Готовый перевод After Becoming the Supporting Characters’ White Moonlight [Transmigration Into a Book] / Став Белой Луной второстепенных героев [попадание в книгу]: Глава 4

Му Чжуохуа вспомнила, как недавно ускользнула из дворца, и в голове вспыхнула догадка: тогда она вовсе не придумала ничего гениального сама — всё решило её тело.

Инстинкт всегда работает лучше, чем игра.

Она глубоко вдохнула.

— Сс… — Холодный воздух резанул спазмировавшую диафрагму, и боль усилилась.

Нынешнее тело оказалось в десять тысяч раз нежнее прежнего, привыкшего к болезням. От такого удара в глазах тут же выступили слёзы.

— Зачем терпеть, если так плохо? — нахмурился Цзи Юань и неожиданно поднял Му Чжуохуа на руки.

Та мгновенно окаменела.

«Принцессу на руках?! Да он что, с ума сошёл?!»

Неужели всё кончится прямо здесь? Если их застанут, ей точно придётся провести остаток жизни с монахом. А выдержит ли он натиск остальных второстепенных героев — №1, №2, №3, №4 и №5?

Пока Му Чжуохуа металась в мыслях, Цзи Юань уже уложил её на постель.

— Молодец, — тихо сказал он, погладив тыльной стороной ладони её щёку. — Знал ведь, что, даже простудившись, всё равно придёшь ко мне. Но не нужно было стоять во дворе и мёрзнуть. Твоё хрупкое тело надо беречь…

Движение было настолько нежным, что по коже пробежала дрожь.

Но дальше он ничего не сделал.

«Выкрутилась?» — облегчённо подумала Му Чжуохуа. Видимо, даже самый чёрствый и одержимый второстепенный герой с уровнем симпатии 99% всё равно ставит её здоровье превыше всего.

Она бросила пару уклончивых фраз, пытаясь поскорее выпроводить его.

Ведь даже если он монах и они оба одеты скромно, всё равно — один мужчина и одна женщина в одной комнате. Этого хватит, чтобы запустить самые грязные слухи.

Но, как назло, едва она открыла рот, чтобы прогнать его, за дверью раздались поспешные шаги.

Хозяин этих шагов даже не постучался — просто ворвался прямо в спальню.

Это был Му Вэньхай.

Увидев у кровати красивого монаха, он сначала замер, а потом перевёл взгляд на сестру — и на лице его появилось многозначительное выражение.

«Погоди-ка! Что за загадочная миной?!»

Му Чжуохуа тут же заторопилась объясниться:

— Это наставник Цзи Юань. Я собиралась прогуляться по саду, но вдруг стало плохо — живот скрутило так, что идти не могла. Наставник любезно помог мне вернуться.

Монахи, даже самые высокопоставленные, считаются людьми вне светской иерархии, поэтому даже простолюдинам не нужно кланяться им. Му Вэньхай поблагодарил Цзи Юаня, а затем прямо заявил, что сестре нужно отдохнуть.

Это было предельно ясное прощание.

Цзи Юань, конечно, сохранял вид просветлённого наставника: поклонился и ушёл, словно облачко.

Му Вэньхай тут же выгнал и служанку, которая принесла лекарство.

Му Чжуохуа была в отчаянии, но ни Ханьшань, ни Цинъюй даже не взглянули на её мольбы — ушли так быстро, будто за ними гналась стая волков. Более того, они ещё и аккуратно прикрыли дверь снаружи.

Все в доме Му прекрасно знали: хоть главой семьи и считается старый наставник, а самой избалованной — младшая дочь, настоящим кормильцем дома является второй молодой господин! А уж он, хоть и торговец, но человек добрый и щедрый.

Му Вэньхай поднял полы халата и сел прямо на край кровати Му Чжуохуа. Он кивнул в окно:

— Так это он твой избранник?

Голос звучал вполне дружелюбно, но вопрос был чересчур прямолинеен.

Му Чжуохуа яростно замотала головой.

«Нет! Никаких избранников! Не выдумывай!»

Она ведь не питала чувств к этому жестокому и одержимому мужчине. И он, в свою очередь, тоже не любил её — ту, что сейчас лежала в постели и мечтала лишь о спокойной жизни. Ему нравилась другая — та, что готова была пройти через ад и огонь, лишь бы завоевать его сердце.

Если подумать, они и правда были созданы друг для друга. Жаль только, что та девушка, завершив свою миссию, исчезла — возможно, отправилась покорять следующий текстовый мир и нового сложного персонажа.

