Готовый перевод Sorry, My Wife Has a Hole in Her Head / Прошу прощения, у моей супруги проблемы с головой: Глава 3

Старая госпожа вышла из комнаты и с тревогой оглянулась внутрь, затем спросила у следовавшего за ней лекаря Лю:

— Лекарь Лю, говорите прямо: что с Вэньцинь? Я, старуха, выдержу.

Лекарь Лю погладил свою белоснежную козлиную бородку и тяжело покачал головой.

— Желчный пузырь — один из шести полых органов, напрямую связанный с печенью среди пяти цзан. Ваша внучка внезапно упала в воду и перенесла сильнейший испуг. Из-за этого нарушилось равновесие ци печени и желчного пузыря. У неё уже проявляются признаки лёгкой истерии… боюсь, дело плохо.

Сердце старой госпожи на миг замерло, голос задрожал:

— Но… не станет ли она такой же, как четвёртая девушка из дома Ли?

Лекарь Лю постарался успокоить её:

— Вы слишком волнуетесь, госпожа. Ваша внучка порой бредит, но я заметил, что её разум остаётся достаточно ясным. До безумия, думаю, не дойдёт. Давайте пока возьмём лекарства по моему рецепту, а через три дня я снова зайду осмотреть её.

Старая госпожа обсыпала его благодарностями и лично проводила до ворот дома Су.

Рядом утешала её няня Сунь, прослужившая ей всю жизнь:

— Третья госпожа под защитой вашей удачи обязательно преодолеет это испытание.

Старая госпожа с озабоченным лицом смотрела, как карета лекаря Лю постепенно исчезает вдали.

— Ведь именно так всё начиналось и у четвёртой девушки из дома Ли: упала в воду, истерия, бред… а потом сошла с ума…

Она тяжело вздохнула и продолжила:

— Передай слугам: третья госпожа пережила испуг после падения в воду. Пусть все будут особенно внимательны в уходе за ней. Никто не должен проявлять перед ней удивления или странности, как бы она ни себя ни вела. Кто осмелится обидеть или напугать третью госпожу, тому не место в доме Су.

* * *

Павильон Сяньлань.

Су Вэньцинь в тридцать седьмой раз попыталась встать с постели и в тридцать восьмой — была мягко, но решительно уложена обратно двумя служанками, неотлучно дежурившими у кровати. Она перепробовала всё: угрозы, уговоры, капризы, истерики, даже притворилась, будто у неё начался выкидыш и живот страшно болит.

Но её отчаянные усилия не вызвали даже намёка на улыбку у этих «богинь постели». От начала и до конца они повторяли одно и то же:

— Старая госпожа велела третьей госпоже хорошенько отдохнуть.

Су Вэньцинь с глухим стуком рухнула обратно на подушку и уставилась вверх, где у края бледно-розового балдахина медленно покачивались кисти, колыхаемые лёгким ветерком. В душе её вдруг вспыхнула отчаянная мысль: будто её насильно превращают в наложницу…

«Возрождение: Роскошная империя» — типичный роман о возрождении с сильной героиней, в котором Су Цзиншэн, вернувшись в прошлое, раскрывает все карты: собирает вокруг себя первого, второго, третьего… вплоть до восьмого мужчины и в итоге занимает золотой трон императрицы-матери, правя всем Поднебесным.

В чём суть марису-романа?

Все мужчины мира — будь то злодей или герой, лишь бы красивы — обязаны пасть к ногам главной героини. А все женщины — замужние или нет, знакомые или нет — должны её ненавидеть, причём чем ближе, тем сильнее ненависть.

Су Вэньцинь с детства жила вместе с главной героиней Су Цзиншэн. Во всём — во внешности, в талантах — она уступала ей. Зависть, словно лиана, проросла в сердце Вэньцинь, всё больше оплетая его, пока не затмила собой всё.

Матери обеих девочек умерли, когда им было по шесть–семь лет. Они росли в доме Су, поддерживая друг друга. До своего возрождения Су Цзиншэн искренне считала Вэньцинь самой близкой родной сестрой. Однако именно эта, казалось бы, беззащитная и добрая сестрёнка впоследствии убила её сына, похитила мужа и приказала самым острым ножом медленно срезать с неё плоть ломтиками.

Су Цзиншэн, преданная смерти собственной сестрой и любимым мужчиной, умерла с непримиримой ненавистью в глазах. Вернувшись в прошлое, она отплатила Вэньцинь той же монетой: приказала начать с подошв и вырезать ровно тысячу ломтиков, а затем скормить их собакам прямо на глазах у Вэньцинь…

Когда читала этот отрывок ночью, невольно вскрикивала от восторга: «Разоблачила лицемерку! Наказала соперницу!» — и чувствовала, как по всему телу разливается блаженное облегчение…

Но теперь хочется только одного: «Мы же женщины! Зачем так мучить друг друга?!»

