Готовый перевод My Power Made Me a Spinster / Мой дар сделал меня старой девой: Глава 78

Другой человек разозлился и воскликнул:

— Да почему бы ему не пойти прямо ограбить кого-нибудь?! Чёрт побери, он просто пользуется бедственным положением! Думает, что без него не найдётся других накрутчиков?

Парень в очках лишь безнадёжно скривил рот:

— А что мы можем поделать? Он ловко воспользовался нашим положением.

Его слова повисли в воздухе, и в комнате снова воцарилась тишина. Все прекрасно понимали: да, он действительно пользуется их сложным положением. Но сейчас общественное мнение в интернете настолько неблагоприятно для Чэнь Идао и Цзоу Ниннин, что если они не предпримут ничего для исправления ситуации, потом будет уже поздно.

Чэнь Идао стряхнул пепел с сигареты, прихватил тлеющий окурок большим и указательным пальцами и бросил его в мусорное ведро. Затем выпрямился и обратился к остальным:

— Не нужно нанимать накрутчиков. Готовьтесь — через некоторое время опубликуем официальное заявление. Послезавтра состоится пресс-конференция для разъяснения этой ситуации.

— Это… — члены его команды переглянулись, явно не ожидая подобного решения.

Разъяснения, безусловно, были хорошей идеей — ведь у противника не было откровенных компрометирующих кадров. Однако у них самих тоже не было веских доказательств, чтобы полностью оправдаться. Эффект от пресс-конференции, скорее всего, окажется не таким уж впечатляющим.

Но при Цзо Нинвэй и Хэ И они не могли сказать об этом прямо.

Чэнь Идао, будто не замечая их колебаний, повернулся к Цзо Нинвэй и с горькой усмешкой спросил:

— Зачем ты сейчас ко мне пришла? Неужели тоже ищешь сенсацию?

Именно она невольно развязала этот скандал! Цзо Нинвэй почувствовала неловкость и натянуто улыбнулась:

— Когда я снималась в вашем проекте, вы много раз помогали мне. Я просто хотела узнать, не нужна ли вам помощь.

— Спасибо, но не надо. Как видишь, со мной всё в порядке, — начал он, но тут же закашлялся. Видимо, слишком много выкурил. — Кхе-кхе-кхе…

Цзо Нинвэй, заметив это, оживилась и быстро подбежала к кулеру. Наполнив стакан водой, она протянула его Чэнь Идао.

Тот, похоже, удивился её резкому движению — его густые усы вздёрнулись вверх, и он улыбнулся:

— Спасибо.

Он протянул руку, но в тот самый момент, когда его пальцы коснулись стакана, Цзо Нинвэй внезапно разжала пальцы. Стакан опрокинулся и покатился по пушистому ковру, расплескав воду прямо на Чэнь Идао.

Цзо Нинвэй будто предвидела подобный казус и тут же достала салфетки:

— Простите, режиссёр Чэнь, я такая неуклюжая…

Чэнь Идао был ошеломлён, но, учитывая её добрые намерения, не стал мелочиться — всё-таки он взрослый мужчина. Он потянулся за салфетками.

Но едва его пальцы коснулись бумажного полотенца, как его руку схватила белая, изящная ладонь.

Цзо Нинвэй крепко сжала его ладонь и засыпала извинениями:

— Режиссёр Чэнь, мне очень жаль! Я не хотела этого, честно…

Лицо Чэнь Идао потемнело. Он слегка дёрнул руку, пытаясь вырваться, но не смог.

— Нинвэй, успокойся. Это же просто мокрая одежда — мелочь. Я сейчас зайду в спальню и переоденусь!

Цзо Нинвэй в этот момент «видела» самое интересное и ни за что не собиралась отпускать его руку. Она просто сделала вид, что не слышит.

Чэнь Идао, не обращая внимания на приличия, резко вырвал руку.

Только тогда Цзо Нинвэй будто очнулась и, склонив голову, глубоко поклонилась:

— Извините, режиссёр Чэнь, я правда не хотела этого.

В тот миг, когда она опустила голову, в её глазах мелькнуло изумление и растерянность.

Только что она «увидела» то, что происходило прошлой ночью в номере Цзоу Ниннин.

На журнальном столике в гостиной стоял целый сердцевидный торт. На диване, всё ещё в том самом соблазнительном платье, сидела Цзоу Ниннин. Она подняла своё бледное личико и с обожанием посмотрела на Чэнь Идао, обнажив грудь, белую, как жирный молочный жемчуг. Её нежная, словно лишённая костей, рука скользнула по его груди, и она томно прошептала:

— Режиссёр Чэнь…

Лицо Чэнь Идао было мрачным, но, видимо, из каких-то соображений он лишь отстранил её руку и встал:

— Ты нездорова. Ложись спать пораньше.

