Готовый перевод The Empress is Well / Императрица Аньхао: Глава 30

С тех пор как год назад её дочь и госпожа Лань из Дома маркиза Чэнъэнь упали в пруд в резиденции принца Сянь и их одновременно спасли, девицу мучили кошмары без перерыва. Полгода назад, проведя месяц в храме Хуго в обществе императрицы-вдовы, она вернулась в Дом герцога Фэнъаня и на время успокоилась. Но прошло совсем немного времени — и злой дух снова явился за ней.

Чэнь Юаньжо молчала, тупо глядя перед собой. Неужели это действительно лишь кошмары? С девятого числа девятого месяца прошлого года до сегодняшнего дня ей снилось одно и то же — только он. От обрывков кровавых образов до теперь уже целостной картины сцены и обстоятельств — он постепенно обретал завершённость.

Биюнь давно привыкла к такому состоянию хозяйки и, взяв ложку, поднесла воду к её губам.

Та машинально раскрыла рот, ощутила сладость воды и закрыла глаза. Из них выкатились две слезы. В голове всплыл образ тётушки, повесившейся во дворце Цынин. Именно с этого и началась беда для Дома герцога Фэнъаня. Она, спотыкаясь в длинном придворном платье, добежала до ворот дворца Цынин — повсюду стояли императорские гвардейцы, а вдали виднелась высокая фигура государя.

Великая императрица-вдова, мать всей Поднебесной! Какое же преступление она совершила, чтобы покончить с собой именно во дворце Цынин и вызвать такой гнев государя, что тот приказал казнить весь род Фэнъаня до девятого колена!

Тётушка… Почему вы уехали в храм Хуго, не прожив и трёх лет после восшествия нового императора на престол? Было ли это искренним желанием молиться за благополучие государства… или же вы были вынуждены сделать это?

Напоив хозяйку половиной чашки чая, Биюнь вытерла ей губы платком:

— Как только рассветёт, я доложу госпоже и попрошу вызвать старшего лекаря Цзян. А пока… В этом году лучше не ездить на праздник красных слив в доме принцессы Жоуцзя. Вдруг простудитесь снова — тогда…

— Нет, — резко открыла глаза Чэнь Юаньжо, и в её взгляде впервые за долгое время зажглась решимость. — Я поеду. Если всё, что показывают кошмары, правда, то спасти Дом герцога Фэнъаня от гнева государя может лишь один человек.

Супруга императора — Ли Аньхао. Да, именно она: законнорождённая дочь нынешнего графа Нинчэна, которой уже девятнадцать лет.

Она начала подозревать, что видения могут быть правдой, и даже поблагодарила за это ту мерзавку Чжу Вэйлань. Ведь именно эти странные кошмары навели её на мысль проследить за Чжу Вэйлань, которая тоже упала в пруд вместе с ней. Тогда она велела трём сыновьям своей кормилицы по очереди следить за Домом маркиза Чэнъэнь.

Двадцать девятого сентября Чжу Вэйлань попыталась погубить третью девушку Дома графа Нинчэна, используя взбесившуюся лошадь. Этим всё было сказано. Эта подлая Чжу, как и она сама, предвидит кое-что… кое-что из будущего.

Но между ними большая разница: Чжу не видит ясно и думает, что стоит лишь устранить императрицу — и всё изменится.

А она-то знает: государь никогда не собирался выбирать себе супругу ни из Дома герцога Фэнъаня, ни из Дома маркиза Чэнъэнь. Поэтому она и не думала покушаться на жизнь императрицы.

К тому же предки Дома герцога Фэнъаня оказали великую услугу Дому графа Нинчэна — это может помочь ей в будущем, когда придётся просить помощи. Правда, во сне она была горда, словно павлин, и так и не обратилась к императрице с мольбой.

Снег шёл без перерыва до второго дня после полудня, а потом небо прояснилось. В комнате жарко топили серебристым углём, и было тепло, как весной. Ли Аньхао сидела на ложе с вышивальными пяльцами в руках и наблюдала, как Цзюйнянь обучает нескольким новым «ученицам» вместе с «Воробушком». Насмотревшись вдоволь, она опустила глаза и сделала пару стежков.

