Готовый перевод General's Daughter Assists Her Husband / Дочь генерала помогает мужу: Глава 92

Долго молчав, Цзюнь Муе наконец заговорил, нахмурившись:

— Срочное донесение с Северной границы: Толой снова начал собирать войска. Судя по всему, припасы, награбленные в прошлый раз у пограничных поселений, уже на исходе. Похоже, избежать сражения не удастся.

Линъюнь пила горную воду, которую специально подали в монастыре, и молчала.

Цзюнь Муе взглянул на неё и, не выдержав, продолжил:

— Переговоры на юге идут неудачно. Мы не можем принять условия, которые они выдвигают. Сейчас самое главное — выиграть несколько месяцев, чтобы внутри страны всё стабилизировалось. Тогда у нас будет больше шансов одержать победу. Поэтому сейчас категорически нельзя вступать в войну с Толоем. Большинство придворных уже предлагают выдать старшую принцессу замуж за него. Узнав об этом, принцесса не раз устраивала скандалы прямо в зале аудиенций, а сегодня даже нарушила запрет и ворвалась прямо ко мне в резиденцию. Я… у меня больше нет никаких вариантов, поэтому я и подумал…

Лицо Линъюнь оставалось совершенно спокойным. Она неторопливо допила воду из чаши и лишь тогда повернулась к нему:

— Что именно вы задумали?

Цзюнь Муе смутился. Он протянул руку, чтобы взять её за ладонь, но Линъюнь уклонилась:

— Муж, прошу вас соблюдать приличия.

Рука Цзюнь Муе застыла в воздухе, потом медленно сжалась в кулак. Его лицо побледнело. Он долго молчал, прежде чем выдавил:

— Прошу вас, госпожа, помогите мужу найти выход. В тот день я был неправ.

На самом деле Линъюнь уже почти не злилась, но прикосновение мужа вызывало в ней отторжение — той прежней близости и нежной неопределённости больше не было. Услышав его прямые слова, она не стала его мучить и спокойно ответила:

— Не стоит употреблять слово «прошу» в отношении меня, муж. Если у вас беда, а я в силах помочь — разумеется, помогу. Впредь говорите прямо, без обиняков.

Цзюнь Муе опустил голову, на лице читались и досада, и унижение. Он упрямо не смотрел на Линъюнь.

Та не обратила внимания. Подумав мгновение, она предложила:

— За старшую принцессу всё равно придётся выдать приданое и потратить немало серебра. Почему бы не предложить Толою эту сумму сразу, в том же объёме? Половина причины, по которой он хочет взять принцессу в жёны, — это гарантия, что его народ не умрёт с голоду. Если вы дадите ему всё сразу, возможно, удастся договориться. Правда, такой мир будет менее надёжным, чем брак, и есть риск остаться и без принцессы, и без денег. Обсудите это с министрами. Решать, конечно, вам.

Слушая эти слова, Цзюнь Муе чувствовал горечь и боль. Он понимал, что это единственный возможный сейчас шаг, но также знал, что ход этот — далеко не удачный. Поэтому долго молчал после того, как Линъюнь закончила.

Линъюнь оставила его одного размышлять. Когда небо начало темнеть, к ней подошла Жуи, служанка старшей принцессы Нин, и сообщила, что её госпожа проснулась.

Не сказав ни слова Цзюнь Муе, Линъюнь отправилась помогать старшей принцессе Нин умыться и одеться. Во дворе их уже ждал юный монах, присланный настоятелем для гостей. Он сообщил, что в главном зале сейчас читают сутры, и предложил отправиться туда. Сноха и свекровь последовали за ним.

Прослушав лекцию, они вернулись к месту ночлега как раз к ужину. Цзюнь Муе уже не было. Расспросив слуг, Линъюнь узнала, что он уехал полчаса назад.

Старшая принцесса Нин удивилась:

— Этот мальчик… почему так торопится? Даже не показался!

Линъюнь улыбнулась:

— Муж, вероятно, столкнулся с какой-то трудной задачей, приехал сюда, чтобы обрести покой, и, видимо, нашёл решение. Поэтому и умчался так быстро — решать дела.

Старшая принцесса Нин сочла её слова разумными. После ужина они ещё немного побеседовали и разошлись по покоям.

На следующее утро они распрощались с настоятелем Храма Го и отправились в путь, чтобы вернуться в канцлерский дом.

Поскольку повозки не могли подняться на гору, их оставили на ночь у подножия под охраной нескольких слуг.

