Готовый перевод I Didn't Know I Was the Crown Prince / Я не знал, что я наследный принц: Глава 9

Даже зная, что тот тоже здесь, всё равно не удержался и принялся рассказывать:

— Его высочество наследный принц всего три года от роду, а уже написал иероглиф «будда»! И пока мы чихнём — он успевает собрать танграм! Маленький принц из государства Чэнь так и остолбенел, всё глаза тер, думал, ошибся.

Академик Су сегодня опасался, что Ци Хаолинь его узнает, поэтому не подходил близко, но теперь громко рассмеялся и воскликнул:

— Иероглиф, написанный Его Высочеством, — это же почерк рода Су! Почерк рода Су обрёл достойного наследника!

Новопожалованный чжуанъюань, который сегодня случайно увидел, как академик Су поймал господина Ши и на ходу сочинил ту историю про сидение у храмовых ворот и написание писем за прохожих, тут же подхватил:

— Господин Су, ваша каллиграфия великолепна, да и выдумщик вы отменный. Вам бы книгу написать!

Академик Су запрокинул голову и расхохотался:

— Именно так и собираюсь!

Тут подошёл канцлер и сказал:

— Господин Су, в прошлый раз вы надели грубую, поношенную одежду — выглядело очень правдоподобно. Слышал, вы ещё и из Запретного дворца немало вещей прихватили?

Академик Су, довольный, помахал веером:

— Фону, видя нашу бедность, пожаловал нам это.

Канцлер вздохнул с глубоким чувством:

— Его Высочество всего три года от роду, а уже заботится обо всех обитателях Запретного дворца и даже помогает вам! За всю историю, пожалуй, никто и никогда не делал ничего подобного!

Новопожалованный чжуанъюань добавил:

— При таком уме Его Высочества даже самые тяжкие времена не удержат его — он непременно прорвётся сквозь тучи к свету!

В тот вечер государь и его чиновники весело разошлись.

На следующий день, после утренней аудиенции, император Ци собирался отправиться в Запретный дворец, как вдруг пришёл евнух из дворца Шоучунь и передал, что императрица-мать просит его прийти.

Императрица Чжан ждала в павильоне. Увидев сына, она велела подать чай и сказала:

— Сынок, слышала, что вы с супругой, переодевшись бедняками, навестили Фону, и он даже одарил вас едой. Мне так за него тревожно, что я спать не могу! Хочу тоже переодеться в старую бедную женщину и навестить его.

Император Ци выглядел крайне обеспокоенным:

— Матушка, господин и госпожа Су каждый день бродят по базарам, прекрасно умеют изображать бедняков и потому легко обманули Фону. А вы всю жизнь жили в роскоши, никогда не знали нужды — как вы сумеете изобразить бедную старуху? Вдруг Фону заподозрит неладное — это ведь пойдёт ему во вред!

Императрица Чжан разозлилась:

— Так Су могут навестить Фону, а мне — нельзя?!

— Если уж не получится изобразить бедную старуху, то хотя бы придворную няню! Это ведь должно сойти!

Император Ци вздохнул:

— Матушка, а под каким предлогом вы войдёте к нему?

Императрица Чжан задумалась:

— Ты ведь являешься двоюродным братом императрицы и главным стражником Запретного дворца. Я тогда буду матерью главного стражника. В Запретном дворце мы и останемся матерью и сыном.

Император Ци провёл рукой по лбу:

— Но это же нелогично! Если я главный стражник, у меня есть власть и положение — я бы обеспечивал свою мать и не допустил бы, чтобы она поступила во дворец служанкой.

Императрица Чжан фыркнула:

— Господин Су умеет сочинять сказки, так разве я не умею?

Она сердито взглянула на сына:

— Вот наша история: я, хоть и твоя мать, была ещё в молодости отвергнута твоим отцом и с тех пор живу в нищете. Ты хотел помочь мне, но я, гордая, отказывалась от твоей помощи — и всё беднела. Однажды мне повезло попасть во дворец, где я стала служанкой на императорской кухне и терпела там всяческие унижения.

Император Ци: «...»

Императрица продолжила:

— Эта кухонная служанка в прошлом получила благодеяние от госпожи Су. И, несмотря на собственную бедность, помнит о ней. Узнав, что в Запретном дворце вот-вот закончится еда, она откладывает понемногу из своего рта и тайком приносит это Фону.

— Да! Господин и госпожа Су бесстыдны — зашли в Запретный дворец и унесли еду, подаренную Фону. А я пойду туда, чтобы отдать ему всё, что у меня есть! Бедный мой Фону, страдает в Запретном дворце, а его скудные припасы ещё и уводят эти Су!

С этими словами она вдруг начала ругать супругов Су.

Вовсе не признавая, что завидует им — ведь они так легко проникли во дворец и продолжают быть дедушкой и бабушкой Фону.

Просто хочет их отругать!

Император Ци, однако, был поражён: история матушки куда запутаннее и драматичнее той, что сочинили Су...

