Готовый перевод Became a Heartthrob After Divorce / Стала любимицей всех после развода: Глава 6

— Господин Цзян, Чжэн Фэн сообщил, что сегодня госпожа не поехала на съёмочную площадку.

Цзян Юань едва заметно замер — на долю секунды. Бай Чжи спросил:

— Связаться сейчас с госпожой?

— Не нужно.

Цзян Юань взглянул на часы стоимостью почти восемь нулей. На тёмно-синем циферблате секундная стрелка догнала минутную. Дело с поглощением зарубежной компании продвигалось туго: на этот лакомый кусок претендовало немало фирм.

У него просто не было времени уговаривать Цзи Яо.

— Хорошо, господин Цзян. Сегодня вечером молодой господин Хоу Цзэди приглашает вас на свой день рождения.

Хоу Цзэди и Цзян Юань были давними друзьями семей; оба происходили из влиятельных кланов и иногда встречались.

— Подбери подарок и отправляйся туда.

*

В роскошном отеле «Чуньцзян Хуаюэй» царила мягкая, приглушённая атмосфера. В частной комнате всё больше разгорячалась компания: девушки в откровенных нарядах смеялись и щебетали.

Как только появился Цзян Юань, несколько молодых людей тут же вскочили на ноги и с почтением или даже трепетом произнесли:

— Старший брат Юань!

Несколько начинающих актрис переглянулись. При тусклом свете трудно было разглядеть черты вошедшего — лишь смутный силуэт, будто сошедший со страниц комикса, и длинные ноги, от которых захватывало дух.

Когда Цзян Юань вошёл и снял пиджак, глаза девушек вспыхнули восхищением.

Пусть они и недавно ворвались в индустрию, пусть повидали немало красивых лиц — но такого холодного, благородного и одновременно ослепительно привлекательного человека им ещё не доводилось встречать.

Их сразу потянуло к нему — хочется повалить его на диван, стянуть галстук и заглянуть под безупречную рубашку.

— Подарок, — сказал Цзян Юань, и Хоу Цзэди обрадовался, не открывая коробку:

— Старший брат Юань! Одного твоего присутствия достаточно, чтобы… как там говорится?.. Ах да — «осветить мой скромный дом»!

Хоу Цзэди славился любовью к развлечениям. Как второй сын семьи Хоу, он не знал забот — старший брат управлял всеми делами. Его девизом было «живи здесь и сейчас».

Он сумел сблизиться с Цзян Юанем ещё в детстве: оба росли за границей и вернулись в страну почти одновременно. Хоу Цзэди был красноречив и не боялся подходить к Цзян Юаню, в то время как другие сторонились его.

Другие молодые люди подшутили над Хоу Цзэди, но тот не обижался. Атмосфера разогрелась, и даже лицо Цзян Юаня, весь день напряжённое и суровое, немного смягчилось.

Рун Рун впервые попала на такое мероприятие и не знала, кто такой Цзян Юань. Она потянула за рукав одного из молодых людей и тихо спросила:

Она только недавно вошла в индустрию и сохраняла детскую наивность. Молодому человеку она понравилась, и он прошептал ей на ухо:

— Это Цзян Юань, президент компании «Хэнъяо». Если сумеешь его заполучить, дальше сможешь ходить по индустрии хоть на головах.

Рун Рун снова взглянула на Цзян Юаня как раз в тот момент, когда он поднёс к губам бокал. Тонкие губы блестели от вина, а при каждом глотке его кадык двигался — сердце Рун Рун забилось чаще.

Ей даже не нужны были ради этого связи — одного лишь его лица хватило бы, чтобы рискнуть.

Таких, как она, оказалось немало. Даже Хоу Цзэди пошутил, что с появлением Цзян Юаня все красавицы словно приклеились к нему взглядами.

Цзян Юань чуть приподнял уголки губ, но глаза остались холодными и равнодушными — он даже не удостоил девушек взгляда.

Рун Рун стиснула зубы и поднялась с бокалом:

— Господин Цзян, позвольте выпить за вас!

Хоу Цзэди и остальные начали подначивать её. Среди девушек Рун Рун действительно выделялась — и фигурой, и лицом.

Правда, Цзян Юань редко появлялся на таких встречах и никогда не проявлял интереса к какой-либо женщине, так что никто не знал, какие типажи ему по душе.

Цзян Юань лениво поднял глаза, откинулся на спинку кресла, и свет от люстры отбросил тень на его скулы. Его взгляд оставался совершенно безучастным — до тех пор, пока выражение лица не стало ледяным, а глаза — чёрными, как ночь.

Рун Рун всё ещё держала бокал, чувствуя, как жар поднимается к лицу. Цзян Юань явно не собирался принимать её тост, и теперь все ждали, как она выкрутится из неловкой ситуации.

