Готовый перевод Tip of the Wings / Кончик крыла: Глава 17

Шэн Юаньши ещё повёз её попробовать швейцарское сырное фондю, и Сыту Нань восторженно расхваливала блюдо, требуя, чтобы отец немедленно открыл точно такую же закусочную у них дома — исключительно ради её избалованного желудка. Шэн Юаньши лишь усмехнулся про себя: ну конечно, это просто шутка.

Вернувшись в отель, Сыту Нань заметно приуныла — ведь им предстояло расстаться. Поскольку на следующий день у Шэн Юаньши тоже был рейс, он пообещал заехать за ней и вместе поехать в аэропорт. Услышав, что перед отлётом из Цюриха они ещё увидятся, Сыту Нань мгновенно оживилась, как ребёнок, и с радостным воплем бросилась ему в объятия.

Шэн Юаньши всегда придерживался строгих моральных принципов, но когда Сыту Нань обняла его, уровень адреналина и дофамина в его теле взлетел, и все эти правила куда-то испарились. Он даже пробурчал:

— Не надо так резко бросаться на меня — я начну переживать за собственную безопасность.

Но его руки сами собой мягко обвили её талию.

От этого ответного объятия красивые глаза Сыту Нань наполнились смехом:

— А ты когда сдался мне?

В чёрных глазах Шэн Юаньши тоже мелькнула улыбка:

— Уж так невтерпёж?

Сыту Нань энергично кивнула с неожиданной серьёзностью:

— Очень хочу узнать, какой вкус у поцелуя с тобой.

Такое прямое соблазнение легко могло довести до грани.

Шэн Юаньши аккуратно отстранил её и ответил разумно:

— Давай сначала получше узнаем друг друга.

— Все взрослые мужчины такие зануды? — нахмурилась Сыту Нань. — Я же кроме красоты ничего не умею и постоянно капризничаю. Меня явно должны вычеркнуть из списка, и это грустно.

Она была очень детской, но при этом искренней и прямой.

Чтобы её успокоить, Шэн Юаньши даже принизил себя:

— Ну а я, кроме того что красавец и умею летать на самолётах, больше ни на что не способен. Может, окажусь тем самым «красивым, но бесполезным». Осторожнее — потом будешь жалеть обо всём, что сейчас происходит между нами.

Сыту Нань тут же задумалась, игриво подмигнула и томно произнесла:

— Полезность проверяется только на практике.

Вот в чём главное отличие Сыту Нань от других девушек: сколько бы дерзостей она ни говорила, у неё всегда была особая уверенность, будто ей никогда не бывает стыдно или неловко. Шэн Юаньши не знал, считать ли это достоинством или недостатком, но чувствовать себя таким образом было одновременно щекотно и приятно.

Без сомнения, это был свежий и удивительный опыт.

Но если задержаться хоть на секунду дольше, она непременно пригласит его провести ночь вместе.

Не желая испытывать свою силу воли, Шэн Юаньши сказал:

— Увидимся завтра.

Слушая за спиной её радостный смех, он почувствовал, будто спасается бегством.

Поздней ночью Сыту Нань получила сообщение от Шэн Юаньши:

«Завтра выезжай на час раньше — подстройся под мой рейс?»

Сыту Нань, конечно, не возражала:

«Могу прямо сейчас поехать в аэропорт, если ты просишь. Всегда готова подчиниться тебе.»

Не дожидаясь ответа, она добавила:

«Я ведь не такая сложная, как ты.»

Что на это скажешь? Шэн Юаньши глубоко вздохнул:

«Спи.»

Сыту Нань прекрасно понимала меру и больше не дразнила его, отправив лишь один милый смайлик с хитрой ухмылкой — будто всё и так понятно без слов.

На следующее утро Шэн Юаньши приехал в отель точно в назначенное время, но эта госпожа, как назло, проспала. Если бы он не позвонил, она бы ещё долго валялась в постели. К счастью, Шэн Юаньши хорошо знал дорогу и ехал быстро, поэтому они успели вовремя — ему ещё нужно было подготовиться к полёту. Но Линь Жуюй, впервые выехавшей за границу, беспокоилась, что не успеет оформить возврат налога, и ворчала, что Сыту Нань слишком медлительна.

Сыту Нань небрежно бросила:

— Если не успеем — не будем оформлять. Сколько там? Я заплачу.

Линь Жуюй в зеркале заднего вида посмотрела на Шэн Юаньши, будто боясь, что он неправильно её поймёт, и улыбнулась:

— Я ведь не об этом.

Затем она сама завела разговор:

— Капитан Шэн, а вы откуда родом?

Шэн Юаньши сосредоточился на дороге и не взглянул на неё:

— Сыту Нань тебе не рассказывала?

