Готовый перевод Those Years I Opened a Library [Quick Transmigration] / Те годы, когда я открывала библиотеку [Быстрые миры]: Глава 35

— Вот заправочная станция. У древних людей не было ни летательных аппаратов, ни ускоренных средств передвижения — только наземный транспорт, вроде автомобилей. В качестве топлива они использовали нефть, электричество и прочие энергоносители…

— А это — древний супермаркет, место, где продавали почти всё необходимое для повседневной жизни…

Спустя несколько часов команда «Возрождение» вернулась с полной ношей.

Кун Лань подвела итоги:

— За эти пять часов мы собрали три артефакта эпохи Древнего мира: комплект ханьфу, фиолетовый чайник из цзисяской глины и зонтик из промасленной бумаги.

Она перевела взгляд на другую кучу предметов:

— А также тринадцать предметов из недавнего прошлого: вывеску заправки, канистру, полиэтиленовые пакеты из супермаркета и прочее.

Эрцин вдруг задумалась:

— Эксперт, в мемуарах генерала Вэнь Тина говорится, что до эпохи Великого Переселения на Родной планете существовало множество народов и государств. Почему же только наша Федерация отправляет экспедиции на Родную планету?

— Это вопрос исторического наследия, — вздохнула Цин Мяо, вспоминая информацию, найденную ею в Звёздной Сети.

— На древней Родной планете действительно было множество стран и народов. Но даже перед лицом глобального кризиса люди не смогли по-настоящему объединиться. Между государствами сохранялись технологические барьеры. Первыми завершили программу строительства космических кораблей США. Государство Баньцзы присоединилось к ним и улетело в космос вместе с ними.

— Они забрали всё, что могли увезти, а то, что осталось, уничтожили — боялись, что после их ухода кто-то воспользуется их ресурсами.

— Позже многие мелкие страны последовали их примеру, и на Родной планете почти ничего не осталось от их культур.

— Мы тогда ещё не были Федерацией — мы были Китаем. Из-за огромного населения мы ушли последними, но взяли с собой как можно больше людей.

Кун Лань, которая всё это время оформляла документы, внезапно подняла глаза:

— Цин Мяо, точно ли всё, что мы собрали, действительно относится к древним и далёким эпохам?

— Да, можешь не сомневаться.

Кун Лань убрала проекцию с голографического экрана и тяжело вздохнула:

— Тогда у нас проблемы. Система не принимает эти предметы — не удаётся их зарегистрировать.

Не удаётся зарегистрировать?

Значит, всё напрасно?

Все члены команды замолчали, переглядываясь в растерянности. Только Сыбай не мог удержаться — его взгляд невольно скользнул в сторону Цин Мяо.

«Это же её вина! Она ошиблась с выбором!»

В груди у него медленно разгоралось раздражение, постепенно овладевая разумом.

Цзинь Ханьс прекрасно знал, как устроено его государство. Конечно, знал! Просто никогда не считал это чем-то предосудительным.

— Министр Чжоу, это действительно наше национальное достояние! Иначе почему сейчас почти никто в вашей стране его не помнит, а у нас, в Баньцзы, ежегодно проводится праздник в его честь?

Цзинь Ханьс мастерски применил этот приём. Среди множества стран, присоединившихся к США, сколько сейчас сохранили собственную культуру? Почти все были растоптаны Баньцзы, став для неё лишь ступенькой.

Будучи одним из самых преданных вассалов Западной империи Симан, он знал: империя никогда не станет защищать страны, не входящие в число её подданных.

— Да вы просто невежда! — парировал министр Чжоу и вызвал на экране несколько голографических изображений роботов.

— Взгляните: даже наши роботы носят эту одежду. Она уже стала частью нашей повседневной жизни — как чистка зубов по утрам. Вы станете устраивать праздник по такому поводу? Если да, то вы просто глупец!

Министр Чжоу говорил без тени смущения, и в его словах чувствовалось откровенное презрение.

Цзинь Ханьс чуть не лопнул от злости!

