Готовый перевод There Was a Faint Light When You Came / Когда ты пришёл, было немного света: Глава 20

— Сейчас в ходу более модное словечко — «святая».

Сюй Гэ усмехнулась:

— Если можно помочь — помогу. Иногда даже небольшая поддержка способна изменить всю её жизнь. Дай мне потом контакты — я постараюсь ей помочь. Хотя, конечно, лучше всего, если она поступит в университет. В её возрасте нужно учиться, а сейчас оформить студенческий кредит совсем несложно.

В отделе Сюй Гэ обычно помалкивала, но подобные дела её действительно заводили. У каждого свои стремления, и Чжэн Сюй больше не стал возражать:

— Я пришлю тебе материалы.

Сюй Гэ достала телефон и открыла Weibo, чтобы просто полистать ленту. Вдруг на экране всплыла целая серия личных сообщений. Аккаунт у неё не был верифицирован, но иногда она комментировала в сети спорные уголовные дела, и у неё набралось уже несколько десятков тысяч подписчиков. Старые фолловеры знали, что она, похоже, работает полицейским в городе Си, но подробностей своей службы Сюй Гэ никогда не раскрывала.

Сообщение оказалось длинным. Сюй Гэ пролистывала его всё ниже и ниже, и выражение её лица постепенно становилось всё серьёзнее.

— Ешь фрукты, Сюй Гэ, ты чего задумалась?

Сюй Гэ покачала головой:

— Ешьте сами, я тут новость читаю.

В сообщении было несколько тысяч знаков, но суть сводилась к следующему: один пожилой человек умер, но при попытке кремации выяснилось, что его «квота» уже использована — кремировать не могут. Ситуация зашла в тупик: у семьи на руках есть справка о смерти и все документы в порядке, однако в крематории подтвердили, что на этого человека уже есть запись о кремации. По закону крематорий не может просто так сжигать тела.

— Сюй Гэ, пойдём поедим?

Сюй Гэ нахмурилась и протянула телефон Чжэн Сюю:

— Посмотри-ка вот это.

Чжэн Сюй взял телефон и пробурчал:

— Что это за ерунда? Такое длинное… Человек умер — чего его не могут сжечь?.. Эй, стоп!

Одному покойнику — одна квота. Чтобы отправить тело в крематорий, нужны справка о смерти и все документы, и только тогда его могут кремировать. Но здесь явно что-то не так. Чужой «овощ» занял чужую «ямку». Как такое вообще возможно?

— Кто-то воспользовался чужой квотой, чтобы сжечь тело?

Сюй Гэ кивнула:

— Если всё это правда, то кому вообще понадобилось бы занимать чужое место в крематории? Жизнь всего одна, никто не спешит умирать.

— Кто-то хочет, чтобы его смерть осталась незамеченной. Полное уничтожение тела.

Шэнь Цянь жевала яблоко:

— Вы о чём там говорите?

Сюй Гэ встала:

— Возвращаемся в отдел. Надо проверить, правда ли это.

— Пошли.

Шэнь Цянь проглотила кусок яблока и широко раскрыла глаза:

— Да вы вообще о чём?

Сюй Гэ, набирая ответ на телефоне, спросила:

— Вы подавали заявление в полицию?

Скоро пришёл ответ:

— Нужно подавать?

— Да, обязательно. Идите в управление Восточного района.

Сюй Гэ уже собиралась запереть дверь, как вдруг дверь изнутри распахнулась. Перед ней стоял Лю Ян с мрачным лицом:

— Я ещё не вышел! Вы что, уходите, не предупредив?

Сюй Гэ забыла про него и уже засовывала ключ в карман:

— Ну как там с вашей девушкой? Договорились?

Лю Ян тут же посмотрел на Сюй Гэ:

— Откуда ты знаешь, что мы поссорились? Да мы вообще не ругались! У нас прекрасные отношения!

— Ладно, ладно, раз всё так замечательно. Просто помни: девушек надо утешать, а не орать на них.

Сюй Гэ похлопала Лю Яна по плечу:

— Братан, будь поумнее.

— Вы куда так спешите? Пообедать?

— Пообедаем. Угощаю тебя «Шасяньсяоцзи».

Сюй Гэ усмехнулась:

— Получила личное сообщение. Если всё правда — возможно, это уголовное дело. Надо срочно в отдел.

— Личное сообщение? Ты в Weibo сидишь?

— Ага.

— В Weibo полно всякой чуши. Большинство там просто ради сенсаций.

— Не всегда так.

Сюй Гэ остановилась и повернулась к Лю Яну, покачав пальцем:

— Братан, предубеждения — это плохо.

Они вышли перекусить «Хуаньмэньцзи» — рис с тушёной курицей. Сюй Гэ снова получила личное сообщение — на этот раз прислали фотографии документов умершего: справку о смерти из больницы, удостоверение личности, домовую книгу. Сюй Гэ изучала фото, а Шэнь Цянь заглянула ей через плечо:

— Это что за документы?

Время смерти — три дня назад. Согласно справке из больницы, человек умер от инфаркта миокарда в возрасте пятидесяти шести лет.

