Готовый перевод Thinking of You / Думаю о тебе: Глава 11

Сначала Инь Ли считала, что работа в «Чжунъюэ» — не самое приятное занятие, пока при изучении материалов не наткнулась в новостях на имя главы группы компаний «Чжунъюэ» — Ли Юнчжао.

Это имя она слышала от Инь Цзиньпэна несколько месяцев подряд и отлично запомнила. Поэтому, получив документы, почти сразу поняла: речь идёт именно о том самом проекте по поглощению, который для группы «Инь» стал главным во второй половине года.

«Инь» и «Чжунъюэ» долго не могли договориться — стороны никак не сходились в цене. Лишь недавно новый продукт «Чжунъюэ» дал сбой, и «Инь» наконец получила шанс. Сейчас сделка по поглощению уже вступила в финальную стадию, и как только она завершится, «Чжунъюэ» получит мощную поддержку «Инь», а значит, финансовые трудности останутся в прошлом.

Проект, который Су Илинь считала совершенно бесполезным, в одночасье станет лакомым кусочком.

Инь Ли никогда не интересовалась делами компании, поэтому, когда она вдруг спросила об этом, Инь Цзиньпэн удивился:

— Уже почти всё. С чего вдруг ты сегодня заинтересовалась своим папой?

Инь Ли хмыкнула, не упомянув о сотрудничестве SL с «Чжунъюэ», а лишь поддразнила его:

— Просто подумала, что вам стало слишком скучно дома — целыми днями мелете кофейные зёрна, а на работу так и не ходите.

— Неблагодарная, — отозвался Инь Цзиньпэн. — Разве не ради тебя я остаюсь дома? Ты ведь уже несколько месяцев не заглядывала.

Понимая, что виновата, Инь Ли высунула язык и пообещала отцу чаще навещать их:

— Только вы с мамой больше не упоминайте про внука дедушки Се.

Инь Цзиньпэн поставил кофемолку и вздохнул:

— Лили, мы с мамой ведь не...

— Пап, я всё понимаю, — перебила его Инь Ли, сразу узнав по его тону, что сейчас последует очередная нравоучительная речь. — Но мама же сама сказала: у него нет времени даже на встречу. Подумай сам: если бы он действительно был заинтересован, разве не нашёл бы возможности поужинать со мной хотя бы раз?

Увидев, что отец смягчился, Инь Ли ускорила темп:

— Раз уж у них нет искреннего желания, вы же не захотите выдать меня замуж за человека, которому я безразлична?

— Тогда сама ищи себе парня, — бросил Инь Цзиньпэн, кивнув в сторону лестницы и понизив голос. — Пока ты одна, мама не успокоится.

Инь Ли только руками развела. В её отделе работали четверо мужчин: трое женаты, один живёт в другом городе. В остальное время она почти не сталкивалась с представителями противоположного пола. А уж в современном мире найти симпатичного мужчину того же возраста — задача не из лёгких: по сравнению со студенческими годами, густота волос у сверстников заметно сократилась...

— Неужели нет никого, кто хоть немного понравился? Не обязательно влюбляться — просто парень, с которым было бы приятно пообщаться? — спросил Инь Цзиньпэн.

С тех пор как дочь пошла в среднюю школу, он постоянно переживал за её личную жизнь. Девушка была красива, и за ней наверняка ухаживали, но, казалось, Инь Ли никогда не сталкивалась с подобными проблемами. Сначала родители были этому рады, но по мере её взросления радость сменилась тревогой.

Выслушав отца, Инь Ли задумчиво оперлась подбородком на ладонь.

Наконец она медленно покачала головой:

— Соблюдая общепринятые нормы морали… нет.

— Лили, ты... — Инь Цзиньпэн на несколько секунд замер, глядя на дочь с выражением, полным сложных чувств. — Я верю, что ты отлично понимаешь, что можно, а чего нельзя делать.

— Пап, я пошутила! Не переживай, — улыбнулась Инь Ли, видя, как её слова напугали отца, и тут же перевела разговор на другую тему. — Отвезёшь меня сегодня вечером к Ваньнин? Завтра с утра на работу.

Она так и не рассказала родителям о своей подработке репетитором. Хотя они всегда поддерживали её стремление к самостоятельности и карьере, Инь Цзиньпэн, будучи чрезмерно заботливым отцом, наверняка не одобрил бы, что она жертвует отдыхом ради подработки, и, возможно, даже заставил бы уволиться и вернуться домой.

— Знаю. Мама с утра набила весь багажник, а перед тем, как идти играть в карты, сказала, что вечером ещё купит тебе фруктов.

Вечером, когда Инь Ли с чемоданом села в машину, она обернулась и поняла, что имел в виду отец под словами «набила весь багажник». Не только багажник был доверху забит пакетами — заднее сиденье тоже ломилось от фруктов и пирожных.

