Готовый перевод Transmigrating Before the Plot Begins / Попала в сюжет до его начала: Глава 25

А Сун Цичжоу был куда счастливее Линь Ино из прошлой жизни. У него были деньги, а лучший друг — сын самого влиятельного магната в индустрии. Перед кем бы ни оказался Сун Цичжоу, все давали ему дорогу лишь из уважения к молодому господину Гу.

Сун Цичжоу играл любые роли — даже если в них было всего несколько реплик.

Он не был выпускником театрального вуза и снимался в сериалах лишь затем, чтобы понять, почему его Нонок так упрямо рвалась стать актрисой. Ведь в этом мире столько грязи, скандалов и мерзостей — а она, не оглядываясь, бросилась прямо в самую гущу. В чём же заключалась магия?

Потом всё стало проще: Сун Цичжоу просто не хотел проигрывать. Не хотел проигрывать своей Нонок. Он стремился добиться успеха, чтобы стать для неё надёжной опорой в этом пьянящем, фантастическом мире, полном обмана и иллюзий.

Такой Сун Цичжоу напоминал дикую траву, упрямо пробивающуюся сквозь трещины в скале. Его актёрское мастерство росло стремительно и хаотично.

Линь Ино перевела семь миллионов на тот самый счёт, с которого когда-то Сун Цичжоу отправил ей деньги. Как только перевод завершился и она увидела почти нулевой остаток на своём банковском счёте, у неё возникло ощущение, будто она заново родилась. Воздух вокруг стал необычайно свежим и лёгким.

Прошло уже два года с тех пор, как сериал «Кто такой мистер Джокер?» сошёл с экранов.

Эти два года она без отдыха снималась, чтобы заработать. Благодаря роли Ся Мэн она подписала контракт с агентством «Чэнъян Медиа», а через их информационную сеть моталась по кастингам и отборам в разные проекты.

Она никогда не совмещала съёмки в нескольких сериалах одновременно и поэтому упустила немало хороших ролей. Жаль, конечно, но Линь Ино всегда придерживалась одного принципа: уважать зрителя и уважать роль, которую играешь.

Зазвонил телефон.

Линь Ино взглянула на экран — это была Джи Фэйфэй из того же агентства. Скорее всего, звонок был связан с вечеринкой «Ланьмэй». Так и оказалось: едва Линь Ино ответила, как из динамика раздался сладкий, детский голосок:

— Сестрёнка Ино, пойдём сегодня вместе! Я договорилась с нашим визажистом, сестрой Ми, ты ко мне заходи. Ты же знаешь, какие у неё руки — сделает нас обеих невероятно красивыми!

— Хорошо, сейчас поднимусь, — согласилась Линь Ино. Сестра Ми действительно была волшебницей — её считали лучшим визажистом в «Чэнъян Медиа». После её работы даже самое уставшее лицо выглядело идеально перед камерой.

Линь Ино и Джи Фэйфэй жили в одном жилом комплексе. Правда, Джи Фэйфэй квартиру купила, а Линь Ино снимала.

Менее чем через десять минут Линь Ино уже звонила в дверь подруги. Джи Фэйфэй открыла, вся в бигудях.

— Ого! Ты уже начала делать причёску? — удивилась Линь Ино, глядя на экстравагантный образ подруги.

— Надо торопиться! Мои волосы, ты же знаешь, такие мягкие и вялые — на камере совсем не держатся. Приходится начинать заранее, иначе какой-нибудь журналист сфотографирует, и хейтеры снова начнут издеваться.

Линь Ино поздоровалась с парикмахером и улыбнулась:

— Да ладно тебе, будто бы, если сделаешься красивой, хейтеры перестанут тебя троллить. Для них всё — повод. Плохие волосы — и те осмеют, а сделаешь шикарную укладку — начнут критиковать твой гардероб. Наденешь что-то из масс-маркета — скажут, что выглядишь как с базара, выберешь люкс — обвинят в том, что не можешь позволить себе настоящий haute couture.

— Да уж, мои хейтеры меня обожают больше, чем фанаты, — сказала Джи Фэйфэй, поглядывая на часы. — Они следят за каждым моим выходом в свет. Кстати, где сестра Ми? Мы же договорились на четыре, а уже прошло время.

— Наверное, занята. Ведь «Ланьмэй» устраивает свой ежегодный гала-ужин — на него рвутся все: и звёзды первой величины, и новички, которые хотят хоть раз мелькнуть перед камерами.

Линь Ино принесла с собой платье, которое собиралась надеть вечером, и решила переодеться заранее.

Джи Фэйфэй надула губки:

— Но я же с ней договорилась! Сестра Ми обещала!

Её голосок звучал так мило и капризно, словно она дулась, но на самом деле просто играла.

