Готовый перевод Transmigrated to Twenty Years Ago and Adopted Myself / Переселился на двадцать лет назад и усыновил себя [❤️] ✅: Глава 29.2

Цзян Ван взглянул на размытую увеличенную свадебную фотографию учительницы Чжань, сделал глоток горячего чая и оглядел зал.

Учителя, все сияющие, казалось, наслаждались этим перерывом в своей напряженной жизни, находя радость в сплетнях и светской беседе.

— Ты почти прячешься за моей спиной, — с ухмылкой поддразнил он Цзи Линьцю. — Ты действительно их так боишься?

— Это не страх, — пробормотал Цзи Линьцю. — Они просто... иногда проявляют излишний энтузиазм.

Не успел он договорить, как к ним подошла еще одна пухленькая тетушка и громко расспросила о родителях, работе и о том, достаточно ли зарплаты учителя, чтобы прокормить себя.

Цзян Ван помог Цзи Линьцю ловко уклониться от вопросов, все время бросая на него взгляд, в котором читался вопрос: «Кто эта женщина?»

Цзи Линьцю покачал головой, показывая, что не имеет понятия.

В этом маленьком городке жизнь каждого пересекалась, не оставляя места для уединения, к чему Цзи Линьцю уже давно привык.

Постепенно атмосфера становилась все более шумной и хаотичной.

Казалось, что душный солнечный свет снаружи просочился в зал, усиливая болтовню до такой степени, что она заглушала звук динамиков.

Еще до того, как ведущий вышел на сцену, официанты уже сновали взад-вперед между столиками, расставляя холодные закуски, приготовленную на пару рыбу и другие блюда, даже не замечая, как их слишком длинные серо-черные ногти впиваются в суп.

Аппетит Цзян Вана постепенно пропал, и ему показалось, что сама энергия в комнате иссушает его.

Он прислонился к плечу Цзи Линьцю, пробормотав:

— Еще совсем недавно я проспал десять часов. Почему я снова устал?

Цзи Линьцю взглянул на него, но не стал отодвигаться, позволив мужчине положить голову на свое плечо.

— Это нормально. Когда кто-то хочет сбежать из окружения, его, как правило, клонит в сон.

В конце концов, зевота — распространенный способ снять стресс.

Цзян Ван на некоторое время прислонился к Цзи Линьцю, общаясь с еще несколькими незнакомцами, которые подошли поболтать.

Цзи Линьцю вежливо улыбнулся, сказав:

— У него болит живот, так что давайте не будем об этом говорить.

Цзян Ван лениво промычал, соглашаясь с оправданием.

Жених и ведущий вышли на сцену, и наконец-то были поданы рыба-белка и свиные ребрышки цзиньша*.

П.п.: «Ребрышки цзиньша» — блюдо, приготовленное из свиных ребрышек в качестве основного ингредиента в сочетании с соленым утиным яйцом желтого цвета и другими специями.

Звуковая система была включена на максимальную громкость, призывая всех сосредоточиться, чтобы поздравить молодоженов.

Женщины были заняты тем, что подавали детям суп из рыбьих голов, мужчины со скучающим видом откинулись на спинки стульев, а несколько человек, пришедших сюда только ради бесплатного угощения, уже разглядывали тарелки с фруктами.

— А теперь давайте поприветствуем невесту!

Люди вдруг начали хлопать и подбадривать, как будто этот день был устроен специально для нее, а некоторые даже хлопали, держа во рту недоеденные тушеные куриные ножки.

Цзян Ван, все еще сонный и потерявший аппетит, присоединился к аплодисментам, а затем выпрямился, намереваясь зачерпнуть немного супа.

Цзи Линьцю осторожно прикрыл поварешку палочками для еды.

Затем он тихо объяснил:

— Кто-то только что чихнул над этой чашей.

Это был первый раз, когда Цзи Линьцю прошептал ему что-то на ухо. Цзян Ван, широко раскрыв глаза, внимательно прислушался, чтобы убедиться, что все понял правильно, став очень похожим на повзрослевшего Пэн Синвана.

