Готовый перевод Transmigrated to Twenty Years Ago and Adopted Myself / Переселился на двадцать лет назад и усыновил себя [❤️] ✅: Глава 30.2

Цзян Ван быстро оценил ситуацию и жестом пригласил Пэн Синвана присоединиться к ним.

Маленький мальчик весело поприветствовал Цзи Чанся и радостно взял Цзян Вана за руку, прежде чем они все месте вышли из школы.

Первоначальный защитный механизм Цзи Линьцю уже был запущен, и его поведение стало резким. Но когда плечо Цзян Вана коснулось его плеча, он внезапно обрел самообладание, обуздав свое раздражительное настроение.

Цзи Чанся, боясь навлечь на себя неприятности, продолжала настаивать на том, чтобы остановиться в гостевом доме. Она не чувствовала себя настолько близкой со своим братом и вместо этого казалась чрезмерно осторожной и почтительной.

Цзян Ван чувствовал, что ее страх исходил не от Цзи Линьцю. Это больше походило на результат длительного давления их родителей, на невидимую иерархию, которая возводила одного ребенка на пьедестал, а другого втаптывала в грязь.

Почему? Из-за их пола?

Он понаблюдал за ними еще несколько секунд, затем беззаботно улыбнулся и пригласил их поесть чего-нибудь горячего.

— На улице Синтан открылся ресторан, где подают хот-пот с говядиной. Пойдемте, будет гораздо оживленнее есть в большой компании!

Летом центральный район напоминал пароварку, и весь водяной пар рассеивался в воздухе. Вечером становилось жарко и начинала кружиться голова.

В это время, сидя в освежающем и прохладном ресторане, тепло на теле мгновенно остыло, и можно даже было почувствовать легкий озноб.

Цзи Чанся не осмеливалась заговорить, опасаясь, что огорчит своего брата, если скажет что-то не то.

Цзи Линьцю наклонился, чтобы налить ей холодного чая, и состояние девушки стало намного спокойнее и стабильнее.

— У тебя все хорошо в Юйхане?

— Все в порядке, все в порядке, — сказала Цзи Чанся с кривой улыбкой. — Мой сын немного капризничает, растить его утомительно, ничего больше.

Цзи Линьцю заметил морщинки в уголках ее глаз и не решился заговорить.

— Твоя сестра сказала, что ты не встречал Новый год дома пять лет? — Цзян Ван подождал, пока закипит масло в кастрюле, и заговорил о другом: — Почему я раньше не слышал, чтобы ты говорил об этом?

— Нет-нет, он очень заботливый, просто все время преподает и редко возвращается. — Цзи Чанся испугалась, что Цзян Ван неправильно поймет, и поспешно объяснила: — Мои родители просто боятся, что о них заговорят родственники, поэтому все еще надеются, что он вернется на Новый год.

Горшочек с маслом наконец-то начал медленно пузыриться, как будто он намеренно тянул время и отказывался закипать.

Пэн Синван был так голоден, что, сидя рядом с ними, жевал рисовые лепешки с коричневым сахаром и как бы невзначай сказал:

— Учитель, должно быть, очень скучает по дому, так что возвращайтесь в этом году.

Цзян Ван постучал его палочками для еды по голове.

— Не перебивай других.

Цзи Линьцю редко говорил на эту тему в присутствии детей, но через некоторое время он тихо произнес:

— Это место… похож на водоворот.

— Ничего страшного, если ты не вернешься домой. — Цзян Ван намеренно взглянул на Цзи Чанся.

Девушка выглядела робкой и смущенной, как будто не могла понять сопротивления Цзи Линьцю.

— Если ты решишь пойти со мной туда, чтобы встретить Новый год, твое кровяное давление, вероятно, подскочит до такой степени, что ртутный столбик лопнет, — тихо рассмеялся Цзи Линьцю. — Этим людям нравится поить детей вином, уговаривать молодых людей жениться и заставлять молодых девушек пить. Они делают все, что хотят.

Выражение лица Цзян Вана изменилось.

— С чем ты столкнулся?

Цзи Линьцю не стал скрывать этого и холодно улыбнулся.

— Когда мне было 20 лет, я вернулся на Новый год. Один дядя осмелился дотронуться до моего бедра, будучи пьяным.

Цзи Чанся запаниковала. Она не ожидала, что ее брат осмелится заговорить об этом публично. Ей стало так стыдно, что она даже не могла поднять на него голову.

— Он… он действительно извинился и специально принес несколько корзин яиц, чтобы попросить прощения перед нашими родителями, сказав, что был пьян и перепутал. Брат, не пренебрегай нашими родителями из-за ненужных людей.

Горячая кастрюля внезапно закипела, и пузырьки, которые выходили из нее, едва не брызгали им на руки.

Цзян Ван убавил огонь и помог Пэн Синвану положить в нее желтую требуху и юбу*, которые он любил есть.

П.п.: Юба — сушеная кожура тофу, традиционный продукт китайской кухни, получаемый из соевого молока.

В маленькой комнатке на мгновение воцарилась тишина.

Пэн Синван не совсем понимал, что происходит, и просто беспокоился, что они несчастны.

— Какое совпадение. — Цзян Ван медленно произнес: — Вчера, когда я ужинал с отцом Синсина, он сказал, что хочет отвезти его в деревню на Новый год. Он также пообещал мне, что больше никогда не совершит такой ошибки и обязательно проведет новогодние каникулы с сыном.

Он добавил:

— Линьцю, я останусь совсем один, ты не составишь мне компанию еще раз?

Цзи Линьцю не ожидал, что Цзян Ван проявит инициативу и поднимет такой вопрос. На мгновение выражение его лица стало отсутствующим, и какое-то время он продолжал молчать.

Цзи Чанся, казалось, наконец-то нашла спасительную соломинку, и ее голос стал намного громче, когда она заговорила:

— Брат Цзян, мои родители очень гостеприимны, а наш родной дом довольно большой. Друзья часто приезжают отдохнуть у нас, там красивые горы и реки. Мы обязательно будем рады тебе!

Цзян Ван непринужденно ответил и с улыбкой посмотрел на Цзи Линьцю.

— Пригласишь меня отпраздновать Новый год? Я хочу отведать вашего нарезанного чили и старого бекона.

Цзи Линьцю поначалу был напряжен и не ожидал, что Цзян Ван внезапно поведет себя как избалованный ребенок.

Он не был уверен, какой эффект это произведет, если он привезет этого дьявола домой.

...В общем, это было все равно, что привезти с собой фейерверк.

История о четырех удлиненных кадиллаках, появившихся у ворот школы в прошлом семестре, все еще ходила среди новоиспеченных родителей и учеников, и даже были новенькие, которые тихонько спрашивали, есть ли в классе принц смешанной крови.

Цзян Ван был человеком, которому нравилось доставлять неприятности.

Цзи Линьцю все еще колебался, когда мужчина протянул палочки для еды, чтобы подцепить большой кусок креветки и положить в его тарелку.

Затем он моргнул, выглядя довольно мило.

— Учитель Цзи, давай отпразднуем Новый год вместе. Пообещай мне скорее.

http://bllate.org/book/11824/1054666