В этот момент снова зазвонил дверной звонок. Это пришли их общий менеджер Линь Дань и визажист сестра Ми.

Когда обе девушки закончили грим и переоделись, Линь Дань быстро увела их к месту проведения церемонии «Ланьмэй».

Их места оказались довольно далеко сзади. Первые ряды занимали настоящие корифеи индустрии, за ними — суперзвёзды и знаменитости первого эшелона.

Джи Фэйфэй упорно отказывалась садиться и, вытянув шею, шептала:

— Пойдём-ка поближе! Это же отличный шанс! Вдруг какой-нибудь режиссёр обратит внимание… и карьера пойдёт вверх!

Под «обратит внимание» она имела в виду не то, о чём обычно думают. Ведь легендарный самый молодой обладатель премии «Хуася» Ие Вэнь был замечен режиссёром Чэнь Фанем буквально с первого взгляда.

Многие актёры мечтают о подобном чуде: вдруг именно тебя заметит великий режиссёр, и твоя судьба изменится раз и навсегда?

Линь Ино покачала головой. Она оглядела передние ряды — там все общались между собой. Подходить сейчас было бы крайне неуместно.

Джи Фэйфэй стиснула зубы, явно недовольная:

— Мне так надоело! Ни разу не работала с крупным режиссёром. Говорят, в их командах всегда царит гармония, а у нас в маленьких проектах сплошной бардак. Чем меньше бюджет — тем больше интриг. Больше не хочу торчать в этих помойках!

Девушки стояли в проходе, не зная, что делать, как вдруг раздался шум. Обернувшись, они увидели двух мужчин, идущих по проходу. Вокруг них толпились мелкие звёздочки, старающиеся угодить, и журналисты с микрофонами.

Один мужчина был холоден и строг, другой — дерзок и беспечен.

Линь Ино и Джи Фэйфэй случайно загородили проход. Джи Фэйфэй ахнула и схватила подругу за руку:

— Это же молодой господин Гу и Сун Цичжоу!

Когда мужчины приблизились, Линь Ино потянула подругу назад, и они поспешно отступили к своим креслам, освобождая дорогу.

Журналисты наперебой пытались задать вопросы, толкаясь и расталкивая всех на пути. Линь Ино и Джи Фэйфэй чуть не упали от толчков.

Только когда группа дошла до второго ряда, Линь Ино смогла перевести дух.

Последние два года они с Сун Цичжоу почти не виделись. Оба были заняты. Особенно в последние полгода — они вообще не встречались.

— Как думаешь, — Джи Фэйфэй вытянула шею, глядя, как Гу Чэньчжоу и Сун Цичжоу садятся во второй ряд, — какая у них связь?

— Откуда мне знать, — ответила Линь Ино. Она никогда никому не рассказывала о своих отношениях с Сун Цичжоу и теперь потянула подругу к своим местам. — Не хочу болтать о нём.

— А ты не думала… — Джи Фэйфэй показала жест, вставив указательный палец в кулак, и её глаза заблестели от любопытства, — может, у них такие отношения?

Линь Ино оглянулась по сторонам — к счастью, никто не слышал. Она быстро прижала руку подруги вниз и ткнула пальцем в её лоб:

— Тс-с! Хватит строить догадки.

Джи Фэйфэй прикрыла лоб и хихикнула:

— Да не только я так думаю! Все так говорят!

Линь Ино только вздохнула:

— Меньше болтай об этом. А то язык до беды доведёт.

Джи Фэйфэй понизила голос:

— Ты ведь ничего не знаешь! Вечно только на съёмках. А ведь слухи — вещь полезная. Например, Чэнь Линачжуань, помнишь, её называли «богиней миловидности из реального мира»? Говорят, она попала под запрет молодого господина Гу за то, что обидела Сун Цичжоу. А кто такой молодой господин Гу? Единственный сын великого Гу! Если он скажет, что Чэнь Линачжуань больше никто не должен снимать, кто посмеет её пригласить? «Хуатянь Медиа» — это же половина индустрии! Раньше она играла главные роли в дорамах, а теперь лишь стоит на фан-встречах.

— ? — Линь Ино об этом не слышала.

— Вот именно! Поэтому надо знать, чьи горы поклоняться. Иначе заденешь не того — и не поймёшь, откуда пришёл удар.

Раньше Джи Фэйфэй не любила сплетничать — считала, что чужие дела её не касаются. Но однажды на съёмках она работала с актёром, у которого в интернете был образ идеального семьянина, обожающего жену. А на деле он постоянно намекал, что хочет «ночных репетиций». Позже она узнала от других, что он давно известный развратник, просто его агентство отлично управляет имиджем.