Му Вэньхай, увидев столь решительное отрицание, даже немного расстроился:

— Я так и думал. Каждый раз, когда ты лезешь через стену или кто-то проникает к нам во внутренний двор, всё происходит слишком часто. Национальный наставник, который вечно странствует по свету, вряд ли смог бы так часто наведываться.

«Интересно, — подумала Му Чжуохуа, — как этот купец, постоянно в разъездах, так хорошо осведомлён о делах Цзинлиня?»

Но Му Вэньхай не собирался отступать:

— Тогда кто же твой избранник? Я ведь не такой зануда, как старший брат. Могу помочь тебе скрыть это и даже подскажу, достоин ли он тебя.

Он смотрел на неё с откровенным любопытством.

Такое поведение совершенно не соответствовало ожиданиям Му Чжуохуа.

Она хотела сказать, что у неё вообще нет избранника, но если кто-то регулярно проникал в дом, а она сама выбиралась наружу, отрицать всё было бессмысленно.

Разве прежняя «дурачка», лишённая души, могла сама лазить через стены на свидания?

«Ладно, — махнула она мысленно рукой, — раз миры слились, не до мелочей. Это просто небольшой баг.»

Она точно знала, к кому ходила, но никого из них не хотела называть.

Раз уж у брата нет доказательств, она решила упрямиться:

— Не спрашивай! Мне стыдно!

С этими словами она натянула одеяло на голову и начала крутиться по кровати, будто ослица, валяющаяся в пыли.

Когда Му Вэньхай не выдержал этого зрелища и, вздохнув, вышел, Му Чжуохуа наконец высунула голову, чтобы вдохнуть свежий воздух.

Из разговора она уловила важную деталь!

Му Чжуохуа: «Если прежние девушки, попавшие в книгу, могли лазить через стены на свидания, значит, у них точно были особые способности!»

Иначе с таким хрупким телом это просто невозможно.

Система: «Особые способности выбираются самостоятельно. Ты — первая и последняя попавшая после слияния миров, поэтому по умолчанию получила бамбуковые дощечки, на которых записаны подвиги твоих предшественниц.»

Система добавила, что Му Чжуохуа может в любой момент обменять дощечки на что-то другое.

Раз так, она не спешила. Лучше дочитать оставшиеся 80% записей, выучить всё наизусть, а потом уже решать.

Когда ей стало лучше, она больше не осмеливалась оставаться одна — вдруг Цзи Юань вернётся?

Весь остаток дня она держалась рядом со вторым братом, не отходя и на минуту, за ней, как хвостик, следовали две служанки.

Во время прогулки к ней подошёл пожилой монах, выглядевший как истинный отшельник, и спросил, не желает ли она погадать.

Му Чжуохуа, не задумываясь, вытянула жребий.

Старик взглянул на палочку и опешил:

— Дочь моя, а на что именно ты хотела погадать?

Му Чжуохуа, не особо верящая в приметы, ответила:

— Да на всё подряд. Расскажите всё, что связано с этой палочкой. Что сбудется — то и сбудется.

Монах снова онемел. Ему ещё не доводилось видеть таких небрежных к гаданию людей.

Он взглянул на текст жребия и серьёзно произнёс:

— Это несчастливый жребий. Стих гласит: «Дрова в огонь — лишь разожжёшь пламя, что пожрёт три тысячи миров. Хоть и думаешь ты о славе и успехе — лучше отступи, ибо труды твои напрасны».

Смысл был ясен: её действия подобны тому, чтобы тушить огонь дровами — чем больше стараешься, тем хуже становится.

Монах продолжил:

— О себе — сохранится здоровье. О болезнях — будет испуг, но без последствий. О богатстве — небольшая прибыль. А вот о браке…

— А брак каков? — не удержалась Му Чжуохуа.

Хоть она и не верила, но стих так напоминал её положение… А раз её собственное появление здесь — уже чистейшая мистика, может, и жребий что-то значит?

— Брак несчастлив. Тот, кого ты сейчас рассматриваешь, не станет тебе хорошим супругом.

Сказав это, монах поспешил откланяться — боялся, что девушка начнёт требовать изменить судьбу.

Обычно девушки гадают либо за себя и родных, либо о браке. Этот жребий хоть и не самый плохой в других аспектах, но в вопросе брака — совершенно безнадёжен и неисправим. Поэтому монах предпочёл исчезнуть.

Му Чжуохуа невинно посмотрела на брата:

— Но ведь у меня с ним нет никакого брака! Почему он так испугался?

Му Вэньхай был явно не в духе:

— Боится, что ты заставишь его менять небесный удел.

Му Чжуохуа пожала плечами, как и её брат, и тут же забыла об этом. Её «цветущие романы» вряд ли разрешит какой-то монах — он ведь не Купидон.