Хэ Юйинь лично вручила дочери пенопластовый контейнер и строго наказала беречь его, чтобы ничего не пролилось: внутри был куриный суп с рыбным клеем, который та сама варила днём.

Когда машина подъехала к дому Цзян Ваньнин, Инь Ли и Инь Цзиньпэн за два рейса занесли всё в лифт.

Цзян Ваньнин вышла встречать подругу и, увидев контейнер с супом, загорелась глазами. Она тут же унесла горшок в комнату, чтобы подогреть. Лишь потом, спохватившись, она вспомнила, что надо было помочь с вещами, но к тому времени Инь Ли уже сама всё перетаскала и вспотела.

— Надолго останешься? — спросила Цзян Ваньнин, помогая раскладывать продукты по холодильнику.

— Не знаю. Он уехал за границу и неизвестно, когда вернётся.

Цзян Ваньнин кивнула:

— Молодость — золотое время! Кстати, твой заклятый враг из офиса сегодня улетел в Германию?

— Да, — ответила Инь Ли, взглянув на настенные часы с лёгкой завистью. — Сейчас десять тридцать — они, наверное, уже в отеле.

Условия командировки были отличные: щедрое суточное довольствие и проживание с питанием в пятизвёздочном отеле.

Германия, Мюнхен.

В день прилёта рабочих встреч не планировалось. Се Цзиньши поспал несколько часов в самолёте и теперь, стоя у панорамного окна, не чувствовал усталости.

— Все уже заселились? — прервал он доклад Чжун Сыци, отставив бокал с приветственным шампанским.

Чжун Сыци убрал планшет и, понимая, о чём спрашивает босс, серьёзно ответил:

— Да, Се Цзиньши. Полчаса назад все получили ключи. Се Цзиньши из SL — на пятнадцатом этаже, остальные — на двенадцатом.

Се Цзиньши больше не хотел ждать. Он расстегнул две верхние пуговицы рубашки и устроился на диване. Несколько секунд колебался, глядя на экран телефона, но в итоге не стал звонить Инь Ли и вместо этого приказал:

— Сходи к Цзинхуэю и попроси его переводчика подняться ко мне.

— Сходи к Цзинхуэю и попроси его переводчика подняться ко мне.

— Хорошо, — ответил Чжун Сыци и вышел, лично отправившись вниз, чтобы передать поручение Се Цзинхуэю.

Раз уж Се Цзиньши из соображений этикета не хочет сам звонить Инь Ли, он, Чжун Сыци, с радостью потрудится ради счастья своего босса.

Узнав номер комнаты Се Цзинхуэя, он постучал в дверь:

— Се Цзиньши, не могли бы вы попросить вашего переводчика подняться на двадцать первый этаж?

Се Цзинхуэй выглядел уставшим. Он искренне восхищался выносливостью Се Цзиньши: после десятичасового перелёта тот уже готов разбирать рабочие вопросы в отеле.

— Хорошо, сейчас переоденусь и поднимусь.

Чжун Сыци тут же остановил эту яркую лампочку — третьего лишнего:

— Пусть идёт одна. Се Цзиньши хочет, чтобы ей помогли с документами. Отдыхайте спокойно.

Се Цзинхуэй облегчённо выдохнул, проводил Чжун Сыци до двери, а затем рухнул на кровать и, найдя в списке персонала имя Су Илинь, набрал её номер.

— Эй, поднимайся в номер 2101. Не ко мне — к Се Цзиньши из «Хуаюй».

Женщина на другом конце провода принялась расспрашивать, и Се Цзинхуэй нахмурился, терпеливо предупредив:

— «Хуаюй»? SL — дочерняя компания «Хуаюй». Веди себя осторожно: что бы он ни попросил — делай. Поняла? Если разозлишь его, нам обоим придётся возвращаться домой и заниматься сельским хозяйством.

Су Илинь, прислонившись к стойке бара, после звонка почувствовала, как участился пульс.

Раньше она лишь слышала от Сун Ло, что Се Цзиньши из SL молод и талантлив. Мельком увидев его при посадке, она убедилась в этом лично. Но откуда теперь взялся Се Цзиньши из «Хуаюй»?

Намёк Се Цзинхуэя заставил её задуматься. Конечно, связь с «Хуаюй» выгоднее в сто раз, чем с SL, но внешне и по возрасту Се Цзинхуэй всё же привлекательнее...

Вздохнув, она всё же решилась. В Германии было прохладно, но в отеле работало отопление.

Су Илинь медленно переоделась в обтягивающее платье и, взглянув в зеркало, после недолгих размышлений накинула пальто и плотно застегнула все пуговицы.

