Готовый перевод After Being Forced to Become the Crown Princess / После того, как меня заставили стать наложницей наследного принца: Глава 18

Загремел гром. Ляо Лань и Фан Юй донесли ящик до двора Циуу — до у-ши оставалась всего четверть часа. Цинь Сы велела Ши Юань помочь им занести его в дом. Едва девушки передали груз и собрались уходить, как крупные, словно горох, капли дождя обрушились на землю.

Люди едва могли ступить шаг.

Девушки растерянно смотрели на небо: не вернуться же без отчёта — это плохо, но и такой ливень… Цинь Сы, заметив их замешательство, приказала Ши Юань принести им два зонта.

— Пользуйтесь пока. Вернёте, когда дождь прекратится. Конечно, если не захотите — можете смело бежать под проливным дождём. Не думайте, будто я не знаю: вы все боитесь иметь со мной дело. И я сама рада избегать общения с вами. Просто сегодня ваша госпожа обратилась ко мне за помощью, и ради трёхсот лянов серебра одолжу вам зонт. Не воображайте, что я добрая душа.

Ляо Лань, повидавшая кое-что в жизни, взяла протянутый Цинь Сы зонт, почтительно поклонилась и увела Фан Юй прочь.

— Сестра Ляо, зачем ты приняла помощь от Цинь Сы? Ведь во всём Гуаньпинском княжеском поместье никто не хочет иметь с ней ничего общего! Все боятся, что она нас подмочит, и тогда нас самих изольют.

Фан Юй, едва выбежав из двора Циуу, припустила следом за Ляо Лань.

— В поместье надо быть осторожнее в словах и поступках. Она всё-таки законная жена князя, а не какая-нибудь служанка, о которой можно судачить безнаказанно.

Строгий тон Ляо Лань напугал Фан Юй. Та недавно поступила в поместье и всюду получала заботу от старшей госпожи и Ляо Лань, поэтому слушалась их беспрекословно и свято помнила их наставления.

— Фан Юй поняла. Сестра, не сердись.

Ляо Лань остановилась и погладила Фан Юй по лбу:

— У меня тоже есть младшая сестра, ей всего восемь лет. Я и правда отношусь к тебе как к родной. Запомни: где бы ты ни была — в Гуаньпинском поместье или где-либо ещё — как служанка ты никогда не должна выходить за рамки. Потому что им стоит лишь мановение руки, чтобы лишить нас жизни. Поняла?

Фан Юй кивнула. Под порывами ветра и ливнём они быстро направились обратно во двор Аньлин.

Запомни этот синий нефрит. Будет контрольная.

Я что, спойлеры даю?

——————

Цзи Сюань: Да что в этом синем нефрите особенного? Лучше продать его и купить «Фанцзэ».

Цинь Сы: Спасибо небесам, земле и тебе, Цзи Сюань, за твою голову без мозгов.

Цзи Пэй: Благодарю мою безмозглую кузину — благодаря ей я поймал настоящего преступника.

Кто-то: Чёрт, эта дура Цзи Сюань всё испортила.

— Госпожа, проверить содержимое?

Ши Юань смотрела на ящик, полный белого серебра, и глаза её кружились — за всю жизнь она ещё не видела столько денег сразу.

— Не нужно. Сначала возьми двадцать лянов и отнеси своим родителям. Остальное оставим здесь.

Цинь Сы повернулась к Бэй Юэ:

— Бэй Юэ, принеси из комнаты ящик или хотя бы кусок ткани — лишь бы серебро можно было уложить.

Бэй Юэ принёс старый мешок с небольшими дырками — серебро точно не выпадет.

— Ши Юань, ты уже вынесла двадцать лянов?

Цинь Сы взяла мешок из рук Бэй Юэ и собиралась укладывать двести лянов для Чжао Фэйли, как вдруг заметила, что Ши Юань всё ещё стоит на месте.

— Госпожа, я не могу взять эти деньги. Вы и так слишком добры ко мне, больше я не смею принимать от вас серебро.

— Бери, раз говорю. Скорее всего, несколько ближайших лет я вообще не смогу платить тебе жалованье. Если сейчас не возьмёшь, потом пожалеешь, когда родители заболеют.

Цинь Сы сунула двадцать лянов в руки Ши Юань:

— Маловато, конечно. Но когда мы уедем из Цзинаня и добьёмся успеха, обязательно заберём твоих родителей с собой. Будем жить все вместе и наслаждаться семейным счастьем.

Глаза Ши Юань наполнились слезами. Она взяла серебряные монеты и хотела опуститься на колени, но Цинь Сы её остановила:

— Мне всего пятнадцать! Не хочу умирать молодой. Твою привычку постоянно кланяться прибереги до моей смерти!

— Госпожа, что вы такое говорите! Вы непременно проживёте долгую и счастливую жизнь!

