Готовый перевод I Finally Became the Male Lead's Lackey / Я наконец стала приспешником главного героя: Глава 8

Сильвия попыталась пойти на уступки:

— Великий маг Нор, настоящие герои прошлым не хвастаются. Я обязательно найду тебе самоцвет получше.

Хотя за все эти годы так и не сумела этого сделать.

— Ты о моём посохе? — совершенно спокойно спросил Нор и легко извлёк его, демонстрируя Сильвии. Его лицо и взгляд были искренними и чистыми, будто у ребёнка. — Самоцвет уже восстановлен. Новый искать не нужно.

В тот самый миг, когда Нор достал посох, Сильвия напряглась до предела, готовая в любой момент нанести ответный удар. Услышав его слова, она ещё пару секунд не могла сообразить, а потом растерянно уставилась на него:

— Восстановил?

— Да, восстановил, — тихо подтвердил Нор, не отводя от неё взгляда. Прошло немного времени, прежде чем он слегка приподнял уголки губ, но выражение лица стало неловким, и он отвёл глаза. Сильвии показалось, что кончики его ушей… покраснели?

— Ты и правда очень талантлив, — с восхищением произнесла она. — Умеешь даже камни чинить! Настоящий мастер!

Приезжай к нам в город Юно!

Сильвия сделала шаг вперёд, словно желая загладить свою недавнюю грубость, и прямо спросила:

— Нор, ты собираешься остаться в городе Юно?

Нор задумался ненадолго — настолько недолго, будто решение уже давно было принято:

— А ты?

Сильвия покачала головой:

— Его Величество ещё не назначил мне владений. Я сама не знаю.

— Тогда и я пока не знаю, — последовал немедленный ответ Нора.

Сильвия: «??»

Неужели этот парень решил держать её в тонусе?

Она чувствовала себя виноватой, поэтому не стала возражать. В конце концов, перед ней будущий великий маг Логи. Она снова завела светскую беседу, расспросив Нора, когда он прибыл в столицу и где сейчас проживает.

Нор ответил на всё без утайки.

Возможно, эта явная попытка Сильвии поддерживать разговор, хоть и неуклюже, вызвала у Нора особые чувства. После очередной паузы он сам перевёл тему:

— Хилль, все подарки, которые ты мне дарила, я сохранил.

— А? — удивилась Сильвия.

Неужели Нор такой вежливый? Или ему действительно нравятся те безделушки?

Голос Нора стал тише, на лице появилось смущение, и он даже не осмеливался смотреть ей в глаза:

— Мне… очень нравятся подарки, которые ты мне дарила. Будто бы я вместе с тобой побывал в далёких странах. Это приносит мне радость.

Сильвия смотрела на него с невыразимым чувством.

— Бедняга… — подумала она. — Нор, наверное, никогда не покидал Храма. Неужели это признание затворника, завидующего свободному человеку?

Она посмотрела на него с сочувствием и ласково сказала:

— Не переживай, Нор. Его Величество — очень добрый правитель. У тебя обязательно будет шанс путешествовать.

Уши Нора покраснели ещё сильнее. Он никогда никому не открывал своих чувств. Новые эмоции долго терзали его, и лишь теперь он наконец решился. Но услышав в ответ такие равнодушные, лишённые всякой тёплой привязанности слова воительницы, его обычно сияющие волосы будто потускнели.

Как цветок, готовый распуститься, но внезапно оказавшийся под градом.

Жалко стало смотреть.

Авторские примечания: Бедный маг, аж сердце кровью обливается (а ведь он вроде любит сталь?!)

Читатель, назвавший Логу «маленькой льдинкой», — я тебя запомнил! Ха-ха-ха-ха-ха! Откуда ты так ловко берёшь прозвища?!

Он был невероятно силён, обладал одной из самых мощных магий на всём континенте, но в этот момент выглядел так подавленно и уязвимо.

Сильвии стало казаться, что она что-то сделала не так.

— Нор, я что-то не так сказала? — спросила она напрямик, как всегда делала с союзниками, если её что-то тревожило.

