Готовый перевод The Cannon Fodder Has Let Go (Quick Transmigration) / Пушечное мясо решило расслабиться (фаст-тревел): Глава 12

Шу Чэнь не знала, поняла ли её слова Чэнь Вэй Юй, но та наконец перестала ворочаться. Сама Шу Чэнь провела весь день на телеге без подвески и теперь чувствовала сильную боль в пояснице и спине — она тоже уснула.

На следующий день Шу Чэнь не выходила из комнаты. Она попросила у хозяина постоялого двора доску — хоть и не идеально ровную, но вполне пригодную — и положила её на пол, чтобы переписывать книги.

В последние дни она всё чаще задумывалась, на что им с Чэнь Вэй Юй жить дальше. Она вдруг осознала, что, оказавшись в древнем мире, совершенно ничего не умеет делать. Вспоминая прежние миры, она почувствовала тревогу. Во всех предыдущих заданиях первоначальные хозяйки тел занимали довольно высокое положение: хотя никто из них не была принцессой или наложницей императора, все они жили безбедно. Поэтому она никогда особо не задумывалась о том, как зарабатывать деньги. А теперь, в этом задании, именно нехватка денег поставила её в тупик.

Первоначальная хозяйка тела, похоже, могла прокормить всю семью вышивкой и ткачеством, но у Шу Чэнь не было денег даже на покупку ткацкого станка. Да и вышивать ей не хотелось: звучит, конечно, поэтично, но годами сидеть, опустив голову, — это путь к раннему сутулому горбу. К тому же, чтобы продать работу дорого, нужно сначала купить качественные ткани и нитки… а у неё просто нет денег.

К счастью, ещё в уездном центре несколько книг, которые она случайно взяла с собой, подсказали ей идею — можно переписывать книги! По словам владельца книжной лавки, крупные издательства уже используют наборный печатный станок, но только для книг с большим тиражом. Мелкие же лавки, кроме закупки готовых печатных экземпляров у крупных издателей, вынуждены полагаться на рукописные копии — а такие копии тоже стоят немало.

Только Шу Чэнь подготовила чернила и кисть, как 666 тут же выскочил, чтобы остудить её пыл:

[Хост, в древности переписывание книг — не такая простая задача, как тебе кажется. Прежде всего, твой почерк должен быть красивым…]

Но после того как Шу Чэнь написала несколько иероглифов, 666 замолчал. Он вдруг понял, что, возможно, никогда по-настоящему не знал свою хост. Например, в прошлом мире она дважды внезапно покончила с собой, чуть не вызвав у него сбой данных.

Шу Чэнь: [Я и не думаю, что это просто. Я лишь хочу попробовать.]

Её слова звучали скромно, но почерк на бумаге ничуть не уступал тому, что красовался в тех нескольких книгах, которые она уже успела продать.

Чэнь Вэй Юй, прильнув к Шу Чэнь, почти уткнулась носом в страницу:

— Мама! Ты умеешь писать!

Шу Чэнь слегка ткнула её в лоб, отстраняя:

— Ну, немного умею. Ты ведь дочь сюцая, хочешь тоже научиться?

Чэнь Вэй Юй покачала головой:

— Бабушка говорит, девочкам это ни к чему.

Шу Чэнь фыркнула:

— И ты веришь ей? Ведь эта бабушка собиралась тебя продать.

Чэнь Вэй Юй съёжилась, но всё же пробормотала:

— Это не бабушка, а бабка хотела меня продать.

Шу Чэнь вдруг почувствовала между ними какую-то пропасть — труднопреодолимую. Подумав о своих дальнейших планах, она решила сначала проверить отношение девочки.

— Вэй Юй, — Шу Чэнь отложила кисть и серьёзно спросила, — а если мы не найдём твоего отца, что тогда?

Чэнь Вэй Юй растерялась:

— Как это — не найдём?

— Мы не знаем, где он. Уже несколько лет он не присылал домой ни единого письма. Мы даже не уверены, жив ли он.

Девочка запаниковала:

— Но мама же говорила, что папа обязательно жив!

— Если бы я этого не сказала, твоя бабка уже давно бы тебя продала.

Чэнь Вэй Юй замерла. Потом она забилась в угол, хлопая себя ладошками по голове и что-то шепча себе под нос. Шу Чэнь не разобрала слов и не особенно стремилась понять — пусть ребёнок сам всё обдумает. Она снова взяла кисть и продолжила переписывать.

На самом деле, «переписывала» она не с бумажной книги, а с электронного текста, который предоставил 666. В рамках правил системы, электронная библиотека с общественными доменами была бесплатной. Шу Чэнь и не думала, что впервые воспользуется этой библиотекой именно в такой ситуации.

Через несколько дней она закончила первую книгу, расспросила хозяина постоялого двора о ближайших книжных лавках и отправилась туда вместе с Чэнь Вэй Юй.

Для Чэнь Вэй Юй прогулка по улицам уездного города стала настоящим праздником. Если бы Шу Чэнь крепко не держала её за руку, девочка наверняка бы потерялась.