— Тук-тук-тук.

Ухо Су Вэньцинь дрогнуло. Она увидела, как «богиня постели первая» тихо приоткрыла дверь, вышла и аккуратно прикрыла её изнутри.

Пришедшей, судя по всему, была пожилая няня. Су Вэньцинь уловила обрывки фраз: «старая госпожа», «третья госпожа»…

Разговор быстро закончился. «Богиня постели первая» ушла, будто злая мачеха из «Белоснежки», а вернулась — как улыбающаяся волчица из сказки.

Су Вэньцинь инстинктивно натянула одеяло повыше, оставив снаружи лишь два больших чёрных глаза, и настороженно спросила:

— Что ты задумала? От твоей улыбки мурашки по коже. Не рановато ли для расплаты? Лето ещё даже не началось!

«Волчица» ответила тёплой, весенней улыбкой:

— Разве третья госпожа не хотела выйти? Может, прикажете приготовить вам туалет?

Су Вэньцинь глянула в окно, где уже сгущались сумерки, и сглотнула:

— Причёсываться в такое время? Вы что, хотите меня наряжать и отправлять принимать гостей?

«Волчица» и «богиня постели вторая» переглянулись, явно удивлённые. «Волчица» чуть заметно покачала головой, давая понять второй служанке молчать, и широко улыбнулась:

— Третья госпожа шутит! Но если вы того пожелаете, мы можем попросить разрешения у старой госпожи и всё организовать.

???

Су Вэньцинь была потрясена. Она ведь попала в самый обычный марису-роман о возрождении! Откуда вдруг взялся оттенок эротического романа?

Она осторожно уточнила:

— Если я правильно услышала, вы сказали: «если вы того пожелаете»? То есть, если я не захочу, мне не придётся идти?

«Волчица» всё так же светилась:

— Конечно! Третья госпожа может делать всё, что пожелает.

Су Вэньцинь, прижимая одеяло, неловко улыбнулась:

— А если я скажу, что хочу побыть одна?

«Волчица» кивнула, взяла «богиню постели вторую» за руку и, всё так же улыбаясь, учтиво поклонилась Вэньцинь и вышла. Их решительность и скорость контрастировали с прежней непоколебимостью у изголовья кровати.

Как только дверь закрылась, Су Вэньцинь мгновенно вскочила с постели. Она проспала и внезапно оказалась внутри книги. Ей срочно нужно было разобраться во всём: почему раньше она не могла контролировать тело? Как устроен этот мир? Есть ли система? Задания? Пространство хранения, как в других романах?

Но самое срочное — немедленно проверить, как она теперь выглядит!

Она бросилась к туалетному столику, будто голодный волк к добыче. В бронзовом зеркале отразилось маленькое овальное личико, глаза — нежные, как осенняя вода, брови — тонкие, как ивовые листья, с лёгкой грустью, губы — тонкие и бледные, что делало её ещё более хрупкой. Чёрные, прямые волосы рассыпались по плечам, вызывая у любого зрителя чувство жалости и участия.

Су Вэньцинь вздохнула. Такое лицо сулит недолгую жизнь…

Судьба подшутила над ней. Остановить её течение она не могла, но могла найти способ выжить.

Драться с главной героиней в марису-романе — заведомо проигрышная затея. Поэтому сейчас самое главное — выяснить, действительно ли в этом мире можно действовать свободно, то есть нет ли здесь какой-нибудь назойливой системы и обязательных заданий.

Она тихонько, по-заговорщицки, прошептала в пустую комнату:

— Система? Система, ты здесь?

В ответ — лишь неловкая тишина…

Неужели системы действительно нет? Или мысленно звать бесполезно?

Су Вэньцинь прочистила горло и громко крикнула:

— Система! Есть здесь система?

Служанки за дверью вздрогнули. Та, что слева, уже собралась стучать, но не договорила и слова «третья», как её рот зажала вторая.

— Тс-с! Забыла указания старой госпожи? Что бы ни делала третья госпожа, мы не должны проявлять перед ней ничего необычного. Полусумасшедшие особенно чувствительны к раздражителям.

Су Вэньцинь не знала, какой ужас вызывают её попытки выжить у служанок. Отсутствие ответа системы наполнило её тайной радостью. Значит, она может использовать знание сюжета как своё преимущество и, опираясь на современные социалистические ценности, спокойно прожить жизнь в качестве послушной «солонки» — есть, пить и наслаждаться покоем до самой старости?