Перед выходом она установила в телефоне экстренный контакт и сжала в ладони кнопку тревожной сигнализации.

Через пять минут Су Илинь стояла у двери номера 2101.

Она поправила улыбку в зеркале и постучала.

Через несколько секунд дверь открылась.

Перед ней стоял молодой человек лет двадцати с небольшим — симпатичный, но с выражением лица, будто увидел привидение.

Чжун Сыци едва не выдал: «Госпожа Инь», но вовремя проглотил слова. Он уставился на незнакомку, не в силах совладать с мимикой, и в голове у него сделалось пусто.

— Вы... — пробормотал он растерянно, чувствуя, как на ладонях выступает пот.

— Здравствуйте, я Су Илинь из SL, — произнесла женщина с идеальной улыбкой и сладким голосом. — Се Цзиньши вызывал меня.

— А, ну... — Чжун Сыци почесал нос, собираясь вернуться и доложить Се Цзиньши, но тот уже громко перебил его изнутри:

— Проверь ресторан на вечер, пусть заходит.

Чжун Сыци всё ещё пытался загородить дверь, чувствуя себя виноватым:

— Но Се Цзиньши...

— Иди, — прервал его Се Цзиньши.

Женщина тем временем легко отстранила его и вошла. Чжун Сыци остался стоять в коридоре, глядя ей вслед и не зная, уходить или остаться.

Последние годы вокруг Се Цзиньши не было женщин, но партнёры частенько пытались подсунуть ему своих. Обычно он сразу отказывался, но иногда...

Он вспомнил прошлый случай: один из партнёров прямо привёл девушку в номер. Се Цзиньши велел вывести её и вызвал полицию.

Чжун Сыци не осмеливался уходить. Он остался у двери, оставив её широко распахнутой. Ведь ресторан на вечер был заказан именно для Инь Ли, а раз её нет, Се Цзиньши, скорее всего, потерял аппетит.

Он прислонился к барной стойке в холле, просматривая меню, но уши были настороже. Разговор в гостиной был тихим, и он не мог разобрать слов.

Су Илинь шла по ковру — каблуки не издавали ни звука.

Она уже слышала голос молодого мужчины в комнате — низкий, приятный, — и в ту же секунду забыла о болтливом и надоедливом генеральном директоре Се Цзинхуэе.

Подойдя ближе, она остановилась в пяти-шести метрах от дивана.

Неподалёку мужчина в белой рубашке с расстёгнутыми до груди пуговицами сидел, держа в руке бокал красного вина. Он его не пил, лишь слегка покачивал.

Его длинные, изящные пальцы, сжимающие бокал, были настолько красивы, что хотелось представить, как они коснутся губ...

Су Илинь прикусила губу, сердце её забилось быстрее.

В комнате было теплее, чем в коридоре, и щёки её порозовели — то ли от жары, то ли от волнения при виде такого привлекательного мужчины.

Она расстегнула пальто, сняла его и, перекинув через руку, сделала ещё несколько шагов. Платье-футляр выгодно подчёркивало фигуру.

Минуту она стояла, но мужчина так и не обернулся. Терпение Су Илинь лопнуло — она подошла ближе и небрежно бросила пальто на подлокотник дивана:

— Се Цзиньши.

Голос её звучал кокетливо. Она слегка опустила голову, уголки губ тронула улыбка — совсем не та, что обычно носила при коллегах.

Се Цзиньши напрягся. Он уже собирался повернуться, но замер на полуобороте.

Это была не Инь Ли.

Его имя прозвучало фальшиво, будто язык три дня вымачивали в сахарине — приторно и неприятно.

Нахмурившись, Се Цзиньши обернулся и увидел незнакомую женщину с румяными щеками и игривой улыбкой. Его брови сошлись ещё теснее.

— Кто вы?

— Кто вы?

— Здравствуйте, Се Цзиньши. Я Су Илинь из SL, — сделала ещё шаг Су Илинь, стараясь, чтобы он лучше разглядел её лицо. — Наш Се Цзиньши сказал, что вам нужен переводчик для работы с документами.

Се Цзиньши молчал. Он всё ещё не мог понять, почему вместо Инь Ли здесь оказалась она.

— Вы переводчик Се Цзинхуэя?

Су Илинь ослепительно улыбнулась:

— Да, Се Цзиньши. Я училась на немецком отделении Цзянчэнского университета, а в прошлом году устроилась в SL. Недавно получила постоянную должность.

Се Цзиньши внешне оставался спокойным, но взгляд его задержался на документах на журнальном столике.

Немецкий факультет Цзянчэна, недавно устроившаяся сотрудница... Он был абсолютно уверен, что речь идёт об Инь Ли, но, оказывается, в SL работает ещё одна выпускница того же факультета.

http://bllate.org/book/7457/701040