Уездный город был оживлённее уездного центра. Люди сновали туда-сюда, уличные торговцы громко расхваливали свой товар. Чэнь Вэй Юй уставилась на лоток с карамелью из солодового сахара и чуть не потекла слюной. Шу Чэнь нащупала кошелёк, подошла и купила маленький свёрток. Вынув одну карамельку, она протянула её девочке. Та радостно приняла угощение, но есть не спешила — лишь изредка облизывала, чтобы растянуть удовольствие.

Когда они почти дошли до места, указанного хозяином постоялого двора, Шу Чэнь вдруг вспомнила и наставила Чэнь Вэй Юй:

— Если кто-нибудь спросит, кто переписал эту книгу, скажешь, что не знаешь.

— Почему? — недоумевала девочка.

— Запомни пока. Объясню позже. Но если ты проговоришься — нам обоим придётся голодать. Поняла?

Чэнь Вэй Юй ничего не поняла, но послушно кивнула:

— Запомнила.

Поскольку Шу Чэнь ничего не знала об этой эпохе, она не могла точно сказать, насколько строги ограничения для женщин. Однако то, что она смогла получить дорожный пропуск и приехать в уездный город, а также то, что владелица лапшевой в уездном центре свободно торговала на улице, указывало на то, что женщины здесь обладают определённой свободой. Но воспоминания первоначальной хозяйки тела не содержали информации о том, могут ли женщины учиться грамоте — та сама была неграмотной.

Разумеется, слова госпожи Чжан, запрещавшей Чэнь Вэй Юй учиться, Шу Чэнь не принимала всерьёз. Ведь даже в её родном двадцать первом веке ещё находились люди, считавшие, что женщинам образование ни к чему. В феодальном обществе подобные взгляды были тем более распространены. Сейчас её беспокоило другое: не откажутся ли владельцы книжной лавки покупать книги, узнав, что их переписала женщина? Вдруг учёные мужи сочтут позором читать книги, написанные женской рукой?

Её опасения оказались не напрасны. В первой лавке её даже не пустили внутрь, во второй, едва увидев книги, сразу покачали головой, даже не спросив; лишь в третьей лавке хозяин взял книгу, полистал и одобрительно кивнул. Но тут же поднял глаза и спросил:

— Кто это переписал?

Шу Чэнь вежливо улыбнулась:

— Мой муж — учёный, готовится к экзаменам. Я умею шить, но работа получается не очень аккуратной, и этого не хватит на жизнь. Приходится прибегать к таким мерам — пусть он и тратит время на переписывание, но это всё равно полезно для практики почерка.

Хозяин явно смягчился:

— Ах, я сам когда-то неоднократно проваливал экзамены… Хорошо, что в семье осталось хоть какое-то наследство, позволившее открыть эту лавку…

С этими словами сочувствия он назначил Шу Чэнь среднюю цену. Получив деньги, она купила ещё немного бумаги и чернил и собралась уходить.

Именно в этот момент 666 неожиданно сообщил:

[Хост, Чэнь Юйшань находится в пятнадцати метрах справа от тебя.]

Шу Чэнь: [Что? Он ещё не умер?]

666: […Хост, разве ты забыла? После смерти первоначальной хозяйки тела Чэнь Юйшань ещё год соблюдал траур. В данный момент он, конечно, жив.]

Шу Чэнь: [А, точно. Просто выразила своё искреннее пожелание.]

666: […]

Шу Чэнь последовала указанию 666 и посмотрела направо. Она сразу узнала Чэнь Юйшаня.

В те времена учёных мужчин было немного — книги стоили дорого. Шу Чэнь никак не могла понять, как первоначальная хозяйка тела умудрялась зарабатывать на обучение Чэнь Юйшаня и содержание семьи одним только ткачеством. Сколько стоит обычная белая ткань? Она спрашивала — сто пятьдесят монет за кусок. Даже если бы она была такой же искусной, как Лань Чжичжэнь из легенд, которая за три дня ткала пять кусков, месячный доход составил бы семь тысяч пятьсот монет. Звучит много, но ведь даже самая дешёвая книга, которую она продала на днях, стоила тысячу монет! А она, конечно, не Лань Чжичжэнь — «пять кусков за три дня» для неё невозможно, да и вовсе нереально для обычного человека. Книги были дороги, поэтому большинство семей не могли позволить детям учиться. Семья Чэнь могла себе это позволить лишь потому, что отец Чэнь Юйшаня был старым сюцаем и давал начальное образование детям из соседних деревень, накопив немного денег. Даже тогда, когда Чэнь Юйшань начинал учиться, он пользовался старыми учебниками отца.

Среди прохожих Шу Чэнь заметила лишь одного, кто выглядел как учёный, — и тот был похож на Чэнь Эра. Поэтому она сразу его узнала.

Чэнь Юйшань не обратил внимания на то, что за ним наблюдают. Побеседовав с кем-то рядом, он ушёл. Шу Чэнь, крепко держа Чэнь Вэй Юй за руку, медленно последовала за ним. Дойдя до перекрёстка, она увидела, как Чэнь Юйшань вышел из другой книжной лавки.

