Готовый перевод Little Exception / Маленькое исключение: Глава 15

— Ли Идун — последний мерзавец, — все это прекрасно знают. Благодаря деньгам семьи он бездельничает и ведёт себя как хулиган, целыми днями шляется с компанией по коридорам, заглядывая в классы в поисках симпатичных девчонок.

Юнь Су уже почти неделю не может от него отделаться.

Она не хотела обращать внимания и просто обошла его, намереваясь уйти.

Но этот безродный нахал протянул руку и загородил ей путь у стены, а за его спиной кто-то начал подначивать.

Юнь Су раздражённо цокнула языком, схватила руку Ли Идуна, резко вывернула её за спину и выполнила чистый бросок через плечо.

В бою она никогда не колеблется и не даёт противнику ни единого шанса опомниться.

Колено в подбородок. Ещё один удар — в живот. Схватила его за волосы и потащила к стене, одной рукой засунув в карман, другой подняла ладонь.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

На обеих щеках Ли Идуна вспыхнули жаркие отпечатки ладоней.

Фу Иньюй, сидя на месте, во весь голос закричал:

— Су-дэ! Подожди меня, я тоже хочу дать пару пощёчин!

— Ты хочешь пить? Что тебе принести?

Юнь Су очнулась от задумчивости, кивнула и подняла глаза. Рядом сидел Юй Цзюэ. Она вспомнила его слова:

— Колу.

Юй Цзюэ достал телефон и отправил сообщение Чэн Ланьциню. Опустил взгляд на книгу, лежащую у неё на коленях:

— Любишь читать?

Чай Сияо уже уснула, её голова тяжело лежала на плече Юнь Су, отчего кости слегка ныли. Юнь Су осторожно поправила её положение.

— Так себе. Если нечем заняться — читаю.

В тот момент, когда она подняла глаза, перед его глазами внезапно потемнело.

Её белые, нежные пальцы коснулись чёлки.

Юнь Су посмотрела на него и вдруг улыбнулась. Её тонкая рука поднялась и замерла над его головой.

— У тебя листок застрял.

Юй Цзюэ на мгновение замер. Юнь Су это заметила и отвела взгляд вдаль:

— Юй Цзюэ, неужели ты вдруг стал таким послушным только потому, что видел, как я дерусь?

— Клянусь вам, ребята, Цзюэ-гэ вляпается в историю с Юнь Су!

Гу Цзэ толкнул Чэн Ланьциня плечом, держа в руке бутылку напитка.

Когда они неторопливо подходили к баскетбольной площадке, с их точки зрения было видно лишь спину Юй Цзюэ и белую руку, протянутую над его головой.

Из-за ракурса казалось, будто они сидят очень близко друг к другу.

Парни в воображении уже нарисовали сотни сцен, где Юй Цзюэ оказывается прижатым к земле, и каждая была всё более и более откровенной.

Чэн Ланьцинь сунул пакет в руки Чэнь Юйсину:

— Никто и ничто не помешает мне увидеть, как Цзюэ-гэ влюбляется!

И бросился бежать.

Юнь Су держала в пальцах крошечный листок, когда вдруг почувствовала порыв ветра. Подняв глаза, она увидела, как Чэн Ланьцинь мчится прямо к ним. Он плюхнулся рядом с Юй Цзюэ, обнял его за плечи:

— Цзюэ-гэ, о чём вы тут с новенькой беседуете?

Юнь Су незаметно заложила листок между страниц книги. Чай Сияо проснулась, нахмурилась, прищурилась и тяжело вздохнула:

— Да заткнись ты уже, чёрт побери!

И рявкнула на Чэн Ланьциня.

Как раз в этот момент подошли Чжоу Хан и Чэнь Юйсин.

Чэнь Юйсин раздал всем воду из пакета.

Чжоу Хан присел перед Юй Цзюэ:

— Ну как, Цзюэ-гэ? Уже влюбился? Когда официально начнёте встречаться?

Юй Цзюэ одной рукой оттянул кольцо на банке колы. «Щёлк» — раздался звук. Он бросил на Чжоу Хана ленивый взгляд, затем наклонился к Юнь Су и, приподняв уголки губ, произнёс:

— Эй, они спрашивают, хочешь ли ты стать моей девушкой.

Юнь Су:

— …

— Дурак.

Когда Чэн Ланьцинь вернулся после того, как выбросил мусор, Юй Цзюэ как раз поднялся.

Чэн Ланьцинь огляделся — Юнь Су и Чай Сияо исчезли.

— Куда подевались Чай Сияо и новенькая? — спросил он с недоумением.

Юй Цзюэ спустился по ступенькам и кивнул ему подбородком:

— В туалете. Пора идти, скоро звонок.

Они послушно двинулись за ним. Пройдя несколько шагов, Чэн Ланьцинь открыл рот:

— Цзюэ-лаобань, я хочу сказать тебе одну серьёзную вещь.

