Готовый перевод The Tyrannical Prince’s Sweetheart / Нежная любимица жестокого князя: Глава 27

— Ей ещё чего захотелось… — с досадой начала Ли Жун, но вдруг поняла, что попалась на уловку Юй Мянь, и от злости стиснула зубы. — Я с тобой дружить не стану!

Юй Мянь бросила взгляд на её слегка покрасневшие уши и нарочно приблизилась, чмокнув её в щёчку.

— Мы же обе девушки, чего стесняться? Загляни как-нибудь ко мне в гости. Ты ведь знаешь — я не могу выходить из дома.

Ли Жун мгновенно покраснела до самых ушей. Прижав ладонь к месту поцелуя, она широко раскрыла глаза от изумления, словно перед ней стоял самый настоящий развратник.

— Ты… ты! Ты посмела меня поцеловать!

Юй Мянь улыбнулась.

— Ну как, ароматно и мягко?

С этими словами она весело поднялась.

Цуйхуань, закончив собирать вещи, увидела, как её госпожа только что флиртовала с дочерью графа Сынаня и заставила пылкую, как хлопушка, девушку покраснеть до корней волос. «Откуда у моей госпожи столько наглости?» — подумала служанка с выражением, которое было трудно описать одним словом.

Заметив это, Юй Мянь приподняла бровь.

— Сходи-ка, спроси у няни, когда мы можем выезжать.

В это время все, вероятно, уже вернулись, и дальше задерживаться здесь не имело смысла.

Цуйхуань вскоре вернулась.

— Няня говорит, что можно ехать прямо сейчас. Если выберут — в течение трёх дней придёт указ императора, а если нет — значит, не судьба.

Юй Мянь кивнула и сделала пару шагов к Ли Жун. Та тут же испуганно спряталась за своей служанкой.

— Не подходи!

— Хорошо, — всё так же улыбаясь, ответила Юй Мянь. — Я ухожу. До встречи.

Когда Юй Мянь и Цуйхуань ушли, Ли Жун наконец перевела дух, приложив руку к груди.

«Эта женщина Юй Мянь слишком страшна! — подумала она. — Раньше, бывая у неё дома, я почему-то этого не замечала».

— Госпожа, может, и нам пора? — осторожно спросила служанка.

Ли Жун кивнула.

— Поехали.

Выходя из покоев, Юй Мянь увидела, как придворные девушки, завершившие отбор, выстроились в очередь и направлялись к выходу из дворца.

Павильон Чу Сюй находился недалеко от городских ворот, и уже через четверть часа они достигли места назначения. У ворот дворца выстроился целый ряд карет, подготовленных Департаментом внутренних дел. Обычный отбор в гарем не сопровождался бы такой роскошью, но поскольку на этот раз среди участниц были исключительно девушки из знатных семей, обращение было соответствующим.

Первые девушки под руководством служанок заняли свои места в каретах. Одна из придворных женщин обратилась к Юй Мянь:

— Госпожа Юй, прошу сюда.

Она проводила её к самой последней карете.

С виду эта карета ничем не отличалась от остальных, и Юй Мянь решила, что, разумеется, из-за низкого положения её семьи ей полагается ехать последней.

Она ступила на деревянную скамеечку и, опершись на руку Цуйхуань, забралась внутрь. Откинув занавеску, она замерла от удивления.

Внутри кто-то был!

Прежде чем она успела вскрикнуть, человек в карете протянул руку, резко втянул её внутрь — и она оказалась прямо у него на коленях.

Юй Мянь… была в восторге!

Что может быть приятнее встречи с возлюбленным?

Разумеется, лишь близость с ним! И это даже не случайная встреча, а явно спланированное свидание наедине — она даже уселась ему прямо на колени!

Что это означало? Только то, что Его Высочество Ли-ван твёрдо уверен: она войдёт в его дом. Хотя Ли-ван и славился жестокостью и уединённостью, он также был известен как старомодный педант. На официальных собраниях одно его слово могло довести любого до отчаяния, и даже самые консервативные учёные побаивались его пристрастия к деталям. А теперь этот человек соизволил лично сесть в карету и ждать её! Кроме как уверенности в том, что она станет его, другого объяснения не существовало.

Если бы Юй Мянь жила прежней жизнью, то, увидев Ли-вана, она бы задрожала от страха, а упав ему на колени, наверняка лишилась бы чувств.

Но теперь, получив второй шанс, она не хотела вспоминать прошлое и больше не собиралась себя ограничивать. Оказавшись в объятиях Ли-вана, она чувствовала настоящее блаженство!

Пусть даже это и нарушало все правила приличия, пусть даже весь свет сочтёт её поведение шокирующим — ей было всё равно. Она была уверена: Его Высочество ни за что не осудит её. Сама не зная почему, она безоговорочно верила в это.