Чжун Бохэн понимал, что министр Чжоу — не тот человек, с которым стоит спорить. Чем яростнее противник, тем язвительнее он станет. Поэтому он решительно прервал Цзинь Ханьса и предложил:

— Давайте пока отложим этот спор. Но раз их команда ошиблась с локацией, разве не следует назначить наказание?

Чжун Бохэн почти прямо обозначил суть вопроса.

«Ладно, не буду спорить о правоте. Но наказание должно быть! Слишком мягкое — и другие не поверят в справедливость, слишком строгое — и команда потеряет шансы на долгосрочный успех. А если потом проиграет — сама виновата!»

Министр Чжоу уже обдумал это после доклада сотрудников:

— Команда «Возрождение» получает штраф в десять очков за ошибку с локацией. Остальные правила остаются без изменений.

«Без изменений» означало, что за каждый полезный найденный предмет по-прежнему начисляется три очка. Для других команд десять очков — немало, но для «Возрождения» это было сущей мелочью!

Кун Лань созвала второе собрание команды и сообщила об этом решении:

— Я верю проверке Цин Мяо — сомнений быть не должно.

На этот раз Сыбай не стал протестовать про себя. Он увидел в этом шанс и прямо на светящемся экране написал слово «Протест», подняв его всем на вид.

Кун Лань не имела сейчас сил разбираться с его обидчивостью и повторила:

— Проблема в том, что система не принимает предметы. Я уже отправила запрос организаторам — скоро получим ответ.

— Пи!

Пришёл ответ от организационного комитета!

— Поздравляем команду «Возрождение»: вы активировали скрытый сценарий! Поскольку вы не попали на основную карту, команда получает штраф в десять очков в качестве предупреждения. Все остальные правила остаются согласно ранее опубликованным!

Кун Лань читала сообщение по слогам, и с каждым словом её лицо всё больше озарялось радостью.

— Наша команда сейчас на девятом месте! У нас уже сорок пять очков!

— Ура! Отлично!

Все члены команды радостно закричали — кроме Сыбая.

— Не может быть… — пробормотал он.

Судя по количеству очков, Цин Мяо не только всё нашла правильно, но и среди предметов были те, за которые дают бонусные баллы!

Щёки Сыбая горели от стыда. Пока никто не смотрел, он поспешно стёр надпись «Протест».

«Ладно… Больше не буду с ней связываться».

Цин Мяо никогда особо не обращала внимания на враждебность Сыбая, но извинения от него стали для неё приятной неожиданностью.

Извинилась перед ней и Кун Лань:

— Прости. Как капитан, я не справилась с ним. Он болен с детства, и все всегда его жалели. Он гений, поступил в Военную академию Федерации, учится на военного медика. Даже вступительные тренировки пропустил под предлогом плохого здоровья. У него просто нет понятия о командной работе.

Она подбирала слова с особой тщательностью:

— Он нападал на тебя, потому что я не последовала его совету — он боялся, что его позиция в команде окажется под угрозой.

Кун Лань также чувствовала свою вину: она не сумела внушить команде уверенность в себе — это её провал как капитана.

— В такой момент мы должны быть едины, чтобы набрать максимум очков. Я уже поговорила с ним. Надеюсь, ты не будешь держать на него зла.

Она бросила напоследок:

— Ты сама увидишь, как он себя поведёт.

Цин Мяо не знала, как именно Кун Лань «поговорила» с ним, но со следующего дня она заметила перемены.

Утром за завтраком вдруг прозвучало:

— Прости.

Хромающий Сыбай, всё ещё немного хмурый, сам отодвинул для неё стул.

Когда за обедом Цин Мяо заинтересовалась его кроликом, к ужину на столе появилось блюдо из тушеного кролика.

Вечером, вернувшись с улицы и чихнув, сняв защитный костюм, она обнаружила у себя в руках таблетки от простуды.

— Ты что, подмена? — удивилась Цин Мяо.

Этот человек был совсем не похож на того, кого она знала несколько дней назад! Неужели можно так резко измениться?

Представьте: человек, всегда педантичный, с выраженной манией чистоты и явной враждебностью, вдруг извиняется и начинает угодливо ухаживать за вами — это вызывает подозрения!

