, это и был тот пластиковый манекен.

«Неужели Цзи Лэшую действительно попался на глаза манекен?!» — сердце Линь Банься сжалось. Он бросился в спальню, выкрикивая имя друга.

Однако в спальне он не нашел Цзи Лэшуя, только неубранную постель. Линь Банься в ужасе закричал:

— Все пропало! Цзи Лэшуй исчез!!!

Сун Цинло, стоявший снаружи, встретился с ним взглядом. Его взгляд был сложным, и Линь Банься не сразу понял его смысл, но затем услышал тихие слова:

— Он не исчез.

— А? Тогда где он?

Сун Цинло ответил:

— Прямо перед тобой.

Линь Банься огляделся, но никого не увидел, только того манекена в свадебном наряде, сидящего к ним спиной…

«Стоп, манекен?» — Линь Банься внезапно осознал, рванул вперед и посмотрел в лицо манекена. И точно, вместо лица манекена было лицо Цзи Лэшуя.

Теперь Цзи Лэшуй, как и манекен, бесстрастно смотрел прямо перед собой. Его тело застыло в неестественно прямой позе, словно лишившись человеческой гибкости и превратившись в твердый пластик.

Увидев это, Линь Банься в ужасе несколько раз позвал Цзи Лэшуя по имени, но тот не реагировал. Он схватил его за шею и сильно потряс, пытаясь вывести из этого оцепенения. Однако парень оставался неподвижным, его глаза безучастно смотрели вперед, не моргая. Линь Банься ущипнул его за щеку, кожа была ледяной, но все еще человеческой, а не пластиковой.

— Господин Сун, что с ним случилось? — Линь Банься, не сумев разбудить Цзи Лэшуя, в панике поднял глаза на Сун Цинло, ища спасения.

— Не спеши, — спокойно сказал Сун Цинло. — Сначала найди, где этот пластиковый манекен. Она не могла выйти из квартиры.

В итоге они начали обыскивать комнаты.

Линь Банься в тревоге первым делом проверил спальню, перерыл весь шкаф, но следов манекена не обнаружил. Он уже опустился на четвереньки, чтобы заглянуть под кровать, как вдруг почувствовал холодок на шее, что-то ледяное коснулось его плеч.

Проведя рукой по коже, он нащупал прядь черных волос. Внезапно осознав, что это, Линь Банься медленно поднял голову и увидел пластиковую женщину, неестественно распластавшуюся на потолке. Ее тело было повернуто спиной, но голова вывернута на 180 градусов, так, как человеку было не под силу. Темные, безжизненные глаза холодно смотрели прямо на него.

Линь Банься встал и спокойно вышел из спальни.

Женщина-манекен, увидев это, видимо, решила, что он испугался. Ее губы, подведенные яркой помадой, искривились в жутковатой ухмылке. Однако улыбка застыла, когда через десять секунд Линь Банься вернулся, на этот раз с толстой вешалкой для белья в руках.

Сун Цинло, шедший следом, спросил, зачем ему вешалка.

Линь Банься поднял ее, указывая на потолок:

— Пластиковый манекен там. Сниму ее.

Сун Цинло: «…»

Медленно подняв голову, он тоже увидел манекен, прилипший к потолку, словно паук. Обычного человека такое зрелище свело бы с ума, но Линь Банься мгновенно отбросил нелогичность ситуации и нашел решение.

«Какое сокровище мне попалось», — подумал Сун Цинло.

Поэтому он ничего не сказал, лишь жестом предложил Линь Банься действовать.

Молодой человек закатал рукава и принялся орудовать вешалкой, хаотично тыча в потолок. Манекен, будучи всего лишь пластиком, не обладал паучьей липкостью и вскоре рухнул вниз. Тело с грохотом ударилось о пол.

Линь Банься хотел отнести его в гостиную, но, попытавшись поднять, обнаружил, что не может. Невероятно легкий на вид манекен оказался тяжелее камня. Напрягая все силы, он не смог сдвинуть его с места.