Ранее она пообещала Хун-гэ’эру вышить три мешочка для благовоний. Прошло уже полмесяца, и осталось доделать лишь последний.

Няня Сюнь с несколькими служанками сходила на кухню и вернулась с двумя большими корзинами овощей. Передав их Баоцюэ, она вымыла руки, переоделась и вошла в гостиную:

— Вторая госпожа вчера вернулась в двор Цяньюнь, а сегодня с самого утра устроила скандал во дворце Нинъюй.

Служанки, окружавшие мать и дочь, изумлённо переглянулись и все уставились на свою хозяйку, чьё лицо оставалось невозмутимым.

— На что вы смотрите? — не отрываясь от вышивки, спросила Ли Аньхао. — Ещё несколько стежков — и ушки у тигрёнка будут готовы. Бабушка уже сказала, что шестая сестра будет ухаживать за больной матерью, и не станет менять решение из-за упрямства второй тёти. К тому же, если мать больна, как Ли Аньсинь осмелилась поехать на праздник красных слив в дом принцессы Жоуцзя? Это ведь бросает тень на репутацию самой принцессы!

— Вторая госпожа и шестая девушка ещё не сдались, — добавила няня Сюнь, подливая хозяйке чаю и заглядывая в пяльцы. Увидев почти готовое ушко тигрёнка, она улыбнулась: — Этот мешочек с тигрёнком вы шьёте семому молодому господину для новогодних денег?

Ли Аньхао тоже улыбнулась:

— Не успею вышить к Новому году.

Она прекрасно понимала замыслы госпожи Чжоу и Ли Аньсинь.

Государь восстанавливает дворец Куньнин и вот-вот возьмёт себе супругу. В такой момент принцесса Жоуцзя приглашает всех незамужних девушек из знатных семей на праздник красных слив — неудивительно, что у кого-то рождаются надежды. Госпожа Чжоу и её дочь решили рискнуть всем ради одного шанса.

Какая эгоистичная и ненавистная затея!

Даже если бы государь и вправду посетил дом принцессы Жоуцзя, одна лишь мысль о том, чтобы устроить ему встречу с Ли Аньсинь прямо на празднике, уже ставит под угрозу судьбу всего Дома графа Нинчэна. Мать при жизни говорила, что госпожа Чжоу слишком «замкнута в себе» и не годится быть главной невесткой знатного рода. Как точно она тогда сказала! Её дочь, Ли Аньсинь, унаследовала те же качества.

После всего случившего ранее стало ясно: слова тёти были верны — у госпожи Чжоу и её дочери ума много, но недостаёт широты взгляда. А без понимания общей картины чрезмерный ум лишь вселяет в человека ложное чувство превосходства, что не только не украшает, но и крайне опасно.

Госпожа Чжоу притворилась больной и вместе с дочерью стала умолять во дворце Нинъюй. Сначала старшая госпожа не придала этому значения, но, увидев их упорство, задумалась глубже и велела вызвать второго господина. Тот немедленно отправил жену и дочь под домашний арест.

На рассвете пятого ноября Ли Аньхао позавтракала со старшей госпожой во дворце Нинъюй и побеседовала с ней. Вскоре пришла няня Сюнь и доложила, что карета и конвой готовы.

Старшая госпожа поспешно встала и велела няне Цзян принести приготовленные вещи:

— Принцесса Жоуцзя пригласила только незамужных девушек из знатных семей. Бабушка не может сопровождать тебя, — сказала она, вкладывая в руки внучки изящный мешочек для благовоний. — Возьми его с собой. Если что-то случится, не пугайся. Внутри две тысячи лянов серебром…

— Этого я принять не могу, — Ли Аньхао вернула мешочек бабушке. — Не волнуйтесь, я знаю: деньги открывают любые двери. И серебряные, и золотые билеты я взяла с запасом.