Она снова стиснула зубы и сладким голоском произнесла:

— Господин Цзян…

Хоу Цзэди вмешался:

— Ты думаешь, тебе позволено пить с господином Цзяном? Иди-ка ко мне, я с тобой выпью.

Лицо Рун Рун покраснело так, будто вот-вот потечёт кровью. Цзян Юань некоторое время безучастно смотрел на её профиль.

Такое лицо никогда не краснеет. Даже если испугается собаки и заберётся на шкаф, будет лишь надувать щёки от злости.

Когда Цзян Юань перевёл взгляд, он увидел, как Рун Рун сидит рядом с Хоу Цзэди — они выглядели очень близкими.

В груди вдруг сжалось. Видеть это лицо рядом с другим мужчиной было крайне неприятно.

Хоу Цзэди заметил тяжёлый взгляд Цзян Юаня и, решив, что тот заинтересовался девушкой, потянул Рун Рун к себе:

— Старший брат Юань, как тебе эта красотка?

— Ничего особенного.

Лицо Рун Рун побледнело. Цзян Юань поднял бокал и добавил:

— Лицо, конечно, красивое. Жаль только, что искусственное.

И ещё — фигура? Худая, как щепка. Ни капли женственности.

Хоу Цзэди не понял: это комплимент или нет?

Рун Рун же чуть не умерла от стыда. Да, она сделала пластическую операцию по образцу Цзи Яо, специально летала в Японию к лучшему хирургу. Потратила почти все свои сбережения, но результат был настолько естественным, что никто не мог уличить её в этом.

Как Цзян Юань распознал?

Остальные поспешили оживить атмосферу и перестали обращать внимание на Рун Рун. Та осталась сидеть рядом с Цзян Юанем в полной растерянности.

Цзян Юань холодно взглянул на неё, и девушка напряглась, боясь новых унижений. Она уже горько жалела, зачем вообще решила соблазнить Цзян Юаня.

Разве другие молодые люди хуже?

— Отойди подальше. От тебя несносно пахнет.

— Простите, господин Цзян, вы что-то сказали?

Рун Рун не расслышала. Она приблизилась ещё ближе, но Цзян Юань тут же отстранился и достал из кармана шёлковый платок с явным отвращением.

Глаза Рун Рун наполнились слезами. Ведь она использовала самый популярный в линейке X аромат — лёгкий, соблазнительный, «убивающий мужчин»! Почему для Цзян Юаня он «несносный»?

Хоу Цзэди быстро подмигнул другим девушкам, и те тут же окружили Цзян Юаня, оставив Рун Рун в одиночестве. Та тихо плакала.

Молодой человек, который раньше шептал ей на ухо, схватил её за руку:

— Ты совсем с ума сошла? Спрячь слёзы, если хочешь остаться в индустрии!

Рун Рун поспешно сдержала рыдания. Увидев, что остальные девушки тоже получили отказ, она немного успокоилась.

Цзян Юань скучал, дожидаясь конца вечера. Как только вышел из отеля, приказал Бай Чжи задержать Рун Рун.

Та была поражена. Цзян Юань сидел на заднем сиденье «Майбаха», холодно взглянул на неё и произнёс:

— Впредь не ходи на такие встречи. Жаль портить такое лицо.

*

Вернувшись домой, Цзян Юань застал полную тишину. Он передал пиджак дворецкому и спросил:

— Где госпожа?

— Госпожа наверху, — почтительно ответил тот, принимая одежду.

Цзян Юань кивнул и направился наверх.

Под пиджаком на нём была дымчато-серая рубашка. Он закатывал рукава, шагая по лестнице, а в воздухе ещё витал лёгкий запах алкоголя, от которого ему было некомфортно.

Свет в спальне мягко окутывал Цзи Яо, создавая вокруг неё тёплый янтарный ореол, будто она находилась где-то далеко, за пределами реальности.

Девушка стояла на коленях и собирала вещи. Её чемодан был почти пуст — украшения, подаренные Цзян Юанем, она брать не собиралась.

Цзян Юань вошёл и, увидев почти пустой багаж, нахмурился:

— Едешь на съёмки?

Цзи Яо подняла на него глаза. Мужчина загораживал собой дверной проём, высокий и невозмутимый, но в глубине его тёмных глаз бурлили неведомые эмоции.

Она встала. На ней была изумрудная футболка с укороченным передом, обнажавшим тонкую талию.

От неё исходил лёгкий аромат, смешавшийся с его винными нотами — невозможно было определить, где заканчивается один и начинается другой.

— Конечно, уезжаю. Чтобы развестись с тобой.

Её белоснежная кожа резала глаза. Цзян Юань медленно перевёл взгляд, и голос его стал хриплым от подавленных чувств:

— Развод?