На документах стояли печати, но по фото подлинность проверить было невозможно.

Сразу же пришло ещё одно сообщение. Автор писал спокойно, без эмоций и истерик:

«Прошло уже три дня. У нас принято хоронить в течение трёх дней после смерти, но крематорий отказывается принимать тело. Мы совершенно бессильны. В наше время, в правовом государстве, не думал, что даже кремация может стать такой проблемой. Я уже подал заявление в управление Восточного района. Надеюсь, будет результат.»

Дело о пирамидальной схеме требовало подготовки материалов, и Чжэн Сюй, выйдя из машины, сразу направился в офис. Сюй Гэ шла последней, параллельно отправляя сообщение в дежурную часть управления Восточного района с просьбой уточнить ситуацию.

— Сюй Гэ?

Сюй Гэ резко обернулась на голос Лу Шэна и чуть не выронила телефон. Она тут же повернулась и столкнулась с его взглядом:

— Командир Лу.

— Что делаешь? — Лу Шэн шёл со стороны парковки. На нём была чёрная рубашка и такие же брюки, что делало его вид особенно суровым. — Разве сегодня не твой выходной?

— Дома всё равно делать нечего, — Сюй Гэ тут же улыбнулась, глаза её прищурились. — В Weibo наткнулась на одну историю, хочу проверить.

— Какую?

Лу Шэн подошёл ближе и бросил взгляд на её экран:

— Ты в Weibo сидишь?

— Интернет развивается быстро. Иногда пользователи узнают о преступлениях раньше нас, полицейских.

Сюй Гэ открыла поиск в Weibo и показала ему статью одного из СМИ — уже более тысячи репостов:

— Вот, посмотри.

Лу Шэн взял её телефон, пробежался по тексту и, нахмурившись, вернул его:

— Если это правда, здесь замешана чья-то жизнь.

Крематорий связан с жизнью и смертью — как там может оказаться «лишний» покойник?

Сюй Гэ пошла за Лу Шэном в отдел:

— Я тоже так думаю. Один покойник — одна квота. Крематорий не может просто так сжигать тела. Если квота уже использована — это очень странно.

Лу Шэн остановился и обернулся:

— Ты уже в порядке?

Сюй Гэ инстинктивно выпрямила спину, но, встретившись с его взглядом, тут же ссутулилась — всё равно грудь плоская, нечего выпячивать:

— Всё нормально. Вчера просто низкий уровень сахара. Сегодня и выходной не нужен был.

— Следи за собой.

Лу Шэн пошёл дальше:

— Замени замок на двери.

— Зачем менять замок?

Лу Шэн обернулся, приподнял брови и спокойно произнёс:

— Слишком легко открывается.

Он быстро ушёл, а Сюй Гэ на секунду задумалась, а потом уголки её губ сами собой приподнялись.

«Ты-то легко открываешься, но не для всех же…»

В дежурной части она увидела молодого человека, спокойно что-то объяснявшего. Он говорил тихо, выглядел интеллигентно, и Сюй Гэ показалось, что она его где-то видела. Она пристально посмотрела на него.

— Дядя умер несколько дней назад, а похоронить не можем — это же ненормально? Он умер в больнице, вот справка о смерти.

Сюй Гэ обратилась к одному из дежурных:

— Можно посмотреть материалы его заявления?

— Конечно.

Мужчина тут же поднял голову и посмотрел на неё. Сюй Гэ замерла на мгновение, потом опомнилась — она видела его вчера в больнице, он сопровождал женщину средних лет. Сюй Гэ кивнула и взяла документы.

— Мы проверим и свяжемся с вами, хорошо?

— Хорошо.

Сюй Гэ листала документы: удостоверение личности, домовую книгу, справка о смерти из больницы — всё в порядке, никаких нарушений.

— Что ответил крематорий?

— Вы полицейный? — спросил мужчина, глядя на Сюй Гэ.

Она кивнула:

— Как вы связаны с умершим? Покажите, пожалуйста, ваше удостоверение.

В домовой книге значился только один человек — сам умерший, Линь Хань. Других записей не было.

— Вот моё удостоверение. Умерший — мой отчим.

Сюй Гэ сверила данные и вернула документ:

— Что сказал крематорий?

— Они утверждают, что он умер пять лет назад. Кто-то предоставил справку о смерти, и тело уже кремировали. Но мой дядя был жив до трёх дней назад.

— Понятно.

Сюй Гэ взяла материалы и направилась в офис:

— Лю Ян, у тебя ключи от машины?

— В отделе нет свободных машин. Куда тебе?

— В Восточный пригород.

У Сюй Гэ была только велосипед.

— До Восточного пригорода нет прямого автобуса.

— Зачем тебе Восточный пригород?

Сюй Гэ не захотела объяснять — у Лю Яна память как у золотой рыбки.

— Ладно, не буду тебе рассказывать. Я пошла.

Сюй Гэ быстро вышла на улицу и чуть не столкнулась с идущим навстречу человеком. Она отскочила назад, и над головой раздался голос Лу Шэна:

— Куда торопишься?