А Ли-ван явно не ожидал, что его стремительный рывок притянет Юй Мянь прямо к себе на колени. Её мягкое тело прижалось к его груди, и он вздрогнул, не зная, куда деть руки. Особенно та, что сжимала её — он то разжимал, то снова сжимал пальцы, будто пытаясь сохранить ощущение её нежной кожи.

Это напомнило ему давнее воспоминание — маленькая девочка с запахом молока и цветов, которая тянула его за руку и звонко звала: «Братец!» Теперь та малышка выросла. А вспомнив ужасную картину её жизни в прошлом — как она томилась в заднем дворе чужого дома более десяти лет, а он ничего об этом не знал… Когда он наконец нашёл её, она уже находилась на пороге смерти.

Той нежной, пахнущей молоком девочки больше не существовало. Вместо неё — измождённое, израненное существо, полное отчаяния.

— Ваше Высочество Ли-ван! — прозвучал сладкий, томный голос Юй Мянь.

Ли-ван напрягся и вернулся в настоящее.

Да, он вернулся. Сейчас только что завершился отбор, и согласно обещанию императора он может забрать её в свой дом. В прошлой жизни он видел, как она сбежала из столицы вместе с Цинь Шаоанем. Но в этой жизни она никуда не денется. Такую нежную девушку следует беречь и лелеять, а не позволять всяким мерзавцам губить её.

Глаза Ли-вана потемнели. Он бросил на неё короткий взгляд.

— Что?

Юй Мянь вдруг заметила, что тело Ли-вана напряжено, а обычно суровое лицо медленно начинает краснеть.

Теперь ей всё стало ясно: Его Высочество действительно питает к ней чувства!

Она прикусила губу и, глядя на него с лукавой улыбкой, томно произнесла:

— Ваше Высочество… нельзя ли меня отпустить? Так… неприлично.

Неприлично?

Ли-ван опустил взгляд на её руку, лежащую у него на плече, и лишь тогда осознал, насколько их поза нарушает все правила этикета. Он осторожно, словно боясь обжечься, пересадил её на соседнее сиденье.

Широкие рукава скрыли его горячие ладони, но пальцы всё ещё нервно сжимались, будто пытаясь удержать ощущение её прикосновения. Странно, но он почувствовал лёгкое сожаление.

Отстранившись от холодного, жёсткого тела Ли-вана, Юй Мянь тоже ощутила разочарование. Она аккуратно поправила растрёпанные одежды и, опустив глаза, скромно спросила:

— Ваше Высочество… зачем вы здесь, в карете?

Ли-ван смотрел на неё долгим, немигающим взглядом, прежде чем ответить:

— Отвезу тебя домой.

Юй Мянь будто удивилась, и в её глазах вспыхнула радость.

— Значит, это вы послали человека узнать, можно ли нам раньше уехать?

Ли-ван кивнул, не отводя взгляда от её чуть приподнятых уголков губ.

— Да, это был я.

— Теперь всё понятно, — сказала Юй Мянь, и уголки её губ снова приподнялись. Она нарочно спросила: — Ваше Высочество, почему вы так добры ко мне?

— Ты не знаешь? — с лёгкой насмешкой в голосе ответил он.

Юй Мянь улыбнулась.

— Одно дело — знать, и совсем другое — услышать это от вас.

Хотя она и говорила это, в душе тревожилась. Ведь она почти ничего не знала о Ли-ване, а его репутация жестокого тирана внушала страх. Вдруг она переступит черту и вызовет его гнев?

Ли-ван отвёл глаза, чтобы не смотреть ей в лицо. Его кадык дрогнул под её пристальным взглядом, но он промолчал.

Улыбка Юй Мянь погасла. В её сердце мелькнуло разочарование. Она опустила глаза.

— Ваше Высочество… вы собираетесь отвезти меня прямо до дома?

Ли-ван кивнул, и в душе почувствовал облегчение.

— Это неприлично, — сказала она. — Говорят, Ли-ван строжайшим образом соблюдает правила. А я всё ещё кандидатка на отбор в гарем. Как ваш поступок отзовётся на моей репутации?

Ли-ван наконец поднял на неё глаза.

— Ничего страшного.

Ничего страшного?

В голове Юй Мянь всё закипело. «Вам-то, конечно, ничего! А если кто-то увидит — мне конец! И почему вы не можете сказать хоть что-нибудь приятное, чтобы успокоить моё сердце?»

Она уставилась на него, надеясь, что он прочтёт в её глазах гнев. Но Ли-ван вдруг сказал:

— Цинь Шаоань уже помолвлен с твоей второй сестрой. У тебя больше нет шансов.

Юй Мянь в изумлении посмотрела на него. Неужели он тогда, в храме Дачэн, всё подслушал?

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент карета тронулась.

— Цуйхуань? — окликнула Юй Мянь, откинув занавеску.