С тех пор Джи Фэйфэй решила: слухи — не всегда плохо. По крайней мере, они часто оказываются правдой.

— А что случилось с Чэнь Линачжуань? — не удержалась Линь Ино.

Джи Фэйфэй задумалась:

— Подробностей не знаю. Говорят, молодой господин Гу пригласил её и Сун Цичжоу сниматься вместе в дораме. Сериал вышел успешным, и вроде бы всё было хорошо. Но через полгода Гу вдруг объявил, что никто не имеет права снимать Чэнь Линачжуань, иначе забудьте о сотрудничестве с «Хуатянь Медиа». А ведь «Хуатянь» — это почти вся индустрия! Кто осмелится ослушаться сына великого Гу?

Линь Ино слушала, но так и не поняла главного:

— А причём тут Сун Цичжоу?

Джи Фэйфэй нахмурилась:

— Конкретики никто не знает. Просто после этого все стали говорить, что Чэнь Линачжуань обидела Сун Цичжоу — человека, которого Гу решил продвигать. Поэтому её и «закрыли».

Выходит, всё это — просто слухи.

Джи Фэйфэй потянулась и снова посмотрела в сторону Гу Чэньчжоу и Сун Цичжоу:

— Хотя неудивительно, что все так думают. Посмотри, как Гу продвигает Сун Цичжоу! Все лучшие ресурсы — прямо в руки! Помнишь его первый сериал? Как он назывался… забыла. Но тогда он установил рекорд низких рейтингов на телеканале Qiyi TV. И всё равно Гу продолжал вкладываться!

Она с завистью добавила:

— С таким продвижением и я бы стала звездой!

В этом году Сун Цичжоу словно ураган пронёсся по индустрии. Все считали, что адаптации мужских романов обречены на провал, но его «Легенда Западного моря» стала хитом.

Сериал взорвал рейтинги, и Сун Цичжоу мгновенно стал знаменитостью — даже популярнее, чем в годы, когда он был идолом.

Фанаты, которые когда-то отписались от него, снова вернулись под его посты. Теперь в комментариях снова цветут названия вроде «рисовая каша», «пшённая каша», «овсянка с тыквой», «гречневая каша» и прочие «каши». Новички, заходя в его микроблог, сначала думают, что попали на рынок каш.

— Говорят, «Легенду Западного моря» номинировали на премию «Лучший актёр года»! — добавила Джи Фэйфэй ещё с большей завистью.

Линь Ино лишь покачала головой:

— …Ты уже и про будущее всё знаешь.

Джи Фэйфэй замолчала. Ну да, это была преувеличенная сплетня — но ведь сериал реально взорвал рейтинги, и актёрская игра была на уровне. Почему бы и не предположить номинацию?

— Кстати, — продолжила она, — ходят слухи, что Сун Цичжоу выиграл тот конкурс благодаря подтасовке со стороны молодого господина Гу. Потом он исчез на время — стал раздражительным, с тёмными кругами под глазами, лицо осунулось. Ходили даже слухи, что он употребляет наркотики. Сейчас все думают, что в тот период Гу его бросил. А потом они помирились — и с тех пор Гу буквально носит Сун Цичжоу в кармане, ни на шаг не отпускает.

Линь Ино ничего из этого не знала.

Последние два года она только и делала, что снималась. Первые полгода они с Сун Цичжоу виделись мельком, а потом — целый год и полгода вообще не встречались.

Сун Цичжоу тоже был занят.

О чём именно — Линь Ино не знала. Иногда он писал ей в вичате, спрашивая совета по характеру персонажа.

Вопросы всегда были разные. Иногда он присылал фото в костюме — но никогда не показывал лицо.

Бывало, за три-пять дней он присылал образы из разных эпох. Линь Ино предполагала, что он тоже снимается — в разных ролях, возможно, даже второстепенных или эпизодических.

Когда вышла «Легенда Западного моря», Линь Ино, несмотря на плотный график, находила время, чтобы посмотреть сериал в перерывах между съёмками.

Сун Цичжоу изменился.

Если раньше он был юным и неопытным, а в период идола — просто красивым мальчиком, то за два коротких года его харизма полностью преобразилась.

Его фигура больше не напоминала хрупкого скрипача из аристократической семьи. Сегодня, на церемонии «Ланьмэй», его руки были мускулистыми, кожа потемнела на несколько тонов. Раньше он носил длинные, чуть вьющиеся волосы, подчёркивающие его артистичность, а теперь стригся коротко и аккуратно. Его взгляд стал острым и пронзительным. Когда он проходил мимо, казалось, будто он светится изнутри.

Он был настоящим ходячим тестостероном.

Ведущие церемонии «Ланьмэй» начали свою программу.

http://bllate.org/book/9985/901883