С этими словами он направился к двери.

За его спиной Цзоу Ниннин вспыхнула безумным взглядом. Она резко вскочила, сорвала с себя платье, обнажив соблазнительное тело, и бросилась ему вслед, обхватив его сзади.

Чэнь Идао застыл на месте, на секунду замер, а затем стремительно оторвал её руки и, не оглядываясь, выбежал из номера.

Дзинь-нь-нь…

Резкий звонок мобильного телефона прервал воспоминания Цзо Нинвэй. Она подняла глаза и увидела, как Чэнь Идао, уже направлявшийся переодеваться, ответил на звонок и серьёзно произнёс:

— Сяоцзинь…

Звонок поступил от Люй Цзин. Чэнь Идао не стал уходить, чтобы поговорить наедине. Он просто подошёл к окну, повернувшись спиной к остальным, и приложил телефон к уху:

— Поверь мне, всё это выдумки журналистов… Да, я собираюсь провести пресс-конференцию послезавтра, чтобы всё прояснить… А? Ты тоже хочешь участвовать в пресс-конференции?

Последняя фраза прозвучала неожиданно громко — он невольно повысил голос. В комнате все обернулись к нему с надеждой.

Ассистент даже подошёл и слегка дёрнул его за рукав. Когда Чэнь Идао обернулся, руководитель команды Чжань Яо сделал ему знак и тихо сказал:

— Режиссёр Чэнь, если выступит госпожа, дело наполовину решено.

В шоу-бизнесе подобные схемы «отбеливания» — обычное дело. Даже нескольких знаменитостей, уличённых в изменах с неопровержимыми доказательствами, спасали их законные супруги: достаточно было опубликовать в соцсетях пост с прощением, и публика постепенно теряла интерес. Звёзды спокойно продолжали сниматься. В конце концов, если сама пострадавшая сторона не возражает, что могут сделать сторонние наблюдатели? Это ведь личное дело. А уж тем более в случае Чэнь Идао и Цзоу Ниннин: скандал разгорелся, но откровенных фото не было. Если Люй Цзин лично выступит и твёрдо заявит, что верит мужу и что между ним и Цзоу Ниннин ничего не было, то даже при наличии скептиков история быстро затихнет.

Подобных успешных примеров было немало, и Чжань Яо был уверен в успехе. Ранее он даже думал предложить привлечь Люй Цзин, но знал: она из знатной семьи и всегда славилась гордостью. Сейчас же слухи об измене мужа — это прямой удар по её лицу, публичное унижение. Поэтому Чжань Яо не решался даже заговаривать об этом.

Не ожидал он и того, что Люй Цзин сама предложит выступить. Видимо, он ошибался. Муж и жена — одно целое: в выигрыше или в проигрыше — вместе. Даже если есть претензии, их нужно решать за закрытыми дверями.

Чэнь Идао тоже это понимал. Он знал характер жены лучше всех. Сейчас весь мир обсуждает его измену — каково ей? И всё же она готова выйти на пресс-конференцию ради него. Неважно, какие у неё мотивы — он был глубоко тронут.

Он кивнул своей команде и, повернувшись к окну, с благодарностью сказал в телефон:

— Спасибо тебе, Сяоцзинь. Прости, это моя вина — из-за меня тебе тоже пришлось пережить унижение. Всё это случилось по моей глупости. Прошлой ночью я пошёл в номер Цзоу Ниннин, потому что её ассистентка позвонила мне — у неё снова обострилось заболевание. Ты ведь помнишь, из-за этой болезни умерла Сяо Нуань. Я просто не мог остаться в стороне. Но я действительно не подумал о последствиях и дал повод для сплетен. Обещаю, больше такого не повторится. Сяоцзинь, я пока не вернусь домой — не хочу, чтобы журналисты пришли к вам и потревожили тебя.

Что именно сказала Люй Цзин на другом конце провода, осталось неизвестным, но уголки глаз Чэнь Идао, покрытые морщинками, постепенно смягчились, образуя тёплую дугу:

— Хорошо, не волнуйся, я буду осторожен. И ты тоже берегись — лучше несколько дней не выходи из дома, чтобы не попасться журналистам…

Цзо Нинвэй слушала их нежный разговор и чувствовала, как внутри всё сжимается от абсурда.

Она чуть отвернулась и вдруг столкнулась со взглядом Цзоу Ниннин.

Только тогда она поняла: Цзоу Ниннин, кажется, всё это время пристально следила за ней.

Сердце Цзо Нинвэй дрогнуло, но она тут же улыбнулась в ответ.

Цзоу Ниннин, пойманная на том, что наблюдала, слегка смутилась, но быстро взяла себя в руки, слабо улыбнулась Цзо Нинвэй и отвела взгляд, склонившись к своей менеджерке, чтобы что-то ей шепнуть.