Ши Юань вытерла нос и аккуратно спрятала монеты, после чего помогла Цинь Сы упаковать остальное серебро в мешок.

Дождь усиливался, не собираясь стихать. Когда всё было готово, Цинь Сы приказала Бэй Юэ в полночь доставить серебро в Дом маркиза Нинго к Чжао Фэйли.

Цинь Сы очень скучала по Чжао Фэйли, Цинь Цы и Цинь Цы, но давление со стороны княжеского и маркизского домов не позволяло ей хоть раз вернуться домой с тех пор, как она вошла в Гуаньпинское княжеское поместье через чёрный ход. Все знали: после свадьбы новобрачная три дня спустя должна навестить родительский дом. Но поскольку она попала в поместье задним входом, ей заведомо не дадут совершить обычный визит. Даже если бы позволили, в Дом маркиза Нинго она всё равно вошла бы через чёрный ход — там её уже ждали бы мать и младшие братья с сестрой.

Тем временем уже настал шэнь-ши. Сюй Инъинь тревожно расхаживала по переднему залу. Ей срочно нужен был кто-то, кто выманит Ши Юань из двора Циуу, и при этом Бэй Юэ должен остаться в неведении.

Но теперь Бэй Юэ почти не отходил от Цинь Сы — даже ночью спал рядом. Единственный способ заставить его покинуть поместье — получить приказ от вышестоящих.

Однако Сюй Инъинь ничего не знала о происхождении и положении Бэй Юэ. Как же спланировать всё так, чтобы не оставить следов и окончательно погубить Цинь Сы?

Сюй Инъинь вспомнила о своей старшей сестре Сюй Ивэй, которая в тринадцать лет вошла во дворец и теперь была возведена императором в ранг наложницы Сяньфэй. Если бы удалось заручиться её помощью, возможно, удастся разузнать хоть что-то о прошлом Бэй Юэ. Но чтобы попасть во дворец, требовалось личное разрешение либо императора, либо императрицы. Сюй Инъинь перевела взгляд на своего родного отца — Сюй Цзюньняня.

— Луань Цин, собери ценные вещи. Завтра с утра поедем в родительский дом.

Луань Цин сразу поняла: госпожа намерена просить помощи у канцлера. Она потянула Мо Ся в сторону, чтобы подготовить подарки, но ничего не сказала ей — девчонка слишком робкая, а если узнает слишком много, наверняка всё испортит. К тому же раньше она служила у Цинь Сы — доверять ей нельзя.

Украсть у Цинь Сы благовония, нижнее бельё и прокладки — этого явно недостаточно, чтобы считать её преданной. Люди переменчивы — никому нельзя верить безоговорочно.

Сюй Инъинь села, обдумывая план, затем вынула женьшень, подаренный ей отцом, взяла зонт и направилась во двор Шихань. По дороге нарочно наступала в лужи, чтобы подол и обувь покрылись грязью.

Ван Хуаньши чувствовала себя неважно: простудившись несколько дней назад, она заперлась в своём дворе и никуда не выходила. Но чем сильнее лил дождь, тем больше ей хотелось прогуляться.

Няня Лю пыталась отговорить её, но безуспешно. Пришлось взять зонт и сопровождать госпожу по внутреннему дворику. Когда подол Ван Хуаньши промок, няня Лю, опасаясь повторной простуды, отправила служанок греть воду, а сама пошла в боковую комнату за сосудом, чтобы переодеть госпожу в сухое. Проверив температуру воды, она бросила в неё ароматический мешочек. Ван Хуаньши уже собиралась раздеваться и войти в ванну, как вдруг у двери послышался разговор.

— Госпожа, зайдите скорее в воду, а то простудитесь. Позвольте старой служанке посмотреть, кто там.

Няня Лю сняла с Ван Хуаньши верхнюю одежду и рубашку, оставив лишь нижнее бельё. Та медленно сошла по ступеням и полностью погрузилась в тёплую воду. Вокруг тотчас поднялся пар.

Ван Хуаньши сразу узнала голос Сюй Инъинь, но сейчас ей совсем не хотелось её видеть. Напротив, она начала её ненавидеть: стоило увидеть, как Цзи Яо проявляет к Сюй Инъинь нежность, как она вспоминала холодность Цзи Фэна к себе. Эта зависть постепенно лишала её рассудка.

— Госпожа Сюй, как вы в такую непогоду оказались здесь?

Няня Лю прищурилась, и уголки её глаз и бровей заискрились лестью: ведь всем известно, что Сюй Инъинь пользуется особым расположением князя и госпожи Ван Хуаньши. Нет смысла ссориться с ней и рыть себе яму.