Линь Жуюй, видимо, даже не заметила, что её мягко отстранили, и продолжала болтать:

— Говорят, вы получили лицензию пилота в США и сразу остались работать в Нью-Йорке. Вы самый молодой капитан в отрасли — это же потрясающе!

Шэн Юаньши коротко ответил:

— Просто системы разные.

И тут же обратился к Сыту Нань:

— У вас достаточно времени, можно чуть позже подойти на регистрацию. Используй английский, которому я тебя учил, и попроси на стойке место, которое хочешь. Обычно авиакомпании блокируют целый ряд и не открывают его заранее, так что не переживай — никто его раньше тебя не займёт. Ещё: твой чемодан слишком тяжёлый, не бери его в салон. Да, я знаю, он деликатный и боится царапин, но до выхода на посадку этой авиалинии далеко, придётся ехать на автобусе-шаттле, и тебе будет неудобно с ним спускаться и подниматься. К тому же ты создашь лишнюю нагрузку для экипажа. Мой совет — спокойно сдай его в багаж. Поняла?

Сыту Нань, которая обычно не слушалась никого, весело ответила:

— Хорошо, папа Шэн.

Шэн Юаньши даже удивился, с каких пор он стал таким многословным.

Проигнорированная Линь Жуюй с лёгкой горечью вставила:

— Думала, вы нас проведёте через служебный вход.

Шэн Юаньши взглянул на неё в зеркало заднего вида.

Сыту Нань тут же резко ответила:

— А ты вообще на каком основании хочешь идти служебным входом? Да и он должен ещё подготовиться к полёту, а уже опаздывает из-за нас.

Линь Жуюй пошутила:

— Ты что, совсем изменилась? Стала такой заботливой.

Сыту Нань обернулась и сердито посмотрела на неё:

— Если бы ты не забыла разбудить меня, увлёкшись своей косметикой, ему бы не пришлось так торопиться. Так что помолчи.

Линь Жуюй, похоже, побаивалась Сыту Нань и не осмеливалась спорить, но всё же пробормотала:

— Ты же сама не сказала, что время выезда изменилось.

Чтобы девушки не поссорились, Шэн Юаньши вовремя вмешался:

— Это моя вина. Если бы не мой рейс, вы могли бы выезжать, когда захотите.

Увидев, что Сыту Нань уже собирается громко ответить Линь Жуюй, он правой рукой мягко придержал её за руку:

— Не волнуйся обо мне — я успею. Просто позаботься о себе и вовремя пройди регистрацию.

И добавил особенно настойчиво:

— Ни при каких обстоятельствах не опаздывай на посадку. Если возникнут проблемы — звони мне сразу. Это не помешает моей подготовке.

Сыту Нань рассмеялась:

— Что я, по-твоему, идиотка? Неужели не смогу взять посадочный талон или пройти контроль?

Шэн Юаньши бросил на неё взгляд:

— Идиотка — точно нет. А вот насчёт высокого интеллекта… ещё не факт.

Сыту Нань фыркнула:

— Я же умна, находчива, сообразительна, красива и отважна! Как ты смеешь так обо мне думать?

Шэн Юаньши усмехнулся:

— Не заставляй меня говорить неправду.

Сыту Нань слегка надулась:

— Ты противный.

Её тон и жесты были типичны для влюблённой парочки. Линь Жуюй отвернулась и презрительно фыркнула.

Перед входом в терминал, где кипела жизнь, Сыту Нань протянула руки, требуя объятий, и потребовала обещания:

— Обязательно дай знать, когда вернёшься в страну.

Шэн Юаньши не мог отказать ей в последнем объятии. Он мягко обнял её и пообещал:

— Хорошо.

Сыту Нань не отпускала его, запрокинув голову и кокетливо сказала:

— Что делать? Мне ещё не успели расстаться, а я уже скучаю по тебе.

Шэн Юаньши взглянул на часы:

— Правда, уже опаздываю.

Сыту Нань на цыпочках стремительно чмокнула его в щёку:

— Ладно, я буду примерной, понимающей и учтивой преследовательницей.

Так появилась первая женщина, кроме мамы и старшей сестры, которой удалось прикоснуться к Шэн Юаньши.

Совершенно неожиданно и совершенно открыто.

Шэн Юаньши, получивший неожиданный поцелуй, слегка смутился и уклончиво ответил:

— Слишком много эпитетов — я не успеваю уловить главное.

Когда он уже садился в машину, Сыту Нань громко крикнула вслед, не обращая внимания на окружающих:

— Я обязательно добьюсь тебя! Жди!

Она кричала так громко, что притвориться, будто не услышал, было невозможно.

Шэн Юаньши запрыгнул в авто, помахал ей рукой:

— Сначала вернись домой.

И уехал.