Наконец, Чэнь Идао завершил разговор. Чжань Яо, не обращая внимания на присутствие Цзо Нинвэй и Хэ И, вскочил с места:

— Режиссёр Чэнь, какие у вас планы на послезавтрашнюю пресс-конференцию?

Чэнь Идао убрал телефон в карман и подошёл ближе. Его лицо стало спокойнее, даже взгляд уже не был таким мрачным.

Он окинул взглядом всех присутствующих, мельком скользнул глазами по Цзо Нинвэй, не задерживаясь, и обратился к Чжань Яо:

— Госпожа выедет завтра в девять утра. Организуй машину, чтобы её забрать. Не хочу, чтобы наш водитель, не имея опыта, случайно привёл за ней папарацци.

Чжань Яо кивнул в знак согласия.

Затем Чэнь Идао перевёл взгляд на Цзоу Ниннин и с лёгкой горечью сказал:

— Ключ к разъяснению этого скандала — причина, по которой я оказался в твоём номере прошлой ночью. Цзоу Ниннин, думаю, больше нет смысла это скрывать. Как ты считаешь?

Цзоу Ниннин опустила голову, нервно теребя пальцами край платья, и молчала, стиснув губы.

Чэнь Идао мягко убеждал её:

— Ты всё это время не хотела раскрывать правду, потому что боялась, что твоя болезнь станет достоянием общественности и это навредит карьере. Но сейчас, когда разгорелся такой скандал, дальнейшее молчание всё равно нанесёт серьёзный урон твоей репутации. Из двух зол выбирай меньшее — лучше раскрыть болезнь, чем позволить слухам уничтожить тебя.

Менеджерка Цзоу Ниннин тоже поддержала:

— Верно, сейчас идеальный момент. Если правильно подать информацию, вы не только опровергнете слухи о романе режиссёра Чэня и Ниннин, но и вызовете сочувствие у зрителей, что даже привлечёт новых поклонников. Я тоже за то, чтобы сейчас объявить о болезни Ниннин.

Чжань Яо посмотрел на Чэнь Идао, потом на менеджерку и, наконец, задал вопрос, который давно вертелся у Цзо Нинвэй на языке:

— Какой именно болезнью страдает госпожа Цзоу? Как это влияет на повседневную жизнь? Нам нужно заранее всё обсудить, чтобы избежать накладок на пресс-конференции.

Пальцы Цзоу Ниннин непроизвольно сжали ткань платья, и лицо её мгновенно побледнело, став белее бумаги. Она всё ещё смотрела в пол, губы дрожали, и наконец еле слышно прошептала:

— Истерическая потеря сознания!

«Истерическая потеря сознания»? Все присутствующие растерянно переглянулись — никто из них не был врачом и не знал, что это за диагноз. Но по последним словам было понятно: речь шла о внезапных обмороках.

Чтобы не травмировать Цзоу Ниннин ещё больше, Чжань Яо мягко кивнул:

— Хорошо. У вас есть медицинская документация? Если нет, завтра лучше сходить в больницу и получить официальное подтверждение.

Он был осторожен: подобный диагноз нельзя просто заявить на словах — нужны документы от врача, иначе как убедить назойливых журналистов и публику?

— Документы есть, но я их не привезла, — сказала Цзоу Ниннин, моргнув, и подняла глаза на Чэнь Идао.

Тот подтвердил:

— Я случайно стал свидетелем одного из её приступов и видел её лекарства и медицинскую книжку.

Он не стал вдаваться в подробности, но кто-то уже тайком загуглил «истерическая потеря сознания» и показал результат Чжань Яо. Тот пробежал глазами описание и едва заметно нахмурился, бросив быстрый взгляд на Цзоу Ниннин. «Ничего себе… У неё такое?»

Истерическая потеря сознания — это психическое расстройство. Приступы обычно провоцируются сильным эмоциональным потрясением. После обморока человек приходит в себя, но при повторном стрессе может снова потерять сознание.

Теперь понятно, почему Цзоу Ниннин так тщательно скрывала свою болезнь. Если об этом станет известно, многие режиссёры побоятся её брать на съёмки. Вдруг на площадке случится приступ? Что, если с ней что-то случится? Даже если вина ляжет не на съёмочную группу, это всё равно принесёт неудачу.

Короче говоря, актрис много — зачем связываться с проблемами? Только Чэнь Идао, добрый и отзывчивый, не только взял её на проект, но и помогал скрывать диагноз.

Отбросив посторонние мысли, Чжань Яо вернулся к теме:

— То есть прошлой ночью режиссёр Чэнь пришёл к госпоже Цзоу, потому что у неё начался приступ?

http://bllate.org/book/7114/672291