Готовый перевод Reborn in the 70s: Full of Charm / Возрождение в 70-х: Тысяча очарований: Глава 34

Сюй Цинфэн, как обычно, рано закончил все дела на свиноферме. Однако, увидев, что девушки всё ещё рубят корм для свиней, он не спешил уходить и снова достал свой серп, чтобы заточить его.

Линь Сянсан и её подруги тихонько перешёптывались, продолжая работать:

— Эх, спрашивать или нет?

— Давай спросим, — сказала Сяолин. — Мне кажется, тут явно недоразумение. Ни он, ни Линь Цзяоюэ не похожи на таких людей.

Сяомэй тихо добавила:

— Я тоже так думаю. Но мы же с ним почти не знакомы… Кто пойдёт спрашивать?

— Сянсан, спроси ты! — Сяолин локтем толкнула подругу.

Линь Сянсан энергично замотала головой:

— Нет уж, не пойду! Он одним словом меня сразу придушит!

Когда-то она робко влюбилась в него, увидев его лицо, но теперь, после долгого общения, всякая симпатия окончательно испарилась.

— Тогда просто выпали всё разом, чтобы он даже рта не раскрыл! Ничего страшного — мы ведь просто хотим предупредить его.

Сяолин заметила, что он уже закончил точить серп, и заторопила:

— Быстрее, быстрее! Он сейчас уйдёт, и тогда шанса не будет!

Линь Сянсан глубоко вдохнула, собралась с духом и окликнула его:

— Товарищ Сюй, мы хотим кое о чём спросить.

Сюй Цинфэн остановился:

— О чём?

— Ну… Мы хотели узнать… Правда ли, что вы с Цзяоюэ уже вместе? В деревне все говорят, будто вы начали встречаться ещё до того, как она расторгла помолвку.

Произнеся слово «встречаться», Линь Сянсан прикусила язык — как она могла так глупо повторить за другими их гадкие слова!

Она уже собиралась поправиться, но Сюй Цинфэн опередил её:

— Кто это сказал?

— Ну… да… деревенские болтают… — Линь Сянсан инстинктивно отступила назад под его ледяным взглядом.

Сюй Цинфэн ничего больше не сказал. Он молча развернулся и покинул свиноферму.

Линь Сянсан проводила его взглядом и, прижав ладонь к груди, облегчённо выдохнула:

— Уф, чуть не умерла со страху! Кажется, он сейчас бросится и изобьёт меня!

— И правда страшно, — подхватила Сяомэй. — Я впервые вижу его таким разъярённым. Но всё-таки… они с Линь Цзяоюэ действительно вместе или нет?

— Судя по его реакции — нет, — сказала Линь Сянсан. — Если бы было наоборот, он бы струсил.

Сяолин задумчиво проговорила:

— Хотя они в последнее время часто видятся. Я несколько раз замечала, как они разговаривают наедине.

— Но ведь Цзяоюэ уже расторгла помолвку! Что плохого в том, если они теперь общаются?

Линь Сянсан вздохнула:

— Ты же знаешь, какие языки в деревне! Одно слово — и уже весь свет знает.

Сюй Цинфэн не ожидал, что в деревне пойдут такие слухи. Разгневанный, он вышел со свинофермы и сначала решил вернуться в поселение знаменосцев, чтобы выяснить, кто именно распускает эти сплетни. Но прохладный ветерок быстро остудил его пыл, и он пришёл в себя.

Главное сейчас — как можно скорее всё прояснить. Возможно, не все поверят, но если не объяснить, слухи станут только хуже и ещё более фантастичными.

Его тревожило, слышала ли она об этих сплетнях. Подумав немного, он решил сначала подняться на гору и найти её.

Однако, добравшись до подножия, он увидел там нескольких женщин средних лет. В такой ситуации идти к ней было бы крайне неосторожно. Пришлось разворачиваться и возвращаться обратно.

С тяжёлыми мыслями он вернулся в поселение знаменосцев. Поскольку зима была уже близко, работ в деревне становилось меньше, и многие товарищи уже вернулись в бараки.

Едва он вошёл в комнату, как Ло Ань захлопнул дверь и таинственно спросил:

— Цинфэн, слышал ли ты деревенские слухи?

— Про меня и товарища Линь? Да, сегодня на свиноферме услышал.

Ло Ань понизил голос:

— Странно: ходят слухи уже пару дней, а мы в бараке узнали только сегодня.

— В чём странность? — ответил Сюй Цинфэн. — Просто кто-то специально скрывал от нас, чтобы мы не узнали раньше времени.