Ругнув Су вдоволь, императрица Чжан опомнилась:

— Завтра же я позову к себе двух кухонных служанок и научусь у них манерам и речи. Как только научусь хорошо — сразу пойду к Фону!

Император Ци вздохнул. Матушка так тоскует по Фону, что всё равно добьётся встречи. Не удержать её. Пусть переоденется служанкой и иногда навещает его — другого выхода нет. Но сначала нужно поставить в известность императрицу.

В Запретном дворце последние два дня экономили на всём, но запасы еды всё равно явно таяли.

В тот вечер все не наелись, но делали вид, что всё в порядке. После ужина сидели во дворе, наслаждаясь прохладой, а няня Лань даже рассказала пару смешных историй.

Ци Хаолинь был рассеян и то и дело поглядывал на ворота Запретного дворца.

Уже три дня как «дикарь» не появлялся.

Он как раз задумался об этом, как вдруг ворота распахнулись, и «дикарь» стремительно вошёл внутрь. За воротами, похоже, кто-то стоял на страже и тут же закрыл их за ним.

Госпожа Су, увидев «дикаря», вскочила с места, лицо её озарила радость.

Няня Лань и остальные тоже поспешно поднялись и склонили головы.

Ветерок принёс с собой насыщенный аромат мяса.

Ци Хаолинь невольно уставился на руки «дикаря» — да, тот держал два масляных свёртка, явно с едой.

«Дикарь» подошёл к госпоже Су, положил свёртки на каменный столик и улыбнулся:

— Два жареных цыплёнка. Ешьте.

Лица няни Лань и остальных озарились радостью.

Госпожа Су тоже обрадовалась и велела:

— Возьмите одного цыплёнка и разделите между собой.

Цяньшuang, увидев, что госпожа Су собирается есть, уже принесла таз с водой, чтобы та вымыла руки.

Госпожа Су взяла за руку Ци Хаолиня, и они вместе вымыли руки, после чего она развернула свёрток, оторвала куриное бедро и протянула мальчику.

Ци Хаолинь взял бедро и осторожно откусил — ароматное, сочное мясо наполнило рот.

«Дикарь» с улыбкой смотрел на них и даже прочитал стихотворение.

Ци Хаолинь, жуя бедро, мельком взглянул на «дикаря» и мысленно признал: выглядит тот неплохо, благородно — вполне подходит госпоже Су.

Левой рукой он держал куриное бедро, а правой чертил палочкой по влажной земле. Почва во дворе была сыровата, а ночью, лёжа в постели, он даже слышал журчание воды. Похоже, за Запретным дворцом протекает река.

Нужно найти способ разведать местность и, возможно, прорыть тайный ход к реке.

Если через несколько лет госпожу Су так и не оправдают, он уведёт её из дворца.

Они убегут далеко, сменят имена и начнут новую жизнь.

Внезапно «дикарь» обернулся, присел на корточки, подхватил Ци Хаолиня и посадил себе на плечи, после чего пустился бегом по двору.

Ци Хаолинь, сидя на плечах, вдруг почувствовал, будто весь мир раскрылся перед ним, и радостно рассмеялся:

— Ха-ха!

Ладно, ещё немного понаблюдает за «дикарем». Если тот искренне привязан к госпоже Су, то при побеге из дворца его можно будет взять с собой.

Автор радостно сообщает: обновление готово!

Император Ци, усадив малыша себе на плечи, покружил его несколько раз, услышал его радостный смех и почувствовал глубокое удовлетворение. Но, опасаясь, что слабое тельце сына не выдержит тряски, он осторожно поставил его на землю и взял на руки.

Ци Хаолинь, держа куриное бедро, посмотрел «дикарю» в глаза и подумал: «Почему он смотрит так нежно… совсем как отец…»

«Дикарь» потрепал малыша по волосам и не мог насмотреться на него.

Госпожа Су подошла с платочком, чтобы вытереть лицо сыну, и протянула руки, чтобы взять его. Её ладонь соприкоснулась с рукой «дикаря», и их взгляды на миг сплелись.

Ци Хаолинь решил, что «дикарь» слишком откровенен и вовсе не знает меры, и решил его предупредить. Он быстро сунул остатки куриного бедра «дикарю» в рот, а сам резко повернулся к госпоже Су и протянул руки, просясь на руки.

Госпожа Су взяла его, а увидев, как император Ци стоит с куриным бедром во рту — довольно комично, — не удержалась и рассмеялась.

Император Ци вынул бедро изо рта и спокойно принялся его есть.

Мясо, откушенное сыном, ему не претило.

Няня Лань, заметив, что Ци Хаолинь больше не ест, поспешила принести ему воды.

Мальчик ещё немного поиграл, но, устав, вскоре зевнул и прижался к груди госпожи Су, засыпая.

Няня Лань подошла и унесла его во внутренние покои укладывать спать.

Император Ци и госпожа Су сели на каменные скамьи и заговорили вполголоса.

Император вынул из-за пазухи письмо и передал его супруге.