Она похлопала по щекам, чтобы остудить перегретый от возбуждения мозг. Если нет ни системы, ни заданий, то почему раньше она не могла контролировать тело? Из-за какой-то фразы? Или просто из-за того, что только что попала сюда и организм ещё не привык?

Как настоящая преемница социалистических идеалов, Су Вэньцинь с детства верила: «Практика — единственный критерий истины». Она засучила рукава и немедленно приступила к эксперименту. Воспроизведя в памяти недавнюю сцену, она разыграла целый спектакль в одиночку, играя сразу четыре роли в пустой комнате.

Она села на деревянный стул, понизила голос:

— Сын понимает, что вы переживаете за Вэньцинь, но всё же стоит разобраться. А вдруг Цзиншэн ни в чём не виновата?

Затем моментально вскочила и вернулась на кровать, дрожащим пальцем указала на пустой стул и крикнула с яростью:

— Вэньцинь — добрая душа, не хочет устраивать скандал! Разве ты, отец, этого не видишь?

— Вэньцинь… — она обняла себя, голос стал полон заботы и участия, — скажи бабушке правду: это Цзиншэн столкнула тебя?

…

Служанки за дверью с отчаянием смотрели на ясную луну. Что делать, если хозяйка сошла с ума? Боимся, что и сами скоро сойдём с ума…

Су Вэньцинь отыграла всю сцену от начала до конца и убедилась: она по-прежнему сама собой — живая, активная и прекрасная.

Значит, действительно просто организм не привык? Какая заботливая авторка!

Раз нет ни системы, ни заданий, остаётся лишь одно — найти надёжную ногу, за которую можно держаться.

В этой книге полно «ног»: все важные мужские персонажи в итоге попадут в гарем Су Цзиншэн. Заставить женщину, никогда не состоявшую в отношениях, соревноваться с марису-героиней за мужчин, источающих гормоны, — это, пожалуй, самое жестокое требование за всю её двадцатилетнюю жизнь.

Поэтому самый безопасный путь — крепко держаться за Су Цзиншэн.

Зная характер Цзиншэн, Су Вэньцинь быстро наметила три шага к спасению:

1. Убедить Цзиншэн, что она искренне раскаялась и решила стать другим человеком.

2. Поддержать Цзиншэн, которая сейчас в доме Су совершенно одинока, тёплыми и заботливыми словами, чтобы постепенно восстановить их пошатнувшиеся сестринские узы.

3. Используя знание всего сюжета, помочь Цзиншэн занять место императрицы.

В оригинале Цзиншэн хоть и мстительна, но ещё более благодарна. Тем, кто причинил зло, она воздаёт тем же; тем, кто оказал доброту, — отвечает стократно. Значит, эти три шага вполне реальны.

А когда Цзиншэн станет императрицей, разве нельзя будет, пользуясь статусом её сестры, разгуливать по Анцзинскому городу, как заблагорассудится? Садиться в роскошную карету с четырьмя лошадьми и, если кому-то не понравится, отправлять его в тюрьму на сто ударов палками?

Может, даже позволить себе парочку молодых красавцев?

Су Вэньцинь, прячась под одеялом, хихикнула, радуясь собственным мыслям до того, что захотелось перекатываться по кровати.

— Третья госпожа, — раздался голос за дверью.

Су Вэньцинь прочистила горло и села на постели:

— Что случилось?

Дверь тихонько открылась, и вошла служанка в светло-зелёном косом халате.

— Госпожа ещё не ужинала. На кухне приготовили ваши любимые сладкие пирожки. Принести?

Су Вэньцинь внимательно осмотрела девушку:

— Почему это не те две «богини постели»? То есть те две сестрицы, что дежурили у моей кровати?

Цуйди растерялась:

— Вы имеете в виду тех двух сестёр за дверью? Они из свиты старой госпожи. Когда вы упали в воду и испытали испуг, старая госпожа побоялась, что мы не справимся, и специально прислала их ухаживать за вами.

Су Вэньцинь кивнула:

— А ты кто?

Выражение лица Цуйди колебалось между изумлением и обидой:

— Госпожа, что с вами? Я с детства вас обслуживаю. Неужели вы и меня не узнаёте?

Такое обиженное лицо заставило Су Вэньцинь почувствовать себя мерзавкой. Она лихорадочно пролистала в уме список второстепенных персонажей:

— Да что ты! Я просто шучу! Ты же Цуйхуа! Мы с детства вместе росли, как я могу тебя забыть!

Лицо «Цуйхуа» стало похоже на разлитый соевый соус. Она обиженно прикусила губу:

— Госпожа… меня зовут Цуйди.

http://bllate.org/book/8257/762113