На самом деле Цзи Линьцю находился к нему не так уж близко, поэтому его дыхание обдавало ухо Цзян Вана, слегка щекоча его, словно пролетающий мимо одуванчик.

Цзян Вана не особенно интересовал суп. Он просто искал, чем бы заняться.  Однако на его лице по-прежнему было недовольное выражение, как будто предупреждение Цзи Линьцю действительно расстроило его.

Жених и невеста начали со слезами на глазах благодарить своих родителей и выражать свою признательность обществу. Микрофон был расположен слишком близко, что создавало много искажений, из-за чего их было плохо слышно.

Те, кто вытягивал шеи, как жирафы, чтобы получше разглядеть невесту, уже вернулись к столу и принялись за гребешки и жареную мелкую рыбешку, а только что поданные ребрышки, завернутые в фольгу, быстро исчезли.

Цзян Ван заметил, что несколько женщин в возрасте осторожно упаковывают еду в пластиковые пакеты, но отвернулся, притворившись, что ничего не замечает.

Немного поев, он уткнулся в свой старый телефон и принялся играть в классическую игру, которая шла в комплекте с его мобильным телефоном, заставляя маленькую змейку гоняться за яблоками.

— Какой университет окончил босс Цзян? — спросил любопытный преподаватель.

Цзян Ван все еще был поглощен своей игрой, из-за чего Цзи Линьцю слегка постучал палочками для еды по его руке. Наконец, подняв глаза, мужчина вежливо улыбнулся.

— Я учился в северной части Китая, довольно далеко отсюда.

Молодожены закончили свою речь и под одобрительные возгласы толпы обменялись застенчивым поцелуем, который, наконец, оживил атмосферу.

— Поцелуйтесь еще раз!

— Ну же, еще один поцелуй!

Возникло ощущение, что поцелуи — это то, чего нужно было стыдиться, а быть замеченными людьми — все равно что, прилюдно обнажить свое нижнее белье, что очень привлекало внимание.

Цзи Линьцю невольно зевнул.

Принесли еще одну тарелку с креветками.

— Хочешь креветок?

— Можно, — ответил Цзян Ван, надувшись, как ребенок.

— Забудь об этом, — добавил он, теряя интерес к еде. — Их слишком хлопотно чистить.

— Спасибо, что согласился составить мне компанию, — улыбнулся Цзи Линьцю, вытирая пальцы дезинфицирующей салфеткой, а затем взял несколько жирных креветок и начал чистить их для Цзян Вана.

Опершись на руку, Цзян Ван наблюдал за происходящим, чувствуя усталость от шума. Через мгновение он снова заговорил:

— Я думаю отвезти Синсина в Цычжоу на Национальный праздник. Ты поедешь с нами?

Цзи Линьцю покачал головой.

— У меня тренировка.

— Эй, — Цзян Ван открыл рот, чтобы поймать креветку, но надкусил ровно столько, чтобы Цзи Линьцю смог отделить панцирь от хвоста. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы преподавать в столице провинции?

Цзян Ван никогда не учился в столице провинции, но у него остались о ней смутные впечатления. Там были престижные школы с усиленной программой иностранных языков, в которые поступали многие состоятельные дети, не беспокоясь о вступительных экзаменах в университет, а просто сосредоточившись на английском и математике, чтобы сдать SAT*.

П.п.: «SAT» — стандартизированный тест, который используется в США для оценки готовности студентов к обучению в колледже. В Китае SAT также сдают студенты, которые планируют поступать в университеты в США или другие страны, где требуется этот тест.

Цзян Ван, казалось, со временем расслабился внутри и внезапно почувствовал желание увидеть более впечатляющие места.

— Я не думал об этом раньше, но, кажется, это вполне возможно, — размышлял Цзи Линьцю, очищая очередную креветку. — Раньше я просто хотел взбунтоваться против своей семьи, но теперь, наблюдая, как ты бегаешь туда-сюда в Юйхань, я немного завидую.

— О, — внезапно вспомнил он, — я забыл обмакнуть последнюю креветку в соевый соус.

Цзян Ван причмокнул губами, показывая, что ему все равно.

В любом случае эти креветки были свежими и очень вкусными.

http://bllate.org/book/11824/1054664