— Давай я, — тихо сказал Сун Цинло.

«Ты справишься?» — хотел спросить Линь Банься. Хотя Сун Цинло и был выше, он не выглядел крепким, скорее, даже немного худощавым. Но, закатав рукава рубашки и обнажив фарфорово-белые, стройные предплечья, он без усилий поднял манекен. Правда, явно брезгуя, он не стал нести его на руках, а, ухватив за плечи, поволок в гостиную, как мешок с песком, и швырнул на диван.

Линь Банься покорно последовал за ним, спрашивая, что делать дальше.

— Загляни в шкаф в гостевой и принеси ей платье, — равнодушно сказал Сун Цинло.

На манекене сейчас было только нижнее одеяние. Линь Банься, не раздумывая, отправился в комнату и наскоро выбрал ночную сорочку.

— Переодень ее, — продолжил Сун Цинло.

Линь Банься спросил:

— Это… какой-то особый ритуал?

— Переоденешь — узнаешь, — ответил Сун Цинло.

Линь Банься послушно начал переодевать манекен.

Как только платье было надето, Сун Цинло поставил манекен напротив Цзи Лэшуя, чтобы парень его видел.

До этого момента Цзи Лэшуй оставался неподвижным, но, увидев манекен, медленно моргнул, и его лицо ожило. Однако его действия заставили Линь Банься остолбенеть.

Ожив, Цзи Лэшуй радостно улыбнулся, протянул руку, ухватил край платья манекена и, осторожно потеребив ткань, восхищенно произнес:

— Шелк… Как бы примерить…

Линь Банься: «…»

Сун Цинло: «…»

В наступившей тишине Сун Цинло, будто ничего не произошло, спросил:

— Ты или я?

Линь Банься аж начал заикаться:

— Ч-что «я»?

Сун Цинло пояснил:

— Кто даст ему пощечину?

Линь Банься тут же оживился:

— Я! Я!

Сун Цинло: «…»

Перед тем как действовать, в Линь Банься вдруг проснулась совесть:

— После пощечины он очнется?

Безжалостный Сун Цинло ответил:

— Бей. Если две не помогут, дашь еще две.

Линь Банься смотрел на зачарованное выражение лица Цзи Лэшуя и подумал: «Брат, это для твоего же блага! Пусть уж я тебя отшлепаю, чем какой-то незнакомый сосед осквернит твое тело. Не вини меня!»

С этими мыслями он дважды хлопнул его по щекам, но Цзи Лэшуй даже не взглянул на него, продолжая с упоением разглядывать наряд на манекене. Линь Банься, видя это, принялся шлепать его снова и снова. Лишь после седьмого удара одержимость в глазах парня начала рассеиваться, уступая место разуму.

Цзи Лэшуй растерянно посмотрел на манекен перед собой, затем на Линь Банься и жалобно спросил:

— Линь Банься, зачем ты меня бьешь?

Он попытался встать, но обнаружил, что одет в свадебный наряд, а на голове у него невероятно тяжелый фениксовый головной убор.

— О черт! Ты не только избил меня, но еще и переодел?! Какой же ты извращенец!

— Тебе вообще стыдно? Ты хоть представляешь, как выглядишь? — спросил Линь Банься.

— Тогда что это было?!

Оба одновременно уставились на Сун Цинло.

Мужчина развел руками, показывая свою невиновность, и указал на манекен:

— Это ее работа.

Цзи Лэшуй фыркнул:

— Да брось! Она же просто кусок пластика, как она могла меня переодеть?

Сун Цинло спросил:

— Какие чувства у тебя вызывает ее платье сейчас?

Цзи Лэшуй повернулся к манекену, несколько секунд разглядывал его и неуверенно произнес:

— Хочется снять с нее одежду…

Линь Банься подумал: «Ах ты, одинокий пес, даже манекену спуску не даешь! И еще врал, что у тебя есть девушка!»