— Что собираешься делать? Если не разобраться, это сильно ударит по репутации товарища Линь.

Ли Чживэнь тоже вмешался:

— При необходимости мы все готовы подтвердить твои слова.

Сюй Цинфэн уже продумал план. Это дело вовсе не касалось её, и при разъяснении он должен был полностью исключить её из истории:

— Если спросят — просто скажу, что люблю её, но она пока не отвечает мне взаимностью.

Ли Чживэнь спокойно возразил:

— Многие в это не поверят. Люди привыкли думать о других в самом худшем свете.

Сюй Цинфэн скрипнул зубами:

— Я и не надеюсь, что все поверят. Сейчас главное — вычислить того, кто распускает эти слухи, и поставить перед ним неопровержимые доказательства.

Ло Ань сообщил:

— Говорят, это Ли Сыгэнь. Сегодня я расспросил нескольких деревенских — все указывают на него. И он рассказывает всё очень подробно, будто сам видел.

Сюй Цинфэн покачал головой:

— Не он. После того как я его избил, он действительно пытался рассказывать такое, но тогда ему никто не поверил и даже не дал договорить. С тех пор он давно сдался. Так что сейчас он либо снова пытается воспользоваться ситуацией, либо его кто-то использует.

Ло Ань приподнял бровь:

— Ты подозреваешь… — Он сделал рукой намёк.

Сюй Цинфэн холодно усмехнулся:

— Не подозреваю — уверен. Пару дней назад мы с ней крупно поссорились, и вот — как по заказу — появились эти слухи. Даже дурак поймёт, что она здесь замешана.

Ло Ань понизил голос:

— Ты имеешь в виду товарища Ван? Но как девушка может быть связана с Ли Сыгэнем?

— Значит, надо спросить у самого Ли Сыгэня.

— А он заговорит? И ещё раз тебя прошу — на этот раз не бей его, как в прошлый раз! Иначе всё станет только хуже, и вам обоим будет труднее.

Сюй Цинфэн спокойно ответил:

— На этот раз не трону. Такой человек, как он, заговорит, стоит только предложить достаточно выгоды.

Ли Чживэнь предположил:

— А вдруг он просто воспользовался моментом и не работает на кого-то?

Сюй Цинфэн с досадой ударил кулаком по столу:

— Тогда будем копать дальше! Не верю, что не найду этого подонка!

Он уже планировал ночью пробраться в дом Ли Сыгэня и заставить его заговорить — в доме тот жил один, так что никто не заметит.

Но прежде чем он успел продумать детали, в восемь часов вечера староста неожиданно созвал всех на площадку у молотилки.

Перед выходом Ло Ань положил руку ему на плечо и настойчиво предупредил:

— Там обязательно кто-нибудь начнёт гадости говорить. Сдерживайся, как сможешь. Если совсем невмочь — всё равно не поднимай руку!

Сюй Цинфэн бросил на него косой взгляд:

— Ты думаешь, я такой вспыльчивый? Это же отличный шанс всё прояснить. Просто… боюсь, как бы она сама не пришла на собрание. Не хочу, чтобы она слышала эту грязь.

Увидев, что он снова заговорил в своей обычной дерзкой манере, Ло Ань наконец перевёл дух:

— Нет, просто у тебя язык иногда опережает мозг.

Сюй Цинфэн толкнул его в плечо:

— Пошёл ты!

Ло Ань оказался прав: едва они появились на площадке, кто-то тут же язвительно произнёс:

— О, пришёл товарищ Сюй! Да уж, обаяние немалое — ради тебя даже помолвку расторгли!

Ло Ань и Ли Чживэнь, опасаясь, что он сорвётся, схватили его за руки с обеих сторон, так что он выглядел так, будто его волокут насильно.

Сюй Цинфэн лишь покачал головой:

— Вы чего? Я даже не слушаю этого придурка.

— А вдруг вдруг? Лучше перестраховаться! — парировал Ло Ань.

Ли Чживэнь тихо предупредил:

— Эй, хватит болтать. Товарищ Линь и тётя Чжоу идут сюда.

Сюй Цинфэн машинально захотел обернуться, но вовремя вспомнил, что вокруг полно зевак, жаждущих зрелища, и замер на месте.

Толпа на миг затихла, но тут же её пронзил резкий женский голос:

— Да вы оба просто бесстыжие! Она сама шлюха, таскалась с чужими мужчинами, а потом ещё и моего сына в грязь втоптала!