Сыбай держал в руках ампулу и ответил совершенно спокойно:

— Ты сильнее меня. Это естественно.

Он сунул ей лекарство в руку, затем долго вытирал пальцы салфеткой и быстро ушёл.

Теперь Цин Мяо точно убедилась: Сыбай остался самим собой.

Кун Лань позже пояснила ей:

— Отношение к возможному сопернику и к признанному авторитету — совсем разное, не так ли?

Команда «Возрождение» продолжала поиски, привлекая всё больше внимания извне.

После слов министра Чжоу их официально признали находящимися на Родной планете Земле, а не на игровом поле.

«Боже! Прямая трансляция с Родной планеты! Такой шанс выпадает раз в жизни!»

Словно случайно, Эрцин и другие постоянно задавали Цин Мяо вопросы — именно те, на которые зрители тоже хотели знать ответы.

— Эксперт! А это что такое?

— Это кисть для письма. Инструмент, которым древние люди писали иероглифы. В более поздние времена ею тоже пользовались, но уже реже.

— Ага!

Зрители в изумлении поняли: оказывается, маленькая палочка с пучком волос может писать! Какой удивительный древний мир!

— Эксперт, а это для чего?

— Это… — Цин Мяо на мгновение запнулась, — это ночной горшок. Использовался, когда нужно было встать ночью.

— Жизнь в древности была нелёгкой!

— +1

Они не знали, что пока сами изучают Родную планету, правительство Федерации внимательно наблюдает за ними.

— Сяо Чжоу слишком импульсивен! Как культурный деятель он не должен так себя вести — а вдруг это испортит двусторонние отношения? — язвительно заметил кто-то на совещании.

Министр Чжоу лишь усмехнулся:

— Да если бы я был чуть вежливее, то не только ханьфу и культура, но и сама наша страна давно бы стала чужой!

Лицо собеседника побледнело, и он больше не осмелился возражать.

Пожилой человек во главе стола, явно поддерживающий министра, заговорил только после того, как тот закончил:

— Хватит спорить. Современная Федерация совсем не та, что была десятилетия назад. Зачем нам цепляться за устаревшие взгляды?

Присутствующие задумались.

Федерация существует ради объединения и совместного развития.

В эпоху звёздных империй, когда личная сила некоторых достигает невероятных высот, восстановление монархии может показаться многим более привлекательным.

Федерация веками боролась за независимость и лишь последние десятилетия установила равноправные дипломатические отношения с империями.

— Наша страна встала на ноги, но наше сознание ещё нет! Ведь совсем недавно был издан соответствующий указ. И вот теперь из-за такой мелочи мы снова поднимаем вопрос на высшем уровне? Неужели мы так боимся Западной империи Симан?

Тот, кто критиковал министра, опустил голову.

Просто они привыкли чувствовать себя ниже других.

— Так нельзя! Если мы не осмеливаемся открыто заявлять о принадлежащем нам, как нам воспитать в народе чувство собственного достоинства?

Слова старика прозвучали как удар грома, заставив большинство присутствующих почувствовать стыд. Они считали себя патриотами, но в глубине души действительно боялись конфликта, боялись противостояния, боялись, что их страна окажется не готова. Но разве это правда?

— Шпионы уже выявлены, результаты исследований Института вот-вот будут опубликованы, а общественный отклик на подобные программы чрезвычайно положительный. Нам нужно использовать этот момент и активно развивать культурную индустрию и культурные проекты.

Рейтинговая таблица быстро менялась.

Вернее, один экипаж продвигался особенно стремительно.

— Только что была девятая позиция, а теперь уже седьмая?

— Ты ошибаешься — шестая!

— Неужели? Я не слышал, чтобы команда «Возрождение» пригласила какого-нибудь мастера!

— Ты отстал от жизни! Они же на Родной планете! Там предметов в разы больше, чем на специально подготовленном полигоне! Их успех — вполне закономерен! — завистливо бросил собеседник, будто сам мог бы достичь такого, окажись он там.

http://bllate.org/book/7834/729404