— Я здесь, госпожа, — ответила служанка с грустным видом.

Хорошо, что она рядом.

Юй Мянь опустила занавеску и села обратно. Бросив на Ли-вана крадучий взгляд, она торопливо заговорила:

— Ваше Высочество, всё не так, как вы думаете! Раньше я была глупа и наивна, поверила лживым словам Цинь Шаоаня. Но как только я сказала, что я дочь от наложницы, он тут же отвернулся. Как я могу выйти замуж за такого человека? Поэтому я всё ему объяснила и разорвала всякие отношения. Что до его помолвки со второй сестрой — это меня совершенно не касается.

Она быстро выдохнула, ожидая реакции, и увидела, что Ли-ван пристально смотрит на неё. Она поспешно опустила голову, и её голос стал тише:

— Ваше Высочество… я скажу вам правду. В тот раз вторая сестра специально заманила меня туда и нашла предлог уйти, чтобы подстроить ситуацию, в которой моя репутация пострадала бы. Но я решила использовать это в своих интересах…

— Это сделал я, — внезапно перебил её Ли-ван.

— А? — Юй Мянь подняла на него глаза, полные изумления. — Ваше Высочество… что вы сказали?

Ли-ван, обычно не любивший много говорить, на этот раз проявил терпение:

— Это я всё устроил. Твоя сестра и Цинь Шаоань.

— Теперь ясно, — мгновенно поняла Юй Мянь. Значит, Ли-ван не спрашивал о причинах случившегося — именно эту фразу он хотел сказать с самого начала. Она и думала: кому ещё под силу было затолкать двух взрослых людей во внутренние покои Дома Маркиза Ичуньского? Для Ли-вана это было делом нескольких минут.

Осознав, что именно он помог ей, Юй Мянь почувствовала радость. Сияя от счастья, она посмотрела на него:

— Ваше Высочество… вы сделали это ради меня?

Неужели он уже тогда испытывал к ней чувства? Почему же молчал до отбора?

Ли-ван кивнул.

— Рада?

— Очень! — Юй Мянь энергично закивала, и её искренняя радость невозможно было подделать.

Ли-ван смотрел на её лукавую улыбку, и тьма в его душе начала рассеиваться.

— Впредь держись подальше от Цинь Шаоаня, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Дома жди указа. Никуда не убегай.

Юй Мянь поспешно кивнула.

— Не убегу, не убегу! Буду дома ждать.

— Хорошо, — кивнул он и добавил с лёгким сожалением: — Только… боюсь, ты не сможешь войти в мой дом как главная принцесса… Но знай: кроме тебя, во всём моём доме не будет ни одной женщины.

Юй Мянь давно смирилась с тем, что станет второстепенной принцессой, но обещание Ли-вана вызвало у неё одновременно восторг и изумление.

— Ваше Высочество…

— Главная принцесса… — перебил он. — Если этого пожелаешь, я добьюсь этого для тебя. Просто не сейчас.

Юй Мянь кивнула. Она хотела сказать, что ей вовсе не нужен титул главной принцессы — ей важен только он сам. Если раньше она стремилась в его дом с расчётливой целью, то теперь, глядя в его искренние глаза, поняла: она действительно полюбила Ли-вана.

— Верю вам, — тихо сказала она.

В этой жизни она обязательно будет счастлива.

Затем она спросила:

— У меня ещё один вопрос, Ваше Высочество.

— Говори.

Она внимательно смотрела на него, не упуская ни одной детали.

— Те ночи, когда ко мне приносили сладости… это были вы?

Лицо Ли-вана, обычно такое суровое, снова покрылось лёгким румянцем — и это выдало его с головой.

Он промолчал, но Юй Мянь получила подтверждение. Вся тяжесть, что давила на неё, исчезла.

— В следующий раз, Ваше Высочество, заходите через главные ворота. Привратник — мой человек.

Ли-ван удивлённо посмотрел на неё — и впервые за всё время улыбнулся.

Карета ехала больше получаса, прежде чем остановилась. Ли-ван кивнул ей и остался сидеть на месте. Юй Мянь встала, сделала ему почтительный поклон и вышла из кареты.

— Если обидят — приходи ко мне, — донёсся до неё его голос, когда она уже ступила на землю.

Приходить к нему?

Теперь у неё появился защитник. Юй Мянь была в прекрасном настроении и даже улыбнулась, увидев у ворот Юй Линлан.

— Сестрица Мянь, как тебе жилось во дворце эти дни? — с поддельной заботой спросила Юй Линлан, переводя взгляд с кареты на лицо Юй Мянь, будто пытаясь прожечь в нём дыру.

Юй Мянь улыбалась.

— Прекрасно! А ты, вторая сестрица, как поживаешь дома? Навещал ли тебя жених?

http://bllate.org/book/8712/797374