Юй Цзюэ поднял глаза:

— Мм.

Шаги его не замедлились.

Чжоу Хан вставил:

— Цзюэ-гэ, с каких пор ты стал таким модником? Ты же уже несколько дней носишь эту розовую резинку и не снимаешь. Забыл про неё, что ли?

Юй Цзюэ машинально сжал резинку на запястье и усмехнулся:

— Не сниму.

Чэн Ланьцинь пнул Чжоу Хана:

— Да заткнись ты, чёрт возьми! Разве плохо, что Цзюэ-гэ стал чуть посексуальнее? Я обожаю, когда он такой. — Он повернулся к Юй Цзюэ: — Слушай, а если я признаю Юнь Су своей родной мамой, пойдёт?

Юй Цзюэ склонил голову, не понимая, о чём тот говорит.

Чэн Ланьцинь немного помолчал, потом продолжил:

— Ты — родной папа, Юнь Су — родная мама. Значит, вы идеально подходите друг другу. Очень даже логично.

Юй Цзюэ:

— …

Он с интересом посмотрел на него, не понимая, какая мысль вдруг посетила этого чудака:

— Сынок, если будешь так часто признавать родителей, потом не управишься с тем, чтобы всех их содержать.

Чэн Ланьцинь приподнял брови:

— Да ладно, просто скинем вас обоих в дом престарелых. Не увиливай, я серьёзно.

Юй Цзюэ засунул руки в карманы и улыбнулся. В его голосе прозвучало нечто вроде томного вздоха:

— Знаешь, сынок… твой Цзюэ-гэ по-настоящему влюбился в эту девчонку по имени Юнь Су.

Ночь была тёмной. Лунный свет пробивался сквозь листву, оставляя на земле пятна света.

В школе №2 установлено расписание:

Четыре урока утром, три — днём.

Две пары вечером, окончание в 21:40.

Когда прозвенел звонок, Юнь Су всё ещё решала последнюю задачу на тригонометрическую функцию. Подняв глаза, она обнаружила, что в классе почти никого не осталось.

Она выпрямилась, откинулась на спинку стула и широко потянулась.

Слегка повернув голову, она увидела своего соседа по парте, склонившегося на стол. Его тёмные глаза были закрыты, дыхание едва уловимо.

В классе горел только свет в заднем ряду, поэтому было довольно темно. Лицо юноши было обращено к ней, кожа — чистая и белая, длинные ресницы опущены, густые и тёмные.

Под глазами едва заметно проступали тени, но сейчас, в покое, он выглядел мягче, чем обычно — не таким холодным и отстранённым.

Под его рукой лежала тетрадь с незаконченным сочинением-признанием в проступке.

На всём листе, плотно исписанном, повторялись одни и те же слова: «Чёрт… Я виноват…»

Юнь Су подумала про себя: если Юй Цзюэ осмелится сдать такое «сочинение» старику Гао, тот непременно заставит его написать новое — на двадцать тысяч иероглифов.

Она тихо улыбнулась и достала из портфеля только что убранную контрольную по математике.

Юй Цзюэ давно не видел снов.

Но на этот раз ему приснилась Юнь Су.

Девчонка с опущенными глазами, вся окутанная ледяной холодностью, безэмоционально смотрела на него и говорила:

— Отдай мне немедленно мой бантик, чёрт тебя дери!

Юй Цзюэ крепко сжал бантик в кулаке и ни за что не отдавал:

— Я такой красивый, мне положено носить такой прекрасный бантик.

Тогда Юнь Су, сверкнув глазами, вытащила из ниоткуда меч длиной в пятьдесят метров и одним ударом сбрила ему всю шевелюру.

Потом он проснулся.

Открыв глаза, он некоторое время был растерян.

Перед ним сидела девушка, нахмурившаяся и крепко стиснувшая губы. Её пальцы слегка дрогнули, и чёрная ручка плавно повернулась в её руке.

Ночной ветерок шелестел листвой.

Он пришёл в себя, выпрямился и, опершись подбородком на ладонь, стал наблюдать.

Прошло довольно долго — минут пять, наверное.

Рядом с девчонкой на черновике аккуратными, изящными строчками были выведены формулы решения задачи.

Юй Цзюэ усмехнулся:

— Не получается?

Длинные ресницы Юнь Су слегка дрогнули. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

Несколько секунд молчания.

Юнь Су очнулась и кивнула:

— Мм.

Юй Цзюэ приблизился к ней:

— Какая задача? Дай посмотреть.

Она отвела руку, подвинула листок так, чтобы он оказался между ними, и указала пальцем:

— Вот эта.

Но тут же вспомнила: в последней контрольной этот «босс» набрал всего 58 баллов. Юнь Су взглянула на него и решила не ранить самолюбие неудачника. Наклонив голову, она приготовилась слушать.

Юй Цзюэ бегло взглянул на условие:

— Эту задачу проще решать через тригонометрические функции…

Юнь Су улыбнулась уголками губ и внимательно слушала.