Чжоу Липин задрожала от ярости:

— Цянь Чуньхуа! Ты рот в помойке мыла?! Твой сын — изменник, и это всем известно! Моя дочь чиста, не смей на неё грязь лить!

— Чиста?! Да брось! Вот же он, её любовник, стоит прямо перед тобой! Ты совсем ослепла?! — Цянь Чуньхуа уперла руки в бока.

Кто-то нарочно подлил масла в огонь:

— Цянь-дасао, похоже, твой сын всё-таки проиграл товарищу Сюю!

Все загудели, перешёптываясь, и в уши Сюй Цинфэну то и дело долетали гадкие слова.

Он не выдержал, резко обернулся и громко заявил собравшимся:

— Да, я люблю товарища Линь! И что с того? «Изящная дева — желанье мужа». Она уже расторгла помолвку, и я открыто ухаживаю за ней. Какое вам до этого дело?

Он сделал паузу:

— Правда, она пока не отвечает мне взаимностью и не приняла моих чувств. Если вам так интересно — лучше помогите нам сойтись! Когда поженимся, раздам вам всем конфеты. Всё-таки мы пара куда гармоничнее, чем некоторые уродцы.

Люди были потрясены его прямотой, но, увидев, как он открыто и честно всё признал, многим показалось, что в этом есть логика.

Линь Цзяоюэ, слушая их пересуды, внезапно почувствовала, будто вернулась в прошлую жизнь. Её охватило лёгкое головокружение.

По логике, она должна была хоть немного винить того, кто втянул её в этот скандал. Но когда она увидела, как он обернулся, в её душе возникло странное чувство покоя.

Она уже невольно начала доверять ему.

Цянь Чуньхуа, услышав, как он публично оскорбляет её сына, позеленела от злости:

— Сам ты урод! Вы оба — бесстыжие любовники…

Сюй Цинфэн холодно перебил её:

— Я вовсе не о внешности твоего сына. Это ведь не его вина — родители дали. Я говорю о его убогой внутренней сути.

Люй Цуй, которая терпеть не могла Чжоу Липин и её дочь, тут же подскочила на помощь Цянь Чуньхуа:

— А где у тебя доказательства, что вы не встречались тайком?

Сюй Цинфэн даже не взглянул на неё:

— Почему я должен что-то доказывать тебе? Кого я люблю, за кем ухаживаю и с кем встречаюсь — никого из вас не касается.

Сидевший рядом с Ван Яюнь молодой знаменосец вдруг вмешался:

— Нам не важно, кого ты любишь! Все хотят знать: из-за тебя ли расторгли помолвку между товарищем Линь и товарищем Ли?

Линь Цзяоюэ взглянула на него и удивлённо спросила:

— Почему ты игнорируешь очевидные факты и предпочитаешь жить в своих фантазиях? Тётя Цянь ещё понятна — возраст, мозги уже не те. Но ты-то молодой, как можешь страдать той же болезнью?

Её голос звучал сладко и мягко, но слова были остры, как бритва.

Ло Ань широко раскрыл глаза. Он всегда считал её хрупкой и беззащитной, но теперь… Что ж, теперь понятно, почему Сюй Цинфэн в неё влюбился — её нельзя судить по обычным меркам.

Цянь Чуньхуа чуть не задохнулась от злости:

— Ты, маленькая шлюшка! Как ты смеешь так говорить обо мне в глаза?! Хорошо, что мой сын не женился на тебе!

Сюй Цинфэн невозмутимо добавил:

— Обрати внимание на формулировку: твой сын хотел жениться, но не смог. Как жаба, мечтающая полакомиться лебединой печёнкой — всё напрасно.

Ло Ань вдруг придумал хитрость. Он как бы невзначай вздохнул:

— Нынче люди такие: не досталось — начали клеветать и сплетничать за спиной. Фу, страшно живётся!

При этом он краем глаза следил за реакцией Ван Яюнь.

Цянь Чуньхуа уже собиралась обрушить новую тираду, но в этот момент появился староста.

Он недоумённо оглядел шумную толпу — казалось, сегодня все особенно возбуждены:

— Чего шумите?! Успокойтесь! У меня важное объявление!

— Руководство уезда сообщило: в нашем селе, возможно, уже в следующем году проведут электричество!

После собрания все деревенские с энтузиазмом обсуждали электрификацию и совершенно забыли о слухах вокруг Линь Цзяоюэ и Сюй Цинфэна.

http://bllate.org/book/11618/1035583