Он уже собирался отчитать друга, но тот застенчиво добавил:

— Кажется, мне бы тоже подошло…

Линь Банься: «…»

Сун Цинло сказал:

— Вот видишь.

— Чего? То есть, когда я вижу одежду на этом манекене, мне хочется ее надеть? — наконец догадался Цзи Лэшуй.

Сун Цинло подтвердил:

— В общем, да.

Цзи Лэшуй задумался, а затем хлопнул в ладоши от внезапного озарения:

— Тогда если поставить этот манекен в торговом центре, можно будет неплохо заработать!

Линь Банься: «…» Вот уж действительно коммерческий гений.

— Именно так ее владелец и думал. — Сун Цинло похлопал манекен по голове и равнодушно добавил: — Я ее из торгового центра и забрал.

Он сел на диван и вкратце рассказал историю манекена.

Впервые она появилась в новом торговом центре, в небольшом магазине одежды. Владелец поначалу не придал этому значения, но со временем заметил, что все покупатели неизменно обращали внимание на одежду, в которую был одет манекен. А если приходило несколько клиентов одновременно, они даже спорили из-за нее.

После нескольких таких случаев владелец смекнул, что наткнулся на золотую жилу, и начал наряжать манекен в дорогую одежду. А что могло быть дороже свадебных платьев? Некоторые стоили сотни тысяч, и магазин начал стабильно получать огромную прибыль.

Но аппетиты росли. Владелец начал специально искать старые свадебные платья, любого фасона. Стоило надеть их на манекен, как их тут же раскупали. Без исключений.

Если бы история на этом закончилась, проблем бы не возникло.

Но однажды, в хмурый дождливый день, владелец увидел в комиссионке красивый традиционный свадебный наряд с вышивкой.

Хотя наряд был из секонд-хенда, он выглядел как новый. Искусная вышивка сразу бросалась в глаза, и даже владелец не устоял перед его очарованием. Он тут же решил купить его и заодно поинтересовался у продавца его историей.

Продавец ответил:

— Этот наряд я приобрел в деревне. Он отлично сохранился. Говорят, его носила невеста из семьи помещика. Посмотрите на ткань и вышивку, она высочайшего качества.

Владелец спросил:

— И как он оказался в деревне?

Продавец пожал плечами:

— Откуда мне знать? Слышал, будто семья помещика разорилась, и невеста продала наряд.

Владелец пробормотал:

— Понятно…

Он тщательно осмотрел наряд, но на внутренней стороне рукава обнаружил темные пятна. Потрогав их и понюхав, он нахмурился:

— Босс, это нечестно. Вы сказали, наряд продала невеста?

Продавец кивнул:

— Да.

— Тогда почему на рукавах следы крови?

Продавец растерялся:

— Что за чушь! Какая кровь?! Если не хотите покупать, не надо! Желающих полно!

— Много желающих? — переспросил владелец. — Кто еще интересовался?

Продавец замялся, но под давлением и угрозами вызвать полицию сдался и признался. Наряд уже несколько раз продавали, но покупатели неизменно возвращали его — то свадьба отменялась, то магазин банкротился. Очень странная история.

Услышав это, владелец оживился, встряхнул рукав наряда и ухмыльнулся:

— В таком случае, босс, вам придется сделать мне хорошую скидку.

— Вы знаете историю и все равно хотите купить? — удивился продавец.

— А почему нет? Ведь не я буду носить его, — равнодушно ответил владелец, мысленно прикидывая, как выгодно перепродаст этот изысканный наряд.

Автору есть что сказать:

Сун Цинло: Что делать, если увидел что-то жуткое?

Цзи Лэшуй: Кричать, плакать, убегать.

Линь Банься: Брать… вешалку… и тыкать?

Сун Цинло: «…»

Цзи Лэшуй: «…»

Фениксовый головной убор.

http://bllate.org/book/11830/1055269