Когда они тронулись в путь, Линъюнь и старшая принцесса Нин сели в одну карету. Сначала Линъюнь показалось, что экипаж едет слишком быстро и сильно трясётся, и она велела вознице сбавить скорость.

Возница несколько раз натягивал поводья, но лошади не только не замедляли ход, но, напротив, ускорялись. Линъюнь быстро поняла, что с конями что-то не так — они будто впали в неистовство и мчались сами, без понуканий кнутом.

Линъюнь сразу почувствовала неладное и приказала вознице остановить лошадей. Но чем громче она кричала, тем быстрее те неслись вперёд, и карета всё сильнее тряслась. Дорога шла по горной местности — такая скорость была крайне опасна. Слуги-телохранители, обычно ехавшие по обе стороны экипажа, отстали из-за внезапного ускорения. Когда Линъюнь приказала им как-то остановить несущихся коней, было уже поздно.

Она поняла, что так дело не пойдёт: карету трясло так сильно, что старшая принцесса Нин не могла усидеть на месте и совсем растерялась:

— Дочь, что же делать?!

Линъюнь велела Мэйсян и Жуи оберегать старшую принцессу и не дать ей упасть, успокаивая:

— Мать, не волнуйтесь, всё будет хорошо.

Сама же она вышла из кареты и встала на облучок, пытаясь найти способ остановить коней. Но тут возникла другая проблема: за их экипажем следовали ещё три повозки. Если остановить первую резко, остальные врежутся в неё одна за другой, как в цепной аварии. Ситуация становилась всё более безвыходной.

Дорога в этом месте шла между высокой скалой и довольно крутым склоном. На такой скорости карету могло в любой момент перевернуть. Пока Линъюнь лихорадочно искала выход, возница вдруг закричал:

— Госпожа, впереди завал!

Линъюнь резко обернулась и увидела, как прямо посреди дороги лежат огромные камни. Лицо её мгновенно стало мертвенно-бледным. Не раздумывая, она закричала вознице последней повозки:

— Начиная с последней кареты, поочерёдно перерезайте упряжь и прыгайте! Охрана — спасайте всех!

Телохранители бросились к последней повозке. Как только возница перерезал ремни, они помогли служанкам и горничным выпрыгнуть. Убедившись, что все из последней кареты в безопасности, команда повторила манёвр со второй повозкой. Там ехали слуги-мужчины, более проворные, поэтому прыгнули быстрее, но без поддержки охраны многие всё же получили ушибы и еле удержались от падения в пропасть.

Линъюнь немного перевела дух. Третья карета была гружёная — в ней перевозили вещи и припасы, людей в ней не было. Оставалось спасать только пятерых из их экипажа. Завал приближался с пугающей скоростью. Линъюнь глубоко вдохнула. Как только возница третьей кареты спрыгнул, она велела Мэйсян и Жуи прыгать следом.

Девушки закричали, покатились по земле, но в последний момент успели схватиться за ствол дерева, не дав себя сбросить вниз по склону. Телохранители тут же подоспели и вытащили их наверх.

Теперь в карете остались только Линъюнь, старшая принцесса Нин и возница. Игнорируя уже совсем близкие камни, Линъюнь вывела свекровь из повозки, велела ей закрыть глаза, крепко обняла и прыгнула вниз. В тот же миг возница тоже покинул экипаж. Он был ловким и, прыгнув с мчащейся кареты, быстро устоял на ногах, после чего немедленно бросился спасать Линъюнь и старшую принцессу.

Старшая принцесса Нин за последнее время сильно похудела, но Линъюнь всё равно было нелегко держать её на руках. К тому же по склону начали катиться мелкие камни. Чтобы защитить свекровь, Линъюнь подложила руку ей под спину, принимая на себя удары острых камней. Она стиснула зубы и изо всех сил пыталась замедлить их падение. В самый последний момент, когда они уже были у края обрыва, она заметила приближающегося возницу и протянула ему руку. Как только их ладони соприкоснулись, их стремительное падение резко замедлилось.

Но возница не успел упереться ногами — один человек не мог удержать вес двух женщин. Его подошвы медленно, с шуршанием, скользили по склону всё ближе к пропасти.

Линъюнь подняла голову. На дороге лежали перевернутые кареты — некоторые из них уже растоптали настигшие их лошади. Их собственная повозка застряла на завале и перевернулась из-за натяжения упряжи, но кони каким-то чудом освободились от ремней и исчезли.

В самый критический момент подоспели телохранители и вытащили обеих женщин наверх. Старшая принцесса Нин была так напугана, что, оказавшись на твёрдой земле, глубоко вдохнула — и потеряла сознание.