Её дед по материнской линии, хоть и происходил из простой семьи, дослужился до министра чинов по личным делам и сумел приберечь кое-что. Бабушка отлично разбиралась в торговых делах, и передала дочери неплохое состояние. Мать оставила ей в основном ценности: редкие книги, драгоценности и, конечно, золото и серебро. Все лавки и поместья находились в лучших районах. За годы управления, поддержки со стороны дяди и части приданого, оставленного дедом, у неё в руках оказалось более ста тысяч лянов серебром.

Изначально она планировала хранить крупные суммы на чёрный день, а мелкие использовать для покупки имущества. Но сейчас обстоятельства изменились — лучше держать при себе наличные.

Раз внучка так сказала, старшая госпожа больше не настаивала и повернулась к няне Сюнь:

— Смотри за девушкой в оба. Ни на миг нельзя терять бдительность.

— Будьте спокойны, госпожа. Я не отойду от неё ни на шаг.

Старшая госпожа знала происхождение няни Сюнь:

— Если встретишь кого-то несговорчивого, не бойся. Главное — защитить хозяйку.

— Слушаюсь, запомню.

Хотя старшая госпожа всё ещё тревожилась, ей оставалось лишь глубоко вздохнуть. Она проводила их до ворот двора, провожая взглядом, пока карета не скрылась из виду, и лишь тогда вернулась во дворец Нинъюй. Едва ступив на пол гостиной, она толкнула няню Цзян:

— Достань статую Будды. Мне неспокойно на душе — хочу возжечь благовония и прочесть сутры.

Это был настоящий случай «хвататься за святое в последний момент». Няня Цзян согласилась:

— Сейчас принесу. Велю служанкам положить вам побольше подушек на пол.

Карета Ли Аньхао выехала из переулка Хэхуа и свернула на главную улицу Минчэн. Рядом с хозяйкой сидели няня Сюнь и «Воробушек», а Баоин, Баотао и другие служанки ехали в следующей карете.

Прижавшись к боковине кареты и держа в руках грелку, Ли Аньхао посмотрела на «Воробушка», скромно сидевшую на коленях рядом с няней Сюнь, и нарочно загадочно спросила:

— Сегодня взяла иголки с собой?

«Воробушек» плотно сжала губы, моргнула своими прозрачными, как родниковая вода, круглыми глазами и через пару мгновений ответила:

— Вышивальщица никогда не расстаётся с иголками.

Её мастерство пока не достигло совершенства — она ещё не могла продевать серебряные нити, поэтому брала с собой много иголок.

Когда-нибудь она достигнет уровня Цзюйнянь и будет носить с собой всего девять иголок. Хотя даже Цзюйнянь не была пределом — Ди Жэнь умел убивать врагов невидимо, имея лишь одну иглу и одну нить.

— Тогда я спокойна, — серьёзно кивнула Ли Аньхао.

«Воробушек» чуть надула губы, но тут же добавила:

— Я постараюсь как можно скорее собрать достаточно красных слив и вернуться к вам.

— Хорошо.

У перекрёстка переулка Мэйхуа и усадьбы Синьань карета свернула, и в этот момент из южного входа Синьань показался конвой, возглавляемый каретой из золотистого сандалового дерева. Обе стороны использовали высоких коней и широкие кареты, но переулок Синьань был узким — проехать могла лишь одна карета.

Кучер дядя Тан сразу узнал карету из золотистого сандала — она принадлежала Дому герцога Фэнъаня. Не дожидаясь приказа, он уже собрался уступить дорогу, но вдруг к нему подошла опрятно одетая служанка и любезно попросила их проехать первыми.

— Это…

Как хозяйка, Ли Аньхао не могла молчать:

— Благодарю, — сказала она в окно и велела дяде Тану свернуть в переулок, чтобы не загораживать проезд.

Внутри кареты из золотистого сандалового дерева Билань, сидевшая ниже Биюнь, теребила платок и ворчала:

— Это же карета Дома графа Нинчэна! Не такие уж они важные люди — зачем уступать? Теперь подумают, будто Дом герцога Фэнъаня…

— Замолчи! — холодно бросила Чэнь Юаньжо, сверкнув глазами на служанку в синем платье. — Если не можешь держать язык за зубами, не возвращайся больше в мой павильон Жуоюнь.