Государственный астролог предупреждал: в десяти шагах от Фону они не должны раскрывать свои настоящие личности. Некоторые вещи лучше писать, чем говорить вслух.

Госпожа Су развернула письмо и удивилась: через несколько дней императрица-мать собирается переодеться кухонной служанкой и навестить Запретный дворец!

Она посмотрела на императора: а вдруг она выдаст себя?

Император Ци лишь развёл руками — уговорить матушку невозможно, остаётся только смириться.

Госпожа Су задумалась: сможет ли императрица-мать, привыкшая к роскоши, убедительно изобразить простую служанку?

Император Ци погладил её по руке, успокаивая.

Госпожа Су собралась с духом: ладно, придётся действовать по обстоятельствам.

Они сменили тему. Госпожа Су вспомнила, как выходила из Запретного дворца в тот раз, и сказала:

— Фону в новой одежде выглядел просто…

Она улыбнулась и тихо добавила:

— Его глаза так и загорелись, когда он увидел меня нарядной, с заколкой в волосах. Похоже, ему очень нравится, когда я украшаю причёску.

Император Ци тихо произнёс:

— Мне тоже нравится.

Лицо госпожи Су покраснело, она смутилась.

Увидев её такую, император Ци почувствовал прилив нежности, осторожно обнял её руку и, поглаживая ладонь, тихо спросил:

— Можно?

Сердце госпожи Су забилось быстрее. С тех пор как они переехали в Запретный дворец, давно уже не было…

Она подняла на него глаза и томно позвала:

— Двоюродный брат!

Император Ци почувствовал, как все кости стали мягкими от этого голоса, и крепко обнял её.

— Двоюродная сестра! — прошептал он, глядя на неё и находя её невероятно притягательной.

Эта сцена тайной встречи двоюродного брата и сестры в Запретном дворце была полна дикой, захватывающей страсти.

Цяньшuang и господин Ши давно отвернулись, делая вид, что их здесь нет.

Ци Хаолинь, почувствовав присутствие «дикаря», успокоился и спал в ту ночь особенно крепко — до самого утра.

Проснувшись, он увидел, что няня Лань и Цяньшuang сидят у кровати и улыбаются каким-то странным, загадочным смехом.

Почему они так рады? Из-за вчерашнего цыплёнка? А где госпожа Су?

Ци Хаолинь как раз думал об этом, как вдруг госпожа Су вышла из бокового павильона. На ней была старая одежда, но лицо сияло, и она выглядела свежей и бодрой.

Что случилось? Какая радость?

Ци Хаолинь вспомнил вчерашний вечер и вдруг изменился в лице. Неужели…

Сердце его больно сжалось, будто кто-то вырвал из грядки посаженную им капусту.

Няня Лань, увидев, как малыш нахмурился, решила, что ему срочно нужно в туалет, и поспешно поставила его на пол, подавая судно.

Ци Хаолинь, как обычно, презрительно отвернулся от судна и направился в уборную.

После умывания няня Лань подала ему кашу, сваренную на курином бульоне, и поставила на стол две маленькие тарелки с гарниром и одну с пирожными.

Ци Хаолинь оглядел еду, потом посмотрел на всех и подумал: «С тех пор как „дикарь“ пришёл вчера, все повеселели, и завтрак стал богаче».

К вечеру «дикарь» снова пришёл, неся корзинку с едой.

Госпожа Су радостно приняла корзинку и передала её няне Лань.

Ци Хаолинь посмотрел на это и почувствовал боль в груди: «Увы, госпожа Су вчера сильно пострадала, чтобы сегодня получить целую корзину еды…»

Няня Лань и Цяньшuang быстро приготовили четыре блюда и суп. «Дикарь» сел за стол вместе с ними и поел.

После ужина няня Лань убрала со стола, а Цяньшuang поспешила разжечь жаровню и вскипятить воду для чая.

Когда взошла луна, «дикарь» вынул из-за пазухи маленькую шкатулку и протянул её госпоже Су:

— Мне удалось договориться с придворным лекарем — я вернул твою заколку.

Ци Хаолинь узнал заколку — это была та самая, которую госпожа Су отдала лекарю, когда он болел. Он посмотрел на «дикаря» и стал относиться к нему чуть благосклоннее.

«Дикарь» действительно заботится о госпоже Су.

Госпожа Су не взяла заколку, а томно сказала:

— Надень мне её!

«Дикарь» с улыбкой вставил заколку ей в волосы и тихо прошептал:

— Красиво!

Госпожа Су смущённо улыбнулась — при лунном свете она была необычайно прекрасна.

Ци Хаолинь встрепенулся и, решив, что госпожа Су уже вчера «потерпела убытки», а сегодня не должна «страдать» снова, поспешил подбежать и прильнул к ней, не отходя ни на шаг.

Госпожа Су и император Ци переглянулись и улыбнулись: «Видишь, Фону действительно обожает, когда я украшаю причёску!»

http://bllate.org/book/7585/710752