Произнеся это слово, он прикусил язык, и тон стал ледяным, как внезапная метель:

— Цзи Яо, я слишком тебя балую?

Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и нахмурился:

— Моя мать опять тебя обидела? Я же говорил — тебе не обязательно к ней ходить.

Цзи Яо резко захлопнула чемодан и попыталась пройти мимо. Рядом с его высокой фигурой она казалась особенно миниатюрной — даже та, кто всегда гордилась своим ростом.

Она подняла подбородок и твёрдо сказала:

— Это не имеет отношения ни к кому. Цзян Юань, я хочу развестись с тобой.

— Наш договор аннулируется. Я отказываюсь от всех денег.

С этими словами она решительно схватила чемодан и направилась к выходу, не оглядываясь.

Цзян Юань схватил её за руку. Его глаза горели, как будто в них вспыхнул огонь:

— Повтори ещё раз?

Цзи Яо попыталась вырваться, но безуспешно. Она поставила чемодан и прямо посмотрела ему в глаза:

— Цзян Юань, я хочу развестись с тобой.

Гром прогремел вдалеке, и её слова растворились в нарастающем громе. Цзян Юань, возможно, и не расслышал их, но догадался, о чём речь.

Он сдержал раздражение и тихо сказал:

— Яо Яо, хватит капризничать.

От алкоголя его мутило, и он мечтал лишь о душе.

Цзи Яо хотела усмехнуться, но губы не слушались. В глазах Цзян Юаня она всегда была послушной куклой. А разве куклы могут сопротивляться?

Собрав все силы, она вырвалась и, подхватив чемодан, даже не взглянула на него:

— Капризничаю? Нет. Господин Цзян, назначай день — сходим оформим развод. Весь период нашего брака стал самым ужасным временем в моей жизни.

Высокие каблуки застучали по мрамору, и вскоре всё стихло. Цзян Юань долго стоял в спальне, чувствуя необъяснимое беспокойство.

Он подошёл к туалетному столику и увидел, что все украшения остались на своих местах.

Он усмехнулся. Цзи Яо теперь стала искусницей в играх. Разве она когда-нибудь отказывалась от этих драгоценностей? Очевидно, это очередная уловка — хочет, чтобы он умолял её остаться.

Раз она решила играть, он сыграет. Скоро она сама вернётся и будет просить его не разводиться.

Цзи Яо не взяла серебристо-серый «Бентли» — машину, которую Цзян Юань подарил ей на день рождения.

Тогда она не знала цены автомобиля, но когда Сяо Цзин сообщила ей сумму, девушка сильно занервничала.

Цзян Юань тогда долго смеялся и показал на свои часы:

— Это всего лишь цена одних часов. Катайся сколько хочешь.

Она всё равно относилась к машине бережно, но вскоре полюбила именно эту модель.

Ветер усиливался, дождь хлестал по земле всё сильнее и сильнее.

Цзи Яо пригладила мокрые пряди волос. В этом районе вилл редко появлялись такси, да и её статус не позволял просто так садиться в чужую машину.

Она набрала номер Сяо Цзин.

Скоро она расторгнет контракт с агентством. И Сяо Цзин, и Чжэн Фэн работали на Цзян Юаня, поэтому она больше не собиралась ими пользоваться.

— Сестра, что случилось?

— Приезжай сюда, забери меня.

— Хорошо! — Сяо Цзин тут же начала одеваться. Цзи Яо обычно сама водила или пользовалась услугами шофёра семьи Цзян — редко просила Сяо Цзин подвозить её.

Цзи Яо стояла под навесом и смотрела, как дождевые капли падают, словно нити жемчуга. Ветер срывал листья с деревьев и швырял их на мокрый асфальт. От холода её голые руки покрылись мурашками.

— Эй, не хотите подвезти?

Рядом раздался мягкий голос. Окно машины опустилось, и показалось привлекательное, но не вызывающее лицо.

Цзи Яо помотала головой:

— Нет, спасибо.

Мужчина улыбнулся:

— Дождь усиливается. Здесь редко ловят такси.

— За мной уже едут, — вежливо ответила Цзи Яо, не надевая очков. Её глаза сияли, и вся она выглядела светлой и свободной.

Она больше не была пленницей семьи Сюй. Как только уедет от Цзян Юаня, всё начнёт налаживаться.

Чэнь Минхао, как и его голос, вел себя сдержанно — поднял стекло и уехал, но ещё долго оглядывался назад.

Красавиц он видел много, но таких — одновременно чистых и дерзких — впервые.

Он стёр с лица игривую улыбку и вспомнил рекламный баннер одного люксового бренда. Да, оригинал всегда лучше фотографии.

http://bllate.org/book/9834/889918