По дороге домой, уже привыкнув к качке кареты, Му Чжуохуа усердно читала бамбуковые дощечки, надеясь как можно скорее выучить всё назубок и обменять их на новую особую способность.

Когда они подъехали к дому, Ханьшань, первой спрыгнув с кареты, удивлённо воскликнула:

— В это время сюда приехали люди из императорского двора?

Статус наставника Му позволял ему общаться с царствующим домом, но сейчас уже начало темнеть — явно не время для официальных визитов.

А ярко-жёлтая карета указывала, что это не какой-нибудь дальний родственник из ветви, отошедшей от престола пять поколений назад. Самое меньшее — принц крови.

Му Чжуохуа сначала испугалась, не Цзян Мубай ли приехал, но тут же успокоилась: тот слишком осторожен, чтобы заявляться сюда открыто.

Действительно, расспросив управляющего, она узнала, что гость — наследный принц.

Хотя наставник и был учителем наследника, визит в столь поздний час явно не имел отношения к делам государства.

Му Вэньхай, заинтригованный, направился к кабинету старшего брата. Му Чжуохуа, конечно, последовала за ним, а за ней, как хвостик, потянулись две служанки.

Войдя в кабинет, они увидели Му Чэнли, сидящего за восьмиугольным столом с мрачным лицом, и наследного принца Цзян Чжуочуаня, стоящего перед ним с серьёзным выражением.

Му Чжуохуа невольно присмотрелась к наследнику.

Пусть теперь он и лишён был прежних привилегий, но всё же оставался каноничным главным героем романа. Внешность, конечно, была безупречной: высокий, статный, брови, будто вырезанные из нефрита, глаза — словно звёзды на ночном небе, осанка — величественная.

Говорят, достаточно одного взгляда на Чжоу Юй, чтобы навсегда потерять покой. Неудивительно, что первоначальная героиня, совсем одна в чужом мире, влюбилась в наследника с первого взгляда и пошла на ложь, лишь бы войти во дворец.

Если бы она была поклонницей красоты, ради такого лица, возможно, и согласилась бы выйти замуж без раздумий.

Жаль только, что такой брак стоил бы ей всей жизни.

Му Чжуохуа была слегка эстеткой — красоту замечала, но страдать ради неё не собиралась. Поэтому она тут же опустила глаза, чтобы никто не заподозрил её в восторге.

Но взгляд Му Чэнли холодно упал ей на макушку.

— Скажи, дочь моя, кто тебя тогда спас — сам наследный принц или его евнух?

Му Чжуохуа нахмурилась. После того как она очнулась в этом теле, всегда честно рассказывала, что спас её именно евнух. Зачем же наследнику навязывать себе чужую вину?

Неужели он тоже переродился?

От этой мысли её бросило в дрожь. Неужели в прошлой жизни он почувствовал вину за первую жену и теперь решил устроить «погоню за ушедшей возлюбленной»?

Но ведь она — не та терпеливая и великодушная женщина!

Она тут же повторила:

— Меня спас евнух при наследнике.

Му Чэнли одобрительно кивнул и посмотрел на наследника с необычайно сложным выражением — даже с оттенком гордости.

— Ты всё услышал. Честь моей дочери не нуждается в твоей защите. Она ещё молода, я хочу подольше оставить её дома. Не стоит задерживать небесное семейство в вопросе продолжения рода. Прошу, избери себе другую, добродетельную и мудрую наследницу.

«Так вот зачем он приехал — свататься!» — в один голос удивились Му Чжуохуа и Му Вэньхай.

Наследный принц невозмутимо спросил:

— Неужели нельзя пересмотреть решение?

Му Чэнли фыркнул:

— Нет. Возвращайся во дворец и не упрямься.

Будучи учителем наследника, он позволял себе такое обращение — «ты» да «я», — но при этом оставался непреклонен.

Му Чжуохуа чуть не рассмеялась. Ей уже восемнадцать, и хотя официально она ещё не достигла совершеннолетия, в их стране было принято обручать детей до наступления полной зрелости. Сейчас как раз подходящее время для брака.

Отец действительно её баловал.

Цзян Чжуочуань, поняв, что со стариком не договориться, сменил тактику:

— Можно мне поговорить с госпожой Му наедине?

Му Чэнли взглянул на дочь. Та едва заметно кивнула, и в её глазах не было и тени влюблённости. Учитель, доверяя ей, махнул рукавом:

— Тогда, Чжуохуа, проводи наследного принца в сад. Пусть подышит вечерним воздухом.

http://bllate.org/book/7542/707530