Её прямолинейность застала Нора врасплох. Он молчал довольно долго, прежде чем нашёл нужные слова:

— Ты помнишь, как мы жили вместе в Храме?

«О нет!» — внутренне завопила Сильвия. — «Нор, похоже, решил добить меня до конца! А ведь я действительно виновата!»

Когда-то она с определённой целью настояла на том, чтобы остаться рядом с ним. Сначала Нор отказывался, но потом смягчился. После этого он всегда заботился о ней: ни в чём не отказывал, терпеливо отвечал на все вопросы.

А в итоге она просто сбежала, прихватив с собой драгоценный камень с его посоха.

Просто невозможно смотреть ему в глаза!

Сильвия совершенно не умела справляться с такими ситуациями и в такие моменты особенно скучала по Логе. Пусть он и перестал тратить силы на дипломатию с тех пор, как стал сильнее, но Лога всегда находил выход из любой сложной ситуации.

Увидев её колебания, Нор слегка нахмурился:

— Если тебе так неприятно вспоминать о днях, проведённых со мной, зачем тогда каждый год присылать мне подарки?

На этот вопрос Сильвия знала ответ!

— Потому что я чувствую перед тобой вину! — честно призналась она. — Я украла камень с твоего посоха и хотела, чтобы ты хотя бы не злился на меня так сильно.

Значит, великий маг, раз тебе нравятся подарки, мы можем всё обсудить по-хорошему?

Она подмигнула ему, и её изумрудные глаза засияли надеждой.

Нор: «…»

Он выглядел так, будто получил удар — ещё больший, чем раньше. Лишь с трудом он смог выдавить:

— Только… из-за вины?

Произнося последнее слово, он широко распахнул глаза — прекраснее позолоченных украшений — и весь его вид выражал глубокое потрясение и боль.

Сильвию поразило, насколько хрупким он стал. Она минуту колебалась, а потом осторожно предложила:

— Может… добавить ещё немного искреннего раскаяния?

Нор: «…»

Он нахмурился ещё сильнее, будто не понимал, как всё дошло до такого. Но когда их взгляды встретились, его подавленность превратилась в такое уязвимое чувство, что Сильвии стало невыносимо жаль его.

— Хилль, — сказал он, и для того, кто всю жизнь учился этикету и магии, это было предельно откровенно, — до нашей встречи я постоянно думал о тебе.

Сильвия на секунду замерла:

— Теперь, когда ты меня увидел, больше не надо думать.

По логике его фразы так и должно быть, верно?

Нор: «…………»

На этот раз он молчал очень долго.

Сильвия даже начала подозревать, не окаменел ли он или не наложил ли на себя заклинание неподвижности.

Наконец, усталым голосом он тихо произнёс:

— Да… Теперь, когда я тебя увидел, мучительная тоска прекратится.

Он посмотрел на неё своими сияющими глазами:

— Ты позволишь мне больше никогда не испытывать эту боль?

— Э-э… — Сильвия быстро прикинула в уме: Нор хочет, чтобы они чаще виделись. Если сказать «да» сейчас, это значит, что он останется в столице — отличный вариант! Но ведь скоро ей предстоит отправиться в свои владения, и она не сможет выполнить его просьбу.

Она с сожалением ответила:

— Боюсь, это невозможно.

Выражение лица Нора стало таким, будто его ударили молотом. Сильвия снова почувствовала вину и поспешила утешить:

— Ну ничего страшного! Пока живы — обязательно встретимся снова!.. Э-э… Как говорится: «Дружба благородных людей прозрачна, как вода»!

Чем больше она утешала, тем мрачнее становился Нор.

Сильвии пришлось замолчать.

—

Вернувшись во дворец, она застала Логу в Клозерском дворце.

— Сегодня не так занят? — удивилась она.

Лога не ответил на вопрос, а спросил сам:

— Что интересного случилось за городом?

Тон и поза его были обычными, но, подойдя ближе, Сильвия заметила, что на его бесстрастном лице застыла тень раздражения.