Автор говорит: Сегодня наверху делают ремонт, очень шумно, поэтому написала мало. Завтра обещают не работать в выходные — постараюсь написать побольше. Чэнь Юаньжо — не перерожденка. Просто она немного подверглась влиянию временного поля, созданного перерождением Чжу Вэйлань.

Билань вздрогнула от окрика. Давно уже хозяйка не говорила с ней так сурово! Прижавшись к стенке кареты и поджав плечи, она недовольно пробурчала:

— Простите, госпожа.

Видимо, всё ещё не смирилась? Чэнь Юаньжо уже решила: по возвращении эту служанку надо прогнать. Во сне она сама, питая необъяснимую гордость, не проявляла должного уважения к императрице, и эта Билань постоянно подстрекала её к такому поведению.

Хотя в конце концов Биюнь и Билань умерли вместе с ней во дворце Сихуа, верность — одно, а вред от подстрекательства — совсем другое.

В ушах ещё звучал лёгкий, спокойный голос той девушки. Прижав правую руку к груди и чувствуя быстрое и сильное биение сердца, она медленно представила сцену из кошмара.

Государь стоял, заложив руки за спину, и холодно смотрел на тело, висевшее в воздухе. Во всём огромном дворце Цынин сотни гвардейцев и служанок стояли на коленях, и царила мёртвая тишина. Фань Дэцзян привёл императрицу, и она своими глазами видела, как та, взяв разгневанного государя за руку, вывела его из дворца Цынин.

Тогда в её сердце шевельнулась зависть.

Позже… позже всех служанок дворца Цынин отправили в Тюрьму Осторожности, а гвардейцы перевернули весь дворец вверх дном, ища что-то неизвестное. Никто не обращал внимания на повешенную императрицу-вдову. Лишь ей с Биюнь удалось с большим трудом снять тело тётушки.

Карета тронулась и, цокая копытами, въехала в переулок, следуя недалеко позади кареты Дома графа Нинчэна. Из-за тётушки Чэнь Юаньжо понимала: у неё нет выбора — ей предстоит войти во дворец. Но она больше не хотела, как во сне, пренебрегать императрицей… и тайно питать чувства к государю.

В этот день в доме принцессы Жоуцзя устраивали большой праздник красных слив. После проверки золотого приглашения стражники пропустили карету Дома графа Нинчэна. Как только карета въехала во владения принцессы, Баоин и Баотао первыми вышли и подошли к бледному, безусому евнуху, который указал им путь. Баоин вручила ему заранее приготовленный мешочек с деньгами.

Принцесса Жоуцзя устраивала праздник красных слив уже двенадцать лет подряд. Служба работала чётко и слаженно: хотя гостей было более ста, а карет множества, никакой неразберихи не было.

Всего через чашку чая Ли Аньхао уже сидела в паланкине, направлявшемся во внутренние покои.

На праздник красных слив приглашали только совершеннолетних, но ещё не выданных замуж девушек из знатных семей. Это был её второй визит — первый был три года назад. Когда она сошла с кареты, сквозь тонкую вуаль мельком оглядела окрестности. По сравнению с тем временем дом принцессы Жоуцзя почти не изменился.

Вспоминая эту принцессу Жоуцзя, Ли Аньхао невольно испытывала уважение. Принцесса Жоуцзя — единственная потомственная наследница старшего сына императора Цзинъдэ, Лань-вана Лин Цзячэна, и правнучка основателя династии. Ей уже перевалило за сорок.

В тринадцатом году правления Цзинъдэ в Ланьду сначала была сильная засуха, а потом — страшный потоп. Император-основатель отправил своего старшего сына, Лань-вана, в Ланьду для помощи пострадавшим. В то время Лань-ванфэй была уже на сносях. Хотя Лань-ван и тревожился за жену, близкую к родам, как старший сын, на которого возлагали большие надежды, он не мог упустить шанс проявить себя.

http://bllate.org/book/9623/872159