Линь Жуюй, таща два чемодана, нетерпеливо крикнула:

— Он уже уехал! Хватит стоять здесь, будто статуя любящей жены! Быстрее иди оформлять возврат налога.

Но у Сыту Нань не было ни малейшего желания заниматься этим. Какие швейцарские франки, если есть её капитан Шэн? Она взяла у Линь Жуюй оба чемодана:

— Ты оформляй возврат, я посижу с багажом.

Линь Жуюй решила, что Сыту Нань заставляет её одну разбираться с бумагами, и недовольно сказала:

— Там столько чеков! Я сама не справлюсь, помоги.

Сыту Нань её не слушала. До регистрации ещё было время, и она уселась в углу неподалёку от стоек, листая в телефоне фотографии Шэн Юаньши, сделанные ночью тайком, и их совместные снимки, которые она выпросила у него. Она буквально текла слюной от восхищения и не слышала, как стоявшая в очереди Линь Жуюй тихо бросила ей вслед:

— Ну и что, что у неё деньги?!

Пока Сыту Нань предавалась мечтам о красоте своего капитана, откуда-то выбежала женщина и, словно слепая, с огромным чемоданом, который легко вместил бы саму Сыту Нань, со всей силы врезалась в неё. Та не ожидала удара и упала на колени прямо на мраморный пол, а телефон вылетел из её рук далеко вперёд.

Сыту Нань в ужасе, не чувствуя боли в коленях, почти ползком бросилась за телефоном. Убедившись, что, несмотря на треснувший экран, устройство работает и все фотографии на месте, она перевела дух. Но мысль, что чуть не потеряла снимки Шэн Юаньши, вызвала в ней яростный гнев. Сыту Нань вскочила и побежала за обидчицей, крича на ломаном английском:

— You Give Me Stop!!

Та иностранка, что столкнула Сыту Нань, проигнорировала её слова и устремилась к стойке регистрации. Несмотря на длинную очередь, она принялась размахивать руками, требуя оформить ей посадочные талоны в первую очередь.

Сотрудница аэропорта что-то сказала ей по-английски и жестом показала, чтобы та встала в очередь.

Но женщина не слушала. Она стала стучать паспортом по стойке, требуя побыстрее оформить документы — мол, опаздывает.

Сотрудница, оказавшись в безвыходном положении, взяла паспорт, но после проверки отказалась регистрировать её: рейс уже закрыт на посадку.

Женщина разъярилась:

— Я купила билет! Самолёт ещё не улетел! Почему нельзя зарегистрироваться? На каком основании?

Очевидно, она не понимала, что значит «закрытие рейса на посадку»: в её представлении, пока самолёт не взлетел, она может в любой момент подойти и сесть на борт.

За ней стояла целая очередь, и чтобы не задерживать других пассажиров, сотрудница вежливо попросила её подождать в стороне, пообещав, что руководство скоро объяснит ситуацию и поможет с переоформлением билета.

Но женщина отказывалась уходить. Она стучала по стойке и кричала:

— Почему ты не оформляешь? Сделай это сейчас! Иначе я пожалуюсь так, что тебя уволят!

Когда сотрудница снова объяснила про закрытие рейса, женщина быстро выпалила:

— Какое закрытие? Ты нарочно так делаешь! Из-за тебя я опоздаю на мероприятие в детском саду, где должен быть мой сын!

Тут её эмоции внезапно вышли из-под контроля: она перегнулась через стойку и со всей силы дала сотруднице пощёчину.

Действие было настолько стремительным и жёстким, что все вокруг — пассажиры и работники — остолбенели. Даже закалённая во всех бедах Сыту Нань на мгновение замерла, не зная, как реагировать.

А женщина продолжала тыкать пальцем в испуганную сотрудницу, будто спрашивая: «Теперь оформишь?»

Сотрудница несколько секунд стояла ошеломлённая, а затем разрыдалась. Коллеги тут же бросились её утешать, но никто не осмеливался прикоснуться к агрессивной пассажирке — все лишь слушали, как та орёт одна.

Конечно, весь этот диалог между иностранкой и сотрудницей Сыту Нань придумала сама. Они говорили по-английски очень быстро, и она разобрала лишь «Flight cutting load» как «закрытие рейса» и «The plane didn't take off» как «самолёт ещё не взлетел». Всё остальное… Сыту Нань ни за что не призналась бы, что не поняла ни слова, а просто домыслила по жестам и мимике.

Такое богатое воображение, пожалуй, трудно превзойти.

Но если из-за закрытия рейса бьют человека — да ещё и соотечественницу, да ещё и азиатку — Сыту Нань такое простить не могла. Она не обратила внимания на вернувшуюся Линь Жуюй и, закатав рукава, направилась к стойке.

http://bllate.org/book/10710/960784