Она давно не видела у него такого выражения.

Из-за своего детства Лога никогда не был похож на типичного светлого героя. В юности, если он молчал — это ещё полбеды, но стоило ему заговорить, как он сразу бил точно в больное место. Сильвия иногда подозревала, что он делает это нарочно. При этом он часто искал её, тревожась, если не мог точно определить её местоположение. Такая неуверенность в её присутствии выводила его из себя.

С возрастом всё стало лучше. Теперь Сильвия могла уезжать на месяцы, чтобы воевать, а Лога просто холодно и отстранённо относился ко всем вокруг — ему было неинтересно ни с кем общаться.

— Ты чем-то недоволен? — спросила она.

Лога слишком хорошо знал Сильвию и понимал: стоит ему сейчас отрицать, как она спокойно забудет об этом и переключится на что-то другое.

Он кивнул:

— Ты встретилась с Нором за городом. Он пригласил тебя уехать.

Сильвия нахмурилась:

— Если бы твои подчинённые были чуть умнее, они бы не додумались до такой интерпретации нашей беседы.

Её лицо стало серьёзным:

— Прошу, больше не посылай за мной слежку.

Раньше никто не следил, уходит она из дворца или нет. Но сегодня днём, по дороге обратно, она почувствовала преследование. Возможно, сначала они отлично маскировались — но теперь Сильвия была слишком сильна, и им пришлось использовать магию для сокрытия.

Лога отдал им прямой приказ и помог с заклинанием.

Видимо, слежка за такой, как она, требовала постоянного напряжения, и именно поэтому они допустили ошибку.

Для Сильвии этого мгновения хватило, чтобы всё понять.

— Я вернулась, а ты сразу же спрашиваешь, даже не пытаясь скрыть. Хотя приказал следить незаметно, чтобы я не узнала, — медленно проговорила она, наблюдая за его лицом. — Неужели так злишься?

Лога отвёл взгляд и уставился на стол:

— …Больше не буду.

Ему не понравилось, что Хилль уделяет внимание кому-то другому. Это вызвало тревогу.

Сильвия усмехнулась, увидев его жалобный вид, но решила не упускать шанс:

— Точно?

Лога молча кивнул. Его длинные, цвета инея ресницы прикрывали прекрасные глаза, и он казался совершенно безмолвным.

Он выглядел ещё более несчастным, чем Нор минуту назад.

Сильвия вспомнила его детство: даже когда его жестоко обижали, он никогда не показывал слабости. Но стоило ей уйти и вернуться — он всегда встречал её именно в таком состоянии.

Она подсела поближе и локтем толкнула его руку:

— Эй, очень злишься?

Лога вдруг резко схватил её пальцы:

— У Нора непристойные намерения.

Вот почему он зол.

— У него могут быть какие угодно намерения, но это не значит, что у меня такие же, — спокойно утешила она. — Я навсегда останусь твоим самым верным рыцарем.

Лога: «…»

Он чуть отвернулся, будто проверяя её реакцию. Убедившись, что она не тронута, он опустил голову и прижался лбом к её плечу, тихо прошептав:

— Хилль, мне не нравится Нор. Я не хочу, чтобы он оставался в столице.

— Ты что, маленький ребёнок? — с улыбкой поддразнила она, почувствовав, как он осторожно обнял её. Она помолчала пару секунд и мягко спросила: — Лога, случилось что-то очень грустное?

— …Да.

Он не стал отрицать и крепче обнял её за талию. Его голос звучал так чисто и проникновенно:

— Хилль, я боюсь, что ты уйдёшь от меня к кому-то другому.

«…»

Лога уже очень, очень давно не говорил таких слов.

Сильвия никак не могла понять: почему теперь, когда у него есть всё, он снова стал таким тревожным и неуверенным, как в детстве?

Она погладила его по спине, чувствуя, как он полностью расслабился в её объятиях:

— Если бы меня и собирались увести, это случилось бы, когда ты был слаб. Сейчас ты такой сильный — не переживай из-за ерунды.

http://bllate.org/book/8080/748210