После этого она вернулась с Чэнь Вэй Юй в постоялый двор.

Девочка всё ещё облизывала карамельку — даже вернувшись в комнату, она не доела её до конца. Последнее время она чувствовала себя счастливой: никто не бил её, не заставлял работать и не угрожал продать, если она будет непослушной. Единственное, что её огорчало, — мама всё ещё не находила папу.

— Мама, — как только они вошли в комнату, Чэнь Вэй Юй снова начала приставать к Шу Чэнь, — когда мы найдём папу?

Шу Чэнь мягко улыбнулась:

— Скучаешь по нему?

Девочка кивнула:

— Да!

— Прошло уже несколько лет с тех пор, как вы виделись. Возможно, поиск займёт ещё несколько лет.

Чэнь Вэй Юй принялась загибать пальцы, подсчитывая, сколько лет прошло с последней встречи и сколько ей будет, когда они наконец найдут отца. Шу Чэнь больше не обращала на неё внимания и снова развернула бумагу, чтобы продолжить переписывать.

666 внезапно объявился:

[Хост, хочешь следить за Чэнь Юйшанем? Всего один очко в день!]

Рука Шу Чэнь на мгновение замерла. Она вспомнила, что в одном из предыдущих миров 666 тоже предлагал ей эту функцию — но тогда стоила она целых пять очков в день…

Неужели этот товар слишком долго никто не покупал, и срок годности вот-вот истечёт, поэтому цена и снизилась? Шу Чэнь задумалась.

[Не смей меня так обвинять!] — возмутился 666. [Товары системы никогда не имеют срока годности!]

Шу Чэнь ответила рассеянно:

[Я же никогда ничего у тебя не покупала, откуда мне знать.]

666: [(╯‵□′)╯︵┻━┻] Так ты ещё и знаешь, что ничего не покупала! Скупая ты наша!

666 обиделся и замолчал.

Следующие несколько месяцев Шу Чэнь каждый день переписывала книги, отвозила готовые экземпляры в лавку, продавала их и покупала новые чернила и бумагу.

Чэнь Вэй Юй всё сильнее тревожилась и каждый день спрашивала, не нашла ли мама папу и когда же они его найдут. Шу Чэнь каждый раз отвечала одно и то же: «Пока нет, ищем, но это дело нельзя торопить». На самом же деле она уже давно выяснила, где живёт Чэнь Юйшань.

Он снимал небольшой дворик. С ним жили ещё двое: молодая женщина, примерно ровесница Ли Шу Чэнь, и мальчик, почти такого же возраста, как Чэнь Вэй Юй. Говорили, что женщина раньше работала в доме терпимости, а мальчик — их общий сын. Также ходили слухи, что последние годы Чэнь Юйшань полностью содержался на деньги, которые женщина накопила ранее.

Дело становилось всё интереснее — когда Шу Чэнь узнала об этом, она так разволновалась, что целый день ходила с загадочной улыбкой, чуть не напугав 666.

Она продолжала переписывать книги — её почерк стал быстрым и аккуратным. Когда она приносила книги в лавку, хозяин даже восхищался: «Ваш муж, должно быть, настоящий трудяга — и готовится к экзаменам, и успевает так быстро переписывать!» Она, конечно, не рассказывала ему правду, лишь говорила, что муж говорит: «На экзаменах тоже нужен канцелярский почерк, так что переписывание полезных книг — это одновременно и практика».

Медленно, но верно она копила деньги. Через несколько месяцев она вместе с Чэнь Вэй Юй переехала в постоялый двор напротив дома, где снимал жильё Чэнь Юйшань.

Этот постоялый двор был гораздо чище прежнего: в номере стояла кровать, и не приходилось спать на соломе. Кроме того, хозяева доставляли еду прямо в комнату — правда, за дополнительную плату. Но это не было обманом со стороны торговцев, как в прошлый раз: просто цены здесь были выше, чем в прежнем месте. Раньше она не могла себе позволить сменить жильё — она была слишком бедна. Но теперь, когда у неё появились деньги, она, конечно, выбрала лучший вариант.

Жить здесь стало удобнее для наблюдения за Чэнь Юйшанем. Чтобы сэкономить, она сняла комнату на северной стороне, и из окна даже был виден его дворик. Так она наблюдала, как мальчик каждый день рубит дрова, греет воду и готовит еду… Несмотря на юный возраст, он выглядел ещё худощавее Чэнь Вэй Юй, и Шу Чэнь удивлялась, как он вообще может поднять топор.

Она спросила 666:

[В сюжете, кажется, не было этих двоих?]

666: [Нет.]

Шу Чэнь усмехнулась:

[Как думаешь, они появились из-за меня, как бабочка, или всегда существовали, просто не вернулись с Чэнь Юйшанем в родную деревню?]

666: [Я же не исполнитель заданий, откуда мне знать.]

Шу Чэнь: [Ладно.] — Неужели система научилась держать обиду?

http://bllate.org/book/9124/830772