— Разве вы не слышали, что последние дни здоровье матушки ухудшилось? — Сюй Инъинь протянула няне коробочку. — Мне подумалось: после такого дождя ей станет ещё хуже. И тут вспомнилось, что отец подарил мне перед свадьбой женьшень. Няня Лю, этот корень, может, и не тысячелетний, но уж точно столетний. Прошу, дайте матушке — пусть поправится.

Няня Лю взяла коробку и внимательно её осмотрела. «Действительно, в доме канцлера одни только лучшие вещи, — подумала она. — И эта госпожа Сюй явно любима отцом больше всех. А вот та, из двора Циуу, ничего не имеет и только позорит поместье. Люди и правда рождаются разными!»

— Старая служанка от всего сердца благодарит вас, госпожа Сюй. Сейчас как раз госпожа принимает ванну. Не желаете ли зайти и побеседовать с ней?

Няня Лю заметила грязь на подоле и мокрую обувь Сюй Инъинь, тут же распахнула дверь и добавила:

— Простите за дерзость, госпожа Сюй, но в такую непогоду вы совершенно промокли. Зайдите в дом, согрейтесь. Госпоже одной, наверное, скучно — будет приятно поболтать.

Сюй Инъинь притворно прикрыла рот ладонью:

— Так можно? Не покажется ли это неуважением к матушке — явиться к ней в таком виде?

Няня Лю замотала головой, но тут же из ванны раздался голос Ван Хуаньши, приглашающий Сюй Инъинь войти. На губах Сюй Инъинь тут же заиграла улыбка. «Какая благочестивая невестка! — подумала няня Лю. — А та Цинь Сы — совесть, видно, у неё съели собаки: матушка больна, а она и носа не кажет!»

— Госпожа Сюй, госпожа зовёт вас, — сказала няня Лю, взяла зонт Сюй Инъинь и велела служанке принести горячий чай. Заодно приказала сварить имбирный отвар: «Госпожа Сюй слаба здоровьем — если простудится, князь будет переживать».

— Инъинь, зачем ты пришла? — спросила Ван Хуаньши, прислонившись к краю ванны. От тепла голова её слегка кружилась.

Сюй Инъинь подошла к ширме и почтительно ответила:

— У меня есть женьшень. Решила принести вам.

— Какая ты заботливая! — Ван Хуаньши глубоко вздохнула. — С тех пор как я заболела, во всём поместье только ты одна переживаешь за мою жизнь.

Сюй Инъинь немедленно опустилась на колени:

— Матушка, что вы говорите! Кроме меня, о вас очень волнуются князь и генерал. И… и даже старшая сестра. Не судите строго — она на самом деле переживает за вас!

Пока Ван Хуаньши молчала, няня Лю подала Сюй Инъинь горячий чай, чтобы та согрелась. Та с благодарностью приняла чашку и медленно, маленькими глотками, стала пить.

— Инъинь, милая, ты никому ничего не должна. Посмотри, как счастлив Хуай Жо, женившись на тебе! Его улыбка искренняя. Он по-настоящему улыбался лишь однажды — в день рождения, когда генерал остался в поместье. Но вдруг посреди праздника пришло известие из дворца: пропал наследный принц. Генерал тут же бросил сына и уехал. С тех пор я больше не видела его улыбки. Для него ты действительно особенная!

Сюй Инъинь не была глупа. Из этих слов она сразу уловила, что Ван Хуаньши на самом деле недовольна тем, что Сюй Инъинь «захватила» Цзи Яо целиком. Но Сюй Инъинь могла пойти на любые уступки — только не в вопросе Цзи Яо. Здесь она никому не уступит.

— Я запомню ваши наставления, матушка. Отныне мы с князем будем старательно заботиться о вас.

Ван Хуаньши закрыла глаза и махнула рукой:

— Если сможешь к следующей весне подарить мне внука, это будет величайшим проявлением благочестия. Иди, мне пора отдыхать. А ты, няня Лю, если придёт Сюань, скажи, что я уже сплю.

Сюй Инъинь и няня Лю поклонились и вышли из боковой комнаты. Дождь по-прежнему лил как из ведра, и Сюй Инъинь решила воспользоваться моментом. Она отвела няню Лю в сторону.

— Няня Лю, я не успела сказать матушке одну важную вещь — боялась её рассердить. До того как войти в поместье, я слышала, что вы особенно доверены матушкой. Если я не расскажу вам, мне будет казаться, будто я обманула матушку. Поэтому прошу передать ей от меня.

Несколькими фразами Сюй Инъинь заставила няню Лю расправить хвост. Та притворно скромно ответила:

— Госпожа Сюй, лучше скажите это самой госпоже! Тогда она будет ценить вас ещё больше.

Сюй Инъинь покачала головой:

— Говорят, вы, няня Лю, умеете подобрать слова. Я же неуклюжа — боюсь сказать что-то не так и рассердить матушку. Вам это поручить — самый верный путь!

http://bllate.org/book/11047/988514