Слуги в панике закричали. Линъюнь проверила пульс и осмотрела свекровь — серьёзных травм не было. Она резко прикрикнула:

— Замолчать!

Все сразу стихли. Линъюнь оглядела присутствующих: большинство могли стоять на ногах. Она приказала нескольким невредимым телохранителям обыскать окрестности в поисках лошадей, а двоих отправила в канцлерский дом за новыми повозками. Сама же осмотрела местность и увидела неподалёку ровную площадку у обочины. Велела привести туда старшую принцессу Нин, устроить её поудобнее, а также убрать с дороги обломки карет и камни, чтобы не мешать другим прохожим.

Пока все занимались делом, прошло немало времени. Линъюнь хотела разобраться, что случилось с лошадьми, но телохранители вернулись, так и не найдя их следа.

Они находились ровно посередине пути между Храмом Го и столицей. Обычно паломники приезжают сюда утром и в тот же день возвращаются домой, но из-за состояния здоровья старшей принцессы Нин им пришлось остаться на ночь. Поэтому в это время суток по дороге почти никто не ездил — за полдня они увидели лишь несколько повозок, направлявшихся к горе Дунъян, но ни одной в обратном направлении.

Линъюнь прикинула, что на то, чтобы прислать новые кареты из дома, уйдёт часа три-четыре, и велела слугам принести из старых повозок всё необходимое: развести костёр, вскипятить воды и приготовить что-нибудь поесть для старшей принцессы. Та долго не приходила в себя от шока, но наконец открыла глаза, оглядела собравшихся и, задержав взгляд на Линъюнь, нахмурилась. Ничего не сказав, она снова закрыла глаза.

Линъюнь удивилась, решив, что свекровь ещё не оправилась от испуга, и молча распорядилась устроить для неё более удобное ложе.

Едва разгорелся костёр, вдалеке послышался стук копыт. И главное — повозка ехала именно в сторону столицы.

Линъюнь резко вскочила на ноги, и глаза её слуг засияли надеждой. Звук приближался, и вот уже две кареты быстро приблизились. Они выглядели скромнее, чем у канцлерского дома, но явно принадлежали богатой семье. Линъюнь тут же подала знак одному из телохранителей — подойти и выяснить обстоятельства.

Тот широким шагом вышел на середину дороги и остановил экипаж. Возница резко осадил лошадей:

— Эй, парень! За что остановил повозку моего господина?

Телохранитель поклонился:

— Простите великодушно, но с нашей каретой случилась беда. Ваш господин, верно, едет в столицу? Не могли бы вы оказать нам небольшую услугу? Обязательно щедро вознаградим.

Возница посмотрел туда, куда указывал телохранитель, и увидел толпу слуг и господ. Он тут же замотал головой:

— Нет-нет! Внутри моя госпожа. Если бы это были женщины — ещё можно было бы подвезти, но мужчин ни за что! Да и места в карете не хватит на всех.

Телохранитель поспешил уточнить:

— Только моя госпожа и старшая госпожа. Прошу, окажите милость.

Возница задумался и повернулся к карете:

— Госпожа, двое женщин просят подвезти их. Как прикажете?

Изнутри раздался мягкий, спокойный голос:

— Уточнили ли они, кто они такие? Мы одни в дороге — надо быть осторожнее.

— Слушаюсь, — ответил возница и снова обратился к телохранителю: — Скажите, пожалуйста, из какого вы дома?

Тот замялся, не зная, стоит ли называть имя.

Линъюнь всё это время внимательно следила за происходящим. Услышав голос из кареты, она сразу узнала его. Видя замешательство телохранителя, она сама подошла вперёд и спросила:

— Внутри, случайно, не госпожа Е Жуин? Не могли бы вы оказать нам небольшую услугу?

Как только прозвучал голос Линъюнь, из кареты раздалось восклицание, полное удивления и радости:

— Сестра Линъ!

Занавеска тут же отдернулась, и наружу выглянуло прекрасное, как цветок лотоса, лицо, сияющее от счастья.

Линъюнь улыбнулась:

— Видимо, судьба вновь свела нас. Не откажете ли подвезти нас с матушкой?

Е Жуин, поддерживаемая служанкой, быстро вышла из кареты, почтительно поклонилась Линъюнь и охотно согласилась:

— Сестра слишком скромна! Для меня большая честь помочь вам.

Линъюнь поблагодарила:

— Тогда благодарю. Пойду приведу матушку. Минутку.

Е Жуин тут же последовала за ней:

— Как же так! Позвольте мне сопровождать вас, сестра.

http://bllate.org/book/6816/648170