Сюй Гэ подняла голову и, увидев Лу Шэна, неожиданно растянула губы в улыбке:

— Командир Лу.

Лу Шэн нахмурился — улыбка Сюй Гэ выглядела подозрительно хитро:

— А?

— Можно твою машину на время?

Лу Шэн одной рукой засунул в карман папку с документами и передал её Линь Фэну:

— Можно.

И, развернувшись, зашагал прочь длинными шагами.

Сюй Гэ бросилась за ним:

— Ключи от машины?

Лу Шэн вышел на улицу и бросил ей ключи:

— Как продвигается проверка?

Сюй Гэ протянула ему папку с документами. Похоже, он собирался ехать вместе с ней. В голове Сюй Гэ мелькнуло множество романтичных мыслей, но тут же ледяной голос Лу Шэна вернул её в реальность:

— Сегодня кремируют Лю Жань. Заедем посмотреть.

Сюй Гэ села за руль, оглянулась на Лу Шэна. Он устроился на пассажирском месте, пристегнулся и быстро пробежал глазами по документам, после чего отложил их в сторону и потер переносицу:

— Кремация по чужой квоте… Интересно.

Сюй Гэ бросила в рот конфету и, заведя двигатель, выехала на дорогу:

— Да уж, действительно интересно. Всё может случиться.

Лу Шэн взял коробочку с конфетами из бардачка, вынул одну, слегка прикусил — кисло-сладкий вкус разлился во рту. Его длинные пальцы постучали по приборной панели.

Он вернул коробочку на место и сказал:

— Пять лет… Собрать доказательства будет непросто.

Сюй Гэ кивнула:

— Да уж, целых пять лет.

Лу Шэн посмотрел в окно, а через некоторое время перевёл взгляд на Сюй Гэ:

— Почему ты выбрала профессию полицейского?

Сердце Сюй Гэ заколотилось так, будто вот-вот выскочит из груди. Пальцы на руле сжались крепче, и она попыталась усмехнуться:

— А вы сами почему стали полицейским?

Лу Шэн промолчал. На светофоре Сюй Гэ остановилась и посмотрела на его лицо. Его черты были резкими, без лишних эмоций, взгляд спокойный, а густые ресницы щекотали воображение.

Через мгновение уголки его губ чуть приподнялись, и он встретился с ней взглядом:

— Раскрывать преступления — интересно.

Сюй Гэ на секунду потеряла дар речи. Лу Шэн кивнул вперёд:

— Зелёный.

Сюй Гэ завела машину и сглотнула — горло пересохло. У неё не было никаких великих идеалов или громких лозунгов вроде «бороться со злом». Она прекрасно понимала разницу между мечтами и реальностью и не строила иллюзий.

— Когда мама погибла, мне было в одиннадцатом классе, — сказала она, глядя в боковое зеркало и покачав головой с улыбкой. — Я беспомощно смотрела, как она умирает, и ничего не могла сделать.

Тогда Лу Шэн только начинал карьеру, и его первым делом стало похищение жены и дочери богача Сюй Фучуня из города Бэй. Сюй Гэ тогда была ещё ребёнком — белокожей, с большими чёрными глазами.

— Прости, — хрипловато произнёс Лу Шэн.

Сюй Гэ быстро обернулась к нему и улыбнулась:

— Вам не за что извиняться. Напротив, я до сих пор не поблагодарила вас. Если бы не вы, я бы, наверное, уже давно погибла. Спасибо, командир Лу.

Взгляд Лу Шэна стал тяжелее. Он посмотрел на дорогу впереди и больше не произнёс ни слова.

Они прибыли в крематорий Восточного пригорода в 15:40. Солнце скрылось за тучами, и небо потемнело. Восточный пригород был глухим местом, и единственное оживлённое место здесь — улица у входа в крематорий, где торговали похоронными принадлежностями.

Сюй Гэ вышла из машины и тут же провалилась ногой в грязь. Она чуть не выругалась — дороги в Восточном пригороде были ужасны. Она в отчаянии думала о городском благоустройстве: Си — всё-таки город второго эшелона, а дороги хуже, чем в некоторых сельских районах.

— Командир Лу, смотри под ноги, не провались в грязь.

Лу Шэн нахмурился, глядя на грязевую лужу под ногами, и закрыл глаза. Потом вернулся к машине за салфетками.

— Командир Лу, вы идёте?

Лу Шэн захлопнул дверь, вышел из лужи и вытер грязь с ботинок. Он бросил на Сюй Гэ мрачный взгляд:

— Ты отлично припарковалась.

Сюй Гэ, увидев грязь на его ботинках, с трудом сдерживала смех — высокомерный, холодный, как лёд, командир с грязными ботинками! Она отвернулась, чтобы он не заметил, как у неё перекосило лицо от смеха:

— Простите, простите, не заметила.

Лу Шэн стиснул зубы, подошёл к ней и потянулся рукой к её голове… но в последний момент резко отвёл руку и холодно бросил:

— Спрячь эту улыбку.

Сюй Гэ замерла, глядя на него в изумлении. Если она не ошибалась, Лу Шэн только что хотел погладить её по голове.

О боже!

http://bllate.org/book/8887/810445