После небольшого объяснения она подняла брови:

— Никогда бы не подумала.

Её взгляд на Юй Цзюэ стал немного иным, чем обычно.

Он перевёл взгляд:

— А?

Она ничего не сказала, а просто отдала ему честь, взяла ручку и начала записывать решение.

Когда Юнь Су закончила, Юй Цзюэ расслабленно откинулся на стену и смотрел, как она собирает вещи.

Она встала, посмотрела на телефон:

— Уже десять тридцать. Поздно уже. Ты ещё не идёшь домой?

Юй Цзюэ улыбнулся:

— А ты? Так поздно не уходишь… Неужели так любишь учиться? Или просто ждёшь меня?

С детства она терпеть не могла эти нравоучения вроде «учись прилежно, идёшь вперёд каждый день» или «любовь к учёбе — любовь к себе». К тому же в обычное время она уже была бы дома и давно бы вымылась.

Поэтому она цокнула языком и, не задумываясь, выпалила:

— Да просто ты так сладко спал, что я испугалась: а вдруг завтра скажешь, будто я не разбудила тебя, и отправишь меня прямо в палату к Е Минфею…

Только закончив фразу, Юнь Су осознала, что наговорила лишнего, но остановиться было поздно — иначе потеряла бы лицо.

Она удивилась сама себе: почему с ним она так много говорит?

Уголки губ Юй Цзюэ на мгновение застыли в странной улыбке. Он буквально онемел от изумления.

Раз.

Два.

Три.

Четыре.

Пять.

— Не нужно ничего делать, — сказал он. — Я сам сейчас запишусь в больницу на койку.

Юнь Су схватила портфель и, как угорелая, выскочила из класса.

Она и сама не могла понять: почему, когда дело доходит до драки, она не колеблется ни секунды, а перед Юй Цзюэ стала исключением?

Не успела она скрыться, как налетела прямо на кого-то. Юнь Су вскрикнула, но вовремя среагировала и резко остановилась.

Две чашки молочного чая в руках Ми Юйсы чудом уцелели.

Юнь Су узнала её и прочистила горло:

— Ты кого ищешь?

Если бы не Ми Юйсы, она бы и забыла, что сегодня «спасла справедливость».

Ми Юйсы была хрупкой и миниатюрной — едва доставала до уха Юнь Су. Она держала обе чашки в маленьких ладонях и улыбнулась, протягивая одну из них:

— Я искала тебя. Спасибо… за сегодня на площадке…

Она стеснительно прикусила губу.

Юнь Су посмотрела на её белое, чистое личико, потом на протянутый напиток и усмехнулась:

— Впредь не обращай на них внимания. У этих девчонок мозги перемешал жук-навозник. Держись от них подальше.

Она взяла Ми Юйсы за запястье, и они вместе спустились по лестнице.

Ночь уже клонилась к концу. В здании царила тишина, лишь в нескольких классах ещё горел свет.

Коридорное освещение было тусклым, но тёплым.

Свет мягко ложился на лицо Юнь Су.

Ми Юйсы обеспокоенно спросила:

— В школе почти не вмешиваются в дела Цзинь Сунин и её компании. Все их боятся. А если они придут мстить тебе?

В школе №2 много богатеньких бездельников, и Цзинь Сунин — одна из них. Благодаря тому, что её семья состоятельна, администрация школы ничего с ней не может поделать.

Юнь Су неспешно сделала глоток чая:

— За меня не волнуйся. Если они станут приставать к тебе — приходи в наш седьмой класс, найдёшь меня.

Ми Юйсы живёт в общежитии, а её корпус — в противоположной стороне от ворот.

Выйдя за школьные ворота и свернув за несколько углов, Юнь Су остановилась, допила остатки чая и метко бросила пустой стаканчик в урну.

«Швух» — и стаканчик точно попал в цель.

Юнь Су сложила руки, подняла их над головой и с театральным поклоном воскликнула:

— Босс, умоляю, пощади меня! Я уже раскаялась, ладно?

Юй Цзюэ смотрел на неё пристально и бездонным взглядом, уголки губ приподнялись:

— Я за тобой не следил.

Юнь Су закатила глаза. Он шёл за ней с самого выхода из класса — почти до самого дома.

Заметив рядом магазинчик, она зашла и купила два мороженых на палочке, оба сунула ему в руки:

— Я признаю вину! Прости меня, папочка! Прошу прощения, папочка! Уже поздно, глубокая ночь… Пожалуйста, иди домой, а то родные будут переживать.

Юй Цзюэ посмотрел на два мороженых разных цветов, выбрал персиковое и протянул ей:

— Хочешь?

Юнь Су тут же забыла, что только что извинялась, и потянулась за ним.

Он опустил брови, уголки губ дрогнули, и вдруг резко убрал руку.

http://bllate.org/book/6828/649261